Зал заседаний городской ратуши выглядел сегодня тихим и слегка сонным. За большим овальным столом собрались представители знатных домов, несколько городских чиновников, барон Вайдхоллоу, баронесса Оливия Беркли, трое служителей церкви в белых сутанах и сам маркиз Леонард Кроуфорд, Смотритель Императора, сидевший во главе Совета с хмурым и слегка раздражённым от бессилия и своего собственного бездействия видом.

— Итак, дамы и господа… С прошлой нашей встречи прошло ровно семь дней. Кто-нибудь из вас выполнил моё поручение и узнал, где находится герцог Каннингем? — маркиз Кроуфорд обвёл внимательным, неторопливым взглядом сидящих за столом людей. — Вы сумели связаться с ним и пригласить на Совет?

Кто-то из епископов отвёл глаза в сторону, кто-то из чиновников сделал вид, что изучает свои бумаги, один из пожилых аристократов очень убедительно закашлялся в кулак и потянулся к бокалу с вином, намереваясь промочить внезапно запершившее горло…

— Я… — так и не дождавшись ни от кого ответа, осторожно взял слово барон Ричард Вайдхоллоу. — Мои люди доложили, что Каннингем уже неделю находится в женском монастыре имени святой Агнессы.

— Где? — Кроуфорд недоумённо нахмурился, явно пытаясь понять, не ослышался ли он. — В женском монастыре?

— В женском монастыре, — повторил барон.

— Что он там делает? Да ещё целую неделю? Ему там что, мёдом намазано? — хмуро проворчал маркиз.

По залу прокатился сдержанный смешок и тут же стих под тяжёлым взглядом Смотрителя Императора.

— По слухам, Каннингем даёт какой-то обет в монастыре, — осторожно произнёс Вайдхоллоу.

— По слухам? — Кроуфорд удивлённо вздёрнул брови. — Вы с ним не общались?

— Виделись… — барон Вайдхоллоу растерянно пожал плечами и виновато развёл руки в стороны. — Но не общались.

— Это как?

— Каннингем был немного… не в духе, — поморщился барон. — Сказал, что не хочет ни с кем разговаривать и никого видеть. А если мы ещё раз потревожим его покой, он отрубит нам конечности и засунет их нам в зад.

Кроуфорд несколько секунд молчал, переваривая услышанное, затем тряхнул головой и тяжело вздохнул.

— Так и сказал?

— Почти дословно, — криво усмехнулся барон. — Я же говорил — Каннингем уже не тот. Он давно выжил из ума.

— М-да… — маркиз потёр переносицу и вопросительно посмотрел в сторону директрисы Академии. — Госпожа Беркли, может, у вас получилось связаться с вашим старым боевым товарищем?

— Я пыталась поговорить с герцогом, — призналась Оливия, — но монахини меня даже на порог не пустили. Вы же знаете, сир, как они относятся к ведьминскому сословию и моим сёстрам. Мы не очень ладим…

— Но вы же не какая-то там городская ведьма! Вы баронесса, аристократка, наделённая определённой властью! — возмутился маркиз. — Как они могли вас не пустить?

— Они вообще никого к нему не пускают, сир. Насколько я поняла, герцог пребывает у них в состоянии духовного уединения и, как и сказал барон Вайдхоллоу, не желает ни с кем разговаривать.

— М-да… В этом городе творится чёрт-те что… — пробормотал маркиз Кроуфорд, устало откинулся на спинку кресла и перевёл взгляд на трёх церковников. — Что у нас по прорывам? Сколько открытий демонических врат было зафиксировано за неделю, прошедшую с прошлого Совета?

— Ни одного, сир, — покачал головой один из епископов, высокий, сухой мужчина с длинным лицом и бледными губами.

— Ни одного? — маркиз удивлённо вздёрнул бровь. — Хм… Это ведь хорошо? Да?

— Скорее всего, — неуверенно помялся епископ. — Всё указывает на то, что предыдущие прорывы действительно были хаотичными и не имели единого замысла.

— Хорошо, хорошо… — Кроуфорд задумчиво побарабанил пальцами по столешнице. — Формально — это «хорошо», но выглядит это до жути подозрительно — будто они намеренно затаились сразу после того, как мы этим заинтересовались… Ваши предложения, епископ? — сухо произнёс он.

— Продолжать наблюдение, — лаконично произнёс церковник. — Мы держим три группы из лучших охотников и инквизиторов в постоянной боевой готовности. Стоит где-то открыться хоть одному даже самому маленькому демоническому проходу, наши люди сразу будут на месте.

