Хлопнуло, вмиг сделав Аркадианскую жару настолько невыносимой, что когда в спину подул обычный горячий ветерок, мне он показался бризом с какого-нибудь северного моря. Пару секунд, кроме вони и едкого чёрного дыма над домом, ничего не происходило. А потом, как по команде, «молчуны» полезли из всех щелей. Из дома перед нами, из колодца возле дорожки и из трёх ближайших соседних домов.

— Валим всех! — крикнул я, выстрелив в обгорелого «молчуна», попытавшегося вывалиться в оконный проём.

Потом следующего, который только успел высунуться, и сразу же третьего, от которого показалась только макушка. Купер заливал главный вход огнесмесью, я ещё раз хлопнул его по плечу, проходя за его спиной. Мы поменялись. Струя из огнемёта полетела в окно, а я одиночными выстрелами положил трёх «молчунов», выскочивших из-за угла дома.

В двери тут же набились зомби. С десяток мелькающих голов, мешающих друг другу. Фей тут же метнул новую гранату через крышу, рвануло, и в нас полетело облако горящих ошмётков. Спичка подстраховала и мастерским плевком дожгла всё, что трепыхалось в воздухе. Только пепел и осел. Следующая граната улетела в колодец, буквально выпарив оттуда ещё с десяток монстров. Только несколько обугленных рук осталось, которые всё ещё цеплялись за края.

— Что-то их до хрена, — крикнул я. — Отходим!

— Я пустой! — прилетело от Купера, и мы крутанулись, поменявшись местами.

Я бил одиночными, но целил уже не только в голову, а отрабатывал по коленным чашечкам. «Молчуны» падали и, сбиваясь в кучу-малу, продолжали упорно ползти ко мне. И тут включалась Спичка, задувая облаками огня ползунов.

Скинув магазин, почувствовал, что я не успеваю. Откуда чуть ли не из-под дома выскочил свежий «прыгун», а ещё двое, как обезьяны, забрались на стены. Но даже не успел напрячься, как обе макаки по очереди слетели с камней, получив по пуле от Джуни.

Работает поддержка! Команда — это хорошо!

Нижнего монстра свалил Фей, переключившийся на ПКМ. В его руках пулёмет смотрелся примерно так же, как «сиг» в моих. То есть компактно и отчасти элегантно! Сбоку разлетелась длинная очередь, но его грохот с лёгкостью перекричал КОРД. Где-то в районе соседнего дома проклюнулась попытка ментального удара, но её тут же заглушили крупным калибром.

Я перезарядился и продолжил вертеться, по очереди контролируя сразу три сектора. Почувствовал себя волком из детской игрушки «Электроника», который старается не пропустить ни одного яйца. Только в моём случае эти яйца нужно было бить точными попаданиями. Пока вроде получалось, а потом и Купер, наконец, прицепил новый топливный бак.

— Додавим! — крикнул напарник и вырвался вперёд, поливая огнём моих недобитков.

Когда мы вслед за огненным облаком ворвались на пепелище, активных «молчунов» там уже почти не было. Откуда-то из подвала только фонил затаившийся «стражник», но мы его тут же заткнули термобарической гранатой. Купер дожёг тела, и, как только хоть немного спала температура, мы с Феем сами высунулись в окна. Но добивать там уже было некого. Только жечь.

И справа, и слева два пятидесятых калибра просто накрошили монстров в какой-то зомбячий винегрет. И не считая нескольких трупов с аккуратно простреленными ртами — работа Джуни, остатки остального продолжали шевелиться и даже пытаться ползти. Я заметил несколько мокриц, в панике носящихся среди тел в поисках новых жертв. Спичка их тоже заметила и прошлась вдоль дома огненным вихрем.

— Кажись, всё, — вздохнул Купер, обливаясь потом. — Попить бы.

— Только три дома. И то у соседей надо подвалы проверить, — я заглянул в наш подвал, где после взрыва гранаты только слипшиеся угольки остались. — А ведь ещё могли ходы прокопать…

Спускаться не хотелось. Банально на ступеньках было скользко от остатков монстров. Но и пропускать врага себе за спину не хотелось ещё больше. Здесь всё было глухо, но чуйка начала подсвечивать подземное движение в другом конце деревни. Похоже, до крайних домов ещё просто не докопали, зато возле разлома был целый подземный лабиринт. Тоже неплохо — с потолка никто не прыгнет, из-за угла не выскочит. К тому же складывалось впечатление, что «молчуны» стягиваются к гнезду на защиту своей королевы. Нам опять же проще, лишь бы хватило огнесмеси.

