-Господа, - услышали друзья голос Германа у входа шатер, едва проснувшись и даже не успел привести себя в порядок, вернее это Миша и Кир едва проснулись, так как Шкип встал еще затемно, поднял браконьеров и сестер, прогнал с ними тренировку и вернулся, - графиня Светлая и госпожа Лиона зовут вас на завтрак.
-Господин барон, - ответил Кир сонным голосом, зевая, - будьте любезны передать госпоже Лионе и нашей блистательной сестре, что мы… ээээхххх, будем сразу же как приведем себя в подобающий вид.
-Не задерживайтесь господа, - сказал Герман, отходя от шатра. Правила конспирации приходилось соблюдать, так как места на поляне уже не хватало и шатры стояли очень плотно. Причем шатрами Виолетта распорядилась очень грамотно: один оставив для себя и Светы, второй для Шкипа, Миши и Кира, а еще два выделила для крестьянских детей и стариков, изрядно шокировав последних, даже гвардейцы, во главе с Германом остались жить в шалашах.
- Это уже и завтрак готов? – удивился Миша, - удивительно, как мы так поздно встали.
-Удивительно, не то, что мы так поздно встали, а то, что Светка так раньше нас проснулась и уже в порядок себя привела, - продолжая зевать, ответил Кир, напяливая штаны из плотной ткани и наматывая на ноги портянки.
-Дрыхнуть нужно меньше, - небрежно бросил неприлично бодрый и свежий Шкип, - с завтрашнего дня я вами займусь, будете с нами тренироваться.
-У нас дел и так хватает! - возмутился Кир.
-Все твои дела, - невозмутимо ответил Шкип, - это подкаты к девчонке- герцогине.
-Фу на тебя, хотя…- задумался Кир, - ты же и с этими рыжулями тренируешься?
-Кир, вот ни слова про «рыжуль»! Они мне и так весь мозг уже вынесли. Прилипли, блин, как банные листы.
-Да ладно, прикольные девчули, что ты так?
-Что я так? – взвился Шкип, - да то я, что у меня дома, Кир, две жены, каждая из которых далеко не подарок! Мне реально дурно становится от мысли о том, что меня ждет, узнай они? как вокруг меня еще какие-то левые бабы крутились! Веришь, нет- будь они хоть в половину вояками хуже, чем есть, уже бы давно нахлёстывали коней по дороге домой, с расписанными кнутом задницами, а так, они пока очень нужны.
-А что, такие хорошие вояки? По виду и не скажешь.
-Кир, поверь, очень приличные. Так что, будет лучше, если мои жены о них будут знать, как можно меньше, причем, это для всех лучше.
-Да брось, - недоверчиво ответил Кир, - ладно Кира у тебя отмороженная, это я еще по Школе помню, но Оксана же у тебя добрая и спокойная, ты сам про это рассказывал…
-Кир, это раньше так было, а сейчас тараканы в её голове размерами не уступают тараканам в голове Киры, я периодически думаю, что они не перестреляли друг друга на станции, потому что их тараканы, через глаза опознали родственные души и решили дружить семьями. Расскажу чуть позже тебе одну историю…Ладно, хватит болтовни, идите умываться, Светка и Виолетта ждут.
Выйдя из шатра, друзья заметили, что лагерь почти пустой.
-А где есть весь? – осведомился Кир у одного из приехавших с Шкипом стражников, Гнея, что стоял на карауле у шатра девушек.
-Заняты подготовкой к празднику, - ответил Гней, - Госпожа по время завтрака объявила, что графиня Светлана, хочет разделить радость от того, что нашла своего брата со всеми и устраивает праздник, вот все и заняты подготовкой.
Всё стало понятно - позавтракав, все жители лагеря разошлись, занявшись подготовкой: браконьеры и пара гвардейцев, скорей всего, ушли на охоту, женщины и дети отправилась за ягодами и грибами, которые, к счастью, еще попадались в лесу, мужчины, под руководством двух старост и Баруха, занялись заготовкой дров и сколачиванием дополнительных столов и лавок. По указке Шкипа и под надзором «лисиц» был вкопан ряд длинный связок лозы, в виде двухметровых столбов. Так же, из гибких веток дерева, чем по похожего по своим характеристикам на иву, были сплетены большие круглые щиты.
В шатре у девушек было гораздо теплее, внутри стояла большая металлическая чаша с углями, которая давала достаточное количество тепла. Внутри еще были три светильника на масле, столик, две складные койки, только на полу шатра лежал один ковер, а Шкип помнил, что у диргемцев взяли их достаточно, видимо, Виолетта остальные отдала в другие шатры. Ребят внутри встретили девушки, одеты в теплые длинные платья и вечно мрачный Герман.
- Рада вас видеть, - сказала с улыбкой Виолетта, - я прошу прощения за мою раннюю просьбу, но, так я так понимаю, что сегодня у нас трудный день, а нам нужно многое обговорить, и окончательно решить, как мы будем действовать. Особенно если вы убеждены, что в лесу мы не сможем перезимовать, - сказала Виолетта, удобно устроившись на своей кровати, - Герман, не стой столбом, - указала она на место рядом с собой, - садись.
-Я лучше постою, госпожа…
-Садись, кому сказано…Кирилл, и вы присаживайтесь.
-Верно, - кивнул Кир и немного покрутив головой (просто на Светкиной уже расположились Шкип и Миша) плюхнулся на кровать Виолетты, - как у нас говорить: в ноги правда нет.
-Можно подумать - там она есть, - недовольно буркнул Герман, усаживаясь на самый краешек кровати и сдвигая поудобней меч.
-Да, - подтвердил Шкип, подвигая к себе поближе столик с мисками, наполненных кашей, и с кусками хлеба, - ты прав есть, там её тоже не, с правдой вообще в этот мир трудность.
-Давайте не будем отвлекаться, - строго сказала Света, - вопрос серьёзный.
-А чего, собственно, обговаривать? - пожал плечами Шкип (Свет переводи), чуть оторвавшись от каши, - всё ясно, как день - нужно двигать в Альбин, покупать поместье с деревнями и крестьянами, размещать там наших людей. Искать заодно, где можно купить (или банально украсть) хлеба и других продуктов. Не надо на меня так смотреть, девушки. На нас, точнее сказать - на вас, почти семь десятков живых душ, которые каждый день хотят кушать и переживут они эту зиму или нет, зависит тоже от вас. Только сначала вперед выдвинемся мы с Кириллом, на разведку и, так сказать, на идеологическую диверсию…
- На идеологическую диверсию? - удивленно переспросила Виолетта, - а что это значит?
