В неопределенном месте

Мгновение длиною в вечность. Казалось, именно столько прошло времени, прежде чем грудь поднялась в резком вдохе. Вдохе, который отозвался невыносимой болью, а с губ сорвался стон.

Холод пробирал до костей, открыть глаза не было сил, но нечто, терзающее изнутри, будто пыталось вырваться и тем самым не давало снова провалиться в небытие. Прошла еще целая вечность прежде, чем своевольную энергию, рвущуюся из тела, удалось утихомирить размеренным дыханием, и тогда в звенящей тишине стали различаться звуки — чьи-то далекие шаги, редкие раздраженные ругательства и легкое посвистывание. Иногда все это было словно бы чуть дальше, а иногда совсем рядом.

Первое, что смогли увидеть глаза, когда их удалось, наконец, открыть — это непроглядная Тьма. Не имея сил подняться или пошевелиться, приходилось лишь безотрывно смотреть в одну точку, лежа на чем-то твердом, обжигающим спину холодом точно так же, как ледяной воздух раз за разом обжигал легкие.

Спустя какое-то время начало казаться, что окружающий мрак — живой. Вот только не было ничего, и он едва уловимым потоком из всех оттенков черного не только струился прямо, но и стекал по ровным поверхностям, будто здесь были и потолок, и стены. Вскоре глаза стали различать и темно-серые тона, таким казалось какое-то подобие двери посреди черной стены, а возле нее нечто, напоминающее длинный стол со стульями. Словно здесь не было ничего, кроме Тьмы, и в то же время эта Тьма имела вполне узнаваемые формы. На одной из стен даже выделялись очертания широкого окна с крестообразными шпросами, но и за ним не было ничего, кроме Тьмы.

Глаза снова закрылись, и открылись лишь тогда, когда в комнате из клубящегося мрака вновь послышались шаги. В отличие от окружения, человек хорошо различался и казался вполне реальным. Заметив, что за ним наблюдают, он улыбнулся и подошел ближе.

— Ты, наконец, соизволила открыть глаза? — его голос был таким же холодным, как и все вокруг, а на лице играла злая усмешка.

Девушка, к которой он обращался, в ответ лишь кивнула, истратив тем самым весь запас своих сил, и снова отключилась, погрузившись в небытие. Когда же пришла в себя в следующий раз, то также была не одна. Теперь глаза привыкли к темноте быстрее, и мужчину, сидевшего напротив, удалось разглядеть лучше, хотя ему успешно удавалось слиться с окружением — черные волосы, черная кожаная куртка, такого же цвета и штаны. Он неотрывно следил за ней.

— Ты не сможешь вечно притворяться мертвой, — снова усмехнулся он. — Я знаю, что ты давно уже пришла в себя.

Девушка ничего не ответила, лишь предприняла робкую попытку опереться рукой, чтобы подняться. Оказалось, что жесткая, как доска, поверхность под ней была чем-то напоминающим мягкий диван. Из такого же текучего и клубящегося мрака, но дивана. Сколько же она пролежала на нем, что он стал казаться твердым, как камень?

Слабость и головокружение мгновенно вернулись к ней, но она все же не сдалась и нашла в себе силы занять сидячее положение.

— Знаешь, такой тихой и слабой ты мне совсем не нравишься, — поморщился мужчина, и что-то в его издевательском тоне заставило девушку схватиться за сердце, когда вмиг взбунтовавшаяся внутри энергия снова попыталась вырваться наружу в непроизвольном рефлексе.

— А должна? — собственный хриплый голос испугал ее еще больше, говоря о слишком долгом молчании. Наконец, снова посмотрев на незнакомца с наглым и хитрым взглядом, она попыталась понять причину такой глубокой неприязни к нему. — Кто ты?..

Тот удивленно поднял брови, затем подошел ближе и присел напротив на корточки, смотря ей прямо в глаза. Она испуганно отодвинулась назад, вжавшись в спинку, и скривилась от боли, когда нечто, мечущееся в груди, наоборот, готово было сломать ребра, но вырваться наружу.

— Ты совсем не помнишь меня?

Мужчина потянулся к ее щеке, она хотела отбросить его руку, но сил хватило лишь на то, чтобы со слабым хлопком оттолкнуть запястье незнакомца. Огонь же внутри становился совсем невыносим.

— Кто ты такой? Что я здесь делаю⁈ — Паника начала охватывать ее, когда она снова оглянулась, совсем не узнавая место. — И где — здесь⁈

Девушка попыталась встать на ноги, но ничего не вышло, и она обреченно рухнула обратно на диван.

— И… кто я?.. — страх и ужас сковали ее настолько, что она не поняла, как волна энергии, таки вырвавшаяся из груди, прошла по всему телу и нашла выход в правой ладони, сжатой в кулак, который едва начал светиться.

