Лонде-Бри

Свет двух лун падал на ее лицо, делая его еще бледнее, черные волосы были аккуратно уложены служанками, как и подобало ей по статусу, а темно-зеленое платье идеально подчеркивало фигуру. И лишь пустые серые глаза выдавали, что в ней давно погас огонь жизни несмотря даже на то, что сердце по-прежнему билось.

Дженнифер стояла возле окна, почти не шевелясь, и смотрела куда-то вдаль. Каждый день был похож на другой — она просыпалась, служанки помогали привести ее в порядок, а затем начинались бесцельные хождения по дому, словно душа, которую Смерть забыл забрать в Нижний мир, искала упокоения. Некромантка ни с кем не разговаривала, в ее руках больше не загоралось зеленое пламя, и только один человек был способен вывести ее из этого состояния.

Эгго уже несколько минут стоял в проеме двери, ожидая, что она хотя бы обернется на звуки шагов. Но его жена, некогда сильнейшая некромантка Вусмиора, сейчас напоминала лишь красивую куклу, такую же пустую и безвольную.

— Дженнифер? — наконец, решился он позвать ее.

Но она не обернулась. Тогда Арнлейв подошел ближе, положив на ее спину ладонь. Словно заводной ключик, Тьма пробуждала инфанту. Теперь она повернулась и посмотрела на Арнлейва, чье лицо было скрыто под маской.

— Ты говорила, что Ева Рид помогала в краже Капитуляра и побеге эстеровцев? — спросил Орел, когда Джен, наконец, узнав его, дернулась, всем своим видом давая понять, как ей неприятны его прикосновения.

— Кажется, Эстер пал. Какое это имеет значение? — с совершенным безразличием спросила она.

— Я не потерплю предательства, — спокойно ответил Эгго.

Он не считал кузину почившего Правителя Эстера хоть сколько-нибудь серьезной опасностью, но сам факт, что кто-то прямо под его носом посмел провернуть такое, он не мог оставить безнаказанным.

— Так эта лиса все еще жива? — словно прочитала его мысли Дженнифер и неожиданно рассмеялась. — Она обвела вас вокруг пальца⁈ Хоть у кого-то хватило на это смелости.

Арнлейв неотрывно следил за некроманткой, глядя в потемневшие глаза, будто искал там какие-то ответы. Он несколько раз пытался залезть в ее мысли, но там была сплошная Тьма и ничего больше. Ни имен, ни воспоминаний, ни эмоций.

— А знаешь, кто нам помог узнать об этом? — усмехнулся Эгго. — Тот, кого вы тогда спасали — Квентин Хоук. Помнишь такого?

Вдруг улыбка Дженнифер померкла, а горделивый взгляд стал вдруг мягким, даже почерневшие глаза посветлели. Арнлейв нахмурился, следя за ее реакцией.

— Квентин?.. — тихо переспросила некромантка, словно впервые за долгое время о чем-то вспомнила и задумалась. — Нет… он не мог. Он же сбежал из Лонде-Бри.

— Сбежал, сражался за Эстер, выжил и… вернулся сюда. Хотел повидаться с тобой, — каждое слово он произносил медленно, всматриваясь в ее глаза.

По безэмоциональному лицу Дженнифер было сложно догадаться, испытывала ли она хоть что-то в этот момент, но отчего-то Эгго напрягало ее молчание.

— И? Где же он?

— А ты бы хотела с ним увидеться? — это мало походило на обычный разговор двух людей, и уж точно муж и жена так не общаются, но Арнлейв продолжал давить на Дженнифер, словно это был допрос. — Я могу это устроить.

— Он жив? — с прежним спокойствием спросила Джен.

— Я пообещал ему, что в обмен на кое-какую информацию об Эстере он сможет увидеться с тобой. Вот только… никак не пойму, что же его толкнуло на такой опрометчивый поступок. Насколько мне известно, Клаус Берч больше беспокоился о спасении своей жены, а не о тебе. А вот Квентин Хоук… Это ведь он спас тебя тогда, в Эстере, когда мне удалось поймать тебя? Что вас связывает?