-Да ничего особенный, - махнул ложкой Шкип, - несколько песен нужно будет Киру в народ забросить, чтоб нужные нам мысли в их головах поселились.
-Народ опасно во все это вмешивать! – вмешался Герман, выслушав перевод Светы, - задача крестьян – труд. Они должны пахать землю, а не воевать.
-Да, Шкип, - поддержала Германа Виолетта, - от крестьян толку очень мало.
-Вы не правы, - вмешалась Света, - давайте начнем с того, что у вас вообще сейчас нет сил, на которые можно опереться, армия и знать или перешли на сторону врага, или погибли, если кто-то и спасся, то таких очень мало. Тем более, я знаю, что еще лет тридцать – тридцать пять назад сбор ополчения в вашей стране, был вполне себе обычным делом.
-Да, это так, - кивнула Виолетта, - но еще мой дед стал отказываться от этой практики.
-К ней придется вернуться, если мы планируем победить, - сказала Света.
-При всем моем уважении к вам, графиня, - вступил в спор Герман, - это не очень хорошая идея, простолюдинам опасно давать в руки оружие.
Света вздохнула:
-Я знаю, что вы хотите сказать, Герман- вы опасаетесь, что народ повернет оружие против знати?
-Верно.
-Я знаю хороший рецепт, как сделать так, чтоб этого не произошло, - улыбнулась Света и задорно сдунула челку.
-И что это за рецепт? - скептично спросил Герман, а Виолетта согласно кивнула.
-Всё очень просто, вам нужно увидеть в них полноправных людей, обеспечить свободу и запретить закрепощать, - ответила Света, - дать справедливые законы, умеренные налоги, защитить от произвола, уравнять в правах…
-Это невозможно! - вспыхнул Герман
-Увы, Светлана, Герман прав, - покачала головой Виолетта, - это абсолютно невозможно, нас просто не поймут и все будут против…
-А кто эти «все»? - осведомилась Света, - мнение знати вам сейчас абсолютно безразлично, её просто нет. Знать или погибла, или предала. Зато в стране много жителей, которые захотят побороться за свою свободу, за свои семьи. Но вы должны будете им что-то предложить. И не какие-то размытые обещания, а вполне конкретные, важные для них вещи: права, честный суд, местное самоуправление, а главное - землю, которую у них не отнимет богатый землевладелец. Установить приемлемые налоги, всё, крестьянам и простым горожанам этого вполне хватит.
-Вы думаете, графиня? - задумчиво просила Виолетта.
-Уверена.
-Уж не знаю, как к этой идеи отнесется мой отец…
-Да и недовольных будет хватать, - поддержал Герман Виолетту.
-Вопрос с недовольными я взять на себя,- заметил Шкип.
-Да, наш «младшенький» бывает очень убедителен, - подтвердил Кир.
-Тем более, что с народной поддержкой до кучки недовольных вам не будет дела, - добавила Света, а Миша согласно кивнул, - только это накладывает на вас определенные обязательства, за свои слова придется отвечать. А ваш отец, которого, я думаю, мы попытаемся спасти, оценит и поддержит ваши начинания, я почему-то уверенна.
-А еще, - вновь вмешался Шкип, - на сегодняшнем празднике может попробовать раскрыть ваше инкогнито….
-Инкогнито - это что значит? - в который уже раз удивилась Виолетта.
-Инкогнито - это лицо, обычно официальное, скрывающее своё настоящее имя, живущее, выступающее под вымышленным именем, - пояснил Кирилл, а Света перевела, - тем более, что многие и так догадываются, кто ты на самом деле.
-Опасно, - отрицательно кивнул головой Герман.
-Да, риск, определённый, есть, - согласился Шкип, -но и дальше прятаться под чужим именем и сидеть в лесу, занятие вообще бесперспективное. К тому же пора пускать с массы легенду…
-Что за легенду?
-Легенду о «Бесстрашных Героях», что пришли к тебе на помощь, дабы освободить Ветрею от подлых захватчиков… можно будет наплести, что ты в ночь, когда появилась огненная глыба, молилась …кто у вас там главное божество?
-Ну… их много…женщины обычно молятся Юнонии…
-Вот и отлично, скажешь, что в ночь перед падением огненной горы ты молилась этой Юнонии, затем был дан тебе знак, а потом явились мы и обещали свою помощь.
-Это не очень хорошая идея, - резко возразил Герман, пока Виолетта задумалась, - с богами шутки плохи.
-Договоримся с богами, - махнул рукой Шкип, давно не веривший не в сон, ни в чох, ни в вороний грай, а если и вспоминавший про религию, то только когда это было удобно или лишних понтов.
-Тем более, лжи почти и не будет, - улыбнувшись, добавила Света, - ты же наверняка неоднократно обращалась к богам, может это и сработало, мы же не можем точно знать.
-Ну да, - задумавшись пробормотала Виолетта, - возможно так и было.
-Вот и отлично, только имей ввиду, - добавила Света, - Легендарными Героями пока будем мы с Кириллом…
-Почему? - удивилась Виолетта, - а остальные?
-Остальные - скромны до невозможности, - с ехидной улыбкой ответил Кир….
…Тук! Ловким движением Герман отводит в сторону древко копья, парируя удар противника, делает плавный шаг и мощным ударом щита отправляет противника на землю. Не останавливая движения, уходит с линии удара топора, пуская его вскользь щитом, одновременно от души пиная нападавшего в бедро, сбивая того с ног. На ногах остается еще один копейщик. Оставшийся в одиночку не трусит и не собирается сдаваться, а продолжает атаковать. Наконечник копья жалит со скоростью змеи, древко прям гудит от напряжения. Нападавший атакует на разных уровнях: вот укол в ногу, который Герман едва успевает блокировать своим каплевидным щитом, а вот уже следующий летит прямо в лицо, заставляя уклоняться. Вот два стремительных укола в корпус, один из которых так же приходится на щит, а второй барон Отис отводит мечом. Заблокировав атаку, Герман пытается было контратаковать и старается разорвать дистанцию, но противник очень опытен и не дает это сделать, отскакивая назад. Всё правильно- копье дает возможность удерживать мечника на расстоянии, и противник Германа не собирается лишаться этого преимущества. Целый град стремительных уколов обрушивается на барона, да так, что он едва успевает их блокировать, но увлекшись, копейщик на миг теряет равновесие, то ли споткнувшись на кочке, то ли чуть поскользнувшись на влажной земле. На то чтоб восстановиться, у копейщика уходит лишь какое-то мгновение, но Герман передышку противнику давать не собирается: легко проскальзывая мимо наконечника копья, он подобно тарану впечатывается в противника, сбивая того с ног….
