..Я очнулась с пустотой в груди. Рукой словила соскользнувшее одеяло, которым меня заботливо укрыли.

Сон помнила до мельчайших подробностей. Он высосал из меня все силы. Точнее, ведения из прошлой жизни…

Я опустила голову. Печаль тяжелым грузом легла на сердце. Странно быть реинкарнацией, словно нынешняя жизнь — блеф. Отец же много лет назад посчитал реинкарнацию подарком для меня, шансом искупить вину и прожить жизнь хорошо. Ироничная улыбка тронула мои губы. Удивительно, как история любит повторяться!

..Глава клана Е дал шанс дочери искупить ошибки. Только в видениях я не увидела вину Эсме, а вот её отца — да. Могущественный медиум с ледяным сердцем, не уважающий родную дочь, наплевавший на её выбор и желания, жестоко отнявший жизнь.

— Очнулась?

Я повернула голову к двери. На пороге стоял Вейшенг, поникший и обеспокоенный. Кивнула.

Вейшенг подошел ближе, сел на кровать. Я подобрала ноги и смущенно обняла колени руками, взгляд отвела.

— Как ты?

— Сколько я спала?

Мы задали вопрос одновременно.

Первым ответил лис:

— Неделю.

— Неделю? — удивилась я.

— Да. — Вейшенг прищурился. — Болит? — указал кивком на шею.

Затаившись, прислушалась к ощущениям, прикоснулась к шее, провела пальцами от подбородка до яремной ямки.

— Нет… — меня осенило. Я подскочила к зеркалу. Абсолютно гладкая кожа.

— А где обруч?

— Ожерелье.

— Не важно. Где оно?

— Ты… предала меня. — Ответ Вейшенгу дался тяжело, глубокий океан в его глазах был тих и мрачен, словно затаился перед свирепством стихии. — Ожерелье клана Юэ… оно…

— Спасибо за спасение, — перебив, поблагодарила я.

Вейшенг печально улыбнулся, задумался.

— Я не мог поступить иначе, — глухо отозвался он. — Не мог позволить, чтобы…

— Чтобы я исчезла, — договорив, подошла к демону ближе, тихо прошептала: — как когда-то много лет назад.

Тёмные воды океана грозно забушевали. Лис поднялся.

— Вспомнила прошлое?

— Увидела, — поправила я. — Во сне…

— Эсме, — процедил девятихвостый одними губами.

Эсме… Имя незнакомки резануло слух. Я отпрянула от демона, как от смертоносного огня.

— Аи, — отрезала я, в обиде стиснула зубы до скрипа.

— Прости, — Вейшенг тряхнул головой. — Аи. Да. Конечно, Аи.

Часть меня понимала, что я — реинкарнация той несчастной девушки. Другая часть — категорически отказывалась воспринимать. Эсме для меня — незнакомка; у нас нет ничего общего, кроме дара. Её жизнь, воспоминания, чувства, эмоции — для меня просто отрывки сна. Мы разные. И если Эсме была готова подарить Вейшенгу весь мир, то я — нет, потому что понимаю, в какой хаос погрузится человеческий мир, если окажется во власти демонов.

С глаз покатились слезы.

Я быстро смахнула их и отвернулась.

— Аи, — прошептал бархатно Вейшенг и обнял меня со спины.

Не выдержала. Слёзы полились градом. Я зажмурилась, чтобы остановить поток слез, но не могла… Общее с Эсме не только дар, но и чувства к девятихвостому… Её отец сказал правильно: чувства к демону подобно проклятию; от такой любви на сердце не распускаются пионы, оно кровоточит от шипов цветущей кариссы, бабочки не порхают в животе, они обреченно гибнут; любя демона, не обрести счастья. Любовь к демону заставляет задыхаться.

Люди нарекают это одержимостью. Что ж, похоже… если окончательно потерять рассудок и сделать существо Тьмы центром мира, как сделала бедолага Эсме…

Я другая. И не могу позволить Вейшенгу освободить нечисть из пучины Забвения! А ведь именно для этого я ему нужна… Теперь сомнений нет.

— С моей помощью ты хочешь разрушить Стену? — спросила с тяжким грузом на душе; когда не услышала ответ, повернулась. Глазами, полными слез, взглянула на демона. — Ведь так? — добавила едва слышно, сглатывая нервный комок.

— Зачем спрашивать, если знаешь ответ?!..

Закусив губу, резко перевела взгляд в сторону. Слезы смахнула пальцами. Сердце отбивало неровный ритм. Легкие спирало невидимой удавкой.

— Эсме…

— Снова Эсме! — вырвала яро ладонь, когда лис попытался её нежно взять.

Вейшенг закатил глаза, прищелкнул языком.

— Прости, Аи…

— Ты ведь искал её, — процедила сквозь зубы и покрылась мелкой дрожью, словно меня окатили ушатом ледяной воды. — Искал Эсме…

Ревность — горечь на корне языка, страстная ненависть, искусно переплетенная алой нитью агрессии.

— Я искал тебя, — объяснил очевидное, словно маленькому ребенку. Криво усмехнулся, погладил меня по щеке и пьяно прищурился. — Только тебя, Аи. — Демон сделал паузу перед именем, снова улыбнулся. — Аи, Эсме, любое другое воплощение — это всё ты, и только ты мне нужна.

