Неудачный день

— Ти́хо, ты где?

Хо начал всерьёз беспокоиться.

— Если бы с ним что-то случилось, я бы узнал, — уведомил Энариэль.

Антал сел на скамейку, подперев голову руками. Он смотрел себе под ноги и грустил.

— А ты случаем не знаешь способ, как мне оказаться там, где сейчас находится он?

— В моём мире достаточно представить себе того, кто нужен. И если он разрешит, то переместиться к нему.

— А как понять, что разрешение получено?

— Телепатия.

— Ясно.

Хо закрыл глаза и сосредоточился, представляя своего напарника. Но вскоре понял, что вообразить его почему-то не удаётся, не получалось надолго удержать в голове его лицо. Но Хо обратил внимание, что от собственного тела отходит серебристый луч и исчезает где-то вдали. Хо, не открывая глаз, в своём видении начал движение по лучу. И сам не сразу понял, что скорость увеличивается, и вот уже он не в состоянии её контролировать. Его эфирное тело вырвалось из яблоневой локации и переместилось в неизвестную ему. Движение резко прекратилось. Хо испуганно озирался по сторонам. Это была огромная площадь занятая душами. Все они молча смотрели в сторону высокого мрачного здания и выглядели глубоко несчастными и находились в рваной одежде.

«Что происходит?» — подумал Хо растерянно.

— Мы ждём, когда откроются двери, — произнёс стоящий рядом молодой человек.

— А что будет, когда двери откроются?

Но ответа он не получил. Неожиданно двери отворились. Толпа взволнованно стала напирать на впереди стоящих.

— У кого сгорели судебные маршруты, входите, — сообщил вышедший на крыльцо высокий пожилой мужчина в чёрном костюме, похожем на похоронный.

И тут Хо увидел, что все души сжимают в руках свитки. У парня, который сказал, что они ждут открытия двери, свиток загорелся.

— Это я! — обрадовался он и поспешил к зданию.

Души перед парнем расступились. В их глазах читалась зависть.

— Я так устала ждать, — огорчённо вымолвила женщина. — Когда же и моя очередь будет?

Человек в костюме внимательно посмотрел на идущую к нему душу, затем проводил до входа и снова обратился к толпе:

— Мне сообщили, что среди вас есть Ли Хо? Пусть он войдёт.

— А зачем он вам? — выкрикнул Хо.

— Этот вопрос мог задать только сам Ли Хо. Проходи, мы тебя ждём.

Окружающие с интересом уставились на детектива.

— Ты не выполняешь свои обязанности, — вдруг выкрикнул из толпы мужской голос.

Толпа стала напирать на детектива со всех сторон, толкая его к зданию. И он даже пару ощутил на себе удары их кулаков.

— Я не понимаю, причём здесь я? Что за произвол? И не надо меня бить!

— Иди! Иди! — кричали злобно души.

Наконец, толпа вытолкнула Хо к крыльцу здания. Он оказался перед человеком в костюме и растерянно огляделся.

— Иди! Так тебе и надо! — кричали ему вслед. — Из-за тебя скоро погибнет мой человек!

— Из-за тебя они все гибнут!

— Его надо казнить! — яростно требовал кто-то.

— Смерть ему!

Хо пребывал в шоке от этих криков.

— Бред какой-то… — Хо пристально посмотрел на человека в костюме.

— Объясните, что здесь происходит?

Человек молча указал рукой на дверь.

— Ну, смотрите, если это подстава, я камня на камне не оставлю от этого заведения!

Хо направился ко входу. Едва он вошёл двери за ним закрылись. Он и человек в костюме оказались в светлом, просторном парадном холле, пол которого был выложен чёрно-белой плиткой.

— Тебе туда, — человек указал вправо на дверь с зарешёченным окошком. — Разбирательство жалоб состоится завтра.

— В смысле? Каких ещё жалоб?

— Жалоб о неисполнении своих обязанностей.

— У меня есть обязанности? Я не знал… А можно подробнее?

— Всё завтра, ожидайте.

Сопровождающий указал на дверь. Хо, озадаченный странным развитием событий, приблизился к ней и заглянул в окошко. Его взору предстал узкий коридор, утопающий в полумраке, вдоль стен которого находились ряды лавочек. На одной из них сидел Ти́хо.

У детектива зародились подозрения, что если он войдёт, то уже не выйдет.

— Слушайте, — обернулся Хо к мужчине, — я же предупредил вас, что если это подстава, я камня на камне здесь не оставлю?

— Ваше предупреждение не имеет значения.

— Я так понимаю, вы мне не верите?

— Моя вера тоже не имеет значения. Я выполняю свои обязанности. Я должен был привести вас сюда. Я привёл. Заходите.

— А если не буду входить, что сделаете?

— Проявление неповиновения является отягчающим обстоятельством и во время слушания вашего дела будет характеризовать вас не с лучшей стороны.

— О… как всё серьёзно. Даже страшно, честно, — иронично усмехнулся детектив. — В общем, понятно, что мне здесь очень рады.

Хо пристально посмотрел на дверь и представил, как она исчезает. Вскоре так и случилось.

Ти́хо поднял голову, в его глазах мелькнуло удивление.

— Вставай, уходим.

