Владения Шеута, район Эстера

Воздух из наспех открывшейся двери обдал удушливым после уличного мороза теплом. Джоан первой протиснулась в узкий проход, желая как можно скорее укрыться от посторонних глаз. Следом прошел, не оглядываясь, Стивен, и только Милтон не спешил за ними.

Еще какое-то время он стоял на пороге, провожая взглядом понурые фигуры Берч и Хикса. Несмотря на свой воинственный настрой, Джейсон в каком-то смысле даже завидовал им. Одна слишком убита горем и потерями, чтобы думать о себе, другой, кажется, просто делал, что должно. Только изредка Милтон в глазах Стива намек на печаль, в остальном тот никогда не позволял себе раскиснуть. А вот сам Джей…

Да, он заставил Джоан взять себя в руки в опустевшем доме Тали, и проследил за тем, чтобы никто из них сегодня не погиб. Но вот Берч и Хикс скрылись в коридорах их подпольного штаба, а Джейсон все стоял и стоял, не в силах сделать шаг вперед. Он знал, что его ждет там, и это знание парализовывало каждый раз, когда Милтону выпадала возможность остаться один на один с собой.

— О, Стивен! Слава Смерти, что вы вернулись! — из глубины коридора послышался голос, от которого Джей, наконец, опомнился и поспешил закрыть за собой дверь, на всякий случай еще раз удостоверившись в отсутствии «хвоста». — А где Джейсон? С ним все в порядке?

— Я тут, милая, тут, — с уже фирменной уверенной ухмылкой на лице Милтон вышел на свет и притянул к себе белокурую девушку. Мэй даже в такие темные времена умудрялась дарить тепло не только силой эфира, но и просто своим присутствием, и Джей считал, что просто не имел права давать ей повода для расстройств. — Еще не родился в Верхнем мире такой подонок, который помешал бы мне вернуться к тебе!

— Слава Смерти! — лишь с облегчением выдохнула целительница и бросилась обнимать Джейсона. Длинная челка тут же упала ей на глаза, и Милтон сделал вид, что не успел заметить, как у нее заблестели слезы от радости.

— Ох-ох, нет, милая, этот засранец не имеет к нашему успеху никакого отношения! Все заслуги твоего ненаглядного супруга!

— Ненаглядного и очень-очень скромного, — подняла голову Мэй, не скрывая счастливой улыбки. Чмокнув мужа в губы, она снова критично осмотрела Джейсона, и только убедившись, что он цел, взяла его под руку и повела по тускло освещенным коридорам штаба. — Но мне не нравится, что ты ведешь себя так, словно наслушался пропаганды Амхельна…

— Какой еще пропаганды? — фыркнул Милтон, оценивая вокруг обстановку хозяйским взглядом. — Той, где Орел — наш новый бог? Нет уж, в этот бред только полный идиот поверит. Но в том, что Смерть не заслуживает и половины того уважения, что мы ему оказываем, Эгго прав.

Они шли по узким коридорам из старого заплесневелого кирпича. Эфирные кристаллы были так редки, что освещали пространство ровно до той точки, куда дотягивался свет следующего фонаря. Поэтому встреченные по пути фигуры сперва представляли собой темные силуэты, и только на расстоянии пары метров можно было разглядеть их лица.

— О, Милтон, я слышал, у вас был новый рейд? И как, есть успехи? — в одной из таких фигур Джей узнал Билли Бэнкса, все такого же кудрявого, как на первых курсах академии, но заметно похудевшего с тех пор.

— Время покажет, — голос Джейсона стал заметно тверже, когда он поравнялся с Бэнксом. — Позови Тину и остальных, нам есть что обсудить.

— Как прикажешь! — послушно кивнул Билли и поспешил скрыться во мраке коридорных лабиринтов.

Милтон еще секунду смотрел ему вслед, а, повернувшись снова к жене, столкнулся с вопросом в ее глазах.

— Что такое, милая?