— Прекрасно, прекрасно… — задумчиво покивал маркиз Кроуфорд. — В этом есть зерно здравомыслия…

* * *

Неделя после бала в имении барона Вайдхоллоу пролетела незаметно…

Первые три дня троица подруг работала в Охранном участке, выполняя поручения капитана Эпуаса и разбирая выданную им папку с подозрительными делами. К слову, ничего подозрительного и интересного там не было — обычная рутина. Старуха с «проклятым» колодцем на деле просто не чистила его лет десять, говорящая коза оказалась обычной козой с дурным характером и хозяином-вруном, а странные огни на кладбище — парочкой влюблённых идиотов с фонарём, бутылкой дешёвого вина и полным отсутствием мозгов.

А потом пришла пора переезда. Ремонтники, наконец, закончили работу в доме мадам Ле Гранж, девчонки перевезли свой нехитрый скарб из съёмной комнаты в таверне, выбрали себе комнаты и принялись обживаться на новом месте, в новом доме у реки. Мими занялась бумагами, деньгами и приобретённой по её поручению недвижимостью, Лилит провела инспекцию в купленных домах и разогнала нелегальных жильцов, а Алиса развернула бурную деятельность на первом этаже.

В первый же день юная ведьмочка заказала у плотника смешную вывеску, гласившую «Ведьминская лавка баронессы Вудхэвен. Лучшие снадобья, зелья и эликсиры», и лично повесила её над входом. Взяла у мадам Ле Гранж двух девушек в помощницы и следующие несколько дней практически не вылезала из своей новоприобретённой ведьминской лавки — наводила порядки, вешала полочки, ящички, сушилки для трав, расставляла склянки, подписывала баночки, по ночам варила зелья и снадобья, а по утрам с видом великого алхимика лично проверяла, не перепутали ли её помощницы «сушёный жабий глаз» с «засушенной ягодой бузины», потому что на вид, конечно, разница невелика, а вот для покупателя, который потом это употребит, очень даже. В общем, работа в лавке Алисы кипела полным ходом, а дни потянулись медленно, спокойно и размеренно…

— А-а-а! Чёрт! Где это мы⁈ Я ничего не вижу! — проснувшись в темноте и спросонья совершенно не поняв, что происходит вокруг, испуганно всполошилась Алиска. — У меня что-то живое в руке! Оно шевелится!

— Это моя сиська, дура! — устало вздохнула Мими. — И хватит уже мять её.

— Ой… Прости… — ведьмочка испуганно отдёрнула руку, села на кровати и растерянно заморгала в темноте. — А где это мы?

— Не мы, а ты. Ты у меня в комнате.

— А как я здесь очутилась?

— Это у тебя надо спросить. Пришла ночью, подвинула меня и улеглась, как у себя дома.

— Чёрт… Я ни черта не помню, — пожаловалась Алиса, подтянув коленки и обхватив голову руками.

— Заработалась ты в своей лавке, мать. Отдохнуть бы тебе, — сочувственно вздохнула Мими, поднялась с кровати, потянулась, подошла к окну, распахнула тяжёлые шторы, не пропускавшие дневной свет, и с удовольствием посмотрела на реку, крыши Старого города и встающее над ними утреннее солнце.

— Это точно… Ай! Ярко! — застонала Алиса, прикрыв глаза от яркого света.

— Доброе утро всем похотливым суккубам и… хм… — задумчиво хмыкнула Лилит, заглянувшая в комнату Мими, — и не менее развратным ведьмам… Погодите… А вы что, вместе спали? — с подозрением глянула она на подруг.

— Да ничего мы не спали, — проворчала Алиса.

— Вот и стоило тогда требовать себе отдельную, самую большую комнату, если ты всё равно спишь с Мими? — осуждающе пожала плечиками блондинка, прикрыв за собой дверь и просочившись в комнату.

— Да ничего я не сплю! — возмущённо фыркнула ведьмочка. — Подумаешь, один раз комнаты перепутала.

— Два, — подсказала Мими, усевшись с ногами на широкий подоконник. — Вчера ты тоже ночевала здесь. Вон, даже вещи твои здесь остались, — кивнула она на халатик ведьмочки, висевший на спинке стула, и смешные комнатные тапочки с высушенными мышиными черепами вместо помпонов и защитными пентаграммами на подошве.

— Ба! — всплеснула руками Лилит. — Да ты уже и вещи сюда свои перетащила?

— Ничего я не перетаскивала! — проворчала Алиска, спасовав под тяжестью улик.