Купер попросил передышки и сгрузил огнемёт Хадсону, второй оказался в руках у Шугара, и парни быстро зачистили соседние дома. Итого: три — ноль в нашу пользу, но до полной победы нужно было набрать пятнадцать очков с четырьмя половинками. То есть пройти ещё полтора десятка домов, пару полных развалюх, где остались только подвалы и ещё два колодца.

В ближайший к нам мы добавили ещё три гранаты и перекур устроили рядом, проверяя, чтобы точно больше никто не выбрался. Перегруппировались и выдвинулись дальше по улице. На очереди было два особнячка с кучей пристроек и большими участками от домов до дороги. Стояли они друг напротив друга, и даже в текущем ветхом состоянии казалось, что они продолжают соревноваться друг с другом. Я как-то очень живо себе представил двух владельцев, попивающих утренний кофе на своих верандах и завистливо оценивая, что там нового у соседа.

Ага, новыми были жильцы. В левом прятались «стражники», а в правом «прыгуны». На первых уровнях чуйки я бы, может, этого бы и не почувствовал, но сейчас сосредоточенность и напряжённость первых и нетерпеливая дрожь вторых читались, как открытая книга.

— Типа засаду приготовили. Одни нас парализуют, а вторые ломанутся на готовенькое, — хмыкнул Купер, согласившись с моими впечатлениями. — Страшно, не то, что они пытаются сделать засаду. Страшно то, что это уже третий вариант. Сначала по старинке пошли в лобовую атаку на хуторе, потом тоже в лоб, но уже с поддержкой флангов, теперь засада. Они учатся.

— Они-то вряд ли, — ответил я, — а вот тот, кто ими управляет, определённо.

В засаду мы не пошли. Мы вообще дальше не пошли — отъехали чуть в сторону, зайдя за дом со стражниками. Подтянулись на расстояние ментального удара (не все, а только те, у кого сопротивляемость выше). Дали себя разглядеть, и когда «стражники» повысовывались, включив свою магию, мы методично при помощи КОРДа разобрали весь дом со всеми сараями на кирпичики.

Пусть самих мокриц мы так не убили, и потом пришлось дорабатывать из огнемётов, но к этому времени второй отряд закидал гранатами дом с «прыгунами». Пострелять тоже пришлось, но шансов у зомби уже не было.

При этом я не обольщался. По огневой мощи наш отряд, так сказать, сейчас был на пике формы. Но, во-первых, боезапас не резиновый, а расход был запредельный. И уже было понятно, что после разведывательного рейда будет рейд по всем оружейным магазинам в соседних регионах. А во-вторых, нам ещё предстояло дойти до «королевы», вокруг которой уже точно собралась вся местная элита.

Следующие три дома оказались пустыми. По колено загаженными следами «молчунов»: кости, что-то непереваренное, что-то переваренное, но, к счастью, давно засохшее.

— Тьфу, мля, — не выдержал Купер, — они ещё и линяют что ли?

— Нее, — отозвался Хадсон. — Просто мёртвая кожа со временем отслаивается. Не парься, из неё ничего не вылупится. Это хоть и корм для личинок, но он ещё не дозрел. Это потом его «няньки» к «королеве» перетащат.

— У них ещё и «няньки» есть? — скривился Купер.

— Ну, — задумался Хадсон, — я сколько работал, не встречал, но в некоторых городах Ганзы ими непослушных детей пугают. Сказка даже одна есть, хочешь расскажу?

— Единственное, что я хочу, — ответил Купер, — это опять отдать тебе этот дурацкий жаромёт и голышом окунуться в прорубь.

Купер махнул нам рукой, мол, проваливайте. И, пятясь, начал яростно выжигать всё, что было в доме. Настрой Купера передался и всем остальным, и мы на каком-то кураже, возникшим под видом второго дыхания, с ходу зачистили ещё несколько домов.

В итоге осталось четыре штуки. Задымлённый дом с разломом и три соседних, соединённых с ним подземными ходами. Мы чуть откатились и устроили перерыв на небольшой отдых с проверкой и перезарядкой оружия. Потом распределили зоны контроля и снова сменили направление атаки. Практически вернулись на исходную точку со стороны дороги и на черепашьей скорости покатили вперёд.

Каждые десять метров притормаживали, и когда до видимого края ядовитого тумана оставалось метров пятьдесят, у меня запершило в горле. Окликнув команду, жестом отогнал всех подальше, а Шустрого, наоборот, позвал к себе.