Как будто в этих нотках проскользнула столь несвойственная Эгго ревность.

— Квентин не мог пойти на это. Ты врешь. Он не такой. Он всегда был верен Эстеру и себе, — руки Дженнифер сжались в кулаки.

Арнлейв ухмыльнулся.

— Времена изменились, дорогая. И прежнего Эстера больше нет, как нет и его правителей, и тех бравых хранителей, которые были готовы умереть за них. Теперь каждый сам за себя. И Хоук просто встал на правильную сторону, — Арнлейв подначивал некромантку, и вместе с тем злость в нем вскипала все сильнее.

— Ты лжешь. Квентин лучше тебя, он борется за то, что считает правильным, — едва не прорычала Дженнифер.

Эгго промолчал несколько секунд и разочарованно выдохнул.

— Знаешь, что мне все еще интересно? Говоришь ли ты это сама или в тебе говорит Тьма, которой я тебя подпитываю? — каждый их разговор заканчивался этим вопросом.

— Кто знает… попробуй снова покопаться в моей голове и найти там Дженнифер. Возможно, я — лишь отражение твоих собственных мыслей, страхов и эмоций… А возможно, я еще жива. Чего бы ты хотел больше? — одно мог бы понять почти любой — Дженнифер бы такого никогда не спросила, она всегда говорила прямо.

— Единственное, что я хочу, это заполучить в свои руки Нижний мир, — хмыкнул Арнлейв, уходя от вопроса, ответа на который он и сам не знал.

— Так чего же ты медлишь? Эстер побежден, правители погибли, у тебя есть все. А вместо этого тебя волнует Квентин Хоук и то, зачем он пришел за мной? — рассмеялась Дженнифер.

— Хватит на сегодня, — Тьма, окутывающая миссис Эгго, исчезла, а вместе с ней погасли и ее глаза, будто душа снова покинула некромантку. — Жаль, что ты не осознаешь моего величия, когда я заполучу оба мира. Всё было тщетно, Дженнифер, всё. И твоя жертва ради спасения эстеровцев того не стоила. А ведь всё могло быть иначе…

Но инфанта уже молча развернулась к окну, наблюдая за снегом, падающим с неба. Эта пустая оболочка с каждым разом все меньше интересовала Эгго. Арнлейв разочарованно вышел из спальни, оставив позади все ту же безвольную куклу, которую он встретил здесь, когда вошел несколько минут назад.

* * *

Огромные черные полотна с изображенным на них орлом трепыхались на башнях внушительного темного замка. Аллард закурил и остановился возле входа в Дом правителей, смотря на развевающийся символ, которому присягнул на верность, и который теперь с каждым разом заставлял его хмуриться все сильнее.

Попытки найти Еву никуда не привели. И сейчас генерал думал, каким же образом ему преподнести эту новость лорду Орлу, чтобы не отправиться следом за правителями Эстера. Наконец, докурив и выбросив сигарету, он зашел в здание, поежившись от холода. Помочь ему в непростом деле с Рид должен тот, кого Рейн всегда считал своим врагом.

Он прошел по длинному каменному коридору, где эпигоны в масках неустанно несли службу, а от битвы, которую тут устроила когда-то некромантка, не осталось и следа. Затем поднялся на второй этаж по одной из широких лестниц и для приличия постучал в массивную дубовую дверь Советника. Но, не дождавшись ответа, тут же вошел в кабинет.

Равен сидел за столом, как всегда, с важным видом читая корреспонденцию, а огромный ворон в углу вместо хозяина повернул голову, встретив посетителя.

— Как продвигаются поиски Рид? — не отрываясь от чтения, холодно спросил Галбрейт.

— Безуспешно, — пожал плечами Аллард и сел на стул напротив.