— Хо? — ангел встал и неуверенно направился к нему.

— Стойте! — человек возник между ними, расставив руки в сторону. — Вы не можете уйти! Вы должны остаться. Завтра…

— Приятель, — произнёс Хо с доброжелательной улыбкой. — У меня на завтра другие планы. Проведите разбирательство без нас, хорошо? Если будете мешать нам, я уничтожу это заведение.

— Но… так нельзя!

— Напиши жалобу, — Хо аккуратно, но настойчиво подталкивал его к коридору, а затем усадил на лавочку и, дождавшись, когда Ти́хо выйдет в холл, вернул дверь обратно. Только после этого мужчина сообразил, что оказался в ловушке. Он рванулся к решётке и, выглядывая, истерично требовал:

— Эй, отпустите меня! Отпустите немедленно! Я не могу здесь находиться. У меня много дел!

Хо с улыбкой помахал ему рукой, затем взял напарника за руку, и оба исчезли. Мгновение спустя, они оказались в яблоневом саду.

— Ти́хо, что это было? — строго спросил Хо.

— Я сам не ожидал, что попаду в ловушку. Как ты нашёл меня?

— Это долго объяснять. Расскажи лучше, как тебя так угораздило?

— Что у вас случилось? — поинтересовался Антал.

— Я только понял, что на нас накатали жалобу, что мы не выполняем своих обязанностей, — ответил Хо, усаживаясь на скамейку.

— А я понял, что жалоб много, — вздыхая, добавил ангел.

— И ты собирался ждать завтрашнего разбирательства?

Ти́хо кивнул.

— А что я мог ещё сделать? Мне было не уйти оттуда. Если бы не ты… Как же они разозлятся.

— А кто они? — поинтересовался Энариэль.

— Ну… прежде я с ними не сталкивался. Это ангелы, имеющие право судить и исполнять наказание.

— Да, я слышал о них, — подтвердил антал.

— Интересно было бы почитать жалобы. Кто же их написал? Может Саруэлла?

Хо задумчиво скосил глаза к небу.

— Ей нет пользы жаловаться на тебя, — был уверен Ти́хо.

— Души утверждали, что я виноват в гибели их подопечных.

— Да, и мне такое говорили. Ума не приложу, причём тут мы? Это же их обязанности обеспечивать безопасность своих людей. Или я не прав?

— Это обязанности анталов, — пояснил Энариэль.

— Тем более не понятно, причём здесь мы? И это ведь не анталы накатали жалобы?

— Не они, — согласен Энариэль. — У нас нет привычки жаловаться.

— Это кто-то из душ и, скорее всего, из тех, кого мы знаем, — предположил Ти́хо. — Мне кажется, кто-то хочет заставить нас делать то, чего мы не должны делать. И они хотят отнять наше время.

Хо поднялся, задумчиво походил из стороны в сторону, затем обратился к напарнику:

— Давай, всё же сходим к художнице. Она должна кое-что объяснить.

— Возьмите меня с собой, — попросил Энариэль. — Я не хочу всё время здесь находиться. Я не за этим пришёл в этот мир. Хочу тоже разобраться во всём и помочь Рейне.

Антал встал и протянул руку, внимательно поглядывая на приятелей.

— Хорошо, — сказал Хо, — только прошу, будь всегда на нашей стороне, что бы мы не делали. А захочешь высказать свои претензии, дождись, когда мы окажемся наедине.

Энариэль качнул головой.

Саруэлла писала, сидя за мольбертом. Появление гостей она заметила не сразу. Лишь, когда Хо приблизился к ней и посмотрел на картину. На белом холсте ничего не было. В руке художницы была кисть с белой краской.

Взгляд женщины стал сердитым.

— Чего тебе, Хо? Что за наглость ходить ко мне, как к себе домой?

— Рисуешь белым по белому?

— Какое твоё дело?

— Это ты написала на нас жалобу? — Хо кивнул в сторону напарника.

— А тебе больше некого обвинять в своих неприятностях?

— Слушай, Саруэлла, отвечать на мои вопросы своим вопросом — дурной тон.

— Уж какой есть!

Наконец, женщина обратила своё внимание на антала. Зрачки её глаз удивлённо расширились.

— Какой красивый ангел… — она медленно встала, не сводя с Энариэля глаз. Затем сделала по направлению к нему два робких шага. — Можно я напишу твой портрет?

Энариэль взволнованно переглянулся с приятелями и попятился.

— У него волшебная аура… — восхищённо проговорила женщина.

Но Хо неожиданно встал перед ней, заслонив обзор, и помахал руками перед её лицом.

— Ау-у, Саруэлла, очнись! Нечего западать на нашего друга. Мы знаем, чем это кончается. Ты же не хочешь поссориться со мной?

— Хо… — в выражении лица Саруэллы отразилось раздражение. — У меня и так в последнее время вдохновения недостаточно, а тут вдруг оно снизошло. Не мешай мне! Я не могу упустить свой шанс. Я должна написать его портрет!

Она протянула к анталу руки. В глазах её застыло желание обладать источником вдохновения. Энариэль не на шутку струхнул и от греха подальше исчез.

Саруэлла со вздохом резко пустила руки.