— Давай свой тестовый образец, — сказал я, кивнув на его рюкзак.

— Ща… Аккуратней только, а то кусается зараза, — ответил Шуст и закопался в рюкзаке, тут же одёрнув руку. — Больно, блин, кусается.

Он потряс прокушенным пальцем и нырнул туда снова. На этот раз успешней. На свет появился маленький зверёк — этакий обычный хомяк, только помимо резцов в маленькой пасти с трудом умещалось ещё два ряда кривых зубов.

— Много таких? — спросил я, аккуратно перехватывая зверька.

Зверёк казался очень хрупким и дрожал всем телом, вот только в глазах у него не было ни капли страха, а легко читалась смесь гнева и презрения. Чуйка при этом подсветила его насыщенным красным цветом. Мне даже захотелось пробить его по сканеру, но стоило за ним потянуться, как монстрик выскользнул у меня из пальцев, соскочив на землю.

— Один был, — настолько невозмутимо ответил Шустрый, что стало видно, как он старательно эту невозмутимость сохраняет. — И этого-то еле поймали.

Я посмотрел на зверька, усевшегося неподалёку от моей ноги. Мелкий деловито умылся, потом ответил на мой взгляд и презрительно запищал.

— Иди давай, — я кивнул ему на дым. — Хорош выёживаться.

Не знаю, что там подумал Шустрый, взгляд у него сделался очень уж удивлённым, но ментальной связи с хомяком у меня не было. Вообще, никакого взаимопонимания не было, хотя он и признал во мне шакраса, не став кусать. Да и честно говоря, сам факт, что придётся использовать для теста живое существо против его воли мало бы чем отличал меня от всех тех, с кем я борюсь на Аркадии.

— Мелкий, давай, помоги нам, — сказал я ещё раз.

И «хомяк» недовольно и грубо запищав, развернулся, метнул задней лапой немного песка в сторону Шустрого и спокойно почесал в сторону дыма. Я думаю, что ему нас просто лень обходить, но Шустрый всё равно удивился.

— А что, так можно было? — усмехнулся он, наблюдая за «хомяком».

Нашей условной договорённости хватило всего метров на пятнадцать. Как только на тропинке появилось ответвление, чистое от трупов «молчунов», зверёк тут же сиганул в траву, и больше мы его не видели.

Отравленным или больным «хомяк» не выглядел, счастливым тоже, но это, скорее всего, характер. Махнув рукой, чтобы прикрывали — по бокам было два дома, которые мы ещё не проверили, я пошёл по следам «хомяка». К першению в горле добавилась щекотка в носу, словно там зашевелились волосы, а потом (уже в конечной точке) нос наглухо заложило.

В голове будто что-то щёлкнуло, и перед глазами всплыло сообщение системы «Древних»:

'В воздухе зафиксировано чужеродное вещество.

Состав не определён.

Опасность для организма донора — вариативно в зависимости от базового генома.

Опасность для защитного фона Аркадии — выше среднего'.

— У меня какая-то белиберда в шлеме написалась, — сказал Купер, подойдя ко мне. — Ты понимаешь что-нибудь?

— Ну, пишут, — я поморщился, оттого, что система опять назвала меня донором, — что для людей вариативно. Короче, лотерея. Но вот для Аркадии точно не полезно. Подожди, что-то ещё…

Перед глазами появилась новая надпись:

«Организм донора адаптирован к чужеродному веществу. Навык „Токсичный адаптив в связке с 'Композитной кожей“ переведены в режим фильтрации».

Не знаю, что именно произошло, но опция, кажется, полезная. Нос снова задышал нормально, хотя в глубине переносицы ощущалась едва заметная тяжесть. Першение прекратилось, но на нёбе появился шершавый налёт.

Я сделал несколько глубоких вдохов, привыкая к новому состоянию, и неприятные ощущения исчезли.

— Ну что там? Зря Шустрого гоняли, получается? — нетерпеливо спросил Купер.

— Лучше перебдеть, к тому же мы узнали, что для генома зубастого хомяка газ вариативно безопасен, — ответил я.

— У нас вроде таких нет, — задумчиво сказал Купер, будто всерьёз вспоминал генетический состав команды. — Ещё тесты будем проводить?

— Нет, — покачал я головой. — У меня иммунитет, у тебя шлем, плюс четыре противогаза. Трое идут на разведку…

— Другие трое их потом вытаскивают? — перебил меня Купер.