— Тише-тише, — мужчина коснулся ее руки.

Она совершенно не помнила его, но отчего-то боялась. Несмотря на бурлящую в венах энергию, что-то подсказывало ей, что сопротивление все только усугубит, и свет в ладони стал угасать.

— Я ничего не понимаю… где я… кто я… что происходит… — по ее щекам потекли слезы. — Я хочу уйти отсюда…

— Забавно, дорогая, ты столько времени раньше проводила здесь, а в итоге даже не вспомнила это место. Порой тебя было отсюда даже силой не выгнать, а теперь ты хочешь уйти? — рассмеялся он, но при этом смотрел на нее с какой-то странной необъяснимой нежностью.

— Мы знакомы? Тогда ты знаешь, кто я, и что происходит? — она с надеждой посмотрела на него, а затем совершенно непроизвольно добавила: — Отпусти меня…

— Ну-ну, тише, — он провел ладонью по ее щеке, вытирая слезы, а затем посмотрел куда-то в сторону, словно прислушиваясь к чему-то. — Мы скоро вернемся домой. Сейчас самое время…

Девушка застыла. Смотря в его карие глаза, она чувствовала, как что-то в ней с новой силой пыталось вырваться наружу. Они определенно были знакомы, и все внутри едва ли не кричало, чтобы она бежала от него. Но для этого у нее сейчас попросту нет сил, и приходилось идти у этого типа на поводу.

— Самое время? Для чего?

Но он так ничего и не ответил, а перед ними вдруг возникла черная дыра, откуда подул ветер. Именно такой звук она часто слышала раньше, пока была в беспамятстве. Мужчина в кожаной куртке поднялся, протянул руку, и ей ничего не оставалось, кроме как неуверенно взяться за его ладонь. В этот раз ноги не подвели, но открывшаяся дыра, которая была еще чернее окружающего мрака, наводила не меньший ужас, чем этот тип с хитрой ухмылкой.

— Даже не пытайся, — заметив ее растерянность и желание отступить, мужчина схватил ее сначала за запястье, а затем за талию, намереваясь силой затащить в развернувшийся портал.

— Нет! — твердо выкрикнула она, предприняв попытку рвануть к двери, но хватка на ее талии стала только жестче.

— Не хочешь по-хорошему⁈ — прорычал он. — Мне не составит труда снова усыпить тебя…

И прежде, чем его рука коснулась ее головы, буря в груди девушки, наконец, вырвалась наружу. И не слабым светом в ладони, а яркой светящейся пеленой, переливающейся всеми цветами радуги. Типа в кожаной куртке тут же откинуло куда-то в сторону.

Девушка так и застыла в одной позе, не зная, что пугало ее больше — то, что ее опасения насчет мужчины подтвердились, или то, что окружало ее, как будто защищая.

— Как ты это сделала?.. — Ее пленитель потер голову от ушиба о стену. — Предупреждаю, сделаешь так еще раз — и пожалеешь об этом…

Но девушка и не пыталась этого делать. Развернувшись, она хотела выбежать из комнаты или кабинета, но ноги почти не слушались ее. Заветная дверь исчезла за возникшей темной стеной раньше, чем она успела сделать хоть пару шагов.

— Хочешь сбежать от меня? Здесь? В этом месте? — послышался надменный хохот позади нее.

Скорее интуитивно, чем осознанно она обернулась и вытянула руку вперед, а барьер вокруг нее расширился и снова впечатал поднявшегося мужчину в стену из сгустков клубящейся Тьмы. Только в этот раз столкновение со стеной ранило не только его.

Все вокруг пришло в движение, дрогнув, как от землетрясения. С ужасающим треском в черных стенах комнаты возникли светящиеся трещины, сквозь которые тут же стали прорываться языки изумрудного пламени.

— Вот же дрянь! — прорычал ее пленитель и вдруг мгновенно исчез в новой дыре, развернувшейся прямо под ним.

Вместе с ним испарилась и стена, скрывавшая выход из комнаты. Недолго думая, девушка схватилась за ручку и поскорее, насколько позволяли силы, выбежала из разрушающегося кабинета. Скорее по наитию, словно ей были знакомы очертания этих расплывчатых коридоров и лестниц, она кинулась прочь, не зная, чего боялась больше — опять оказаться в руках этого пугающего незнакомца, снова кануть в небытие или сгореть в зеленом пламени, взявшемся буквально из ниоткуда. Казалось, пол под ней вот-вот провалится, и жизнь ее так или иначе все равно оборвется.

— Выход! — радостно воскликнула она, заметив впереди среди текущих потоков Тьмы большие массивные двери.