— Ну вот, ты его напугала, — сердито произнёс Хо.

— Я не хотела его пугать… Вы оба виноваты! Могли бы предупредить, а не являться без разрешения.

Ещё раз вздохнув, женщина вернулась за мольберт.

— Из-за вас я уже лишилась старости, а теперь и вдохновения.

— Кстати, о вдохновении. Мы разгадали твои послания. К чему такая таинственность? У тебя цветные краски закончились?

— Не могу я говорить вслух о том, о чём опасно даже думать.

— О какой опасности ты говоришь? — заинтересовался Ти́хо. — О тех, кто хочет отправить Хо в опасное путешествие?

Женщина кивнула.

— Кто они? — спросил Хо.

— Они узнают, что я рассказала о них и навредят Аурэйе. Они обещали отправить её в смертельное путешествие. Сказали, что антал Аурэйи на их стороне. А он пока уверен, что у Аурэйи душа Лайли. Он не знает, что мы поменялись. Я даже стала выглядеть как она, чтобы ввести его в заблуждение.

— Саруэлла, ты много болтаешь. Скажи, кто они?

— Я обещала молчать, — женщина упрямо посмотрела на детектива. — Хо, разве я могу нарушить обещание? Это ведь будет неправильно, так?

— То есть ради спасения себя и Аурэйи, ты готова меня и Ти́хо принести в жертву? Я правильно тебя понял?

— Правильно, — подтвердила женщина. — И что ты сделаешь, Хо?

Хо загадочно улыбнулся и заявил:

— Ты врёшь! Иначе бы не рисовала белым по белому, надеясь на нашу догадливость. Ты послала нам предупреждение и дала подсказку использовать технологию, которую применял Антоний Деливери в деле о не выеденных яйцах. Ты видишь будущее. Этот способ действительно может нам помочь выжить?

— Не знаю.

— Ну, Саруэлла, как с тобой трудно! — Хо раздражённо всплеснул руками и принялся нервно ходить по комнате.

— Я же говорила, у меня нет вдохновения. А когда нет вдохновения, будущее скрыто от меня. Даже не знаю, как теперь быть… — художница многозначительно скосила глаза к потолку.

Хо поравнялся с напарником и остановился.

— Она намекает на нашего антала, — украдкой подсказал Ти́хо. — Это страшная женщина. Кажется, она хочет его… съесть.

— Да, ладно… — усомнился Хо. — Саруэлла, ты хочешь съесть нашего друга? Серьёзно?

— Не хорошо копаться в чужих мыслях, — холодно сказала Саруэлла. Он моё вдохновение, а вдохновение полагается надёжно хранить глубоко в своём сердце. Про «съесть» было образно.

— А если я уговорю Энариэля позировать для твоей картины? — поинтересовался Хо. — Ты расскажешь нам всё, что мы хотим знать?

— Значит, его зовут Энариэль. Как красиво звучит это имя! Но разве это имя ангела? — женщина окинула приятелей любопытным взглядом и, вдруг осенённая посетившей её догадкой, воскликнула: — Да ладно! Поверить не могу… — Саруэлла вскочила и стала взволнованно ходить вокруг мольберта. — Вот значит почему у него необыкновенная розовая аура… — остановившись, она пристально взглянула на Хо, спросив: — Реально… антал?

— Мы ничего не говорили, — недоумевая, проговорил Ти́хо.

— И даже не думали, — Хо вопросительно переглянулся с ним.

— Мне необязательно говорить, — пояснила женщина. — Когда я произнесла его имя, меня посетило видение. Значит, он антал? Да? Как же я сразу не догадалась? Меня подвела его пижама с котятами… Хо, ты уговоришь его, уделить мне немного своего времени?

— А смысл? У него и так много проблем, ему тебя только не хватает. Пойдём, напарник, — Хо протянул ему руку.

— Вряд ли он пришёл сюда ради вас, — догадалась женщина. — Неужели антал влюблён? В кого? В ангела? Да, ладно… — Саруэлла недоверчиво помотала головой. — В человека⁈

— Она совершенно не нуждается в собеседнике, — сказал Хо насмешливо. Он потянулся к руке напарника, но выкрик Саруэллы остановил его от исчезновения.

— Стойте! Разве вы не видите — у нас много общего. Мы оба влюблены в человека! Мы нужны друг другу, вы поможете мне, я наплюю на запрет ордена и расскажу всё, что хотите знать.

— Какого ордена? — спросил Хо.

— Ну… — женщина равнодушно развела руками, — вы можете и сами найти ответ, но без меня это займёт много времени. Вы же понимаете, что нуждаетесь в моей помощи? Или я не права? Будете искать ответы самостоятельно? О… — женщина вдруг замерла на месте, сосредоточенно взглянув сквозь Хо. — Рейна? Человека зовут Рейна? Мило звучит. Несчастная… томится в клетке, в антисанитарных условиях. А вокруг… О… нет! — Саруэлла испуганно прикрыла глаза. — Они уже заметили, что её волосы выросли. Времени совсем мало. Вы же знаете, что предпочитают драко?

— Хорошо, убедила, — сдался детектив, демонстрируя своим видом, что принял решение с большим трудом. — Но если ты меня разочаруешь, тебе будет плохо. И это даже не последнее китайское предупреждение. Это предупреждение Ли Хо!