..Эсме безумно любила его, а он был расчетливым лицемером. Для Вейшенга большой удачей стала встреча с наивным темным медиумом, жаждущий признания. Искусно обвел вокруг пальца, обольстил и подчинил, сделал собственным оружием. Наивная девушка стала жертвой. Повстречав Вейшенга во второй раз, я должна была повторить несчастную судьбу, демон даже разыграл похожий сценарий, однако, моя история сложнее истории Эсме. Она любила слепо, безумно, не понимала истинных мотивов лиса. Я тоже полюбила… В могущество не влюбиться нельзя, нельзя не захотеть подчиниться сильному мужчине. После настало разочарование, когда узнала об истинных целях.

Вейшенг прав. Неважно под каким именем рожусь, главное, сила, которая ни коим случае не должна попасть лису в руки. Мир уже погряз в хаосе, я не могу позволить ему полностью утонуть!

— Ты прав, — улыбнулась дружелюбно. — Видимо, ревную. Извини. Всё-таки Эсме для меня чужая. — Я говорила искренне, нежно смотря на Вейшенга.

— Мне нужна только ты, — приглушенным шепотом произнес лис, целуя мою руку. Обнял, зарываясь носом в волосы. Я прикрыла глаза. Последняя слеза скатилась по щеке. Сердце разрывалось на части. Невыносимо любить и осознавать, что вместе никогда не быть. Обманывать, ради мирного неба Поднебесной в будущем. Если я не смогу остановить Вейшенга, никто не сможет. Пойду за ним, с головой утону в запретных чувствах, а потом запечатаю в Забвении за высокой стеной Проклятого тумана.

* * *

Сегодня день был особенно жарким. Весна намекала, что скоро передаст борозды правления знойному лету. Насыщенная зелень тускнела под палящими лучами. Горы перевала Фа не казались такими грозными, наоборот, поражали своим величием и изумительной красотой; желто-зеленая трава лежала ковром, преломлялись лучи на острых макушках, на разных уровнях лежали каменные булыжники причудливой формы.

В перевале Фа мы давно. Я привыкла к этому месту, хотя утром Вейшенг объявил, что продолжим путь через пару дней. Страшно ехать к Стене, вдруг не справлюсь, вдруг не смогу запечатать демонов и вызову куда более страшный гнев девятихвостого… Плохие мысли я отталкивала, сосредоточивалась на даре. Сила медиума росла во мне, знания появлялись из самых далеких закутков памяти. Некоторые заклинания приходили во сне, их читали люди, голоса и внешность которых мне не знакомы, но я не сопротивлялась, позволяя новому вливаться в меня рекой. Вейшенг, конечно, не знал.

Я пришла к пленным.

Светлые выгляди плохо. Бледные, изнеможенные, исхудавшие. Им несладко пришлось после моего визита. Вейшенг не пощадил.

— Аи… — прохрипел Лей, улыбнулся сухими губами и поморщился от рубцов.

— Я принесу воду, — встревоженно выдохнула, как услышала отчаянное:

— Не уходи! Подожди. Не нужно воду.

— Но…

— Ты как? — спросил Лей. Ему было намного хуже, казалось, еще немного и потеряет сознание, или получит тепловой удар от палящего сегодня солнца, но собственное здоровье парня не волновало, Лей беспокоился обо мне.

— Нормально, я… — хотела рассказать о произошедшем, о том, кем являюсь, но побоялась, умолкла. Лею не понравилось мое поведение.

— Что случилось? Расскажи! Вейшенг обидел тебя?

— Где командир Чжэнь? — строго спросила я.

— Командир Чжэнь? — друг захлопал пушистыми ресницами.

К ограде подошел Фухуа, ответил хладнокровно вместо Лея:

— Демоны забрали его пару дней назад.

— Куда?

Фухуа пожал плечами:

— Скорее, ты должна объяснить. — Светлый говорил со мной с отвращением на лице, презрением. Не доверял мне, и это можно понять.

— Узнаю, — кивнула и поспешила вернуться к нечисти. Лей меня окликнул, но я не посмела обернуться.

Искать командира Светлых долго не пришлось. Измученного и усталого его вели по центральной дороге лагеря, тэнгу подталкивал пленного в спину. Я насупилась. Низко и подло обращаться так с обессиленным пленником.

Когда канвой проходил рядом со мной, я прижалась спиной к близстоящему зданию. Тэнгу посмотрел быстро в мою сторону.

Видимо, командира Чжэня допрашивали…

Я тяжело вздохнула, лишь догадываясь, какие ужасы ему пришлось пережить. Лучше об этом не думать. Надо собраться и действовать собственному плану.

Пока командира Чжэня вернут, а вокруг пленников снова выстроят стражу, должно пройти время. Выжидая подходящего момента, решила раствориться в толпе.

Демоны на меня никак не реагировали, и это радовало. Не по себе было, когда нечисть кланялась против воли лишь из-за побрякушки на шее.

— Очнулась! — донесся знакомый голос Аанга.

Погрязнув в потоке мыслей, змея заметила не сразу. Он замер напротив меня на расстоянии трех шагов. Улыбнулся.

Аанга я сама привязала к себе. Настойчиво и без спроса. Мне было спокойнее, когда со мной был тот, с кем мы вместе спаслись, прошли какой-то путь… Но кажется, так считала только я. Сущность демона характеризует его поступки. Аанг — змей.

Кажется, прошлое сильно повлияло на моё миропонимание: вот уже не могу доверять тому, кому искренне хотела доверять. Если собираюсь в будущем запечатать Вейшенга, нельзя держать рядом того, кто лису предан душой.