-А что, - раздался внезапно голос Шкипа, которого гвардейцы, занятые поединком, до этого не замечали, - очень даже не есть плохой. Мой уважений ваш искусство, барон.
Протянув руку сбитому на землю Гаю, Герман недовольно оглянулся: так и есть, на краю небольшой поляны, куда он со своими гвардейцами уходил тренироваться каждый день, стоял этот мутный «брат» графини Шкип, в компании своих сопливых «лисиц».
-А вы что тут делаете…Убийца? - неприязненно бросил он.
-Да вот, - пожал плечами Шкип, пропустив мимо ушей недовольный тон Германа, - тоже потренироваться хочь, глянуть, а тут занято. Не решить отвлекать.
В отличии от Германа и его гвардейцев, что сейчас были полностью экипированы, то есть кольчуги, поножи, наручи, шлемы и большие каплевидные щиты, Шкип и девчонки были одеты очень легко, никакой защиты. На Шкипе, например, были темные штаны из шерстяной ткани, короткая, до середины бедра, туника, кожаный пояс, мягкие сапожки. Взгляд Германа на мгновение задержался на поясе, на котором, вдоль бёдер, висели два необычных длинных кинжала, не менее полуметра, со странными вилообразными рукоятками, загнутыми вверх. На степнячках, как всегда были кожаные штаны, легкие степняцкие куртки.
«И как только не мерзнут?», - пронеслась мысль в голове у Германа.
В руках степнячки держали охапки оружия, та, что слева - целых шесть диргемских сабель и свернутый бич, отнятый у кого-то из крестьян, а вторая, тут Герман присмотрелся внимательнее, меч, с необычно длинной рукоятью, два коротких топора и еще какую-то штуку, чем-то похожую на крестьянский серп, к которому зачем-то приделали цепь. А еще у каждой была связка свежеструганных палок.
-Мы уже уходим, - бросил Герман, - можете заниматься.
-Не спешить пока, барон, - ответил Шкип, - хотеть сказать слова два.
Герман надменно изогнул бровь в немом вопросе.
-Как-то выходить так, - начал Шкип, - что наш отношений плохо складывать. А нам вместе бой…Врать не стать, я не хотеть помогай вас, я не считать этот битва наш. Но, наш сестра Света и Кир дружить с Виолетта и решать быть помогать вам, и я с ними согласится…
Шкип немного помолчал:
-Извинений не приносить.
-По крайней мере честно, - задумчиво ответил Герман, - Что ж, откровенность за откровенность - вы мне тоже неприятны, Убийца… но вы правы, вместе нам еще воевать, но вот вопрос - как к вам обращаться, каков ваш титул?
-Обращаться Шкип. Давайте-ка, барон я пояснять…Мой Дед … как бы это сказать, глава Тайный Стража наш страна есть, мой отец, - Шкип задумался, подбирая аллегорию под спецназ Антитеррора, - командовать полк гвардия. Меня с детства отдать в закрыт гимнасиум, где учить десять лет. Обучающие там быть нет благородный, нет крестьянин, нет купец. Чему учить, вы уже видеть.
-Всё ясно, - кивнул, успокоившись Герман, для которого вопросы происхождения были весьма остры.
-Если хотеть, потренировать вместе? - предложил Шкип.
-Вы и я? - уточнил Герман.
-Вы все и я - усмехнулся Шкип.
-А не слишком ли вы самонадеяны? - моментально вспыхнул Герман.
-Нет…
-Ну ладно, будь по-вашему, - недовольно ответил Герман, и кивнул своим, - готовность!
Шкип отошел к «лисицам», задумчиво остановился у той, что держала его оружие. С сомнением посмотрел на меч, мысленно покачал головой, взял кусаригаму и дал девчонкам знак отойти на край полянки, что они и сделали, сложив на землю арсенал, что держали в руках и усевшись на корточки.
-Вы будете биться с этим? - с презрением уставился Герман на серп, к которому зачем-то приделали цепь.
-Я биться много чем, - пожал плечами Шкип, - нужно проба арсенал и навык с сильный воин. Вы готовность?
-Готовы, - кивнул Герман, отходя в сторону и командуя - строй!
Гвардейцы быстро построились в две шеренги - в первую встал сам Герман, достав меч, и Марк, сменивший топор на длинный кинжал, Лех и Гай, с копьями заняли вторую шеренгу. Шкип понимающе кивнул - Герман и Марк будут его давить щитами, Лех и Гай колоть копьями, а чуть зазеваешься: прилетит мечом Германа или кинжалом Марка.