— Да ничего, просто опять буду узнавать обо всем вместе с другими, — отмахнулась Мэй, словно забыв, что ей никогда не удавалось скрывать эмоции. — И да, мне все еще странно слышать от тебя, что Эгго может быть в чем-то правым…

Они свернули за угол, и вот узкий коридор перешел в нечто, что можно было бы назвать холлом, но из-за низких потолков язык не поворачивался так сказать. Здесь было больше света, больше людей, больше нагроможденных у стен картонных коробок и деревянных ящиков, повсюду эфирные батареи, вырабатывающие тепло, тут же расставлены столы с картами города и заготовленной провизией, а кое-где прямо на полу постелены спальные мешки для тех, кому не хватало места в отдельных помещениях. И все же, в конечном итоге, это был просто очень большой подвал. Одно из немногих укрытий под улицами Эстера, служившее убежищем еще при прошлых правителях, но пока еще не раскрытых эпигонами Орла и ищейками нынешних наместников из Шеута.

— Мэй, зачем ты снова начала эту песню? Мы не ютились бы в этих катакомбах, если бы полгода назад Смерть свершил свое правосудие. И то, что мое отношение к Смерти схоже со взглядами Орла, не значит, что я готов плясать под его дудку, — устало спросил Джей, продолжая внимательно оглядывать всех, кто встречался им по пути, словно ежесекундно боялся кого-нибудь из них недосчитаться.

— Ты, конечно, не будешь, но ведь есть много других, кто потерял веру в Создателя и готов пойти за Эгго. Мне не нравится сам факт, что теперь многим кажется нормальным — порицать Смерть… — Мэй говорила очень тихо, словно боялась собственных слов, и не заметила, как только сильнее при этом прижималась к мужу.

Джей в очередной раз удивился, что Мэй была среди тех, кто несмотря ни на что готов цепляться за догмы, выученные ими им с рождения. Впрочем, это была не ее вина, так думал почти весь Верхний мир, поэтому Милтон промолчал.

— Формально, все произошло по правилам… — продолжила аргументировать Мэй, остановившись вместе с Милтоном посреди зала, где то и дело раздавался чей-то сонный шепот, сбивчивые разговоры вперемешку с грубой бранью или больной кашель. — Если бы Смерть в тот день устроил самосуд, поломав собственные устои, в какой бы хаос превратился весь Верхний мир…

— То есть окружающего нас хаоса тебе недостаточно, да? — нервно хохотнул Джей, смотря на жену, как на самое наивное на свете создание.

— Ты знаешь, что я имею в виду, — Мэй редко хмурилась, но лишь тогда, когда Милтон как раз смотрел на нее так, будто она только первый раз вышла в мир из целительского корпуса академии. — Да, нам сложно постичь мировоззрение Всемогущего, но, если ему наплевать на Верхний мир, почему вокруг стало так много Всадников? Вы же видели их сегодня, да? Каждый раз встречаете, когда выбираетесь наверх…

— Откуда ты знаешь? — теперь Джей понизил тон и отвел Мэй к одному из столов с чертежами. — Кто тебе об этом рассказал?

— Какая разница, главное, что не ты! — обиженно шикнула целительница, сложив руки на груди. — Ты вообще мне ничего не рассказываешь! Я узнаю о положении дел только на общих собраниях! А ведь у меня сердце каждый раз сжимается от неизвестности, когда вы выходите на улицы…

— Вот именно поэтому я тебе ни о чем и не говорю, — Джей ласково коснулся ее щеки, но обида в глазах Мэй не стала тише.

— Джейсон, но я не такая слабая, как кажусь! И вовсе не дурочка! Только и слышу от тебя, что снаружи нет ничего опасного, кроме этих обалдуев из Шеута, что мне не о чем волноваться. Но разве не я потом затягиваю раны пострадавшим от этих обалдуев? А тут еще узнаю, что чуть ли не каждый раз вы встречаете Всадников Смерти! Что там происходит, Джейсон?

— Да, что там происходит, Джейсон? — за спиной Милтона повторил мужской голос, с нескрываемой ноткой издевки.

Джей, не оборачиваясь, продолжал смотреть на свою жену, будто никто их и не прерывал, но Мэй заметила, как поменялся его взгляд, словно он теперь глядел куда-то сквозь нее. Ей это не нравилось, ведь за последние полгода она слишком часто видела в своем муже такие перемены. Так Милтон каждый раз пытался справиться с подступавшими вспышками гнева, но далеко не всегда у него это получалось.