Но, несмотря на видимую тяжесть, они легко распахнулись, и девушка чуть ли не кубарем вылетела на парадную лестницу крыльца на другой стороне. Стук сердца отдавался в ушах, она настолько была напугана, что не заметила, как исчезла завеса, охранявшая ее до этого. Как и не заметила, что все вокруг перестало трястись. Только Тьма по-прежнему покрывала все, что попадало в поле зрения — черное клубящееся небо и неясные контуры зданий вокруг раскинувшейся перед девушкой площади. Как будто это была часть какого-то города, но совершенно безлюдного.

— Где Дэвид? Где он? — неожиданно раздался чей-то громоподобный голос, и мир вокруг снова задрожал.

Девушка резко обернулась и отпрянула в ужасе, заметив позади себя фигуру, которой секунду назад еще не было там.

— Где Дэвид⁈ — повторил стоявший перед ней мужчина, но не тот, от которого она бежала, совсем другой.

Если тот пугал ее своей внутренней силой, то от этого бросало в дрожь только одним внешним видом. Длинное черное одеяние, напоминавшее балахон, словно было продолжением клубящейся вокруг Тьмы, а на лице, больше напоминавшем череп, обтянутый кожей, грозно сверкали красные глаза-кристаллы. От охватившего беглянку страха и трепета перед этой чудовищной фигурой в черном ноги подкосились, а переливающаяся защитная завеса вновь сама по себе окутала ее. Хотя девушка догадывалась, что от этого существа ничто не сможет защитить.

Так и произошло. До того, как она поняла, о ком ее спрашивали, глаза-кристаллы вспыхнули ярким светом, и голову девушки в тот же миг пронзила невыносимая боль. Существо в черном балахоне не сдвинулось с места, но ей казалось, будто он уже вскрыл ей череп и буквально рукой проник в мозги в поисках ответа на свой вопрос.

— Нет, пожалуйста, не-е-ет… — она могла только кричать, сопротивляться силе этого чудовища было просто невозможно.

Уж лучше бы ее утащил в портал тот тип в кожаной куртке, чем оставил терпеть эту пытку.

— Найдите Дэвида! — снова прогремел приказ фигуры в черном, когда девушка, дрожа от боли, рухнула на землю.

Все, что она могла — это обессиленно наблюдать, как площадь наполнялась фигурами, выходящими из таких же черных дыр, в одну из которых ее не так давно хотел затащить Дэвид.

Дэвид, точно! Несмотря на сумасшедший озноб, ей стало предельно ясно, что именно так звали того, кого она обнаружила сразу после своего пробуждения.

— Его нет здесь, — вдруг донеслось до нее, когда один из подданных фигуры в черном склонил перед ним голову.

— Значит, он уже успел вернуться в Верхний мир, именно туда он и собирался забрать Леди Тали. Немедленно отправляйтесь за ним, найдите Арнлейва Эгго, вероятно, Дэвид уже где-то рядом с ним, — голос существа с глазами-кристаллами странным образом был слышен повсюду, словно эхо, в то время как его подчиненные говорили еле слышно.

Но внимание девушки остановилось на другом имени. Леди Тали. Оно отозвалось в ней так сильно, что даже дрожь на миг утихла.

— Да, это ваше имя. Дэвид хорошо поработал над вами… — существо в черном внезапно оказалось перед ней, будто отвечая на немой вопрос, но красные глаза заставили ее снова воскликнуть от ужаса.

— Нет, умоляю, не надо… — снова всхлипнула она, невольно пытаясь отгородиться защитным барьером, но длинная костлявая ладонь, вынырнувшая из черного одеяния, без препятствий прошла сквозь переливающуюся во Тьме завесу.

— Вы так часто молите меня о милосердии, помощи или участии, — губы на обтянутом тонкой коже черепе не шевелились, но его ровный бесцветный голос все равно пронизывал все вокруг. — А когда это случается, просите об обратном. В мире не так много вещей, которые можно обернуть вспять. И мое внимание точно не одна из них…

И его тонкий палец коснулся ее лба, заставив одновременно все вокруг исчезнуть и вспыхнуть ярким светом сознание в голове девушки, ломая плотину, которая сдерживала все ее воспоминания.

Сначала это были детские моменты, когда она первый раз использовала барьер. На площадке с другими детьми кто-то случайно бросил в нее мяч. Она так испугалась, увидев его, что, оцепенев, не могла пошевелиться. Но мяч так и не долетел до нее, с хлопком отскочив в сторону. Никто так ничего и не понял, только мама тогда вдруг склонилась над ней с тревогой на лице, и долгие годы после этого наставляла ее:

— Научись хранить свой секрет, милая… Твой барьер может как защитить, так и навредить, если ты привлечешь к себе слишком много внимания. Никогда не угадаешь, что у людей в сердце — Свет или Тьма…

Потом среди воспоминаний промелькнуло рождение сестры.