Я выдавила улыбку.

— Да, очнулась.

— Мне стоит вернуться на свой пост верного слуги? — ехидно спросил змей, собрался было услужливо поклониться, но оцепенел, когда услышал:

— Нет. Я освобождаю тебя от роли слуги.

Аанг смотрел исподлобья. Я обошла его и неспешно продолжила путь.

— Почему? — прилетело недоверчивое в спину.

Остановилась. Ответила, не оборачиваясь:

— Считай моим подарком.

Я не видела выражение лица змея, но услышала его недовольное фырканье.

Гуляя по лагерю, считала демонов, подмечала где находятся наблюдательные посты, запоминала расположение зданий, рисуя в уме карту. У меня был план…

К пленникам вернулась через полтора часа. Подойти близко не получится, демоны заняли посты. Точнее, не получилось бы, не будь у меня дара. Уже знакомое заклинание — и нечисть попадала на землю. Я вышла к Светлым, переступив одного из демонов. Такой жест развеселил командира Чжэня.

— Не перестаешь удивлять.

— Командир, мы все пострадали из-за неё, — намекнул Фухуа на то, что лучше не иметь со мной ничего общего, но командир лишь шире улыбнулся, не смотря на раны и ссадины.

— Пришла закончить разговор? — с иронией добавил он.

Я усмехнулась, достала из пояса амулет, написала на нём заклинание и подбросила к небу, активировав. Магический купол закрыл нас со Светлыми от внешнего мира.

Лей присвистнул.

— Становишься сильнее, — похвалил Чжэнь и закашлялся.

— Времени мало, — обозначила с тревогой на сердце. — Скажу прямо: нам нужно объединиться.

— Ха, с какой стати? — Фухуа сложил руки на груди.

— Светлые могут противостоять демонам, но никогда не смогут остановить. Это подвластно лишь медиумам, которых Светлые истребили очень давно, когда лидер клана Е запечатал Вейшенга. Думали, если медиумов не будет, то и у демонов не будет шанса выбраться. Глупо и наивно! — на повышенных тонах заявила я. Светлые опустили глаза в пол.

О том, что медиумов истребили именно Светлые было несложно догадаться. Обычным людям медиумы безразличны, иногда даже полезны, а вот для «стражников Света» медиумы всегда риск.

Видя их беглые взгляды и поджатые губы, понимала, что абсолютно права. Но я не злилась. Ох, Девять Небес, я понимала их! Светлые заботились о людях. Мало ли, какой еще медиум захочет прикоснуться к Тьме…

— Она права, — буркнул Лей.

— С чего вдруг нам доверять тебе? — никак мог не угомониться Фухуа.

Я бы могла привести множество весомых аргументов, но распыляться не стала, поставила Светлых на место двумя короткими предложениями:

— У вас выхода нет. Медиум в мире один — я.

* * *

Мы продолжили путь к Проклятому Туману. Я ехала вместе с Вейшенгом, смотрела на сменяющийся пейзаж за окном. Лис периодически задавал вопросы о моем самочувствии, я отвечала коротко, больше отмалчивалась. Играть роль верной спутницы оказалось сложнее, чем думала; легко идти на разговор, когда за спиной готовишь план о запечатывании демона — еще труднее.

..Светлые пообещали помочь. С сегодняшнего дня их войска будут постоянно вступать в бой с демонами, поддаваться и сдаваться в плен, чтобы наращивать количество Светлых внутри демонических лагерей, а после атаковать их в самом сердце. План безумный, сложный и не факт, что сработает. Но другого выхода нет. Когда до беремся к Стене, мне нужна будет помощь.

— Точно всё хорошо? — сомневался Вейшенг.

Я улыбнулась, кивнула.

— Ты сильно поменялась после недельного сна, — заметил демон, сузил глаза в подозрительном прищуре. — Отдалилась.

— Не каждый день узнаешь о своем прошлом. Казалось бы, всё должно встать по местам, но у меня вопросов появилось больше. — Вздохнула. — Просто дай мне время…

— Конечно.

Я сглотнула подступивший комок, облизнула сухие губы. Вейшенг это время пристально меня разглядывал, следил за каждым жестом, движением, изменением настроения, то усмехался, то серьезнел. Было некомфортно, но я старательно изображала невозмутимость.

— Что будешь делать, когда я разрушу Стену? — вопрос задала, глядя в окно. Голос прозвучал безжизненно.

Вейшенг удобнее разместился на сидение, отбил пальцами ритм, постепенно замедляясь.

— Поделю мир, — глухо ответил он.

Наши взгляды встретились, девятихвостый ехидно улыбнулся и степенно продолжил:

— Я высший демон, прожил не одно столетие. Видел, как менялся мир сто раз, тысячи раз, при мне сменилось огромное количество человеческих правителей. Демоны и люди жили бок о бок, их отношения на протяжении веков постоянно менялись: сотрудничали, воевали, люди приклонялись и снова добавилась свободы, бывало могли возомнить себя борцами за мир и пытались истребить нас, не получалось, снова приклонялись. После Девять Небес подарили людям дар, начали появляться медиумы. Безобидные, разумеется. Их силы хватало, чтобы пообщаться с кучкой слабых духов. Были и сильные — они водились с демонами. Разумеется, дар вторых запретили, а демонов приказали запереть. Помню, появился целая фракция Темных медиумов, которые пожертвовали жизнями, чтобы заковать наши души в Забвении. Зачем? Жадность, Аи. Обычная человеческая жадность. Наши земли разделены, одна часть принадлежала людям, другая — демонам. Мы редко пересекались. Но люди хотели владеть нашими землями, хотели большего… и добились. Мне не нужны территории человеческих земель. Я хочу вернуть демоническую часть, которая издавна принадлежала нам. Хочу справедливости!