— Слушайте, раз уж такое дело, — Лилит прошла через комнату, легко запрыгнула на кровать, вытянулась поверх покрывала и закинула руки за голову, — давайте тогда снесём стены и сделаем одну большую комнату. Смысл прятаться по углам, если мы всё равно всё время вместе трёмся, а кое-кто ещё и ночует в чужой постели?

— Ну… — протянула Алиса, мельком глянув на Мими. — Можно, чё. Мне всё равно по ночам скучно. Да и с вами как-то привычнее…

— Ладно, — вздохнула Мими. — Дам задание мадам Ле Гранж, пусть вызовет ремонтников. Но предупреждаю сразу — в третий раз я уже ничего переделывать не буду! Этот вариант будет окончательным!

— Да в третий и не придётся, — просияла Алиса, поудобнее устраиваясь на широкой кровати. — Одна большая комната — это идеально! Просторно, удобно, все под рукой.

— Деньги, — вздохнула юная герцогиня, посмотрев на подруг. — На всё нужны деньги — а мы уже практически на нуле. Алис, что у тебя с зельями? Продаются?

— Ну… как сказать, — ведьмочка заметно посерьёзнела. — Пока слабо. Но это нормально! Народ ещё просто не знает, что у нас тут первоклассный товар имеется. Месяца через два-три, максимум через полгода, торговля пойдёт. Не переживай.

— Два-три месяца… — задумчиво протянула Мими. — Это долго. Ладно, — вздохнула она. — Ты пока вари свои зелья, а я покумекаю, как быть и где достать деньги.

— Кстати, я тут, знаете, что подумала? — загадочно улыбнулась Алиска.

— Что? — одновременно произнесли Мими и Лилит, посмотрев на подругу.

— Я, кажется, придумала, как скрыть открытие портала в Преисподнюю, — заговорщическим тоном произнесла она. — Чтобы святоши его не засекли…

— Кажется? — заинтересовалась Мими.

— Уверена, — с серьёзным видом прищурилась ведьмочка. — Почти наверняка!

— Ну и как?

— Нужно провести обряд. Ритуал! — перешла на шёпот Алиса, для пущей важности приподняв руку и ткнув указательным пальцем в потолок.

— И ты сможешь его провести? — осторожно уточнила Мими.

— Ну да! — уверенно кивнула ведьмочка, но тут же едва заметно скривилась. — Скорее всего. Ну, я думаю, что смогу…

— Алис…

— Да смогу я, смогу! — отмахнулась Алиска. — Мне нужны кое-какие ингредиенты, но они у меня есть, не переживайте, ну и ещё девственница…

— Эй! На меня не смотрите, — возмутилась Лилит. — Хватит с меня уже кровь сцеживать при каждом удобном случае. Это вообще противоестественно — брать кровь у вампира. Так-то всё должно работать наоборот!

— Да не нужна мне твоя кровь! Угомонись, — успокоила её Алиска. — Мне вообще кровь для этого не нужна. Тут дело в другом… — чуть тише добавила она и по очереди глянула на подруг. — Ну? Где нам взять девственницу, знает кто-нибудь?

— В женском монастыре, — пожала плечами Мими. — Там этого добра хоть отбавляй.

— О! Рогатая дело говорит! — просияла ведьмочка. — Собирайтесь, мы идём в монастырь.

— Погоди, рыжая, — Лилит успела поймать подругу за руку прежде, чем та успела подорваться с кровати. — Хотелось бы услышать план целиком, прежде чем ввязываться в твою очередную сомнительную авантюру.

— И ничего она не сомнительная, — обиженно насупилась Алиска.

— Да? Тогда скажи, девственница тебе для чего нужна, если не для крови? Для жертвоприношения? Может, тебе нужна слеза девственницы, дыхание девственницы, волос девственницы, ресничка девственницы? Какой именно ингредиент или часть тела девственницы тебе требуется?

— П-ф-ф! — небрежно фыркнула Алиса. — Да не нужна мне никакая часть девственницы. Я просто хочу лишить её девственности, вот и всё.

— Э-э-э… — растерянно переглянулись Мими и Лилит. — Хочешь?

— Ну… не хочу… Чё вы к словам придираетесь? — недовольно проворчала Алиса. — Это нужно для ритуала…

— Я не к словам придираюсь, — Лилит прищурилась. — Я пытаюсь понять, что именно ты собираешься сделать. И как вообще ты собираешься уговорить монашку лишиться девственности?