-Вперед! - скомандовал Герман, чуть наклоняя голову, так, чтоб между верхним краем щита и шлемом оставалась лишь узкая полоска глаз. Шкип не стал ждать пока гвардейцы до него дойдут и принялся раскручивать цепь, на конце которой свинцовый грузик сейчас был заменён на кожаный мешочек с песком (дабы никого не прибить). Сделав легкий подшаг вперёд, Шкип полоснул цепью по верхнему краю щитов, заставив гвардейцев укрыться за ними полностью. Вообще, длинные каплевидные щиты гвардейцев достаточно хорошо защищали своих владельцев, закрывая тело от коленей до лица. Хлыщь! Цепь еще раз прошлась по щитам, чуть замедлив движение гвардейцев. Шкип подался чуть в сторону, немного разрывая дистанцию и продолжая раскручивать цепь, а затем внезапно присел и пустил цепь почти по земле, подсекая Марка и резким рывком сбивая того с ног. Стоящий за Марком Лех, рванул вперед, пытаясь ткнуть Шкипа копьем, спотыкается о валяющегося на земле товарища и падает следом. Хлоп, и грузик на конце цепи приходится прямо на спину Леха. Звяк! И цепь оплетает руку с мечом Германа, следом резкий рывок бросает барона на землю, а его меч отлетает в сторону. Оставшийся на ногах Гай с копьем бросается в атаку, лишь на секунду отводя щит в сторону, но практически моментально ему в груди прилетает мешочек с песком, мощным ударом сбивая с ног. Да, это был еще не разгром, гвардейцы практически моментально оказались на ногах, выбитое оружие заменили кинжалы и мечи, но вот собрать плотное построение или хотя б поднять щиты, тем у кого они оказались выбиты, гвардейцы уже не могли. Теперь они рассредоточились, обходя Шкипа с четырех сторон: Герман спереди, с поднятым мечом, Марк слева с топором, Гай по-прежнему с копьем, а Лех, не став поднимать копье, с кинжалом. И теперь атаковали очень осторожно, Шкип крутил цепь так, что так выглядела сплошным кругом свистящего металла и попадать под неё ни хотелось никому. Избиение продолжилось: кувыркнувшись назад, Шкип подсек Леха, перекатился к нему. Лех попытался было ударить кинжалом, но Шкип блокировал его лезвием серпа, после чего нанес удар в грудь, и сразу ушел перекатом в сторону. Атаковавшего Марка встречает удар грузика в живот. Подбегающий Гай ловит прилет грузика в голову. Пока рядовые гвардейцы приходят в себя, схватку продолжает Герман. Лезть в близкий контакт с ним Шкип не стал, несколько раз блокировав удары меча серпом и цепью (больше для демонстрации возможностей этого оружия), он снова разорвал дистанцию, и крутанув цепь, захлестнул меч по-новому. Но тут уже не оплошал Герман, резко дернув цепь на себя, вырывая оружие у Шкипа из рук. Правда, на какой-то миг, ему показалось, что Шкип сам позволил себя обезоружить.
-Продолжать? - деловито осведомился Шкип, доставая свои странные кинжалы с загнутыми вверх гардами и замирая в очень низкой стойке.
-Продолжаем, - кивнул Герман, давая знак остальным гвардейцам присоединятся.
Кинжалы -саи сменили парные топоры, и Шкип снова поменял тактику боя, от души поколотив гвардейцев топорами, под одобрительные возгласы девчонок степнячек. Но тут уж пришлось сильно постараться - в отличии от касуригамы, с противниками вооруженными топорами Герман и остальные были неплохо знакомы. Тем более, что Шкип не хотел хитрить и не взвинчивал скорость на свой максимум, подстроившись под противников.
-Я смотрю у вас необычный меч, - сказал Герман, во время передышки, - можно взглянуть?
-Извольте, - равнодушно кивнул Шкип, дойдя до девчонок, взял меч и протянул его Герману.
-Зачем длинная рукоять? - спросил Герман, крутя в руках меч, проверяя баланс и остроту клинка.
-Работать удобно есть, можно две рук.
Герман несколько раз взмахнул, крутанул, и остался доволен:
-Неплохой клинок.
-Может поединок? - предложил Шкип, - если устал нет? Только на палках…я очень давно не заниматься для тренировка с боевой меч.
-На палках? - на лице Германа отразилась брезгливость, - хотя…защиты-то у вас нет. Пусть будет на палках.
Шкип молча, не поворачиваясь, протянул назад руку. В тот же миг, одна из сестер вскочила и подбежав, сунула ему в руку аккуратно выструганную палку, примерно метр длинной, вторую такую же, с демонстративно презрительным видом, сунула Герману. Внимательно осмотрев – палка была со знанием дела превращена в тренировочный меч, были даже рукоять и лезвие, только какой-то странной формы (ну, в самом деле, откуда ему знать про боккэн?), для пробы несколько раз махнул, прислушался к ощущениям, пока его соперник замер в странной стойке (ну вот, опять же, разве мог он быть знаком с Чудан-но-камаэ, базовой стойкой кендо?) Хотя, положив руку на сердце, честно нужно сказать, это всё что Шкип из кендо толком знал, и увидь его сейчас Сталь, или не дай бог господин Ито-сама, от этого позора они дружно бы сделали сэппуку, (причем Шкипу и именно этой пародией на боккэн). Удивляется или долго размышлять над странной стойкой Герман не стал, просто атаковав, стремительно и умело. И то, что сейчас этот странный брат самой прекрасной девушки, что он встречал, на мечах ему уступает, Герман понял моментально. Опытный фехтовальщик, чьими единственными игрушками с детства было только оружие, сразу опознал новичка. Ну, а Шкип, у которого мечи были далеко не приоритете, прекрасно понял, что сейчас ему Германа не превзойти. Не, он, конечно, мог разогнать ускорение, и сделать гвардейца как стоячего, но…смысла не было, да и побеждать таким образом не хотелось, все-таки парень был очень хорошо, и подобных профессионалов Шкип уважал, а значит, нужно было просто отражать его стремительные атаки, даже не мечтая переходить в контратаки (это единственное на что хватало умения). Но трудность возникла и у Германа, да, он был явно техничней и ловчее с мечом, в то время как противник был так же быстр (причем у Германа возникло ощущение, что Шкип явно может быть быстрее и просто сдерживает себя), практически не ловился на финты и явно не собирался уставать. Да еще эти странные стойки, передвижения и техники, явно являющиеся частью чего совершенно ранее не знакомого.
- «Блин», - проскользнула слегка запоздалая мысль у Шкипа, - «а чего я катану не стал делать? На кой мне «бастард» сдался, если я им толком работать не умею?»
Хотя толку-то, с катаной он тоже был не особо дружен. Решив завязывать с поединком (благо что он хотел узнать -узнал), Шкип выбрал подходящий момент, и когда увлекшийся барон вновь пошел в атаку, резко присел и крутнул подсечку, сбивая Германа с ног. Обозленный на подобную подлость парень, хотел было вскочить, но едва не наткнулся горлом на Шкиперский «меч» и замер, зло сверля того глазами.
Воодушевлённо взвыли степнячки, со своим вечным:
-Хаш! Хаш!