Советник поднял на него, наконец, глаза, как будто удивившись этой новости.

— Кто-то явно предупредил ее о том, что ее могут сдать, — продолжил генерал. — Она сбежала не одна, а вместе с родителями.

Равен нервно отшвырнул листок бумаги, который держал в руках. Аллард же откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди, и, хоть его лицо оставалось спокойным, он буквально наслаждался моментом. Наконец-то и на этого напыщенного Советника нашлась управа.

— Кто-то из Эстера? Насколько мне известно, они давно спрятались по норам, вряд ли кто-то из них, кроме этого безумца Хоука, рискнул бы поехать в Лонде-Бри.

— Ты забываешь, что Нейтана Блейка, заведовавшего целой шпионской сетью здесь, мы до сих пор не поймали. Думается, без него не обошлось ни планирование побега Берч и Хоука, ни бегство самой Евы, — усмехнулся Рейн, смотря, как нервно стучит Галбрейт пальцами по столу.

— Ты же понимаешь, что Правителю важно наказать виновного? И если Евы не будет у него — живой или мертвой — он накажет кого-то другого. Например, тебя, за то, что ты ее не нашел.

Аллард снова потянулся за сигаретой. После битвы в Эстере эта дурная привычка все больше не давала ему покоя, он едва мог продержаться полчаса без затяжки. Не то что раньше. Но в те дни все его внимание занимала Ева… Мысленно отмахнувшись от этого воспоминания, Аллард продолжил:

— Как удобно, что есть я, да, Равен? Можно обвинить во всех бедах тупоголового генерала. Подумаешь, избавимся от одного вояки, найдем другого. Сейчас, когда в руках Эгго весь Вусмиор, не составит труда найти кого-то на замену, — Рейн выдохнул облако дыма. — Даже в нарушении баланса Света и Тьмы вы сделали крайним меня!

— Не бери на себя слишком много, — парировал Советник.

— Не подскажешь, кто убил Рида и Берча? Не Арнлейв и не ты, — Аллард снова затянулся. — Возможно, вы рассчитывали на что-то другое? Что Всадник не пощадит меня, устанавливая новое равновесие? Вот ведь незадача, несмотря на то, что я убил последних правителей Света, я по-прежнему жив.

— Аллард, ты пришел не по адресу. Слушать твое нытье была задача Еванджелины. Найди ее, может, она и в этот раз утешит тебя. А мне нужно работать, — Равен снова взялся за документы, давая понять, что разговор окончен.

Но Рейн не спешил уходить, продолжая дымить в кабинете.

— Вот еще одна проблема, Равен. Ева была твоей подчиненной. Это тебя она обвела вокруг пальца, а не меня. И, кажется, Правитель явно дал понять, что это прежде всего твой промах. Именно ты допрашивал ее в последний раз, — усмехнулся Аллард, когда Советник снова поднял на него глаза.

— Ты мне угрожаешь?

— Нет, просто не собираюсь быть разменной монетой в очередной раз. Интересно, на Леорика Вагнера у вас были такие же планы? Он был удобный, не задавал вопросы, его интересовали совсем другие вещи, так? — Аллард смотрел прямо на Равена, не собираясь отступать. — Впрочем, сейчас это не имеет уже никакого значения. Имело ли хоть когда-нибудь?.. Но в поисках Евы ты заинтересован явно больше меня.

— Когда ты успел стать таким болтливым? — недовольно сморщился Галбрейт.

Но слова генерала явно возымели эффект, словно не выдержав натиска, Советник отклонился назад на спинку стула.

— Ты же понимаешь, что я не могу врываться в каждый дом во всем Вусмиоре в поисках твоей шпионки. Привлекать к этому всех эпигонов никто мне не даст. А вот твои птицы могли бы мне в этом здорово помочь.

— Я занят сейчас другими поисками, — недовольно выдохнул Галбрейт. Генерал, похоже, загнал его в угол.