— Учту, учту, — счастливо заулыбалась женщина. — Поспеши, времени совсем мало. Мне бы не хотелось увидеть видение, в котором произошло необратимое.

Хо, наконец, взял Ти́хо за руку, но вместо яблоневого сада, куда по мнению обоих вернулся Энариэль, Хо привёл напарника к душам Маральды.

— Почему мы здесь? — недоумевал Ти́хо. — Я думал, ты собираешься уговаривать Энариэля.

В помещении произошли большие изменения. Посреди комнаты стоял игровой стол с рулеткой. Женщина в белом с сосредоточенным видом ожидала, когда вращение рулетки остановится. Хо посмотрел по сторонам. Мужчина — вторая душа Маральды — отсутствовал.

— В прошлый раз мы не познакомились, — произнёс Хо, отвлекая женщину от своего занятия.

— Опять ты? Какого чёрта тебе здесь надо?

Хо удивлённо хмыкнул.

— Не знал, что ангелы могут так грубо выражаться.

— Я не в настроении с вами разговаривать.

— А где второй?

— Да катись он! — фыркнула женщина. — Вот невезуха! Третий раз зеро выпадает. Я же на красное ставлю!

— Вы поссорились? — попытался понять Ти́хо.

— Не ваше дело. Уйдите, не мешайте мне, — женщина взяла шарик, потрясла его в руке, раскрутила рулетку и снова бросила.

— Теперь наше, — холодно отреагировал детектив. От его тона женщина напряглась, враз забыв об игре. — По вашей милости ваша подопечная Маральда собирается отправиться к драко. Ты должна быть в курсе.

— Это всё Ориф воду мутит.

— Кто такой Ориф? — спросил Ти́хо. — Вторая душа?

Женщина, вздыхая, утвердительно качнула головой.

— Только я не причём. Это он подвёл её к такому решению. Видите ли, у него с драко давние счёты. Будто мне есть до этого дело!

— Ух, как интересно! — обрадованно воскликнул Хо. — Значит, он знает о них?

— Наверно, я лично первый раз от него о них услышала. А говорил, что у него нет от меня секретов. Вот мы и поссорились. Что трудно быть честным? Разве я заслуживаю, чтобы меня обманывали? — с вопросом обратилась женщина к приятелям. — Разве заслуживаю? Я позволяла ему быть рядом с нами, а он… И как только ему пришла идея отправить нашего человека к ним? Знаете, что он мне на это сказал?

— Нет, — заинтересованно ответил Хо.

— Он сказал: «Я готовил её для встречи с драко. Я обучал её мастерству сражаться. Я закалял её характер и сделал сердце крепким, а дух твёрдым». Хо, Ти́хо, поймите, я не подозревала о его планах. Мы так весело проводили время. Шумные вечеринки. Я полностью ему доверяла управление человеком. А он отплатил чёрной неблагодарностью. Видите ли, у него на Маральду свои планы. Но всё кончено. Я выгнала его и больше к человеку не подпущу!

Женщина выговорившись, яростно раскрутила рулетку и швырнула шарик. Тот запрыгал по цветным ячейкам с цифрами. Все сосредоточили внимание на шарике. На цифре ноль шарик остановился.

— Четвёртый раз… Это какое-то наваждение! — сердито вспылила женщина.

— Поставь на зеро, — предложил ангел.

— Я же не дура. Ставила уже. Он попадает на красное. А если поставлю на красное — попадает на чёрное. Говорю же, моя удача закончилась. Этот мерзавец, уходя, прихватил её с собой! Ну, да, так и есть… — она горько усмехнулась. — Удача ему теперь понадобится.

— А ты знаешь, куда он мог уйти? — поинтересовался Хо.

— К ним, к кому же ещё. К драко. Сказал, что собирается убить кого-то. Я не в курсе.

Хо был расстроен тем, что тот, кто хоть что-то знал о местонахождении драко, находился всё это время рядом, а в самый нужный момент исчез. Ти́хо почувствовал настроение напарника и огорчённо вздохнул. Подумав немного, обратился к женщине:

— А как вас зовут?

— Кастинда. Теперь я неудачница Кастинда… Как мне теперь помогать человеку? Да я же своими руками его погублю-ю… — женщина в отчаянии всплеснула руками и заплакала в голос.

— Ну ладно тебе, — робко проговорил Ти́хо. — Не нужно расстраиваться. Не пускай Маральду в поход и всё.

— Тебе легко говорить, — сквозь слёзы пробурчала женщина. — Она же всё делает по-своему. Я и раньше не могла с ней справиться. Ориф потому и находился со мной, чтобы контролировать человека. А теперь я беспомощна…

И Кастинда разревелась не на шутку.

— Пойдём, — Хо взял руку напарника. — Ей надо побыть одной. Мы всё равно не можем её утешить.

— Постой, Хо, у меня есть к ней ещё вопрос, — и Ти́хо снова обратился к женщине: — Кастинда, можешь перестать плакать всего на минутку? Потом продолжишь, хорошо?

— За-а-чем? — всхлипывая, выдавила из себя женщина.

— Мне нужно тебя спросить кое-о-чём.