— Какая она крошка! — удивленным восклицанием послышался собственный голос. — Такая смешная! Как вы ее назовете?

Уставшие после бессонной ночи, но очень счастливые папа с мамой переглянулись.

— Анна. Твою сестричку будут звать Анной, — улыбнулась Софи Тали, показывая Леди круглое личико новорожденной малышки.

— Уверен, вы подружитесь, — похлопал Леди по плечу отец, на что та уверенно кивнула.

— Как подрастет, она во всем сможет на меня положиться. Я обязательно ее защищу!

Всё тело Леди дрогнуло от этих слов, но костлявый палец только сильнее надавил на лоб, ускоряя течение времени в ее памяти. Сожаление о невыполненном обещании растворилось в воспоминаниях участившихся ссор. В школе у Леди появились совсем другие интересы, нежели у маленькой глупой Анны. Но вместе с ними появлялись и люди, которых Тали тоже когда-то потеряла.

— Леди, с тобой все в порядке? — обеспокоенно спрашивала ее белокурая Бри Стоун после того, как Тали столкнулась с вурдалаком в омнибусе. Они так хорошо дружили в школе, но вот уже Бри выглядела совсем иначе — испуганной и потерянной, запертой в допросной Штаба хранителей. — Я не могла пошевелиться… И они не могли. Ни мама, ни папа. Они больше не двигались, Леди…

Глаза Бри закатились, и девушка вдруг зашлась судорогами, будучи одной из многих, через кого темные пытались добраться до Леди. Это уже было во время учебы в академии стражей, и здесь хорошие воспоминания все чаще замещались страшными и пугающими событиями — несчастная марионетка Элли Гловер в руках маньяка-менталиста Соулривера, старый отель адептов Тьмы, где Леди пришлось предать доверие сестры, и, наконец, сражение с темными, когда Тали выхватила из-за спины светящийся клинок Верховного Хранителя…

Все это так быстро пробегало перед глазами, что Леди не успевала выхватить что-то конкретное — сменялись лица, времена, места, но во всех этих моментах были ее друзья — никогда не унывающий Клаус, вспыльчивая, но всегда готовая поддержать Джоан, заносчивый и надежный Джейсон, и, конечно же…

— Мы уже вместе, Дин, и это главное. С этой мыслью меня никто не сможет остановить, будь то сам Смерть. Ты веришь мне? — калейдоскоп стал замедляться и остановился на одном из самых важных моментов, когда, несмотря на пугающий алый свет башни-маяка, Леди чувствовала, что способна, наконец, дышать полной грудью.

— Верю! — нехотя выдавил тогда из себя Дин. — Мигом, туда и обратно. Обещаешь?

Еще одно невыполненное обещание тут же сменилось глубоким и проникновенным взглядом карих глазах Всадника Смерти.

— Мне жаль, — поджал губы Дэвид, на его потемневшем лице проблеснуло искреннее сожаление. — Ты мне и правда нравилась.

— Нет… — по щекам Леди катились слезы, все ее тело задрожало, не в силах больше сдерживать силу эфира, исходящую из кристалла в башне-маяке, когда позади нее послышался оглушительный треск.

Взрыв кристалла обернулся яркой вспышкой в сознании Леди, когда она, начав задыхаться, схватилась за горло и отпрянула от костлявой ладони пугающей фигуры в черном.

Левая рука, которой она опиралась, чтоб не упасть, страшно дрожала, Тали едва хватало сил держать себя от накативших воспоминаний. Словно вся жизнь пролетела перед глазами. И Эстер… Она подняла голову и оглянулась вокруг. Теперь даже в этой непроглядной Тьме она узнавала черты родного города. Но почему здесь было так темно?

— Это не ваш Эстер, это его отражение в Нижнем мире, — спокойное эхо прозвучало одновременно снаружи и в голове Леди, и тогда она снова взглянула на пугающее лицо-череп с алыми глазами-кристаллами.

Ей хотелось кричать при виде этого существа, но из-за накатившего оцепенения крик застрял в груди.

— В Нижнем мире⁈ — вместо этого кое-как выдавила из себя Леди. — Я… умерла?..

— Мертвые не имеют голоса, — бескомпромиссно ответил просвечивающий сквозь тонкую кожу череп, хотя его губы оставались неподвижными. — Потому, если вы говорите, очевидно, что еще не мертвы…

Тали чувствовала, как к ней снова возвращался озноб из-за непонимания происходящего. Ей казалось, что вот только что была битва в Эстере, и она сражалась с Дэвидом в башне, а затем… он, кажется, победил. И вот она уже очнулась в темноте… Нижнего мира⁈ Внутри все сжалось от боли, но уже не физической, душа буквально разрывалась на части от всего, что пришлось пережить, и как будто главные вопросы, никак не могли созреть в ее голове. Бледное лицо и глаза-кристаллы пугали и гипнотизировали одновременно. Леди никак не могла отделаться от ассоциации с Соулривером, усилившим однажды свои ментальные способности, вживив эфирные кристаллы себе в глазницы.