— Ты же знаешь, что этими же поисками заняты и другие Всадники, которых развелось как вурдалаков. То их не дождешься, то за угол не повернуть, чтобы не встретить одного из них. Думаю, они лучше справятся с этой задачей. Ни за что не поверю, что тебе твоя шкура не так дорога, как поиск…

— Я понял тебя, Рейн, — взмахнул рукой Равен, не дав договорить, а ворон, который все это время спокойно сидел, резко взметнулся вверх и исчез. — Я попробую что-нибудь сделать с этим, но ты сам сказал, я не смогу залезть в каждый дом Вусмиора.

— Я буду вам крайне признателен, Советник, — Аллард поднялся со стула.

Из кабинета он вышел молча, как и пришел. Попадаться на глаза Арнлейву ему хотелось сейчас меньше всего, поэтому он поторопился скрыться в своем кабинете.

Он подошел к окну, откуда открывался вид на Лонде-Бри. В столице Амхельна ничего не изменилось со времен падения Эстера. В отличие от остального мира, его полностью захватила Тьма, которую до этого сдерживала последняя светлая обитель.

Однако Алларда не покидала одна мысль, что, несмотря на безусловное подчинение всего Вусмиора Амхельну, мир как будто бы замер в ожидании чего-то… Следующего шага Эгго? Ответа Смерти и его Всадников?

Никто не брался предсказать, что теперь произойдет, а сам Рейн не был даже уверен, что доживет до этого момента или, в лучшем случае, сможет пережить его.

* * *

Дорстрем

Девушка закуталась в черное пальто, спрятав под шапкой и капюшоном черные волосы, и зашла в маленький магазинчик на одной из немногочисленных улиц Дорстрема. Этот город находился на перепутье нескольких дорог, поэтому здесь можно было с легкостью затеряться среди таких же мимо проезжающих людей.

И все же это было уже третье ее пристанище за последние несколько дней, так что сейчас она устало проходила мимо полок, складывая в корзину только необходимое. Вскоре ей придется двигаться дальше, и так снова и снова, пока о ней не забудут.

За прилавком с кассой сидела женщина, с абсолютно безразличным лицом смотрящая новости по трансвидеру. К ней подошел мужчина и выгрузил свои покупки. Та не спеша поднялась и начала, наконец, работать.

— Также разыскивается Еванджелина Рид, кузина бывшего Правителя Эстера Дина Рида. Если вы обладаете информацией о ее местонахождении или же где-то видели человека, похожего на нее, то сообщите об этом ближайшим дежурным эпигонам. Помните, лорд Орел ценит каждого, кто вкладывает свои силы в величие и будущее Вусмиора.

Ева, занявшая место в очереди позади мужчины, вздрогнула и посмотрела на экран, рассматривая собственную фотографию. На ней она была в красном платье, с распущенными волосами и ярким макияжем. Вряд ли хоть кто-то сейчас в бледной тени, в которую она превратилась, узнает ту самую красотку и двойного агента Евандежлину Рид.

— Рид? Кому еще какое дело до этих Ридов⁈ — пробурчала себе под нос продавщица. — От Эстера одно название осталось, а эти все никак не успокоятся…

— О! А разве у этого Дина не было еще и жены? — вдруг подхватил мужчина-покупатель.

— Пф! Она же из Шеута, а по новостям говорили, что ее брат сейчас наместник в Эстере. Наверное, договорились как-то, — пожала плечами тучная женщина.

Ева почти не вслушивалась в разговор. В голове только крутилась одна мысль — неужели Хоук все-таки сдал ее? И это его благодарность за то, что она рискнула всем ради его спасения?

Кассир так и не поняла, что перед ней стояла та же девушка, которую несколько секунд назад показывали по трансвидеру, поэтому, быстро расплатившись за покупки, Рид вышла на улицу, вдохнув морозный воздух. Ева прошла по узкой улице и свернула за угол, скрывшись в темноте ночи. Через пару кварталов она оказалась возле длинного двухэтажного здания, где в каждую отдельную квартиру был свой вход.