— Спрашивай, — Кастинда шумно шмыгнула носом.

— Ты можешь показать нам судебный маршрут Маральды?

— С чего вдруг?

— Напарник, ты гений! — воскликнул Хо. — Давайте посмотрим, что ждёт Маральду. Мы можем попытаться изменить её будущее, если всё плохо. Кастинда, ты же не хочешь её потерять?

— Запрещено менять будущее человека. Вы хотите сделать меня преступницей? Вы в своём уме?

— Слушай, Кастинда, — Хо говорил понизив голос, придав ему убеждающе-ласковый тон. — Преступниками будем мы. А ты сделаешь вид, что не причём. Можешь даже не смотреть в судебный маршрут, чтобы не расстраиваться.

Женщина так долго пристально смотрела на детектива, что слёзы в её глазах высохли.

— Ты так мило убеждаешь, — проговорила она удивлённо, — что я тебе верю. Я привыкла доверять своему сердцу. Надеюсь, оно не заразилось моей неудачей.

— Ты ничем не рискуешь, — настаивал Ти́хо.

— Хорошо, я согласна. Но я не хочу даже знать, что вы увидите. Я вас оставлю.

Женщина направилась к выходу.

— А где свиток? — забеспокоился Хо.

— Там, в столе.

И женская душа Маральды исчезла.

Оба бросились к игровому столу за свитком. Поиски были недолгими. Ти́хо обнаружил тайник и вскоре их глазам из стола выдвинулся небольшой ящичек, на дне которого находился запечатанный свиток.

— Интересно, почему он запечатан? — заинтересованно спросил Хо. — Похоже, Кастинда настолько труслива, что побоялась в него заглянуть, — предположил Ти́хо.

Хо вынул свиток и печать вдруг отвалилась.

— Что это значит? — Хо, недоумевая, переглянулся с напарником.

— Фальшивая печать? Может проделки Орифа? — неуверенно произнёс тот.

— Он был настолько уверен, что Кастинда не притронется судебному маршруту, что не потрудился закрепить печать как следует.

— Или думал, что задержится ненадолго.

Хо развернул свиток. Жизнь Маральды предстала перед его глазами во всём своем многообразии. Вот она шестилетняя девочка, бегающая за собакой по двору. В тринадцать родители отправили её в военную академию Японии. В восемнадцать родители погибают во время кругосветного путешествия на яхте. Ей сообщат, что это было убийство. Юная Маральда с ещё большим усердием оттачивает боевые искусства самураев, причём между учёбой выясняет отношения со сверстниками. Ей пришлось притвориться парнем, поскольку на учебу выше пятого уровня в военной академии девочек не брали. Постоянные конфликты закалили характер девушки, превратив её в хорошо тренированного бойца. Она без жалости расправлялась с обидчиками, оставляя им на память сломанные носы, конечности и рёбра. Потом была Полицейская Академия. Поиск убийц родителей. Состоявшаяся месть. Бывшие компаньоны отца решили избавиться от него и прибрать строительный бизнес к своим рукам. Нет, Маральда не стала лишать их жизни, но она сделала так, что те пожалели, что не придали значения её существованию. Сейчас они сидели в тюрьме, а бизнес перешёл в её руки, как наследнице. Его она вскоре продала, чем обеспечила себе вполне обеспеченную жизнь.

— Ух, ты, она ещё и тренер по карате, — с искренним восхищением проговорил Хо, узнав про организованный ею клуб для молодёжи.

А так же он вскоре узнал, что она имела первую степень по выживанию в джунглях, вторую в Антарктиде, была превосходным дайвером и обладала навыками второй степени по скалолазанию.

— Ти́хо, а этот Ориф всерьёз над ней поиздевался. Теперь понятно, почему она такая… — Хо задумался, подбирая подходящее слово. И нашёл: — Трудная.

— Что у неё в будущем? — оно больше всего интересовало напарника.

Хо нашёл момент, где она разговаривает с ним о походе к драко, из-за которого Хо выставил её за дверь.

— Так… так… Вот нашёл, — детектив увеличил нужный момент. — Она уходит без нас. Прихватывает с собой самурайский меч, садится в поезд. И… засыпает. Её находят люди, отбирают оружие, засовывают в клетку. Мимо ходят драко. Она кажется им привлекательной. М-да… итог предсказуемый. Но она сражалась за жизнь до последнего и даже вырвала одному из драко глаз.

Оба задумчиво посмотрели друг на друга.

— Ориф не мог не знать, какой финал её ждёт, — понимал Ти́хо. — может он просто решил её бросить, как безнадёжную? Как инструмент от которого больше нет пользы?

— Ангелы бывают такие жестокие? — спросил Хо.

— Они как люди. Вы наше отражение, которое может влиять на материальный мир.

Хо свернул свиток, затем после некоторых усилий ему удалось прикрепить на него печать, после этого он вернул документ в тайник.

— Что будем делать? — поинтересовался Ти́хо. — Маральда вряд ли откажется от своей идеи.

— И не сомневаюсь. Вернёмся в яблоневый сад. У меня появилась гениальная мысль. Нужно поговорить с Энариэлем.