— Я? — Алиса удивлённо захлопала глазками. — Почему это я? Вот пусть она и уговаривает, — ведьмочка ткнула пальцем в сидящую на подоконнике Мими.

— Я? — удивлённо переспросила Мими. — А почему я?

— Потому что ты матушка-настоятельница, — пояснила Алиса. — Ну, то есть не ты, а… ну ты поняла. Примешь облик матушки, как в прошлый раз. Наша легенда ведь ещё в силе? А потом просто прикажешь ей, да и всё.

— Прикажу монашке лишиться девственности? — на всякий случай уточнила Мими, сомневаясь, что правильно поняла подругу.

— Ну да, — простодушно кивнула ведьмочка.

— В монастыре?

— Ага. Скажешь, что это нужно для благого дела. Они же там все любят благие дела делать. Делов-то…

— Я не уверена, что это сработает, — покачала Мими головой.

— Ну, не попробуешь — не узнаешь! — жизнерадостным тоном заявила Алиска. — Или у вас есть запасной план, как открыть портал в Преисподнюю так, чтобы нас не отследили инквизиторы? — ехидно поинтересовалась она.

— Да вроде нет, — неохотно признала юная герцогиня.

— Ну вот! — ведьмочка победно хлопнула ладонями по коленям. — Всё, собирайтесь. Я сейчас только ингредиенты кое-какие прихвачу и тоже буду готова.

Алиса резво подскочила с кровати, сунула ноги в свои тапочки с мышиными черепами и через секунду исчезла за дверью. Лилит проводила взглядом рыжеволосую подругу и повернулась к Мими.

— Мне вас тут подождать?

— Зачем? — пожала суккуба плечами. — Пойдёшь с нами. Мне так спокойнее — боюсь, одна я с нашей любительницей влезать в неприятности не справлюсь…

— Меня в прошлый раз монашки едва на кол не посадили, — напомнила блондинка. — Ты забыла?

— Чепуха, — отмахнулась Мими. — Будут вопросы, скажем, что мы тебя очистили.

— Очистили?

— Да.

— От вампиризма?

— От тёмной сущности и тёмных помыслов. И теперь ты вампир, который служит на благо церкви.

— Сомневаюсь, что в этот бред поверит хоть один здравомыслящий человек.

— Плевать! — отмахнулась Мими. — Да и матушка я или нет, в конце концов? Моё слово — закон!

— Ну, как тебе сказать… — усмехнулась Лилит. — Ты не матушка.

— Но монашки ведь этого не знают!

— Тоже верно.

— Ладно, — поднялась Мими с подоконника и двинулась в сторону двери. — Сейчас я пару распоряжений отдам, и можем идти… Луиза! — позвала она, выйдя в коридор.

— Да, Эмилия? — почти сразу отозвалась мадам Ле Гранж, выглянув из гостиной. — Доброе утро.

— Доброе утро, Луиза, — кивнула Мими. — Идём со мной. Есть разговор, — коротко произнесла она и двинулась в дальний конец коридора.

Спустя десяток шагов юная герцогиня Каннингем дёрнула бронзовую ручку, отворила дверь, зашла в свой просторный, светлый личный кабинет, всё ещё пахнущий свежим деревом, краской, опилками и мебельным лаком, и с удовольствием огляделась.

Да, скромно, непритязательно, из мебели лишь стол, кресло, шкаф, небольшой диванчик и одна-единственная картина на стене. Но почти как кабинет Чарльза…

Нет, конечно, у отца кабинет был раза в три просторнее, с тяжёлыми шкафами, сотнями книг, дорогими безделушками, оружием на стенах и раритетной мебелью, наверняка заставшей ещё первых Императоров. Но этот кабинет всё равно нравился Мими. Пусть маленький, пусть почти пустой, пусть пахнет лаком, а не изысканной кожей и дорогим табаком. Зато он был её. Её первый в жизни личный кабинет! А первый, как известно, запоминается надолго.

— Луиза, — Мими обошла рабочий стол, положила ладони на столешницу и бережно провела пальцами по гладкому дереву. — Ты можешь снова обратиться к тем ремонтникам?

— Что-то не так? — настороженно приподняла бровь вошедшая следом мадам Ле Гранж. — Они что-то не доделали?

— Всё в порядке, — отмахнулась Мими. — Просто у нас появились новые пожелания. Нужно снести перегородки и объединить наши три комнаты в одну.

— Кровати оставить или заказать одну большую? — не моргнув глазом и ничуть не удивившись, уточнила мадам Ле Гранж.