Вставив ключ-кристалл в дверь на первом этаже, она исчезла за ней, проверив сначала, что за ней никто не следит и рядом нет пресловутых черных птиц. В небольшой комнате, служившей одновременно и кухней, и спальней, Ева зажгла лишь маленький кристалл в лампе на тумбочке возле дивана, служившего ей постелью. Она неспешно сняла с себя верхнюю одежду, сложила продукты в холодильник, а затем включила чайник. Как только вода вскипела, Ева налила себе чай и взяла кусок магазинного пирога. Она включила трансвидер, в какой-то передаче вещали, сколько сейчас эфирных кристаллов добывается в районе Эстера, и как это идет на пользую всему Вусмиору.

— Да-да, великий лорд Орел, — пробурчала она себе под нос.

Еву уже давно тошнило от пропагандистской чуши, которой кормили простых людей повсюду, но она не могла не следить за новостями, боясь пропустить упоминание о собственной персоне. И как сегодня оказалось, она не зря ждала, что ее будут искать.

Но сейчас кадры на голографическом экране показывали то одну улицу Эстера, то другую. Последний раз Рид была там больше десяти лет назад, но центр некогда светлой обители с легкостью узнала. Узнала и поморщилась, словно от боли.

Новость о падении Эстера разлетелась по Вусмиору моментально. Уже через час кадры потухшей башни покзывали по всем срочным выпускам. В тот день Ева была одна в своем перевернутом вверх дном доме. Трансвидер, который чудом уцелел после налета эпигонов, показывал с помехами, но уж разглядеть то, что окраины Эстера лежали в руинах, она смогла.

— Правитель Эстера — Дин Рид, Советник — Клаус Берч, Хранительница — Леди Тали были убиты. Власть в городе перешла в руки лорда Орла, — с вдохновением рассказывала ведущая.

Сердце Евы пропустило в тот момент удар, она так и замерла, молча слушая о событиях роковой ночи.

— Генералом Аллардом Рейном лично были устранены Правитель и Советник, — продолжала в подробностях описывать девушка содержимое на экране.

Перед глазами у Рид тогда все буквально поплыло. Она вспомнила, как всего за несколько двулуний до этого Дин просил ее уйти вместе с ним в Эстер, говорил, что там она будет в безопасности. И что же потом стало?

Она столько лет ненавидела Леди и Дина за то, что оказалась в заложниках у Равена, и порой Ева даже мечтала о возмездии, но…

Теперь по ее щекам текли слезы. Она уже не помнила, когда плакала последний раз, в какие бы перипетии ни закидывала ее жизнь, ей всегда удавалось стойко переносить их. Но в ту ночь она рыдала навзрыд. В голове пролетали воспоминания далекого прошлого и другой жизни. Ева никогда не думала, что ей будет настолько больно. Казалось, ни одна пытка Галбрейта или Эгго не могла сравниться с тем, что случилось с ней после этих новостей. Может, они никогда и не были близки с Дином, но они были одной семьей. И в тот час у нее словно отняли часть души.

Она проплакала тогда до самого утра. Да, сама Ева потеряла родного человека, но весь мир потерял нечто: надежду на спасение. Самый страшный кошмар стал явью. Мало кто осознавал это, кроме тех, кто был близок к Эгго или же к правителям Эстера, которые рьяно сопротивлялись ему.