Мир внутри меня перевернулся. Я сидела неподвижно, ошарашенная словами Вейшенга. Люди это умалчивают, демонов же очерняют. А оказалось, они пришли не захватывать, а возвращать своё, отнятое безжалостно людьми много веков назад.

Жадность? Поверю. Людям жадность особенно присуща. Они жадны до всего: жизни, денег, власти.

Вейшенг посеял зерно сомнения в моей душе. На уровне солнечного сплетения неприятно потянуло, я приложила ладонь.

— Понятно, — процедила едва слышно, пытаясь разобраться в собственных чувствах.

Я окончательно запуталась. Хотелось найти незнакомца и излить душу, поделиться душевными терзаниями, попросить совета. План против Вейшенга уже в действии, но сейчас смотрю на его аристократичный профиль, таинственный взгляд, в котором таилась надежда, губы, и понимала, что хочу остановить Светлых. Голова раскалывалась. Меня кидало от Тьмы к Свету и обратно.

Глаза предательски защипало, отвернулась, сделав глубокий, судорожный вдох.

— Аи.

— Да?

— Спасибо, что ты со мной.

И всё. Горло больно сжалось, поперек стал колючий нервный комок. Хотелось разреветься от усталости, от сомнений, но нельзя.

Я коротко улыбнулась в ответ.

* * *

Ехали долго. На этот раз практически без остановок. Передвигались даже ночью. Так прошли три дня.

Утром четвертого дня подъехали к небольшому городку Шань. На подъезде нас встретили демоны.

Покидая паланкин, накинула на голову капюшон. Вейшенг помог мне спуститься. Я встала рядом, не отпуская его руку, осмотрелась. Стены города были высокими и тянулись к самому небу, через ворота я видела саму жизнь местных жителей. Улыбнулась. Очень хотелось пройти по улицам Шаня, отдохнуть, отвлечься.

— В Шань остановимся на три дня, — сообщил лис.

— Город, — вздохнула мечтательно. — Наконец-то. Дико устала от быта лагерей.

— Выматывает, не спорю.

— Можно мне прогуляться? Я… — собралась было аргументировать, почему Вейшенг должен меня отпустить, ведь не сбегу, город окружен стражниками, но… это не понадобилось.

Лис ответил сходу:

— Конечно. — Он вручил связку монет. — Обязательно перекуси.

Кивнув, растеряно убрала монеты в пояс.

— Я пойду, — улыбнулась неуверенно и направилась к воротам, минуя шатающуюся вперед-назад нечисть.

Уже рядом с воротами, ощутила на себе холод убийственного, чужого взгляда. Остановилась, посмотрела в сторону — вдали, возле паланкина, стоял тэнгу. «Живых» глаз не видела из-за чудовищных очей маски. Мы простояли так несколько секунд. Я отвернулась, глянула на камешки под ногами. Дурное у меня предчувствие по поводу Тая… Тряхнув головой, продолжила путь.

Шань затянул в водоворот своей жизни сразу, только я успела пройти через ворота — в меня врезалась детвора и чуть не сбила с ног, ребятишки быстро извинились, рассмеялись и ринулись вихрем дальше. Настроение детей говорит о многом: если они счастливы, значит, в городе всё спокойно.

Путников встречал громкий рынок. Продавцы яро зазывали покупателей, обещая наилучшее качество шелка, украшений, обуви. Дети толпились у продавцов со сладким, жадно рассматривая карамельные фигурки на палочках. Захотелось сделать добро. Я улыбнулась, мысленно посчитала количество ребятишек, купила карамель и раздала им. Глаза детей засияли ярче звезд. Внимательные продавцы, вылупившись на монеты в моей руке, расплылись лужицей, приглашая заглянуть к ним. Я отказалась.

Хотелось есть.

Вытянув слегка руки вверх, принялась пробираться сквозь густую толпу. Пахло потом работяг, вкусными духами красивых девушек, сеном и землей от тружеников, металлом от кузнецов. Постепенно толпа поредела — и я увидела на большой площади под цветным навесом пожилую женщину, готовящую лапшу. Аппетитный аромат манил, жалобное урчание желудка не заставило себя ждать. Купив порцию, села за одним из свободных столиков.

Периодически ко мне оборачивались другие посетители. Я старалась не замечать излишнее внимание, продолжая с аппетитом уплетать лапшу. Но вскоре ко мне подсела незнакомка, уставилась.

Я нахмурилась, крепче зажала палочки между пальцев.

— Вы приехали с повелителем? — задала она вопрос прямо.

Мужчины за соседним столиком развернулись уже без стеснений, самый первый ко мне поджал губы, подкидывая палочки в одной руке. Свои я отложила.

Понимать бы, кто девушка, сидящая передо мной. И с какой стати мне перед ней отчитываться? Я рассмотрела её. Простая одежда, похожая на балахон, каштановые волосы, туго собранные на макушке, карие глаза и вздернутый нос с небольшой ссадиной на едва заметной горбинке. Взгляд спокойный, любопытный.

Наклонив голову, я скрестила руки на груди. Прищурилась.

— Кто просит меня ответить?!