Напряженно закусив губу, целительница выглянула из-за спины Джейсона и увидела Питера Уитстона. Рыжеволосый парень, как и многие здесь, был одним из бывших стражей и хранителей Эстера, учился когда-то на одном факультете с Леди Тали, а теперь составлял малочисленное подполье, не смирившиеся с новой властью бывшего города под куполом. И благодаря врожденной предрасположенности к огненному эфиру, он составляет в бою не меньшее подспорье, чем Джоан Берч. Точнее, составлял до того самого момента, пока ледяная стрела одного из шеутских стражей не раздробила ему колено. Мэй, конечно же, смогла затянуть рану, но вот бесследно срастить кости она была не способна.

— Джейсон, я к тебе обращаюсь, — снова окликнул Питер, опираясь правой рукой на деревянный костыль. — Вы же выбирались в город. Я видел Джоан, она едва держится. Что произошло?

Его вопросы звучали вполне резонно, но раздраженный тон явно давал понять, что Уитстон только прощупывает почву для очередного нападения. Мэй умоляюще взглянула на мужа, надеясь на то, что он не поведется на эту уловку.

Но Милтон уже ощущал на себе любопытные взгляды подоспевших на выкрик Питера. Тут же подтянулись Билли, Тина и другие бывшие стражи и хранители. Все замолкли в ожидании, что скажет тот, кто раньше считался правой рукой Верховной Хранительницы. После ее гибели его сразу окрестили их новым лидером, ждали приказов и надеялись на сильные решения. Как и ждали сейчас от него ответов.

— Да, верно, Питер, сегодня мы выходили на поверхность, — он медленно повернулся, сперва встретившись глазами с Уитстоном, а потом посмотрел на остальных. Милтон не знал, что злило его больше — требовательный и даже презрительный взгляд рыжего хранителя или то, как другие даже задержали дыхание в ожидании подробностей. — Со Стивеном и Джоан я рискнул пробраться в бывший дом Леди Тали…

И, конечно, стоило ему только назвать имя канувшей в Нижний мир Верховной Хранительницы, как по залу прокатился возбужденный ропот. Джейсону пришлось приложить немало усилий, чтобы не закатить глаза. На Мэй он даже не посмотрел, ведь ее лицо сейчас наверняка точно так же глупо осветилась напрасной надеждой.

— Вы что, с ума сошли? — между тем осуждающе воскликнул Уитстон, болезненным, но привычным движением поправив под рукой костыль. — Вам мало было нашей попытки пробраться в Штаб хранителей? Скольких мы тогда потеряли⁈ Достаточно того, как мы рискуем в попытке добыть пропитание! А вы сунулись туда, где вас могли ждать, как… как самоубийцы!

— То, что ты после своего ранения поджал хвост, не значит, что так следует поступать и остальным, — огрызнулась на него Тина Бэнкс. Невысокая брюнетка с короткой стрижкой взглянула на бывшего сокурсника из-под руки Билли.

— Верно, и, Пит, если тебе что-то не нравится, то всегда можешь свалить и поклясться в верности предателям из Шеута, — поддержал ее муж, махнув свободной рукой в сторону выхода, от чего непослушные кудряшки упали ему на глаза.

— Ха, да ну? — злобно глянул на Билли Уитстон, вцепившись в свой костыль. — После того, как меня уже не раз палили в вашей компании, путь отсюда мне заказан.

— То есть, я правильно поняла, что в противном случае ты бы давно стал таким же предателем, как и все, кто теперь служат наместнику Уиверу? — среди хмурых лиц показались хромающая Терри Фишер. Ее светлые волосы были собраны в хвост, как какой часто носила Леди.

— Ой, будто ты никогда не думала, как могли бы мы жить, если полгода назад не сглупили бы и не стали бороться с силами, которые нам никогда не одолеть, — теперь презрительный взгляд Питера метнулся к блондинке, которая ещё несколько лет назад почти сразу после выпуска из академии получила рану и могла работать только в Штабе. Но даже после убийства правителей Эстера осталась с теми, кто был им верен. — Кто из вас готов сойти за лжеца и сказать, что ни разу не думал о подобном?

Последние слова он произнес, обернувшись вокруг, неуверенно опираясь на костыль, но в глазах окружающих видел лишь усталость, сомнения и глубоко затаенную боль. Их молчание Питера не смутило, и, наконец, его взгляд, снова остановился на Милтоне.