На все следующие полгода она почти перестала смотреть новости. Правители Амхельна потеряли к ней всякий интерес, даже Рейн почти исчез из поля зрения, чему Ева была несказанно рада. Отчего-то сама мысль, что Дина убил именно Аллард, делала эту потерю еще больнее. И пока Ева не знала, что ждет ее дальше, дни потянулись один за другим, на смену теплу пришли холода, а мир окончательно погрузился во Тьму. Рид, как никто другой, ощущала это. Тьма стала злой и колючей, словно ненасытная тварь, она каждый день пыталась захватить все больше и больше людей в свой плен. Ева почти не выходила из дома, за редкими исключениями, когда Рейн все же вспоминал о ней и вызывал на ночь-другую в свое поместье. Иногда целые дни проводила в кровати, не понимая, ради чего жить дальше. И новая религия, возводившая Эгго чуть ли не в ранг нового бога, словно при каждом упоминании скрывала эту рану вновь.

Только разговоры с родителями позволяли не сойти окончательно с ума.

— Я снова пыталась связаться с Шерил Рид…

— Мам, прошел уже месяц, если бы она хотела, то уже перезвонила бы, — выдохнула Ева во время очередного звонка, хотя догадывалась, что мама Дина не отвечала на звонки отнюдь не потому, что не хотела.

— Ты представляешь, как ей тяжело может быть?.. Потерять мужа, а теперь и сына, невестка и вовсе оказалось продажной тварью… — ругалась Мелисса.

Именно в те дни, когда Еву охватило особенное отчаяние, она рассказала родителям о том, что сделала Кэтрин и почему она теперь пряталась от всего мира в Лонде-Бри. Удивительным образом как раз эта история оказала на них отрезвляющее действие. Даже отец Евы, Льюис, вечно негодующий из-за своей участи отшельника из-за родства с эстеровскими Ридами, вспомнил все самые непотребные ругательства, адресовав их Кэтрин.

— Я бы не пережила такое… — снова выдохнула мама. — И теперь не могу даже поговорить с Шерил.

— Возможно, и она не пережила, — лишь вздохнула Ева, на что получила недовольное цыканье в ответ.

— Не говори так!

Но за месяцы ничего не изменилось, а циркуляр Шерил Рид вскоре перестал выдавать даже гудки, возвестив о том, что его давно не заряжали.

Однако пару двулуний назад прежняя жизнь снова ворвалась в ее дом. Ева плохо спала все эти месяцы, поэтому сквозь сон сразу услышала, как кто-то ходит по комнатам. То, что это были не эпигоны и не кто-то из правителей, она поняла сразу по тихим шагам. Поэтому, решив, что это вор, сразу же схватила нож, который еще со времен службы у Равена всегда держала на прикроватной тумбе.

Тихо встав с постели и крепко держа оружие, Рид осторожно вышла из комнаты, но уже на лестнице поняла, что тот, кто заявился теперь к ней домой, явно не вор и не убийца.

— Мисс Рид, я рад, что застал вас дома, — отозвался снизу мужской голос, который Ева определенно уже где-то слышала.

Она сделала еще несколько неуверенных шагов, силясь вспомнить, кому он принадлежит.

— Эпигоны здесь хорошо поработали, — гость по-хозяйски включил маленький кристалл возле дивана и рассматривал уцелевшую после погрома мебель. Даже кофейный столик был весь в трещинах.

— Если вы не назовете свое имя, я…

— Что сделаете? Нападете на меня? Я хоть и старше, но вам не по зубам, усмехнулся незваный гость, а затем все-таки снял капюшон.

Ева спустилась с последних ступенек лестницы, пытаясь в полумраке узнать этого поседевшего мужчину.

— Вот как… — с удивлением выдохнула она, когда наконец поняла, кто перед ней стоит. — Мы теперь общаемся без конспирации?

— А есть в этом какой-то смысл?

— Вам виднее, мистер Блейк. Вас ведь так зовут? — Ева подошла к нему ближе и положила нож на тумбу, чем, кажется, даже не удивила эстеровского шпиона. — Что вы забыли в Лонде-Бри? По всему Вусмиору отлавливают верных хранителей Леди Тали… Уверена, наши правители давно точат на вас зуб.

— Им не до меня, — отмахнулся Нейтан. — Я пришел к вам.