— Моё имя Ши, — слишком официально ответила она. И громко. Проходящие мимо люди замедлились.

— Говори тише, — попросила я.

— Мой брат сказал, видел прекрасную леди рядом с повелителем! — продолжила громко Ши.

— Я хорошо запомнил лицо, — вставил угрюмо парень, подкидывающий палочки и, собственно, их подкинул.

— Да! — подтвердила Ши так, словно её братец привел ну очень весомый аргумент. — Это ведь вы?

— Допустим.

— Помогите мне. Замолвите перед повелителем слово. Я… я хочу стать демоном!

Заявление незнакомки ошарашило, но внешне я осталась невозмутимой, ответила:

— Спрошу.

— Благодарю! — Ши назвала быстро адрес, где можно её найти, пожелала мне приятного аппетита, и счастливая вернулась за свой столик.

У меня аппетит пропал.

Разве… можно человеку стать демоном, не поддавшись безумию?

Или…

Фыркнув, я встала из-за стола и отправилась прогуляться. Улицы Шаня были узкими, но уютными. Красивые дома, зелень в каменных горшках, пузатые красные фонари на крышах, цветные бумажные гирлянды. Видимо, недавно в Шань был праздник, или будет…

Ши поразила меня. Её город демоны когда-то захватили также, как мой — Синь. У нас люди нечисть возненавидели, а здесь хотят встать в их ряды. Жизнь под правлением Вейшенга правда лучше, или Ши просто… чокнутая?

— Бабуль, — обратилась я к пожилой женщине в расписном голубом ханьфу. — Здравствуйте.

— Ой, здравствуйте, — смущенно улыбнулась она, прижав к груди огромную охапку синих незабудок.

— Вопрос странный, но без подвоха, — предупредила честно, но женщина всё равно насторожилась. — Жизнь под правлением демонов… какая она? — Я спросила тяжело, с болью. Пыталась найти свет во мраке Вейшенга, отчаянно хотела его оправдать.

Пожилая женщина смерила меня взглядом и, прижав цветы к груди, отодвинулась, свела зло брови и удалилась. Я грустно улыбнулась, прижав ладонь ко лбу. Мда, нашла где и когда спрашивать…

Вдалеке журчал фонтан, доносились разговоры и смех людей, у всех на устах была новость о прибытия повелителя.

Повелитель.

В Шань Вейшенга с уважением нарекали именно так.

Не нечисть, как у нас, а повелитель!

Из раздумий вырвал голос Тая:

— Пристаешь к прохожим?

Мы замерли друг напротив друга. Напряженная я и невозмутимый тэнгу. В ожидании ответа, демон скрестил руки.

Вернув самообладание, гордо вытянула шею и двинулась прямо на демона, тот стоял неподвижно. Когда расстояние практически исчезло, я резко свернула в сторону, обходя.

— Тебя видели, — с угрозой в голосе процедил он.

Мы поравнялись плечами. Воздух сгустился, дышать стало мгновенно тяжелее, а на спине выступили капли холодного пота. Я повернула голову к Таю, увидела профиль маски чудовища, рассмотрела потёртости на ней, мелкие трещины. Зазвенели колокольчики на его поясе — и демон глянул в мою сторону. К горлу подкатил комок.

— С пленниками, — добавил тише тэнгу.

По плечам пробежал холодок. Я старалась не показывать волнение, улыбнулась лучезарно и поправила демонстративно волосы, словно Тай сказала абсолютную нелепицу, даже не заслуживающая моего внимания.

— О чем вы говорили? — спросил тихим, низким голосом.

От души отлегло. Видели, но не слышали.

— И отвечай честно, — подчеркнул строго демон-ворон.

— Предлагала Светлым сдаться, — на выдохе отчеканила я. — Говорят, Светлые слышат друг друга на расстоянии. Может, прислушаются к моему совету и предложат сложить оружие остальным? Как думаешь? — вопросительно вскинула брови.

— Думаю, ты меня не поняла, — с издевкой заметил Тай. — Я просил отвечать… честно.

— Скорее, хочешь услышать то, что успел надумать сам. Извини, это сугубо твоя личная проблема. Мне пора.

Тэнгу поймал за запястье. Я остановилась, ощущая крепкие, длинные пальцы на коже.

— Отпусти.

— Мы не закончили разговор.

— Навряд ли Вейшенгу понравится подобное поведение.

— Это в его же интересах.

Медиум всегда готов ко встрече с демоном, я тоже. Основные амулеты хранила в поясе. Особенно для тэнгу. Свободной рукой, вытянула амулет и замахнулась, Тай успел перехватить запястье правой руки. Несколько секунд я прожигала тэнгу коварством, а после раскрыла пальцы — амулет прицепился к маске.

Моя ехидная улыбочка — и звонкий треск. Это маска разломалась на три ровных куска и рухнула на землю. Но Тай меня не отпустил, наоборот, сжал запястье сильнее.

Я уже забыла, как тэнгу выглядит… Лицо Тая поневоле вытиснилось из памяти. Как бы не пыталась вспомнить черты лица, которые когда-то старалась запомнить, — бесполезно.

Мужчина держал крепко. Пусть маска спала, тэнгу оставался непоколебим и абсолютно спокоен, как северные горы.

У Тая красивые глаза. Я уже и забыла, насколько удивителен их цвет. Янтарные с вкраплениями.

Красные узоры на правой стороне лица.

Густые черные волосы, окрашивающиеся в белый.