— Вы нашли то, что искали в доме Тали, Джейсон? Это придаст нам силы бороться дальше? Или, быть может, подарит какую-то надежду? Прояснит, ради чего мы изо дня в день терпим все эти муки и лишения?

Судя по осуждающему ропоту, мало кто одобрял поведение Питера, но он задавал слишком злободневные вопросы, чтобы сейчас ему перечить. Это понимал и сам Джейсон. Именно поэтому Милтон уговорил Джоан и Стивена наведаться в дом Леди. Он знал, что им всем нужно на что-то опереться, чтобы выстоять.

— Да, нашли, — собравшись с духом, громко ответил Джей, подняв вверх бумаги, которые все это время держал в руке. — Незадолго до того, как Амхельн напал, а башня потухла, Леди начала подготовку… Она будто знала, что должно произойти… И успела отдать несколько важных распоряжений… Одно из них заключалось в списках стражей и хранителей, в преданности которых Леди не сомневалась ни при каких обстоятельствах. И эти списки теперь у нас!

Джей хотел, чтобы его слова звучали уверенно и подарили ту самую надежду, которую все ждали, но то ли дело было в том, что Милтон и сам не верил в значимость совершенной вылазки, то ли Питер своим выступлением уже сделал все, чтобы этого не случилось. И те, кто сейчас слушал Милтона, лишь переглядывались с легким недоумением.

— Списки преданных? Ты серьезно? — в голос расхохотался Уитстон, едва держась за дрожащий под его телом костыль. Это прозвучало грубо, но почему-то уже никто не пытался осадить его, наоборот, все больше смятения читалось в глазах собравшихся. Питер же не собирался замалчивать то, что у других было на уме. — Милтон, ты слепой, или делаешь вид, что не замечаешь, что происходит? Даже те, кто собрался сейчас здесь, за эти полгода уже не раз сомневались в сделанном выборе, а ты говоришь про преданность тех, кто сейчас вообще не с нами? И ради этого вы в очередной раз рисковали своей жизнью⁉ Да ты, похоже, еще больше отчаялся, чем я…

— Джейсон, нет! — только успела взвизгнуть Мэй, все это время тенью стоявшая за спиной Милтона, когда тот резко сорвался с места в сторону Уитстона.

Питер вскинул перед собой костыль в качестве щита, но его это не спасло. Резкий удар под дых заставил его согнуться пополам, а из-за больной ноги, оказавшейся без опоры, Уитстон с диким визгом рухнул на каменный пол.

— Хочешь перестать сражаться? Пожалуйста! — прорычал Милтон, подкрепив свои слова ударом ноги в живот Питера. — Вали, куда хочешь! Тебя здесь никто не держит! Как был трусом на первом курсе, так и остался! Леди еще досталось тогда из-за вас! А ты вот как ей отплатил⁉ Ни во что не ставишь ее последние указания⁉

— Джей, Джей, стой!

— Эй, Милтон, ты что творишь!

Парни толпой накинулись на Джейсона, оттаскивая его от скулившего на полу Уитстона, но все это время кипевший и тщательно сдерживаемый гнев Милтона уже бесконтрольно вырывался наружу.

— Джейсон, милый, остановись, возьми себя в руки! — причитала Мэй, пытаясь протиснуться к мужу, но потом, заметив кровь у Питера, бросилась тому на помощь. — О Смерть, что же это такое!

— Я никого здесь не держу! — кричал тем временем Милтон, пытаясь вырваться из хватки Билли и прибежавшего на шум Стивена. — Кто вам сказал, что будет легко? Кто??? Хотите правду? Да, скорей всего, мы все так и подохнем тут! Этот трус прав, быть может, лучше каждому из нас пойти своим путем! Слышите?

— Джей, послушайся жену, что на тебя нашло? — сквозь зубы процедил Хикс, сковав Джейсона мертвой хваткой. — Ты же и впрямь всех распугаешь сейчас!

— А какой смысл держать кого-то? Рыжий засранец прав! По одиночке нам всем будет легче затеряться, — не унимался Милтон, но уже не сопротивлялся физически, глядя то на Стивена, то на испуганных людей вокруг. — Все вы, слышите меня? Устали бороться — мы никого тут не держим! Никого! Но эти люди! Этот список! — он снова поднял вверх помятые листы бумаги, которые все это время держал в руке. — Мы будем бороться! Даже если все они окажутся предателями, я буду бороться! Даже если останусь один! Ни одна тварь не заставит меня прогнуть спину под выродков с севера! Даже если они убили наших правителей! Даже если больше нет никакого барьера! Никто не заставит меня сдаться! Никто!