— Типа того, — кивнул я. — Фей с Шустрым со мной, ты на подхвате, Пепел на связи с тобой останется.

— Может, выманим? — неуверенно спросил Купер.

— Если получится, то обязательно, — кивнул я, поправляя трёхточку на «сиге» и проверяя, легко ли я смогу переключиться на «чезеты».

Правила «Тёмной охоты» снова мимо, «орсис» в машине и против «королевы» я бы лучше с ним в руках вышел. Причём на его рабочей дистанции. Но из серии мечтать не вредно. Так-то вообще лучше пригнать две фуры с химией, засыпать здесь всё с горкой, потом катком проехаться и сверху бетоном залить. А бетономешалок я на Аркадии пока не встречал…

— Ладно, прорубя у меня для тебя нет, но жаромёт давай сюда, — улыбнулся я Куперу, забирая из его рук огнемёт. — Фартук себе оставь, он меня только замедлит.

В огнемёте был полный бак, второй я закинул в рюкзак, плюс отдельно несколько фляг, чтобы пополнять на ходу. Плюс «сиг» на плече, плюс два пистолета, полный подсумок гранат… Тяжеленный фартук мне уже реально некуда было деть, я тогда просто с места не сдвинусь.

Фей выглядел примерно так же, с той лишь разницей, что он, кроме ПКМ, нёс с собой запасной ствол и два короба. Шустрый тоже обвешался. В Земсекторе его коллекция пополнилась раритетным пистолетом-пулемётом Шпагина образца сорок первого года, он же наш старый добрый ППШ. Он добыл к нему аж четыре барабана, каждый на семьдесят один патрон, и против «молчунов» не сильно уступал в огневой мощи Фею.

Парни нацепили маски с генераторами воздуха, став похожими на каких-то дезинсекторов. Мы сверили часы, засекая, сколько они продержатся без риска отравления, и клином выдвинулись к разлому.

Подошли к дому впритык и замерли, нацелившись на тёмные отверстия. Чуйка орала дурниной, подсказывая, что темнота не означает пустоту. Я сам буквально на физическом уровне ощущал скопление затаившейся чужеродной злобы. Слишком уж громко они о нас думали, но наружу никто не торопился.

Я уже было собрался спускаться к самой большой дыре, уходящей под землю, как меня окликнул Марек.

— Подожди, подготовлю немного, — крикнул он и, получив от Купера защитную маску, побежал к нам.

Протиснулся к самому обрыву. Присел на корточки и положил ладонь на камни. Всколыхнул жёлтый туман, погрузив в него руку по запястье, и опустил голову. Даже, кажется, глаза закрыл, совершенно не переживая, что кто-нибудь может кинуться.

А я вот запереживал. Сам нацелился на яму, Фея — на открытый дверной проём в подвале, а Шустрого на окна первого этажа. Ещё и Купера подозвал для подстраховки.

Сначала ничего не происходило. Марек либо настраивался, либо в прямом смысле этого слова разогревался. Прошла почти минута тревожного ожидания, и ядовитый дым вздрогнул. Сначала вокруг Марека, а потом и по всему разлому начал редеть, будто его выпаривают. Стало лучше видно землю и кости разной формы, до этого скрытые дымом. Вроде человеческие, но опознать точно я не успел — они первые занялись от теплового давления Марека.

Потом покраснела земля, и эта краснота побежала по стенкам всего разлома. Немного забралась и по стенам подвала, но довольно быстро отступила, сконцентрировавшись на глубокой норе. Оттуда повалил уже обычный дымок. Подозреваю, что и горелой тухлятиной запахло, но мы столько её уже сегодня сожги, что я без всяких фильтров перестал её чувствовать.

В тёмной норе что-то колыхнулось, и оттуда выпал «молчун». Кожа в волдырях, словно ошпаренная, а во рту скукоженная мокрица. Мертвяк — уже без вариантов. «Молчун» по инерции сделал ещё пару шагов и рухнул в остатки тумана. Мы даже стрелять не стали.

— Метров двадцать очистил, — слабым голосом прошептал Марек, повернув ко мне красное лицо, будто он сам только что из парилки. — Больше не мо…

Договорить он тоже не смог, тупо попытался всем телом завалиться в разлом. И если бы я его не поймал, успешно бы это сделал, потеряв сознание. Рядом оказался Купер, подхватил его и потащил к машинам.

— Двадцать метров — это до фига, — прошептал я. — Будет время освоиться.

И пока земля ещё не остыла, и не подтянулись новые монстры, я спрыгнул вниз.