— Зачем? — озадаченно поинтересовался демон-ворон. Настолько хрипло и тяжело прозвучал голос Тая, что я ощутила неловкость.

— Нехорошо прятать глаза от собеседника. Отпусти. — Настойчиво попыталась выбраться.

— Я не отпущу, пока не ответишь на вопросы. — Тэнгу дернул меня на себя. Его лицо, его прекрасное лицо оказалась непозволительно близко к моему. Думала, без маски, Тай не будет таким уверенным, но ошиблась. Под давлением его янтарного взгляда сложнее стало мне! — Что ты задумала? — угрожающе прошептал демон.

— Ничего.

— Ты в сговоре со Светлыми?

— Демоны не поймут, если застанут нас в таком положении.

Тай буквально впечатывал мое тело в свое!

— Не волнуйся, не застанут. Отвечай.

— Уже, — вздернула носом. — Но мой ответ тебе не понравился.

— Смеешься надо мной?! — тэнгу сузил глаза.

— Да! — громко воскликнула я. — Обвиняешь, хотя я ничего не сделала. И доказательств, что сотрудничаю со Светлыми, у тебя тоже нет! Одни догадки и домыслы.

— Ты уже предала повелителя. Ожерелье Юэ тому доказательство. Но тебе повезло, господин спас. А сейчас ты снова замечена рядом с пленниками. Интересно, почему?

— Одумалась. И им предложила одуматься. Ещё вопросы?

Тай отпустил. Резко и грубо. Понял, что спор ни к чему не приведет.

— Я узнаю правду, — со стороны тэнгу слова были обещанием.

— Удачи.

Я продолжила путь. Прогулявшись ещё немного, отправилась к поместью «Первая луна» — именно там остановился Вейшенг. Убедилась, когда заметила тэнгу, легко и просто стоящего на перекладине ворот. Тай был без маски, глядел на меня молча, подозрительно и внимательно. Я остановилась на секунду, потом быстро прошла через ворота, обернулась — тэнгу уже не было.

Поместье Первой луны было самым живописным зданием среди всех домой в Шань. Белокаменное с темно-зеленой крышей. Первым меня встретил сад из камней. Камни причудливой формы на фоне насыщенной зелени папоротников и хвои, небольшие фонтаны и статуи, мелкая каменная насыпь, напоминающая волны. Я прошла по узкой дорожке, рассматривая детали: скрытые фонарики, загорающиеся ночью, фигурки с размеров в палец; вышла к самому поместью. Воззрилась. В окнах промелькнула тень.

Я открыла скрипучую дверь и вошла внутрь. Тихо. Дом словно безжизненный.

На лестнице меня встретила девушка в синем многослойном ханьфу. Секунду назад её еще не было. Она появилась внезапно. Я остановилась, не удивившись. К фокусам призраков давно привыкла, прочем, как и демонов.

— Вас ждет повелитель, — объявила она, — следуйте за мной.

Незнакомка не шла, а плыла. Я топала за ней. Косилась на стены, видя исключительно свою тень.

Вейшенг ждал на просторной террасе. Сосредоточено читал пожелтевший сверток. Сидел красиво, грациозно.

Девушка поклонилась, ушла обратно в дом, на пороге растворилась, будто её никогда не было. Недолго я смотрела на дверной проем так, словно незнакомка была ещё там. Думала, кто же она… Обычно, истории призраков намного печальнее, чем демонов.

— Посмотрела город?

Я вернула внимание к Вейшенгу. Он улыбался. Смотрел глубоким взглядом, проницательно. Отложил сверток.

— Да.

— Понравился?

Вейшенг напоминал мне бесконечный океан, спокойная водная гладь которого таила в себе множество секретов и тайн. Смотрел на меня добродушно, говорил тихо, но я чувствовала… что-то не так. В отличии от правдоруба Тая, Вейшенг как текучая вода.

— Шань красивый, — ответила я, занимая место напротив лиса. — Люди хорошие. Кстати, одна девушка пожелала стать демоном. — Девятихвостый кивнул. — Такое возможно?

— Люди могут присоединиться к демонам в качестве воинов, но стать именно демоном — нет.

— При жизни? — на всякий случай уточнила я.

— При жизни.

С Ши снова встречаться не собираюсь. Пусть живет обычной жизнью и продолжает мечтать о демонах. Но встать в их ряды — не позволю. Слишком опасно.

— Долго еще до Стены?

— Дней десять.

— Десять? — изумилась я.

Вейшенг усмехнулся.

— Впереди важное событие. Оно изменит мир.

— Точнее, разделит на две части.

— Ты со мной? — спросил лис, спустя минутную паузу; и подозрительно сощурился в ожидании ответа.

Я замешкалась. И это Вейшенгу не понравилось. Он с шумом вздохнул, переложил бумажный сверток из одного место в другое.

— Господин, — приземлился внезапно тэнгу, поднял пыль в саду.

Тая я недолюбливала, но сейчас была благодарна, что он заполнил гнетущую тишину своим присутствием.

Вейшенг недоуменно глянул на поданного.

— Почему ты без маски?

Да, тэнгу, маску так и надел.

Янтарный взгляд подобного острому кинжалу «воткнулся» в меня. На губах демона-ворона расцвела гаденькая улыбочка.

— Аи решила, мне без неё лучше.

— Аи?! — гневно протянул Вейшенг. В его глазах разорился шторм, опасный и свирепый, топящий корабли и рушащий скалы.

— Не люблю, когда несправедливо обвиняют, при этом прячут глаза, — отчеканила уверено я.

