Саша занял первое место по городу, как я и ожидала. Мне иногда кажется, что он по-другому просто не умеет. Привычка, понимаете? Вот как Лайкина привыкла не есть после шести, а моя мама – после работы безвылазно сидеть дома.

Он хочет, чтобы и я была первой. Поэтому по вечерам регулярно гоняет меня по параграфам учебников, спрашивая даты, имена и формулы, всё вперемешку. Я, в принципе, не против позубрить немного – но он не знает слова «немного». Кажется, в моей голове уже уместился годовой курс по всем предметам! Она у меня едва не треснула. У Саши есть все шансы стать учителем года – дотошным и справедливым. Да что там учителем, Саша кем угодно может стать. И везде будет первым, само собой.

Сегодня мы наконец отдыхаем и просто катаемся по набережной Фонтанки на самокатах. Ехать на электрическом совершенно не то же самое, что на обычном. Потеешь меньше, а едешь быстрее, с ветерком. Я, правда, трусиха и не особенно люблю быструю езду. Хорошо, что на набережной есть велодорожки, по ним нестись не так страшно, как по проезжей части, где у твоего лица мелькают машины. Но больше я люблю гулять пешком.

Я люблю ходить медленно, ловить носом запах миндальных круассанов из пекарен, разглядывать крылечки разноцветных, будто конфетных, домиков на набережной и улыбаться прохожим. А вот Саша обожает электросамокаты, да и вообще скорость. Это очень по-мальчишески, как мне кажется. Мальчикам чаще всего круассаны и крылечки не то что неинтересны – они их не замечают. Ведь они воспринимают мир общей, не слишком детальной картинкой, в отличие от девчонок. Это Женька в блоге у известного психолога вычитала.

Сегодня у Саши не особо радостное лицо, несмотря на электросамокаты.

– Что ты делала на «Горьковской» неделю назад? – спрашивает он прямо на ходу.

– Откуда ты знаешь, где я была? – я пытаюсь перекричать шум ветра.

Вместо ответа Саша останавливается у пешеходного перехода. Мы с ним не сговариваясь везём самокаты к скамейке в ближайшем сквере. Тут цветут тюльпаны и гуляют по дорожкам счастливые мопсы, скинувшие фланелевые комбинезоны. Май же, тепло. Почему время летит так быстро? Только что из почек выглядывали первые листья, а теперь тут и там салатовыми змейками извиваются стебли переросших одуванчиков.

– Я тебе звонил.

Знаю, десять пропущенных. Саша хотел рассказать мне о своей победе, а я на маникюре звук отключила. Я ему позже перезвонила, конечно, но он не взял трубку. Наверное, тоже поставил телефон на беззвучный режим.

Мы садимся.

– Я же рассказывала, что на маникюр с девчонками ходила. А как ты узнал, что салон был на «Горьковской»? Этого я тебе не говорила.

– Птичка на хвосте принесла.

Что-то я про эту птичку не в первый раз слышу за последнее время! И вообще, он мне что, не верит, раз переспрашивает одно и то же? В свою очередь попытав Сашу, я выясняю, что он установил мне специальное приложение, которое отслеживает местонахождение. А я даже не заметила, балда. Думала, что он наши фотки в галерее листал, когда сидел у меня в телефоне пару недель назад.

– Почему ты это сделал?

– Я должен знать, где ты, когда не отвечаешь на звонки. Мало ли что? Это техника безопасности, слышала о такой? – с напускной небрежностью говорит он.

Ну допустим, только зачем делать это втайне? Я, может, была бы и не против, если бы он поставил меня в известность. А так… Внутри что-то жжётся, как будто я разжевала перец чили. Ок, Лада, успокойся, выдыхай, водички попей. Ты же не хочешь поссориться с самым идеальным мальчиком в школе из-за какой-то ерунды?

– Ладно, – я натягиваю на себя улыбку. Раз сегодня день признаний, спрошу у Саши кое-что, а заодно тему разговора поменяю. – Слушай, а это правда, что вы с Голубковым дружили? Или он врёт?

Саша моргает от неожиданности:

– Ну дружили. Сто лет назад, тебя тогда не было в нашей школе.

– А из-за чего вы поссорились? – не отстаю я.

– Не из-за чего. Просто он стал отмороженным и задолбал всех дурацкими шутками, – Саша поджимает губы.

Я не знаю, что на это сказать, и поэтому молчу. Саша тоже молчит.

– Извини, я не хотела портить тебе настроение. Хочешь бутерброд? – примирительно говорю я.

Пока мама с папой были вместе, еда всегда спасала ситуацию, когда атмосфера накалялась. Ключевое слово здесь «пока».

– Не хочу. Кстати, ты давно заглядывала в школьный чат? – Саша смотрит на меня внимательно и как-то насторожённо, что ли. Да что такое, а?

Я пожимаю плечами. Давно не заглядывала. Меня в последнее время волнует исключительно мой собственный канал. А школьные сплетни – нет.

Саша демонстрирует мне экран своего смартфона. Там моя фотография. Точнее, не фотография, а просто моё лицо, вставленное в редакторе в тело стокилограммовой толстухи в красной мини-юбке. И подпись: «Чайкина, ты не Образцова. Подвинься».

Оу… Новости пошли одна лучше другой – что за день такой?

– Кому из твоих фанаток надо сказать спасибо? – спрашиваю.

– Не знаю, номер незнакомый.

Ничего, я и сама догадываюсь, я с ними суши недавно ела. И да, увидеть такое – мало приятного. И всё же у меня нет проблем с лишним весом, поэтому прикол меня не особенно задевает. По сравнению с отслеживанием моих перемещений, между прочим. А вот Саша расстроился, похоже, капитально. Теперь ясно, почему у него с самого начала прогулки такая страдальческая мина.

– Я не планировал стать посмешищем класса, – добавляет он тихо.

– Ты так говоришь, как будто это моих рук дело, – я ёрзаю на скамейке.

Мы снова молчим. Теперь Саша не выдерживает:

– Почему мне с тобой так сложно?

– В смысле?! Я из кожи вон лезу, чтобы тебе со мной было классно и легко.

Вот теперь меня бомбит по-настоящему.

– Не заметил.

– Не мои проблемы, мистер Застегнусь-на-все-пуговицы.

Женькино выражение выскакивает из меня само. Может, мне с тобой душно, но я об этом молчу. Привыкаю. Я это тоже вслух сказала?

– Как ты меня назвала? Ладно, проехали.

– Проехали?

– Домой пора, уже час двадцать гуляем, – Саша произносит это, не глядя на часы. Видимо, в него самого встроен часовой механизм, а может, даже и секундомер, кто знает. – Пойдём провожу тебя.

Я торопливо встаю. Не хватало ещё, чтобы Саша заметил, что творится у меня на лице. Я сейчас как перегретый чайник, кровь в висках стучит.

– Не провожай, я ещё погуляю. Погода шикарная!

– Ну… тогда пока.

Я оставляю Сашу на скамейке и уезжаю так быстро, как могу. Сейчас мне хочется только побыть одной.

Про шикарную погоду я погорячилась. В насмешку надо мной ветер становится порывистым и холодным, где-то вдалеке громыхает. Это остужает меня, через несколько минут злость уходит. Внезапный ливень обрушивается на город с неба, а ещё из моих глаз. Как будто то, что происходит наверху, происходит и здесь, на земле. Мой собственный ливень – солёный, ветер сдувает его со щёк. Я еду на самокате домой, мокрая с головы до ног, и больше не боюсь ни скорости, ни машин на шоссе. Я их едва замечаю теперь. Вот как по щелчку пальцев можно стать смелой.