И почему-то это разозлило еще больше.
-Не сердитесь, барон, - внезапно сказал Шкип, убирая палку, делая шаг и протягивая руку Герману, - вы почти лучший боец на мечах, с котором мне приходилось встречаться…но нас учить разному. Вас - сражаться в честной битве, лицом к лицу, меня- убивать втихаря…Ваш задач и ваш долг защищать герцогиня, верно? Предлагать договор: я учить вас, противостоять таким как я, убийцам, и более эффективно защищать свою госпожа, а вы учить мой брат Кирилл конный бой?
Герман замер, сверкая глазами и молча поглядывая на руку Шкипа, и когда тот, понимающе усмехнувшись, хотел было уже убрать руку, внезапно пожал её:
-Договор! Только у меня один вопрос и одно условие!
-Слушать.
-Он хвастался, что хороший певец, и что может спеть песню, способную впечатлить даже меня, как было сказано. Так вот, если споет такую песню - я буду его учить.
-Хорошо, - кивнул Шкип, - а вопрос?
-Ты сказал, я почти лучший боец на мечах, что встречался тебе, а кто лучший?
Шкип рассмеялся:
-Невеста Кирилла…обычно, я проигрывал ей три поединка из пяти. А то и все четыре!
Пораженный Герман (ведь ясно, что ему не соврали!), так и замер с неприлично открытым ртом.
Как иногда причудлива бывает судьба. Кто тогда знал, что решение гордого воина переступить через обиду и пожать протянутую ему руку, спустя несколько долгих лет, приведет к тому, что Герман окажется одним из немногих, кто сможет встать воистину непрошибаемой стеной на пути ночных убийц, проникших во дворец. И в одиночку положит всех, кто будет пытаться пробиться к покоям Виолетты (уже молодой королевы!), а она и младенец-наследник будут единственными из королевской семьи, переживших ту страшную ночь. И уж тем более никто не мог знать, как завалится он к Шкипу, залитый своей и чужой кровью с ног до головы, держа на плечах бочонок вина, и как будут они молча и страшно пить, не пьянея, всю оставшуюся ночь, как могут пить только воины, после страшного боя, потерявшие самое дорогое в этом мире, поминая погибших, и как исчезнут они под утро, никому ничего не сказав, почти на полгода…но за эти полгода они вдвоем пройдут по всей цепочке, вырезав подчистую всех, даже косвенно причастных к тому нападению, от чудом уцелевших исполнителей, до посредников и заказчиков. И еще долго в Алларии и соседних государствах будут вздрагивать по ночам, лишь помыслив недоброе в сторону Королевы Ветрии...
На праздник стали собираться после обеда – вдруг резко стала портиться погода, пасмурное с утра небо затянули тяжелые, черные тучи, и решили не ждать ливня и начинать, благо после обеда уже всё было готово.
За несколько часов до темноты на поляне, где только - только закончились все приготовления, стали собираться крестьяне и браконьеры Аксая. К этому времени с одной стороны достаточно большой поляны были установлены столы и лавки, которые крестьянки и их помощники уже заставили угощениями. Примерно метрах в десяти от них расположились отобранные Барухом и Кириллом несколько человек, трое крестьян и бывший браконьер, более или менее знакомые с музыкальными инструментами, как выразился, гогоча во всё горло, Кир:
-Академический ансамбль песни и пляски Российской Армии, блин, им. Александрова, - чем вогнал в недоумение всех окружающих.
Всё было готово, но не начинали, так как не было «дочери магистрата Лионы», гвардейцев и «графини» Светланы с «братьями» …
-Ну что, ты готова, Виолетта? - спросила Света заметно робеющую девушку.
-Фиалка…
-Что? - удивилась Света.
-Фиалка, - чуть смутилась девушка, - так меня называл отец. У меня не было друзей до встречи с вами…Света, когда мы наедине, ты можешь называть меня Фиалкой. И твои браться тоже.
-Хорошо, так ты готова, Фиалка? - повторила Света.
-Немного страшно, но я готова.
-А чего страшного?
-Я не знаю, как крестьяне отнесутся к тому, кто я такая. Ведь во всех их бедах я косвенно виновата.
-Я думаю, - сказала Света, -что всё будет хорошо, пойдем, там уже все собрались и ждут только нас.
-Идем, - решительно вскинула голову Виолетта и сделав шаг откинула полог шатра.
-Боже! - воскликнул Кир, закрывая ладонью глаза, когда девушки оказались на улице, - что это за прекрасные богини спустились с неба? Спасите, я ослеп от этой дивной красоты!
Несмотря на всю серьезность момента, девушки дружно прыснули.
Синхронно в щиты ударили гвардейцы, стоящие тут же и полностью экипированные, да еще и достав свои синие плащи, неизменный атрибут герцогской гвардии, которые приходилось всё это время скрывать.
Да, что ни говори, а девушки выглядели потрясающе: Виолетта одела свой лучший наряд, все свои украшения, хоть с трудом, но уложила роскошные волосы в сложную причёску. А для пущего эффекта еще и нагрудник с лесным котом, что её подарила Света и друзья. Не менее ослепительно выглядела и Света, будучи в полном воинском облачении- белый гамбезон, кольчуга, нагрудник, шлем с крылышками и короткий меч с кинжалом на поясе (как настоящая Валькирия!). Полностью облаченными были и Кир с Мишей. Особенной внушительно из них двоих смотрелся Кир, вот уж действительно, как настоящий герой - такой же, как и у Светы гамбезон, кольчуга, нагрудник с парящим соколом, меч-бастард на поясе и серебристый шлем в виде головы сокола на локте. Хотя, и плечистый Миша смотрелся весьма достойно в кольчуге и с топориком за поясом. На этом фоне совсем терялся Шкип, взгляду просто не на чем было зацепиться - обычный темный костюм из темной шерсти и нож на поясе выглядели очень бледно. Даже девчонки степнячки, восторженно зашушукались, бросая взгляды на Виолетту и Свету.
-Барон! - величественно бросила Виолетта Герману, - соблаговолите сопровождать нас!