Все в зале затихли. Немного успокоившись, Джейсон вырвался из хватки Билли и Стивена и отошел в сторону, к столам с чертежами, куда бросил теперь и злополучные листы с именами бывших защитников Эстера.

Милтон не оборачивался, не желая видеть, как смотрят на него теперь обитатели этого подвала. Уитстон был прав, он просто цеплялся за все, что мог, даже если в этом не было никакого смысла. Прошло слишком много времени…

— Джейсон… — на его плечо осторожно легла ладонь Мэй, но он тут же нервно скинул ее.

— Оставь. Мне нужно побыть одному, — буркнул он и, не глядя на жену, на Билли, Стивена и всех, кто еще пытался разобраться в ситуации, быстрым шагом покинул общий зал.

Больше всего он боялся сорваться, и вот это произошло. Питером, как и многими, просто двигало отчаяние, а для Джея его выступление просто стало последней каплей. От него требовалось проявить выдержку и лидерские качества, найти управу на выскочку и воодушевляющие слова для поддержки остальных, а он что сделал?

Ворвавшись в небольшое квадратное помещение, где ничего не было, кроме небольшого обогревателя, двухспального матраса на полу, маленького трансвидера на стене и пластикового стола, больше похожего на школьную парту, Джейсон со злостью хлопнул дверью. И злился он в первую очередь на себя. Ведь все, что ему удалось понять за эти полгода лидерства — что эта роль точно не для него. Командовать военными отрядами — да, но воодушевлять людские массы? Наверняка у Питера сейчас возник богатый ассортимент комплиментов насчет навыков руководства Джейсона.

— Чтоб его Смерть побрал! — выругался Милтон, пнув ни в чем не повинный матрас, и сел за стол, раздраженно продолжая постукивать ботинками по полу.

А ведь сколько лет он мотал нервы Леди из-за того, что она обходила его в гонке за пост Верховного Хранителя. Вот он, настал его звездный час, и как он им распорядился? Одного из подопечных, который и без того нормально ходить не может, теперь Мэй лечит от ушибов. Побил раненого, вот так герой!

— Мэй… — вслух выдохнул Джей и едва успел кулаком зажать себе рот, чтобы не взвыть от накатившего стыда и разочарования в себе.

Как ему теперь смотреть в ее наивные, добрые глаза, без которых он жить не может? Мэй и так была в обиде на него, но Джей просто пытался ее уберечь от лишних тревог. Что он мог ей сказать?

Ну да, теперь повсюду бродят Всадники Смерти, а что с того? Ведь Милтон даже не представлял, что они или кого ищут. Хорошо, если бы крысу Дэвида, но вот уже полгода Джей наотрез не верил в справедливость Смерти. Поэтому и говорить было нечего, только признаваться в очередной раз в своей бесполезности, как названного лидера их группы, ведущих свою маленькую бессмысленную войну неизвестно ради чего. Потому что так просила Леди? Но теперь, когда ее давно нет в живых, так ли уж важно держать данное ей обещание?

Оторвавшись от бестолкового созерцания своих грязных сапог, Джей нехотя поднял глаза к мелькавшим на настенном трансвидере изображениям. Звук был выключен, но Милтон и без него наизусть знал слова, которые раз за разом произносил Фред Уивер, Правитель соседней обители Шеут и нынешний наместник Эстера:

— Недальновидная политика Дина Рида, Клауса Берча и Леди Тали… Ошибки, за которые расплачиваются простые люди… Город, нуждающийся в переменах, — в бежевом костюме со стойкой-воротником, с аккуратно уложенными набок темными волосами и практически восковой гримасой уверенности, Фред Уивер раз за разом повторял заученную речь, написанную кем-то вроде Равена Галбрейта или, быть может, даже самим Орлом. После всего, что совершил Шеут, Милтон знал, что их правители не способны думать своими мозгами. — Лорд Орел, наш Истинный Всемогущий! Именно он принес нашим городам настоящую свободу! Вы больше не живете под куполом, как в тюрьме! Для всех нас снова открыты все дороги Вусмиора!