Тай оценил смелость. Хмыкнул.

— Кажется, что-то происходит у меня за спиной, — холодно бросил лис, глядя отрешенно перед собой. Водная океаническая гладь покрылась мерзлотой льда.

— Мои вороны видели Аи с пленными, — доложил тэнгу, уточнил: — после того, как вы сняли с неё ожерелье вашего клана.

— Почему говоришь об этом только сейчас? — лис повысил голос, он напомнил раскатистый гром в сером небосводе.

— Хотел выяснить, о чем именно она разговаривала с пленниками.

— Я уже ответила, что…

— Помолчи, — отрезал Вейшенг.

Вжав голову в плечи, обиженно отвернулась.

— Тэнгу снимает маску лишь перед возлюбленной, увидеть глаза — значит для демона-ворона слишком много. Это интимнее поцелуя, — монотонно проговорил девятихвостый.

Каждое слово — удар лезвием по сердцу. Мне было страшно обернуться, и безумно стыдно!

— Сам не понимаю поведение Аи, господин. Маску она сняла уже во второй раз.

Колючие мурашки одной волной пробежали по плечам. Вот же… ворон!

— Я этого не знала!

— Конечно, как ещё ты можешь оправдаться?! — с иронией ответил Тай.

— Я не оправдываюсь.

— Ты пришел о чем-то доложить, Тай? — сменил тему Вейшенг, повернулся ко мне спиной.

— Замечена активность Светлых. Не пленников. Светлые массово нападают на демонов, и… сдаются в плен.

— Вот! — я поравнялась с Вейшенгом. — Объясняла же, сама одумалась и пришла посоветовать одуматься Светлым! Помогло.

Тай изогнул бровь. Лис промолчал.

— В плен не брать. Всех убить.

— Ч… что? — поразилась. — Но… но..

— Да, господин, — поклонился тэнгу и, взмахнув огромными крыльями, взлетел в небо.

— Нельзя их убивать! — воскликнула в сердцах и схватила девятихвостого за локоть.

— Это еще почему?

— Вдруг… одумались. Решили перейти на твою сторону, а ты их просто… убьешь?

— Мне их поддержка не нужна, — безапелляционно заявил Вейшенг, а я поникла, осознав, какие большие жертвы понесу Светлые и… всё из-за меня.

Мир раскололся. Застыв, уставилась в одну точку невидящим взглядом, пыталась подобрать правильные слова, чтобы лис изменил приказ. Сотни, тысячи Светлых могут погибнуть. Мой, казалось бы, отличный план с треском провалился…

Вейшенг встал передо мной, нагнулся, заглядывая мне в глаза. Ехидно усмехнулся, заводя руки за спину.

— Ты бледная, Аи, — с издевкой заметил демон. — Как себя чувствуешь?

— Замечательно, — сдавленным голосом процедила я и поджала губы. К горлу подкатила тошнота.

— Славно, — весело отозвался Вейшенг, взял бумажный сверток обратно в руки. — Иди отдыхать, моя милая Аи. Дорога была сложной.

Мне не хотелось ничего не отвечать. На ватных ногах медленно поднялась.

— Ещё кое-что. — Мой взор и взор демона пересеклись. — Завтра займись изучением демонов, прочти про их природу, происхождение, традиции. Чтобы не попадала в неловкие ситуации, как с тэнгу. Поняла меня?

Я кивнула.

— Можешь идти.

* * *

— Просыпайся, мерзавка!

..Некто схватил меня за локоть и толкнул в сторону. Я ударилась о стену плечом и, не устояв, грохнулась на пол. Тэнгу ринулся вперед. Поднял, тряхнул за плечи, с яростью спросил:

— Предложила Светлым одуматься? — Тай рассмеялся в лицо. Хмыкнул. — Мерзкая лгунья! — И снова толкнул в сторону.

Я вскрикнула от острой боли в лопатке, обняла себя руками, кусая губы и сдерживаясь, чтобы не разрыдаться. Другие тэнгу молча наблюдали. Все они были в масках, кроме Тая… Его янтарные глаза полыхали смертоносным золотисто-алым пламенем.

Когда мужчина попытался схватить, я откатилась вправо. Поспешила встать. Но демон-ворон поймал за предплечье, дернул на себя.

— Немедленно отпусти!

Тэнгу прижал меня к своему телу, гаденько усмехнулся, погладил по бедру. На ухо прошептал:

— Тебе конец, малышка.

— Да как ты смеешь?!

— Думала, всё сойдет с рук? У людей есть отличная поговорка: невозможно усидеть на двух стульях. Ты пыталась, честно пыталась, но увы.

— Что? — пискнула я, а потом снова закричала, когда Тай поволок меня из спальни.

Тащил только он. Другие демоны шли следом. Хладнокровные и равнодушные к происходящему, словно я не кричала во всё горло, словно не молила отпустить и пощадить.

Утренний свет ослепил. Я зажмурилась. Мелкие камешки в саду царапали босые ноги.

Когда мы пришли к назначенному месту, тэнгу надавил мне на плечи, заставляя встать на колени. Острые камни вонзились в кожу.

— Сиди, — скомандовал он.

Горло пересохло. Очень хотелось пить.

Перед глазами картинка двоилась. Я не понимала, что происходит. Спала, как вдруг налетели демоны и силой вывели сюда…

Зрение восстановилось, когда я увидела белые одежды. Светлые! Девять Небес!

Демоны привели сюда и пленников?