— Кровати оставь.

— Поняла, сделаю…

— И ещё… — Мими отошла от стола, подошла к большому окну с узким балкончиком и ткнула пальчиком в стекло. — Посмотри…

Луиза нахмурилась, подошла ближе и проследила за взглядом хозяйки.

Вид из окна открывался очень неплохой, если смотреть вдаль и не вглядываться в детали. А если вглядываться… У стены валялась куча отбросов, у соседнего забора сиротливо торчал перекошенный остов старого фонаря и полусгнившая телега без колёс, на мостовой темнели лужи какой-то сомнительной жижи, а в воде у берега лениво покачивались щепки, гнилые листья и, кажется, порядком разложившийся и изъеденный раками труп лошади…

— Старый город, — философски заметила Луиза.

— Нужно навести порядок на прилегающей территории. Убрать мусор, привести в приличный вид улицу, починить фонари, может, поставить пару новых. И берег тоже надо очистить. Сможешь организовать?

— Конечно. Я найму людей, — кивнула мадам.

— Сколько денег тебе нужно?

— Думаю, — мадам ненадолго задумалась, прикидывая в уме, — двадцати золотых на уборку и благоустройство для начала хватит. И ещё придётся доплатить тридцать золотых ремонтникам за снос стен и ремонт комнаты.

— Хорошо, — кивнула Мими, отошла от окна, прошла к встроенному в стену и спрятанному за картиной сейфу, провернула небольшой рычажок три раза вправо и три влево, открыла тяжёлую дверцу, достала плотный мешочек с монетами и бросила его на стол. — Здесь пятьдесят золотых, — произнесла она и снова повернулась к сейфу, оценивая количество оставшихся в распоряжении средств в виде трёх сиротливо расставленных у металлической стеночки мешочков по пятьдесят золотых каждый.

«Да уж. Не густо…» — мысленно поморщилась она.

От тысячи её личных золотых, которые она умудрилась заработать за свою жизнь сама, остались рожки да ножки. Ну как заработать… Где-то выиграть спор, где-то вытрясти должок, где-то стащить у людей, которым эти деньги всё равно были уже ни к чему. Большую часть, почти шесть сотен, она взяла после того, как они с Чарльзом выпотрошили шайку «благородных разбойников», устроивших пост на дороге и бравших мзду с торговцев.

Благородные разбойники, мать их!

Только благородством там и не пахло. Беглые каторжники грабили торговцев, насиловали девчонок в обозах, а потом ещё имели наглость рассказывать, что борются с несправедливостью на земле герцога и помогают бедным. Помогали они, правда, в основном себе. Недолго. Ровно до того дня, пока не нарвались на возвращавшуюся с конной прогулки в очень плохом настроении юную герцогиню Каннингем и на её приёмного отца…

Ещё пару сотен Мими сняла с идиотов, которые попытались ограбить их с сестрой во время прогулки. Тоже, к слову, загадочные люди. Ну кто таскает с собой на дело такие деньжищи? Хотя Мими тогда возражать не стала. Раз уж человек сам пришёл, сам достал нож и сам принёс тебе кошелёк — грех отказываться.

Так постепенно и набежал её маленький личный неприкосновенный запас в тысячу золотых, который она когда-то давно перевела в изумруды, чтобы не таскать тяжёлое золото с собой. Камешки всегда надёжнее… А потом пришлось их продать, чтобы осуществить то, что она задумала…

Тысяча золотых! Подумать только…

На такие деньги можно было купить неплохой домик в столице. Не в центре, конечно, но где-нибудь на окраине вполне. Да, можно было, конечно, сходить в банк и снять с семейного счёта Каннингемов… Но это были деньги отца, а их Мими не хотела брать даже в самой скверной ситуации. Принципы, мать их! И в кого она пошла такая?

— Ми! — недовольным тоном произнесла заглянувшая в кабинет головка рыжей ведьмочки. — Ну ты идёшь? Сколько тебя ждать-то? Девственница сама себя девственности не лишит! О, Луиза, доброе утро! — заметив мадам, улыбнулась Алиска.

— Доброе, Алисия, — улыбнулась мадам Ле Гранж в ответ.

— Ми! — капризным голоском повторила Алиска.

— Да иду я, иду… — вздохнула Мими, вопросительно глянув на мадам.

— Идите, — усмехнулась Луиза, поняв всё с полуслова. — Я всё сделаю.

— Спасибо, — поблагодарила Мими, закрыла сейф и двинулась к выходу из своего кабинета…