Смотря на лживые речи лицо нового наместника Эстера, Джей чувствовал, как гнев в нем закипал с новой силой. Ведь пока этот ублюдок с экранов трансвидеров промывает людям мозги мнимой свободой и очерняет память о бывших правителях, изо дня в день на улицах Эстера становится все больше порождений Тьмы, убивающих случайных прохожих из удовольствия или от просто от скуки. Будь его воля, Джей бы лично порвал в клочья каждую тварь, посмевшую проникнуть на территорию бывшего барьера. Он бы собственным эфиром изрешетил лицемера Уивера и всех его прихлебателей!

Но один Милтон ничего не мог сделать. Боеспособных эфиристов в их рядах было слишком мало, чтобы перейти в открытое наступление. Поэтому Джей и ухватился за эту идею со списками. Все лучше, чем ничего, ведь время шло, а ситуация только усугублялась. И как бы Питер Уитстон не выводил из себя Джейсона, его вопросы били точно в цель.

Как надолго их всех хватит? Есть ли вообще смысл в их сопротивлении?

Дверь скрипнула, и Джей, не оборачиваясь, зло рыкнул:

— Я же просил оставить меня одного!!!

Но дверь не закрылась, и Милтон понял, что пришельцем была вовсе не Мэй. Эта мысль еще больше разозлила его, и Джей вскочил на ноги:

— Чего непонятного в… — слова застряли в горле Милтона, ведь никто из тех, кто так легко выводил его из себя, на пороге не стоял. Там был тот, кого Джей меньше всего ожидал сейчас увидеть: — Нейтан?

В дверном проеме стоял хмурый мужчина с заметно поседевшими за последние полгода волосами. Увидев его, Милтон даже слегка испугался. То ли это все тусклое освещение, то ли правда на лице и без того немолодого мастера шпионов появились такие глубокие морщины.

— К-когда… как давно ты вернулся? — не сразу, но Джею удалось придать своему голосу твердости при виде того, кого за глаза называли «старой гвардией», ведь он лично обучал многих стражей и хранителей, составлявших нынешнее подполье Эстера.

— Достаточно давно, чтобы застать весь этот цирк, — Нейтан Блейк скептически окинул Милтона с ног до головы и без приглашения зашел, прикрыв за собой дверь.

— Мне жаль, что тебе пришлось это увидеть, — Джей виновато опустил глаза и махнул бывшему учителю рукой в сторону единственного стула в этой комнате.

— От чего же, очень занимательное вышло зрелище, — хмыкнул мастер шпионов и, проигнорировав жест Милтона, остался стоять у входа. — Вряд ли в сложившихся обстоятельствах кто-то смог бы решить эту ситуацию лучше, чем ты.

— Смеешься надо мной? — из-под бровей глянул на него Джей и рухнул обратно на стул, которым не воспользовался Нейтан.

— Нисколько. Мы живем в сложное время. Если слова не помогают, проблему нужно решать иначе. Парень явно зарвался и получил по заслугам. Но стоит отметить, что и твои слова возымели эффект, — Блейк говорил ровным тоном, не выражая никаких эмоций, но в глазах явно читалась жалость к сгорбленной фигуре на стуле. — Да, это прозвучало резко, но помогло им встряхнуться. Увидишь, никто из них не покинет отряд. По крайней мере, они по-прежнему там.

— Я ведь сказал им проваливать, — нервный смешок вырвался из груди Джея, когда он недоверчиво покосился на шпиона. — Вряд ли после этого хоть кто-то захочет остаться.

— Ты сказал им правду! — в голосе Блейка зазвучало нетерпение. — Да, жестокую, но правду. Сейчас, когда на каждом углу нам пытаются промыть мозги, она ценна, как никогда. Амхельн изо всех сил хочет превратить Эстер в безликую копию Лонде-Бри, где простой народ не имеет своего мнения. А наши люди теперь знают правду. Если кто-то из них уйдет, значит, нам не по пути, те же, кто останется, будут с нами до конца.

Милтон еще пару мгновений смотрел на вдохновленное лицо Нейтана, на котором так редко проявлялись неподдельные эмоции, но так и не нашел, что сказать ему в ответ. Блейк как будто по-отечески гордился им, да и по возрасту он мог сойти Джейсону за отца, которого у Милтона никогда толком не было, но субординация и военная выучка не давала никому из них проявлять лишние чувства. Поэтому Джей в итоге просто пожал плечами и снова опустил взгляд.