Коротко кивнув, Герман дал сигнал Марку и Гаю (Леха было принято решение оставить в лагере караулить), которые, взяв оружие на караул, встали за девушками. а сам барон, вместе с Кириллом, возглавили процессию. Чуть помедлив, к импровизированному кортежу присоединись степные лисицы. Так, колонной, и направились к поляне, где должно было состоятся празднество, и через несколько минут уже были на поляне, где моментально воцарилась полная тишина. Среди крестьян недалёких людей было мало и все присутствующие легко сообразили, кого именно могут сопровождать четверо гвардейцев герцога, и кто на самом деле такая «дочь магистрата Лиона»
-Её Светлость Герцогиня Виолетта, наследница трона Ветрии! - громко объявил Барух, который был назначен распорядителем на этот вечер, - и графиня Светлая с братьями!
Поднявшийся было среди крестьян шепот моментально стих, в полной тишине крестьяне и браконьеры опускались на колени.
-Встаньте, добрые жители Ветрии! - величественно кивнула Виолетта, пройдя еще немного впереди и развернувшись лицом к крестьянам, - да, я дочь герцога Ветрии Клавдия Курция Дара! Я долго скрывала свое настоящее имя, потому что захватчики объявили настоящую охоту на меня, но здесь, среди вас, чувствую себя в полной безопасности! Потому что верю - вы не предадите меня. А еще я могу сказать вам- Ветрея будет свободной!
В толпе поднялся легкий ропот, но небрежным движением руки Виолетта восстановила тишину:
-Вы уже все знакомы с графиней Светланой и её братьями! Но вы не знаете главного - именно они помогут нам в борьбе. Вы помните огненную глыбу, что почти две нундины пролетела над нами? В ту ночь я молилась богам о помощи, и они явили свой знак! Ведь всего через несколько дней я чуть не погибла от когтей лесьяра, лесного кота и меня спасли Светлана и её братья! А после того, как они нашли своего младшего брата, они не стали возвращаться домой, они предложили свою помощь! И я считаю, что графиня и её браться посланы нам богами, дабы помочь нам! Да, сейчас мы вынуждены скрываться в лесу, мы страдаем от холода и недостатка еды, но скоро всё изменится. После праздника мы расскажем вашим старостам, какой у нас возник план! Но это будет завтра, а сейчас давайте веселиться, и я хочу предоставить слово графине Светлане!
-Добрые граждане Ветрии, - звонким голосом сказала Света, - перед началом нашего общего праздника мы хотели бы с моим братом преподнести дар герцогине Виолетте и спеть песню, которую мы посвящаем Её Светлости!
…Кто-то шепчет опять тайком и кидает нам вслед слова.
Будто продано всё кругом, смысла нет, и борьба мертва.
Провокаторы, палачи, им невмочь, пока мы стоим.
Есть на то миллион причин, дух наш твёрд – значит, непобедим!
Ветер Победы с алым рассветом, волей воспетый, снова за нас.
Бились, сражались, с болью братались, но поднимались мы Тысячи раз.
Не верю я, нет, не верю я в то, что пала на веке Ветрия
В то что пламя борьбы затоптали враги, а на троне сидят чужаки…
Первый же куплет произвел эффект разорвавшейся бомбы: стихли все пересуды и разговоры, сами крестьяне превратились в настоящие соляные столбы, на лице Виолетты навернулись слезы, побледнел и крепко стиснул меч Герман, никто из них не мог взгляда отвести от Светы и Кирилла, которые действительно выглядели богами, сошедшими на многострадальную землю…
…Не верю я, нет, не верю я, что заснула навек земля моя.
Компромисс не для нас, дух борьбы не угас, знаю я - недалёк правды час.
Стаи чёрных ворон кружат, Смерть уже белый саван шьёт.
Но ладонь холодит булат, всё что было - теперь не в счёт.
То, что будет сейчас и здесь, не забудет моя земля.
Отстоим свою кровь и честь, пусть никто не погибнет зря.
Ветер Победы с алым рассветом, волей воспетый, снова за нас.
Бились, сражались, с болью держались и поднимались мы Тысячи раз.
Не верю я, нет, не верю я в то, что пала на веке Ветрея
В то что пламя борьбы затоптали враги, а на троне сидят чужаки.
Не верю я, нет, не верю я, что заснула навек земля моя.
Компромисс не для нас, дух борьбы не угас, знаю я - недалёк правды час….
(гр. Арктида. Моя Империя с легкими изменениями. - прим. автора) …
-Спасибо, - величественно кивнула Виолетта, по её разрумянившему лицу и горящим глазам было видно, что песня её зацепила очень хорошо. Как и стоящего тут же Германа, - это очень замечательная песня! А сейчас - да начнется праздник! ...
…В начале поляны, встав так, чтоб вкопанные связки лозы находились справа, замерли на изготовку Степные Лисицы. Одна и сестер была вооружена луком, ранее принадлежащим диргемцам-работорговцам, а на её спине занял свое место колчан, полный белооперенных стрел. Вторая девчонка держала на плече кривую саблю главного работорговца…
…Ой ты, порушка-пораня,
Ты за что любишь Ивана?
Ой, да я за то люблю Ивана,
Что головушка кудрява.
Что головушка кудрява,
Бородушка кучерява.
Кудри вьются до лица,
Люблю Ваню молодца…
-Азай - Хаш! - завизжала степнячка с луком.
-Азай- Хаш! - подхватила её сестра с саблей. И гвардейцы, и крестьяне непроизвольно поморщились: этот клич слишком хорошо (и печально!) был известен всем соседям Великой Степи. А в следующий момент лучница легким толчком пяток пустила жеребца вперед. Из всех присутствующих только Шкип знал, как все эти дни мучились девчонки привыкая к новым своим лошадям, их то лошадки, которых сестры буквально вырастили из жеребят, достались тем, кто их пленил, а доставшиеся от работорговцев отличались крайне вредным характером. Но, природные степнячки, выросшие среди лошадей и обученные ездить на лошадях раньше, чем ходить, всё же нашли с ними общий язык.
Не успел конь сорваться в галоп, как девчонка, лихо вскинула лук и всадила стрелу в ближайшую связку лозы. Первая стрела еще была в полёте, а с лука уже срывалась вторая, сразу за ней третья…После каждого выстрела девчонке приходилось чуть поворачивать корпус, а последнюю стрелу она вообще пустила, развернувшись в седле на сто восемьдесят градусов. Воцарившаяся было тишина взорвалась восхищенными криками: восемь связок лозы - восемь стрел, ни одна не ушла мимо!