* * *

— Хо, Хо, проснись, — кто-то настойчиво будил детектива и тряс его за плечо. И голос будившего казался знакомым, но Хо никак не мог его вспомнить. В голове росло необъяснимое напряжение, которое внезапно с громким хлопком лопнуло, и Хо с вытаращенными в испуге глазами резко сел. На него смотрел Ланферд. Парень был сильно чем-то взволнован. Но то, что он находился в чёрных очках, озадачило Хо. Почему он прятал глаза? Он даже сердиться на парня перестал.

— Что случилось?

— Ужас какой-то!

— Э… ты с этим словом поаккуратнее, — поспешил предупредить Хо.

— Тогда… — на пару секунд Ланферд призадумался. — Кошмар! Караул!. Апокалипсис!!!

— Да, ладно… Президент Федерации что ли скончался, пока я спал? Хотя молодой ещё…

— Хуже! Что-то непонятное происходит. Верон попал в больницу, а Фарий застрял в лифте. Аурэйя прислала мне рисунки. Вот смотри, — парень подал шефу голоктер, который притащил специально до того, как начать его будить.

Остатки сонливости мгновенно исчезли, когда Хо посмотрел на рисунки. На первом были перебинтованные люди, на втором падающие с неба кирпичи, а на третьем…

— Он был белый, я расшифровал, — поспешил пояснить Ланферд.

На нём Хо узнал Фария в инвалидном кресле.

— Что с Вероном?

— Я пытался связаться, но не смог. Решил тебе сообщить, но, чувствую, неприятности не только с нами происходят.

— А с тобой-то что? — шеф внимательно посмотрел на парня.

— А… пустяк.

Ланферд снял очки. Его правый заплыл, а вокруг образовался отменный синяк.

— Кто тебя так?

У Хо от удивления отвисла челюсть.

— Случайно получилось. Хотел девушке помочь, поднять выпавшую из сумочки косметичку, лифт тряхнуло, и я напоролся на чей-то локоть.

— Действительно апокалипсис…

— Шеф, ты понимаешь, что я бы не стал будить без серьёзной причины? Наверно ты разозлился, но ждать дольше рискованно. Фария надо немедленно спасать!

Ланферд многозначительно ткнул пальцем в монитор голоктера, на изображение третьего рисунка Аурэйи.

— Верно, где он?

— В своём доме. Застрял между вторым и третьим этажом. Звонил по рации пять минут назад. Диспетчер сказал ему, что вызвал службу спасения, но у них какая-то проблема.

Хо поставил голоктер на столик и поднялся.

— Хорошо, идём выручать Фария.

Фарий жил в одной из квартир на четвёртом этаже, восьмиэтажного дома, в десяти минутах ходьбы до Полицейского Департамента. В свои шестнадцать лет он смог доказать обществу, что достаточно самостоятелен, чтобы жить без опеки.

Пока шли к месту жительства Фария, Хо поймал себя на мысли, что совершенно не знает о жизни сотрудников за пределами офиса. Если бы не его друзья, он бы так и не узнал, что Фарий детдомовский и проживает один. В сердце Хо родилось чувство вины за то, что после пребывания Фария в больнице, он не уделял ему достаточно внимания.

— Шеф, сюда, — Ланферд торопливо вбежал в подъезд. Хо едва поспевал за ним. Вскоре оба поднялись на второй этаж и остановились перед закрытой кабиной лифта.

— Фарий, слышишь меня? — выкрикнул Ланферд.

— Да, я тут. Уже полчаса сижу…

— Я шефа привёл. Мы скоро тебя вытащим.

— Нужно как-то открыть двери, — осматриваясь, произнёс Хо.

— У меня в квартире есть топоры, — посоветовал Фарий.

— Ты сможешь её открыть? — с вопросом Хо обратился к Ланферду.

— Легко!

Оба поспешили на четвёртый этаж. Перед дверями нужной квартиры Ланферд остановился, прикладывая ладонь к сенсорному замку. Послышался щелчок.

— Шеф, только не пугайся… — предупредил парень и вошёл первым.

Его предупреждение удивило Хо и, только войдя, он понял, что оно было не лишним. Входящих встречали два суровых викинга величиной с человеческий рост, в их руках были обоюдоострые топоры. Когда Хо их увидел, он замер на месте, вытаращив на них глаза.

— Шеф, у них бутафорские топоры, иди сюда.

Голос Ланферда вернул Хо к реальной цели своего появления в квартире Фария.

Протиснувшись между вооружёнными квартирными охранниками и наткнувшись на вопросительный взгляд Ланферда, Хо решил оправдаться:

— Я вдруг решил, что они живые, а топоров даже не заметил.

Парень, улыбнувшись, махнул рукой, зовя в комнату. Хо пошёл за ним. Едва Хо переступил порог, как дар речи у него на время исчез в неизвестном направлении. Его взгляд скользил по стенам. На них, как в Музее, было развешано старинное холодное оружие всех форм и размеров. Полумрак из-за толстых штор, закрывающих окна, создавал тревожную атмосферу.

Ланферд был доволен впечатлением, которое произвело на шефа увиденное, и сказал:

— Фарий всю зарплату на своё хобби тратит. Собирается соседнюю квартиру прикупить, а то места не хватает.