— Что заставило тебя вернуться сюда? Уж явно не желание оказать поддержать меня бравыми речами.

Блейк не сразу ответил, и Джей чувствовал на себе его испытующий взгляд. Словно тот все-таки оценивал, как Милтон справляется с выпавшей ему ролью лидера. Но так и не сказав, к какому выводу он пришел, Нейтан перешел к сути:

— Спустя долгое время в Лонде-Бри вспыхнула необычайная активность среди эпигонов. Уже не раз были замечены целые отряды, направленные генералом Рейном в разных, не связанных на первый взгляднаправлениях, — Блейк опять вернул своему голосу холодную отстраненность, будто он снова стоял в кабинете Верховного хранителя с официальным докладом. — Помимо этого, все чаще стали случаться стычки между Всадниками Смерти и последователями Орла. Конечно же, со значительными потерями среди последних.

— Что значит — стычки? — Джей, наконец, заинтересовано поднял голову и заметил, что Нейтан все это время смотрел на кадры с речью Уивера на настенном трансвидере.

— Всадники рыщут не только по Эстеру, но и по всему Вусмиору, — безразлично пожал плечами Блейк. — И, если на их пути встречаются эпигоны, Всадники чаще всего просто убивают их. Ходят слухи, что в одном из этих случаев чуть не погиб сам генерал, хотя я не склонен относиться серьезно к этой истории.

— Смерть побери, что же они ищут? — спросил Милтон, но мастер шпионов лишь снова пожал плечами.

— Могу только сказать, что тот сомнительный инцидент с Рейном произошел на южной окраине Лонде-Бри…

— И о чем это говорит? — Джей снова чувствовал себя студентом, забывшим подготовиться к экзамену.

Нейтан уже смотрел на него так, словно собирался отчитать за безответственное отношение к домашней работе.

— Ни о чем, кроме того, что там расположено поместье родителей Евы Рид. Но те бесследно исчезли за некоторое время до этого. Как и сама мисс Рид. Сейчас вся столица Амхельна поднята на уши в поисках злостной предательницы…

— Что? — Джей тут же вскочил на ноги. — Еву раскрыли? Они узнали, как она помогла Джоан и Квентину бежать? Но как?

Второй раз за эту встречу беспристрастность мастера шпионов изменила ему. Но теперь в глазах Блейка словно промелькнула сама Тьма.

— После нашего последнего разговора, когда ты мне рассказал, что от вас ушел Хоук, он был дважды замечен в Лонде-Бри. В первый раз, когда его поймали эпигоны. Во второй, когда он неожиданно покидал столицу целым и невредимым.

Чем больше Блейк говорил, тем сильнее хмурился Милтон. Причем здесь этот малахольный? Последний раз, когда Джей его видел, Хоук закатывал точно такую же истерику, как Уитстон сегодня, что все здесь сидят и ничего не делают. Помнится, тогда Квентин заикался, что попытается спасти из лап Орла некромантку Дженнифер, чем вызвал у Джейсона неподдельный приступ смеха.

— Погоди, что-то не пойму… — поднял руку Милтон в попытке осознать, что дурачок Хоук мог воплотить в жизнь свои планы и всерьез в одиночку отправиться в Лонде-Бри. — А как связано… безрассудство Квентина и облава на Еву?

Нейтан ничего не ответил Джейсону, лишь снова требовательно посмотрел на него, нахмурив морщинистый лоб. Головой Милтон сразу понял, к чему клонил мастер шпионов, но никак не хотел прокладывать связь между двумя этими событиями.

— Да как же так… — почему-то вместо злости Джей снова почувствовал чувство вины за то, что никогда не воспринимал Квентина всерьез.

— Если он выжил в плену у Орла, у этого может быть только одно объяснение, — скорбно кивнул Блейк, видя, как помрачнело лицо Джейсона. — Я по-прежнему считаю, что ты сделал правильно, сказав сегодня людям правду. Но среди прочих новостей, эта — главная, почему я так поспешил вернуться. Вероятно, Квентин Хоук скоро будет здесь, и тебе нужно решить, что делать и с этой правдой тоже…