Сердце разошлось в тревоге.

Лей стоял ко мне спиной. Пытался обернуться, но в самый последний момент покрывался дрожью и снова отворачивался. Командир Чжэнь смотрел с печалью. Фухуа сверлил меня ненавистью и презрением так, словно я грязь и мусор. Другие Светлые отмалчивались, опустив головы.

Погода абсолютно не соответствовала происходящей драме. Небо было ярко-синим, разбавленное акварелью розового на горизонте — там, где поднималось солнце. Птицы разрезали крыльями рассвет. Озорно играли лучи. Рассвет — символ надежды, символ новой жизни, символ начала. Рассвет особенно красив, когда смотришь на него сквозь слезы, ведь наивно веришь в его магию… Я смотрела на восходящее солнце, грустно улыбалась и просто ждала неминуемого… Это ли называется, смирением?!

Демоны столпились. Переговаривались, гадали, что же происходит, и почему же любимица повелителя в таком ужасном положении?! И причем тут Светлые?!

Я догадывалась… Поэтому без страха встретила Вейшенга.

Он был необычайно красив.

Длинное темно-синее ханьфу со вставками впереди цвета листвы, кобальтовая накидка с серебристой вышивкой в виде ликорисов. Сложные серебряные украшения на поясе. Волосы аккуратно собраны на макушке и подвязаны атласом цвета небес.

Вейшенг на меня не смотрел. Специально отводил взгляд.

Сдержанный, хладнокровный, бесстрастный, как и подобает правителю, как и подобает демону…

Он занял место на небольшом возвышении. Длинные ресницы рассекли тягостное напряжение между нами — и наконец Вейшенг посмотрел на меня. Стеклянными глазами, заставшими, подобно льдинкам, безмятежными, не выражающими ни одной эмоции. В них северная мерзлота, лишающая жизни, острые айсберги, потопляющие одинокие корабли в холодных водах океана.

— Знаешь, почему ты здесь?

— За связь со Светлыми? — предположила я, скосившись на пленных. Фухуа свел гневно брови. Командир Чжэнь обречённо опустил веки, покачал головой.

— Выведите Лея, — спокойно велел Вейшенг.

Демон по правую сторону от девятихвостого подошел к пленникам, проверил веревку на запястьях Лея и толкнул вперед. С недовольным стоном, друг упал на колени, оскалился, прошелся беглым взором по мне и, плюнув, отвернулся. От непонимания, но дурного предчувствия грудную клетку сковало. На спине выступили капли ледяного пота.

— О гнусном плане поведал твой лучший друг, Аи, — голосом цвета мориона проговорил Вейшенг.

Колючая дрожь, сравнимая с тысячью иглами, протыкающие кожу, молниеносно охватила моё тело; желудок сковало спазмом. Кажется, от услышанного я даже перестала дышать. Просто не могла… Девять Небес, я могла бы подумать на Фухуа, он никогда меня не любил; могла бы заподозрить командира Чжэня, с которым мы знакомы мало, но то, что меня сдаст Лей — мой лучший друг, мой тыл, моя защита — я даже не могла представить. Его предательство, как кинжалом в сердце!

— Неприятно, правда? — риторически спросил Вейшенг и слегка наклонил голову. — Тошно. Противно. Мерзко настолько, что дыхание перехватывает. — Лис точно описал мои ощущения, после ядовито усмехнулся и вопросительно кивнул: — как тебе? Именно такие чувства я пережил уже во второй раз, Аи.

Закусив губу, я склонилась к земле. Стыдно.

— Посмотри на него. Посмотри на своего лучшего друга. — Вейшенг говорил мрачно, с болью, тяжело выдыхая каждый звук. Он хотел перейти на крик, высказаться, вразумить меня, но сдерживался. — Поверните Лея к Аи. — Демоны тотчас исполнили приказ, и сейчас мы видели глаза друг друга. Чужие глаза. Словно мы два незнакомца. Словно не было той длинной жизни, которую мы прошли бок о бок. — Смогла бы ты забыть предательство и дать второй шанс? А я смог. Тебе, Аи. — Я не ответила. Выждав паузу, демон приказал вернуть Лея к пленникам.

Воцарилась тишина. Жуткая, оглушающая до звона.

Следующие слова Вейшенга были подобны взмаху острого клинка:

— Убить их.

Безжалостно демоны принялись куда-то тащить Светлых. Я привстала, но тэнгу позади усадил меня на место. Ветер погладил лицо, смахнул слезинки, пытаясь заставить меня снова дышать.

Когда пленников уводили, они не взглянули в мою сторону. Даже Лей. Почему он решил предать?! Почему именно он? Это тайна всегда останется тайной и непониманием, моей личной болью. Я бы хотела Лея спросить о многом, но не успею. Поздно. Приговор вынесен.

Одиночество. Страх. Обречённость. Я дрожала от ледяного холода, пока меня обволакивал теплый ветер первого летнего месяца.

— Кое в чем ты всё же права, — многозначительно обронил Вейшенг. Сердце забилось быстрее. — Ты не моя Эсме.

..Я так хотела ненавидеть девятихвостого, настолько желала разозлиться на него, но гнев и злоба разлетелись на тысячи осколков, когда их сменила… ревность. Распустилась алыми бутонами в легких, шипами сковала трохеи.

— В тебе лишь её сила, Аи, — продолжил Вейшенг. — Когда выполнишь свое предназначение, отправишься вслед за Светлыми. Увести.