…Уж как Ванюшка
По горенке похаживает.
Свои речи до рассвета
Разговаривает.
Эх, уж как ты меня,
Сударушка, повысушила.
Без морозу, без ветру
Сердце вызнобила….
-Азай - Хаш! - вскинула девчонка руку с луком вверх.
Вперед метнулась её сестра, что была вооружена саблей. Свист сабли, и отрубленный кусок лозы медленно сползает вниз. Расстояние между столбами лозы было крайне небольшим, и махать приходилось очень быстро, да так, что та просто превратилась в сплошной блестящий круг. Проскочив всю линию столбов, девчонка резко осадила коня и подняла его на дыбы:
-Азай - Хаш! - гордо прокричала она. А позади медленно сползали с разрезов и валились на землю связки лозы…
…На поляну вышел обнаженный до пояса Шкип, державший на плечах две сабли. А по знаку Кирилла «оркестр» заиграл другую мелодию, в то время как Кир начал другую песню:
…Как родная мать меня
Провожала,
Как тут вся моя родня
Набежала:
«А куда ж ты, паренек?
А куда ты?
Не ходил бы ты, Ванек,
Да в солдаты!....
Шкип резко вскинул обе сабли, на мгновение замер, как бы приветствуя собравшийся, и плавно двинувшись вперед, лихо закрутил восьмерки.
…В Красной Армии штыки,
Чай, найдутся.
Без тебя большевики
Обойдутся.
Поневоле ты идешь?
Аль с охоты?
Ваня, Ваня, пропадешь
Ни за что ты.
Мать, страдая по тебе,
Поседела.
Эвон в поле и в избе
Сколько дела!....
-А кто такие «большевики»? - не отрывая глаз от Шкипа, прошептала Виолетта на ушко Свете.
-Км, - поперхнулась Света, оторопело уставившись на Виолетту, - да знаешь ли…были такие герои, очень-очень давно…
-Я так и подумала, - понимающе кивнула Виолетта.
Шкип, тем временем, всё увеличивал и увеличивал скорость, а сами сабли превратились в два круга металла. Чуть пританцовывая, он направился по кругу. В следующий минуту в круг вошли степнячки, так же вооруженные саблями и практически без остановки присоединились к этому странному танцу. Уже три стремительные фигуры крутились по поляне, сопровождаемые кругами из стали. Кир, не прекращая петь, хлопая в ладоши в определённом темпе, к нему присоединился Барух и практически сразу подхватили остальные зрители.
…Утеснений прежних нет
И в помине.
Лучше б ты женился, свет,
На Арине.
С молодой бы жил женой.
Не ленился!»
Тут я матери родной
Поклонился.
Поклонился всей родне
У порога:
«Не скулите вы по мне.
Ради бога.
Будь такие все, как вы,
Ротозеи,
Что б осталось от Москвы,
От Расеи?....
Все трое постепенно сближались. Вот Шкип замер, опусти сабли, а девчонки, продолжала свои крутить, подошли на расстояние вытянутой руки, так, что Шкип оказался по середине и как бы в двух кольцах сверкающих кругов, после чего двинулись вокруг него. Все присутствующие изумленно замерли: казалось, еще секунда и Шкипа нашинкуют на тысячи кусков.
-А «Москва», - продолжала спрашивать шепотом выпрашивать Виолетта, - и «Росия», что это?
-Ну, - задумалась Света, мысленно пригрозив поотрывать уши Шкипу и Киру, - так раньше наша родина называлась, - а Москва- её столица
-Теперь понятно, - ответила Виолетта.
Девчонки тем временем отошли от Шкипа, и переместились на край поляны. Шкип снова вскинул сабли, закрутил ими восьмерки, а затем добавил элементы спецакробатики, удары ногами, подсечки, пританцовывая и пускаясь в присядку. Вот, одна из сестер аккуратно положила сабли, взяла поданный браконьером лук и колчан со стрелами, после чего вышла на край поляны и замерла примерно в пятнадцати шагах от крутящего восьмерки, Шкипа. Повинуясь знаку Аксая, два бывших браконьера разогнали в стороны зрителей и поставили за Шкипом два больших, плетенных из ивняка, шита. Внезапно по толке пронесся вздох изумления - вскинув лук девчонка пустила стрелу прямо в Шкипа (даже выдержанная Виолетта от неожиданности тихо вскрикнула и зажала рот руками, да что говорить, Света тоже вздрогнула)! Не прекращая пританцовывать, Шкип, небрежным движением клинка отбил стрелу, вызвав еще один общий вздох, но уже полный изумления. Так же небрежно была отбита вторая и третья, пущенные девчонкой стрелы, а от четвертой и пятой, он просто уклонился. Правда, если честно, стрелы это были так себе, достаточно грубые и самодельные, что во время подготовки сделал один из браконьеров, так как более приличные стрелы, добытые у работорговцев и разбойников, Шкип портить не решился, да и было их чуть более трех десятков. И эти стрелы даже на охоту не брали, разумно придя к мысли, что хороших боевых стрел у них мало, а на охоте можно обойтись и грубыми поделками. Когда стрелы у девчонки закончились, Шкип крутить сабли прекратил, они все втроем поклонились и под бурные аплодисменты зрителей, покинули поляну.
Импровизированный ансамбль тем временем продолжал:
….На горе стоял казак
он богу молился
за свободу за народ
низко поклонился….- затянул Кирилл
….ой ся ты ойся ты меня бойся
я тебя не трону ты не беспокойся
ой ся ты ойся ты меня бойся
я тебя не трону ты не беспокойся…
На поляну выбежали браконьеры, и поставили по кругу деревянные чурбачки, примерно в рост взрослого человека. Чуть ковыляя, на середину вышел Барух, встал между чурбачками, растерянно огляделся и внезапно резко крутанулся, в который уже раз за вечер по поляне пронесся вздох изумления и удивлённые крики - в каждом из чурбачков торчало по метательному ножу. Снова вышел Шкип, уже с парой ножей в руках…
…А еще просил казак
Правды для народа.
Будет правда на земле –
Будет и свобода.
Ойся, ты ойся, ты меня не бойся,
Я тебя не трону, ты не беспокойся.