— Т-ты… вы… — наконец, голос снова вернулся к ней, когда фигура перед ней выпрямилась и бросила на Леди свою тень.

— Смерть, — ответило существо, снова прочитав в ее мыслях суть неозвученного вопроса. — И да, признаю, я тоже удивлен обстоятельствам и самому факту нашей очередной встречи с вами.

Даже еще с запертыми воспоминаниями Леди интуитивно догадывалась, кто перед ней, вот почему ею овладел этот невероятный страх и трепет. Но теперь она и вовсе забыла, как дышать, ведь никто в здравом уме даже и представить не мог, каково это — оказаться один на один с самим Всемогущим Смертью.

— Прошу простить мою дерзость, — тут же склонила голову Тали. — Я… я не узнала вас. Мне показалось, что передо мною Соулривер…

— Кто? — безразлично спросил Смерть, глядя на нее свысока. Очевидно, Создатель Верхнего и Нижнего миров даже не знал имена тех, кто не был правителем в обителях.

— Адепт Тьмы, казненный нами много лет назад, согласно вашим законам равновесия, — тут же помотала она головой, словно проверяя, не ночной ли кошмар все это. — Я не узнала вас, ведь когда вы приходили к нам в Эстер, то выглядели иначе…

— Верхний мир слегка меняет меня, — отстраненно ответил Смерть, но тем самым подтвердив, что именно так он выглядел на самом деле.

Тали же его слова заставили еще раз обернуться, напомнив, что она находилась сейчас там, где, согласно, учебникам, ни одному смертному не выжить. Но Нижний мир не просто являлся отражением Верхнего мира. Леди заметила на другой стороне площади здание, разрушенное еще при Энтони Риде.

— Дом правителей⁈ Почему он здесь? — дрогнувшим голосом спросила Тали.

Озвучив свой вопрос, она поняла, что он уже сам по себе был дерзким, и снова склонила голову. Но Смерть, несмотря на видимую неподвижность, продолжал демонстрировать свое расположение к разговору.

— Это Нижний мир, здесь время идет гораздо медленнее, оттого и изменения вашего мира здесь видны не так быстро.

Несмотря на царивший вокруг мрак и холод, Леди чувствовала, как полученные ответы, один за другим, возвращали ей уверенность и придавали силы взять себя в руки. Мысли уже не роились вихрем в ее голове, и она, наконец, смогла ухватиться за то, что сейчас было действительно важным:

— Дэвид! Всемогущий, он предал вас! Он в сговоре с Арнлейвом Эгго!

— Я уже в курсе, — в голосе Смерти впервые просквозила хоть какая-то эмоция, и то была явная усмешка. — А также того, что у вас был с ним роман, хотя это запрещено всеми правилами и законами.

Его замечание укололо Леди так сильно, что она, уже вспоминая свой упрямый характер, чуть ли не ответила укором, для кого же, в первую очередь, написаны эти правила? Для слабых и беззащитных смертных, или для таких, как Дэвид, чьей силе и власти никто не может сопротивляться?

— Прошу прощения, но он… это все Тьма… я была в отчаянии… а он управлял мной… — вместо этого выдавила из себя Леди в попытке подобрать правильные слова, но тут воспоминания в ее голове, наконец, выстроились в цельную картину, и с ее губ сорвались единственно важные для нее вопросы: — Что с Эстером⁈ Что… с Дином и Клаусом?

Вряд ли Смерть знал о том, жив ли кто-то из других, но о жизни правителей он явно должен быть осведомлен.

— Эстер стоит там же, как и прежде, — лишь ответил Смерть, а затем, развернувшись, открыл портал. — Пойдемте. Нам есть о чем поговорить.

Леди не решилась задавать больше вопросов, но несколько секунд помедлила, прежде чем войти в портал. Происходящее все еще с трудом удавалось осмыслить. Вот только что она пребывала в беспамятстве, а до этого была на грани гибели, а сейчас сам Смерть приглашал ее на приватный разговор. Невольно обхватив себя руками, Леди еще раз окинула тревожным взглядом центральную площадь Эстера восьмилетней давности, окутанную мраком, и поняла, что другого выхода у нее все равно нет, поэтому сделала шаг вперед и снова оказалась во Тьме.

Переход дался ей с трудом, она снова едва удержалась на ногах, а ухватиться на выходе было не за что, поэтому Леди сразу же рухнула на колени. Пытаясь справиться с болью в теле, до сих пор сопровождавшей ее после того, как энергия из кристалла в башне прошла через нее, Тали огляделась, но никак не могла понять, куда попала.