— Уу… — Хо растерянно развёл руками.

— Хо, ты собираешься произнести запрещённое слово? — Ланферд многозначительно улыбнулся.

— Уу-у… очень хочется. А здесь нет топора попроще? Сломается, Фарий расстроится.

— Не расстроиться! Он повесит его на почётное место и будет вытирать пыль чаще.

Ланферд пробежал взглядом по оружию, выбрав один из топоров.

— Вот, не слишком тяжёлое…

— Я тоже возьму, — спохватился Хо.

Вскоре оба стояли перед закрытым лифтом и пытались просунуть между створками дверей топоры.

— Ещё немного, — подбадривал Фарий. — Двери поддаются.

Приоткрыв немного створки, Хо увидел чёрную шахту. Верхняя часть лифта была на третьем этаже, откуда за работой спасателей с беспокойством наблюдал Фарий.

— Не вздумай прыгать, — предупредил шеф, вытирая со лба пот. — Сейчас мы откроем полностью и вытащим тебя.

Но когда двери почти сдались, лифт неожиданно дёрнулся, напугав всех, вынудив резко прекратить работу. Все испуганно переглянулись. Фарий поднялся с пола… и в тот же миг лифт полетел вниз. Он даже вскрикнуть не успел, как раздался грохот и столб пыли взметнулся по шахте лифта вверх.

— Фа-ар! — испуганно выкрикнул Ланферд.

Оба рванул на первый этаж. Двери лифта были приоткрыты… на полу лифта, прислонившись к стене, сидел Фарий. Он смотрел на шефа и друга шокированными глазами.

— Живой… — облегчённо выдохнул Хо и осторожно вошёл в лифт.

— Я не чувствую ног, — тихо сообщил Фарий. Он сделал попытку пошевелиться.

— Не шевелись, — велел Ланферд, присаживаясь рядом с ним на корточки.

— Сейчас «Скорую» вызову, — сказал Хо, спешно выходя из лифта.

Пока он связывался со «Скорой», Ланферд пытался успокоить друга обнадёживающими обещаниями и рассказами на тему: «Что Фарию ещё повезло, вот если бы лифт упал с десятого этажа…».

— Я вдруг представил, что было бы, если бы я начал вылезать из лифта, а он бы грохнулся…

— Было бы два Фария, — весело закончил его мысль Ланферд.

— Мне действительно повезло.

— Конечно! Один Фарий лучше, чем два. Попытаешься встать?

Фарий кивнул.

Ланферд обнял друга и помог ему встать на ноги.

— Ног не чувствую.

— Ребята, у нас проблема, — с такими словами Хо возник на пути ребят. — «Скорая» застряла в пробке.

— Как это?

— В пробке из людей, которым срочно понадобилась медицинская помощь. Со строящегося здания почему-то попадали кирпичи. Пострадавших десятки человек, могу быть и убитые. В общем им не до нас. Просили подождать. Придётся самим о себе позаботиться.

Хо пристроился к Фарию с другого бока. Фарий почти не участвовал в перемещении себя в свою квартиру. Он действительно не мог пошевелить ногами, отчего мрачнел с каждым пройденным метром.

— Не переживай, всё будет хорошо, — уверял Хо, и сам верил своим заверениям. — Ланферд разбудил меня, сказав, что происходит что-то странное, я думал он шутит.

— Ага, хорошая шуточка, с утра в глаз получить.

— Ланферд? — Фарий с любопытством посмотрел на него.

— Я везучий, — улыбнулся ему друг. — Меня больше интересует, что с Вероном.

— А что с ним?

— Я не хотел тебя беспокоить, поэтому раньше не сказал. Он угодил в больницу. В чём дело не знаю, связь плохая, но, судя по голосу, он был бодрым.

— Получается два рисунка сбылись, — напомнил Хо. — Но что-то события развиваются слишком быстро, может я всё ещё сплю?

— Не спишь, шеф.

— А почему тогда мне в квартире Фария мерещатся два здоровенных мужика дикой наружности?

Хо остановился, глядя на оставленную открытой дверь квартиры. И эти самые мужики угрюмо смотрели на людей.

— Это Сэм и Дюк, — сказал Фарий. — Они добрые.

— Как мы втроём между ними протискиваться будем?

— Придётся как-нибудь, — ответил Ланферд.

— Фарий, как ты живёшь с ними?

— Нормально.

— Ты ещё его спальню не видел, — весело сказал Ланферд. — Там две гарпии со светящимися глазами.

— Вот так и хочется произнести запретное слово, — вымолвил Хо, осторожно протискиваясь между охранниками.

Фарий вдруг начал смеяться.

— Эй, всё нормально, Фарий. Хо шутит, он с удовольствием познакомится с твоими гарпиями.

— Ещё чего не хватало! — возмутился шеф. — Ещё во сне приснятся, а там и без них весело.

С трудом Хо и Ланферду удалось пройти между вооружёнными викингами. Фария доставили до дивана и уложили.

— Лежи, Ланферд за тобой присмотрит, вдруг «Скорая» приедет. А я к Верону схожу.

— Хорошо, — отозвался Ланферд. — Только, Фарий, даже не проси меня снять очки, а то я буду всем говорить, что это твой Дюк меня побил. Мне не будет так стыдно за унижение, какое я сегодня пережил.