— Зачем? Я вряд ли смогу сейчас хоть чем-то помочь Эстеру. Или тому, что от него осталось…

— От него много чего еще осталось, но в одном вы правы — это уже не Эстер, — устало потер лоб гость и сел на диван. В комнате воцарилась тишина, словно Блейк взвешивал каждое слово, которое собирался сказать. А, когда продолжил, его голос стал как будто мягче. — Считаю своим долгом… во имя наших бывших правителей, и ради смелости, что вы проявили, устроив побег Джоан и Квентина… предупредить вас. В Лонде-Бри уже несколько дней рыскает Квентин Хоук.

— И? — пожала плечами Ева. — Мне нет никакого дела до этого мальчика. Как и ему до меня. Нужно быть полным сумасшедшим, чтобы сейчас, когда ты один из главных изгоев всего Вусмиора, явиться в цитадель Тьмы.

— В том-то и дело. В районе Эстера сейчас, мягко говоря, напряженно. Джейсон пытается, конечно, что-то сделать, но… почтти все подавлены и растеряны. Со слов Милтона, Хоук покинул Эстер, решив, что Дженнифер Эгго сможет помочь в борьбе с Арнлейвом.

Ева нервно рассмеялась.

— Я не уверена, что Дженнифер вообще жива, о ней совсем ничего не слышно, а вы сами знаете, что заткнуть эту некромантку не так-то просто. Но даже если жива, то… добраться до нее можно только ценой своей жизни.

— Не сомневаюсь. Если он будет так же неосторожно действовать, то эпигоны его быстро схватят и доставят к правителям. Думаю, мне не нужно объяснять, чем это чревато именно для вас, — Блейк, наконец, повернулся и посмотрел на Еву с каким-то сочувствием и беспокойством. — Вам лучше исчезнуть… насовсем.

Она несколько секунд обдумывала сказанное им. Ей чудом удалось отвертеться в свой прошлый допрос, но лишь потому, что они не смогли добыть более точных сведений у некромантки. Но уж Квентин Хоук точно знал, кто помогал ему сбежать.

— Не знаю, есть ли в этом хоть какой-то смысл, — грустно улыбнулась она. — Рано или поздно они поймают меня. Всех нас. Так стоит ли вообще цепляться за этот мир?

Нейтан Блейк выдохнул и отвернулся, как будто и уже сам испытывал нечто подобное, но годы работы шпионом и выдержка не позволяли ему раскиснуть и защитить всех, кого мог. Даже в эти темные для всего Верхнего мира времена, в нем, как в истинном эстеровце, еще тлел Свет.

— То, через что вы прошли, не дает вам права сейчас опускать руки. Ваши родители еще живы. За вашим домом нет слежки, а вороны Равена заняты чем-то другим. Лучшего момента может не быть. Уходите из Лонде-Бри, пока есть возможность.

Ева непроизвольно вздрогнула, удивившись, как малознакомый ей человек всерьез переживал за нее.

— И… куда мне идти…

Она с какой-то надеждой взглянула на Блейка, словно, сама того не ожидая, нашла человека, способного вытянуть ее со дна.

— В Шеут. Там сейчас спокойнее всего. Он никого не интересует. Там вас точно не будут искать, — Нейтан Блейк поднялся. — У вас не так много времени. Я потерял след Хоука, с его способностью за ним сложно следить. Но он все еще в Лонде-Бри.

Эстеровец ушел, оставив Еву снова одну наедине со своими мыслями. Все это время она плыла по течению, не понимая, куда именно течет река, в которой никому не было до нее никакого дела. И если она ждала хоть какого-то знака, то этот визит был как раз тем самым знаком. Словно уже давно позабытый свет пришел в ее дом вместе с Блейком.

Через пару часов она была уже у родителей, которых тут же отправила в Шеут. Она боялась, что родители будут сопротивляться, но, похоже, все произошедшее оставило глубокий след. И если даже сварливый Льюис и вечно будто придавленная Мелисса приняли решение уйти, то у Евы и вовсе не было иного выбора. Так началось ее скитание по городам Вусмиора, в надежде, что Хоук все-таки не попадется в руки эпигонов.