— В таком состоянии вы не протянете долго ни в Верхнем, ни в Нижнем мире, — рядом послышался голос Смерти, и Тали вдруг почувствовала, как неожиданно тепло разлилось по ее телу. Боль начала стихать, и Леди, закрыв от блаженства глаза, даже поймала себя на мысли, что давно не ощущала себя настолько хорошо. — Считайте это моими извинениями за то, что приставил к Эстеру именно Дэвида. Мне стоило быть осмотрительней с ним…

Осознав, что сам Смерть только что исцелил ее, Леди хотела обернуться и хотя бы снова благодарно склонить голову, но заметила, что высокая фигура Всемогущего уже шла куда-то вперед, разгоняя перед собой стелющийся по земле мрак, не обращая на Тали никакого внимания. У нее вновь не было никакого выбора, кроме как догнать Создателя и смиренно идти рядом, попутно пытаясь понять, куда они перенеслись.

По правую сторону от них уже виднелись какие-то очертания, словно в серо-черных оттенках проявлялся город, а сами они шли по горе, с которой открывался вид на этот самый город. Леди едва ли узнавала это место. Как и никогда не видела целый ряд высоких колонн, видневшихся по левую сторону от них. На вершине каждой из них можно было заметить подобие неподвижных статуй.

— Это Всадники, — Смерть, очевидно, читал все ее мысли, на ходу копаясь в воспоминаниях. — Каждый из них дожидается своего часа. Обычно их гораздо больше здесь, но после того, что вы с Дэвидом устроили, мне пришлось многих разбудить и отправить на поиски в Верхний мир.

— На какие поиски? — недоумевала Леди.

— Вас и Дэвида. Вы исчезли. Испарились. Для тех, кто живет в Верхнем мире, это может означать, что вы просто умерли, — он говорил это настолько спокойно, словно это было чем-то обыденным.

— Ох, Смерть… — Тали зажала рот руками от ужаса, поняв, что если все, кто ей так дорог, были живы, то они наверняка уже простились с ней.

— Но для меня, такая душа, как ваша, не может испариться бесследно, — продолжал Смерть, а Леди, несмотря на то, что с каждой секундой страх и паника накатывали на нее все сильнее, приходилось проявлять все больше терпения и смирения. — Однако каким-то образом Дэвиду удалось спрятать вас и укрыться самому прямо у меня под носом… Всадники перерыли весь Верхний мир, но так и не нашли ни вас, ни его.

— Меня? Но зачем вам я?

Смерть не сразу ответил на этот вопрос, Леди даже подумала, что он, возможно, решил, что она спрашивает слишком много.

— Очевидно, там же я мог найти и Дэвида, — услышав короткий ответ Смерти, Тали только убедилась, что он о чем-то недоговаривал. — И нашел, как только вы воспользовались своим эфиром…

Неожиданно впереди показалось зеленое зарево, а звенящую тишину Нижнего мира разбавили чьи-то голоса. Тали испуганно посмотрела на Смерть, который как ни в чем ни бывало шел дальше, даже не повернувшись в сторону изумрудной вспышки. Леди же осмелилась сделать пару шагов в сторону, чтобы разглядеть то, что смертные иногда называли дыханием Нижнего мира. Но чем ближе подходила Тали, тем сильнее она чувствовала вновь подступающий ужас.

В обычной жизни скверна представляла собой лишь зеленое пламя, с помощью которого некроманты воскрешали мертвых и управляли ими, как марионетками. Но здесь… Тали казалось, что в огне виднелись чьи-то лица, и что именно от них исходил этот пугающий шепот. Вблизи же и вовсе казалось, что это застывшие в предсмертном крике гримасы. Снова и снова они проявлялись в изумрудном пламени, и чем дольше Леди на них смотрела, тем больше хотела кричать сама. Она была уверена, что это все разыгравшееся изображение, но казалось, что среди прочих лиц видела и Анну, и Бри, и верного хранителя Уилла, а потом и вовсе стала различать облики родителей и друзей, которые еще должны были быть живы.

Когда по коже побежали мурашки от нахлынувшей волны холода, Леди поняла, что Смерть снова стоял рядом с ней. Ей хотелось спросить, что случилось с этими людьми? Почему скверна причиняет им столько боли? Чем они это заслужили, и изменится ли их участь когда-нибудь? Но пока Смерть не осудил ее за излишнее любопытство, решилась задать другой вопрос:

— Сколько прошло времени с битвы в Эстере?..

— Я уже говорил, что время здесь идет медленнее. День-два? Месяц? Год? Несколько лет?

Безразличие в его голосе сводило с ума, и Тали уже едва сдерживалась, чтобы не дать волю эмоциям. Хотелось взмолиться, чтоб прошло не так много времени, но кому молиться, когда Всемогущий Смерть уже здесь и, очевидно, никак не стремился облегчить ее душевные терзания?