— Ланферд, я горжусь тобой, — улыбнулся ему Хо и направился к выходу. А там присмотрелся внимательно к викингам: — Сэм и Дюк, значит… Ну охраняйте их. Сбегут, я вас в музей сдам!

В ответ послышался смех ребят.

* * *

Через два часа шеф вернулся и вернулся не один. Он держал под руку Верона. Правая нога парня и большой палец на правой руке были перебинтованы.

— Верон, расскажешь, что случилось? — Ланферд даже подкатил кресло другу, чтобы тому было комфортнее поведать им свою историю.

— Мы сбежали из больницы, — весело сообщил шеф. — Фарий, ты как?

— Я в порядке. Верон, неужели на тебя кирпич упал?

Верон сел в кресло, украдкой улыбаясь.

— Нет, меня собака покусала.

Приятели удивлённо переглянулись.

— Собака? — не поверил Ланферд, подсаживаясь на край дивана, чтобы быть ближе к нему. — Ты же вроде любишь животных.

Фарий принял удобное положение, но ног опускать на пол не стал, лишь подложил под спину подушку.

— Я-то люблю, это она людей не любит. Маленькая такая… Вырвалась от хозяйки и вцепилась мне в ногу. Брюки разорвала. Вместе с ней в больницу меня доставили. У собаки челюсть заклинило. В общем, анализы провели, признали, что бешенством я не болен.

— М-да… — буркнул задумчиво Ланферд. — Чтобы челюсть заклинило… Жуть какая.

— Сам до сих пор в шоке. Кровищи было… Бр-р…

— Ты им про палец расскажи, — скрывая улыбку, посоветовал Хо. Пока Верон рассказывал о происшествии с собакой, он вытащил из-за стола стул и сел на него.

— Издеваешься? — обиженно проворчал Верон.

— Ага, — посмеиваясь, отозвался Хо.

— Ладно, ладно… Я тебе это припомню.

Верон коварно прищурился, покосившись в сторону шефа.

— Наверно тебе отрезали палец, а поставили протез? — предположил Ланферд. — А врачи его забинтовали, чтобы нас не пугать?

Верон насмешливо покачал головой, затем опуская глаза, признался:

— Меня… Амо укусил.

— Что⁈ — воскликнул Фарий.

У обоих от удивления отвисли челюсти.

— Не может быть, — не поверил Ланферд. — У него же нет зубов.

— Я тоже так думал. Просто день у меня сегодня неудачный.

В комнате повисло молчание. То, что день неудачный не только у Верона, понимали все.

— Кажется, только я и Аурэйя не пострадали, — заметил Хо, нарушая долгое молчание. На этот раз тон голоса его был серьёзным.

— А что в больнице творится… — напомнил Верон. — Сколько пострадавших!

— «Скорая» так и не приезжала, — уведомил Ланферд.

— Мне шеф рассказал про лифт. Фарий, я рад, что ты в порядке.

— Не совсем в порядке.

Фарий, огорчённо вздохнув, похлопал себя по ногам.

Хо понимал, что необходимо как можно скорее выяснить причины произошедших неприятностей с его сотрудниками и жителями мегаполиса. Но где это сделать?

— Фарий, я могу в твоей спальне поспать немного?

Парни вопросительно переглянулись.

— Там гарпии, — напомнил Ланферд.

— Их можно повернуть к стене. Ланферд, проводи Хо.

Друг кивнул.

Спальня Фария была в тёмно-бардовых тонах. И цвет такой был не только у стен, но и потолка. Посреди спальни стояла круглая кровать, в изголовье которой на колоннах сидели две большие, хохлатые, с крючковатыми клювами хищные птицы.

— Шеф, уверен, что сможешь тут уснуть? Только Фарию это под силу. Я бы не рискнул.

— А у меня есть варианты? Я должен как можно быстрее узнать, в чём причина вашего невезения.

— Ты говорил про ангелов, которые ушли за новыми судебными маршрутами.

— Но отсутствие ангелов ощущается, как пустота внутри. А тут явно анталы виноваты. Они же за безопасность отвечают.

Хо потрогал мягкую кровать, застеленную чёрным атласным покрывалом и остановил взгляд на гарпиях.

Ланферд подошёл в ближайшей статуе и без особых усилий повернул к стене, затем перешёл к другой статуе.

— Пока сплю, скажи Фарию, что я хочу знать, как он докатился до такого мрачного образа жизни. Пусть подумает над моим вопросом.

— Я передам ему твои слова, шеф, — Ланферд улыбнулся.

— Прошу, не будите меня, сколько бы я времени не спал.

— Ясно. Ещё распоряжения будут?

— Да, позаботься о друзьях.

— Непременно. Приятных сновидений, шеф! — пожелал Ланферд и направился к выходу.

Оставшись один, Хо некоторое время ходил вокруг кровати, привыкая к странной обстановке. Потом сам проверил, как крутятся статуи, убеждаясь, что лучшее их положение — это лицом к стене. После этого лёг на постель, заложил руки за голову, долго смотрел в потолок, чувствуя, как в теле появляется ощущение готовности отправиться в мир снов, и закрыл глаза…