Но, судя по её портретам в трансвидере, этому не суждено было случиться. Ева снова была одна, и снова ей нужно было куда-то бежать. Раздраженно выключив эфироприемник, она опустила голову на спинку дивана и посмотрела в потолок, уже в который раз пытаясь найти силы и причины продолжать борьбу.

* * *

Рейн размашистым шагом шел по улицам Дорстрема, яркое солнце слепило, а мороз щипал кожу. Но куда больше его раздражали любопытные взгляды местных жителей, сразу узнавших генерала всего Вусмиора. Кто-то предпочитал не попадаться ему на глаза, а кто-то восхищенно шептался за его спиной. Аллард старался не обращать на это никакого внимания, а лишь спешил на адрес, который ему сообщили.

Одна из дверей двухэтажного дома была распахнута, возле нее стояла парочка эпигонов, а зеваки, желавшие узнать, кого поймали на этот раз, наблюдали издалека.

— Слава лорду Орлу, — поклонился мужчина в штатском, очевидно, хозяин гостиничного комплекса.

— Слава… — выдохнул генерал, когда оказался в маленькой комнате и оглянулся.

— Один из постояльцев сообщил, что видел кого-то очень похожего на Еванджелину Рид здесь, — начал один из эпигонов, ответственный за сбор информации. — При допросе мистер Вирмунд подтвердил, что действительно сдал похожей девушке комнату. На наши вопросы, почему он сам лично не сообщил о предательнице, сказал, что не сразу узнал ее.

— Она назвалась другим именем, а документов с собой не оказалось, наговорила о том, что попала в беду и… все как в тумане. Я даже подумать не мог… — начал было оправдываться полноватый мужчина, явно запуганный эпигонами.

— Это точно была она, — хмыкнул Рейн, представив, как Ева своим темным эфиром запудрила мозги хозяину гостиницы.

— К сожалению, или ее кто-то предупредил, или она сама поняла, что за ней скоро придут, поэтому сбежала… — выдохнул эпигон.

Аллард прошелся по комнате, которую, как и дом, в спешке оставили. В чашке чая еще не завелась плесень, а в холодильнике лежали свежие продукты. Уголки губ Рейна слегка приподнялись — он был бы разочарован, если бы им удалось поймать Еву так быстро.

— Надо понимать, что если ты показываешь по трансвидерам фотографию человека, то он, скорее всего, это тоже увидит и сбежит, — усмехнулся Аллард.

— Но тогда мы бы не смогли выйти и на этот след, генерал, — решил оправдаться эпигон, словно Рейн обвинял лично его, хотя в том, чтобы пустить портрет по всем каналам была инициатива Галбрейта.

Сам же Аллард сделал еще пару кругов по комнате, затем, заглянув в ванну, он нашел расческу, на которой остались длинные черные волосы.

— И что? Где она теперь? Есть какие-то сведения, куда она отправилась? Она была одна?

— Первым делом, я отправил на вокзал несколько людей, у нас есть пара зацепок, куда она могла поехать.

— Вы сообщили об этом Советнику?

— Да, мистер Галбрейт просил докладывать ему о результатах поиска, он сможет послать своих птиц, так нам быстрее удастся выйти на предательницу, — гордо отчеканил эпигон.

Рейн достал сигарету и закурил, недовольно сморщившись. Если бы Лазар был жив, то он поручил бы это дело ему, и тот ни за что бы не стал докладывать Равену о делах генерала. Но теперь ему приходилось работать с тем, что есть. В общем-то, его это мало волновало. Главное, чтобы до Рид добрался первым он, а не Галбрейт.

— В следующий раз сообщай только мне. А я сам обговорю все детали с Советником, ясно?

— Слушаюсь, генерал.