— Я теряю время здесь… что если я еще могу кого-нибудь спасти? Если я вам не нужна, и Дэвида, как вы говорите, уже здесь нет… Прошу, откройте мне портал в Верхний мир, я уйду отсюда… — ее голос дрожал, чудом не срываясь на крик от отчаяния. — Вы даже не знаете, сколько времени прошло… А ведь Эгго опасен! Он сманил на свою сторону одного из ваших Всадников! Он набирает силу, он хочет избавиться от вас! Дэвид мне сам об этом сказал…

— Не утруждайтесь, Леди. Я видел это все в ваших воспоминаниях, — Смерть явно не собирался поддаваться ее эмоциям. Он просто развернулся и пошел по намеченному ранее маршруту.

— Тогда почему вы здесь со мной? В ваших силах просто уничтожить Эгго! Он не будет угрожать вам, а Верхний мир снова начнет жить спокойно! — оторвавшись, наконец, от созерцания скверны, Тали не успевала за размашистыми шагами Смерти, оттого продолжала семенить за ним, как когда-то в академии за учителем Картером или Хранителем Абрамсом.

— Я не вмешиваюсь в дела Верхнего мира, — спокойно сказал Смерть, но его глаза-кристаллы грозно сверкнули. — Не берите на себя больше, чем можете выдержать. Моя задача наказать того, кто нарушил мои законы — это Дэвид. Ни больше, ни меньше. Но вы легко можете стать следующей после него, кто столкнется с моим правосудием.

Чем дольше Тали находилась здесь, тем больше деталей могла разглядеть. Это определенно была некая копия Верхнего мира, оставалось только догадываться, какого именно времени.

— Но ведь Арнлейв Эгго опасен даже для вас! — Леди сжала руки в кулаки, решив, что если не достучится до Создателя Верхнего и Нижнего миров сейчас, то вероятно, уже никогда не получит такой возможности.

Наконец, Смерть остановился, развернулся и посмотрел на нее, как будто впервые увидев. На этот раз Тали не отступила, не испугалась и не приклонила голову, а требовательно смотрела на него снизу вверх.

— Если бы я не очистил вас от влияния Дэвида, то подумал бы, что это все еще Тьма говорит вашими устами, — как будто Смерть даже позабавила решимость Леди, которая кроме этой самой решимости ничего не могла ему противопоставить. — Неудивительно, что именно с вами он смог поладить, в отличие от ваших соправителей.

Всемогущий снова двинулся дальше, похоже, любые доводы были бесполезны. Тали даже подумала, что Дэвид был прав тогда, в башне. Смерти плевать на них, это всегда было так. И сейчас, когда дело уже касалось не только Верхнего, но и Нижнего мира, ему по-прежнему было все равно. Тогда и обычным жителям Вусмиора уповать на его волю и спасение точно нет смысла.

— Знаете, сколько таких, как Арнлейв, было на моей памяти? — не оборачиваясь, спросил Смерть, чем в очередной раз напомнил Леди, что ее мысли для него — открытая книга. — Даже я всех не вспомню. Он не первый, кто захотел прибрать все к своим рукам. И где они сейчас? Вы, Леди, наверняка, даже и не знаете их имен. Эгго — всего лишь еще одна частичка истории, которая для меня через очень короткое время канет в лету.

На этот раз Тали молчала, в конце концов, сейчас ее жизнь зависела от благорасположения Смерти.

— Но, признаюсь, Эгго первый, кто смог переманить Всадника на свою сторону. Правда, в этом виноват и я сам. Дэвид был одним из лучших, именно поэтому я поставил его в Эстер. Уж слишком ваша троица отличилась еще тогда, когда впервые поставили купол над городом, — продолжал Смерть. — Дэвид всегда четко выполнял мои поручения и был бескомпромиссен. Он упрям, почти так же, как вы. Я знал, что ему тесно в роли Всадника, но мне нравилось, как он решает проблемы. Хотя — да, стоило избавиться от него раньше.

— Избавиться? — удивленно переспросила Леди.

— От Уолша же вы избавились, — Смерть позволил себе еще одну усмешку, вспомнив предыдущего Всадника Эстера. — Оттого я не так часто призывал Дэвида для выполнения его обязанностей. Помнится, и в прошлый раз он был не очень доволен вверенной ему обителью, но всё же смог навести там порядок. Я и сейчас считаю, что лучше него никто бы не смог контролировать Эстер…

Леди выдохнула. Если она ненавидела сейчас кого-то больше, чем Арнлейва Эгго, так это Дэвида. Для нее между их битвой в башне и разговором со Смертью прошло не больше часа. И боль от его предательства не излечится ни одним целителем, а вопросы, что случилось с Эстером и всеми, кто остался там, сводили с ума.

Ей хотелось справедливости и наказания, но здесь она не найдет его в той мере, в которой хотела бы.

— Жажда справедливости, как и многого другого, хороша только в определенной мере. Незнание этой меры — вот ошибка большинства правителей Верхнего мира, и даже таких личностей, как Арнлейв Эгго, — сказал Смерть, в очередной раз подслушав ее мысли. — Я видел будущее Эстера во многих вариантах. Ваше назначение на пост Хранителя было одним из лучших будущих, но, чувствуя сейчас ваше нетерпение, я уже сомневаюсь в этом…

— Если вы всё это предвидели, то почему назначили Дэвида? — возмутилась Тали, удивившись сама себе.

Раньше все они буквально робели перед их богом, а сейчас она спорила с ним, хоть и понимала, что для нее всё может закончиться в одну секунду.

— Будущее переменчиво. Оттого я и не вижу угрозы в Эгго. А вы не можете знать больше меня, Леди.

Все это время они шли куда-то, то и дело Леди видела где-то во Тьме очертания города снизу, но теперь и они исчезли. Сейчас вокруг нее была лишь пустота, и единственный ориентир, который она видела перед собой — это фигура Смерти. Словно они попали в небытие. Тали всерьез задумалась, не умерла ли все-таки она? Может, это и есть ее личная «тюрьма», в которой она застряла навечно и обречена вести философские диалоги с самим Создателем?

— Я все еще не понимаю, зачем я вам нужна. Если вы готовы отпустить меня, то, прошу, сделайте это…

— Мы пришли, — лишь коротко ответил Смерть.

Тали оглянулась. Вокруг была все та же непроглядная Тьма, без каких-либо границ или ориентиров. Одно сплошное ничто в вялотекущих черно-серых красках.

— С того момента, как я вернул вам воспоминания, вы хотели узнать, что стало с Эстером, — Смерть поднял костлявую кисть и указал ею куда-то вперед.

Леди проследила за его рукой, и там, где только что была беспросветная Тьма, Тали заметила два постамента. Еще раз с сомнением глянув на Смерть, чьи алые глаза-кристаллы были единственным и весьма пугающим источником света в этом мрачном и холодном месте, Леди сделала пару робких шагов вперед.

— Эстер теперь под властью адептов Тьмы. Я сам лично передал его в руки Арнлейва Эгго, — все так же бесцветно раздалось эхо голоса Смерти за ее спиной.

На постаментах лежало два тела. Едва она увидела их, её сердце будто перестало биться.

— Нет, не может быть… — Леди застыла на месте, потеряв всякую волю двигаться дальше. — Этого не должно было произойти…

Тела лежали к ней макушками, но даже на расстоянии она узнала их. Точно, как узнавала и их одежду, и следы крови на ней. Видела, как недвижимы ими были, и что никакое дыхание не заставляло вздыматься их грудь.

Несмотря на то, что все вокруг давно походило на сюрреалистичный кошмар, к такому Леди точно не была готова. Продолжая мотать головой и едва не задыхаясь от ужаса, она отказывалась идти вперед.

Голоса зазвучали сами собой, звеня в сером тумане.

«Леди? Что, прям так и зовут? Я — Клаус. Рад познакомиться!» — вспомнилась яркая открытая улыбка молодого брюнета, приветливо протягивающего ей окровавленную руку после совместной победы над вурдалаком.

«Мигом, туда и обратно! Обещаешь?» — последние слова Дина, измотанного годами, но с горящей в глазах надеждой на их скорую встречу, эхом звучали в ее голове.

Это то, что Леди помнила, и она никак не хотела замещать их образы посмертной маской боли и сожалений. Там лежали без движения кто угодно, но точно не Дин и Клаус. Не те Дин и Клаус, которых она знала и любила. Только не они…

— Нет-нет-нет… — Леди упала на колени там, где стояла, так и не решившись сделать шаг вперед.

Во всеобщем холоде Нижнего мира, который Тали уже почти не замечала, безмолвно хлынувшие слезы буквально обжигали лицо, но она и этого не чувствовала.

Леди ничего больше не чувствовала. Внутри нее вмиг образовалась пустота, в которую она проваливалась с каждой секундой все больше, неотрывно смотря на лежащие впереди тела. Еще пару минут назад Тали пыталась что-то доказать Смерти, но все это было уже неважно. Как и неважно, что теперь будет дальше с ней — останется ли она в Нижнем мире, отправится ли в Верхний, заберет ли лорд Орел ее барьер или нет. Было ясно одно — Арнлейв Эгго победил.

Позади Тали зашумели тяжелые ткани балахона, когда Смерть подошел к ней, в очередной раз прочтя ее мысли:

— Еще нет. Есть один нюанс…