Ойся, ты ойся, ты меня не бойся,
Я тебя не трону, ты не беспокойся.
За друзей казак просил –
Чтоб их на чужбине
Стороною обошли
Алчность и гордыня….
На мгновение замерев, Шкип вдруг ожил, перетекая из одной стойки в другую, атакуя ножами и имитируя блоки, меняя уровни атаки, то стелясь практически по самой земле, то взмывая вверх, то перекатываясь. И было это так завораживающе, что вокруг стояла полная тишина. Снова на поляну вышел Барух, не прекращая движения, Шкип внезапно метнул в его сторону нож. Раздался испуганный крик, но старый клоун, без видимого усилия, перехватил нож в воздухе, и отправил его обратно. Так они и перекидывались ножами еще пару минут.
Шкипа и Баруха снова сменили сестры, что лихо показали высший класс джигитовки: вставали в седлах во время галопа, спрыгивали на полном скаку с седла и запрыгивали снова, свешивались, чем привели в полный восторг не только крестьян, но и гвардейцев, не говоря уже о стражниках, что так и замерли с открытыми ртами. Девчонок, в который уже раз, снова сменил Шкип, на это раз не только обнажённый по пояс, но даже без обуви и полностью безоружный, а вокруг него замерли четверо браконьеров с толстыми досками на вытянутых руках.
-Света, а ты в курсе, что сейчас будет? - спросила юная герцогиня,
-О, да, - понимающе кивнула Света, - это можно сказать любимая вещь «братца», он у меня еще тот выпендрежник, смотри внимательнее.
С резким выдохом -ХА! - Шкип от души двинул кулаком по ближайшей доске, разнеся ту на куски.
-Ха! - и от удара ноги разлетается доска в руках у стоящего сзади браконьера.
-Ха! - удар локтя разбивает третью. Четвёртый браконьер подбрасывает свою доску вверх. Практически взлетая с места вверх, Шкип разносит её головой. И вновь на поляне стоит полная тишина…
-Что скажешь, Герман? – спросила Виолетта, не отрывая взгляда от происходящего на импровизированной сцене. Произнесено это было равнодушным тоном, но было заметно, что её это тоже зацепило.
-Развлечение для черни, - презрительно, сквозь зубы бросил Герман, - госпожа, вы же понимаете, что к воинскому искусству это не имеет никакого отношения.
Стоящая рядом Света тихо хмыкнула.
-Я-то понимаю, - со вздохом сказала юная герцогиня, - но вот понимают ли это крестьяне…смотри, как им нравится.
-Я же говорю – развлечение для черни.
-Но, тем не менее, - не согласилась Виолетта, - Герман, ты разве не понимаешь, что сейчас происходит?
-И что же сейчас происходит? - послушно спросил гвардеец, прекрасно понимая, что именно от него хочет услышать Виолетта,
На поляне, тем временем, снова появились девчонки – степнячки, на этот раз одна из них была с бичом, а вторая со стопкой глиняных тарелок.
-А происходит то, что сейчас, в глазах крестьян, герои сегодняшнего вечера Шкип, Лисицы, клоун и браконьеры, а гвардия герцога, известная своим воинским умением свою удаль и мастерство показывать стесняется.
-Я и остальные ваши гвардейцы -солдаты, а не бродяги гистрионы. И наша задача вас охранять, а не веселить грязных крестьян.
-Герман, - сурово сказала Виолетта, - вы забыли? Я запретила отзываться о крестьянах подобным образом.
Тем временам на поляне, под аккомпанемент «ансамбля», одна из девчонок принялась бросать глиняные тарелки, в степнячка с бичом лихо их сбивала прямо на лету.
-Простите, герцогиня, более подобное не повторится, - склонил голову Герман, в голосе которого, правда, абсолютно не чувствовалось раскаянья.
-Так, барон, я считаю, что нам тоже нужно показать, на что способна моя гвардия, а то у остальных может сложиться превратное впечатление, что вы ни на что не годны…
-Госпожа! – вспыхнул Герман, - я не желаю уподобляться балаганным шутам!
-Барон! – топнула ножкой Виолетта, - не заставляйте меня приказывать вам!
-Хорошо, - поник Герман, - только из-за моего уважения к вам…
-Тогда идите и подготовьтесь, сделаем так же, как на турнире в прошлом году, помните?
Герман скрипнул зубами, еще бы он не помнил, герцог тогда был просто в бешенстве, Виолетту после этого на всё лето закрыли в замке, не выпуская из покоев, а его на два месяца отправили на конюшню и чуть из гвардии не попёрли.
-Помню, - буркнул он, - это я хорошо помню.
-Не злитесь, Герман, - дотронулась до его руки Виолетта, - согласитесь – было здорово?
-Да, госпожа, было здорово, пойду я готовиться.
-Свет, - обратилась к подружке Виолетта, - ты можешь дойти до своего брата и передать, что тоже хотели бы кое-что показать…
-Конечно! Сколько будет нужно вам времени?
-В принципе, немного, Герману только за конем своим сходить до лагеря.
Девчонки тем временем поменялись, за глиняную посуду взялась та, что была с бичом, а вторая взяла лук.
Раз! Вверх взлетела кружка, щелчок тетивы, свист стрелы и кружка разлетается на мелкие куски под восторженные крики зрителей. Вот взлетает вторая, щелчок, свист и новая порция осколков.
Вернулась Света.
-Виолетта, я передала Кириллу, он будет ждать вашей готовности, лисицы еще немного времени будут развлекаться.
Получилось очень четко, девчонки как раз закончили измываться над посудой, переведя её всю в состояние черепков и с яростным визгом (Хаш! Хаш!), убежали с поляны, на краю которой уже замер, сидящий на своем вороном жеребце в полном вооружении (шлем, щит, копье на изготовку), Герман.
Пошептавшись с Кириллом, на поляну вышел Барух.
-А сейчас свое умение покажут лучшие бойцы гвардии!
В полной тишине на середину поляны вышла Виолетта, лукавым взглядом окинула собравшихся и коротким взмахом руки отправила в полет свою легкую шелковую шаль. И сразу же уходя в сторону на несколько шагов. Не успел шелк еще коснуться земли, как жеребец сорвался с места, повинуясь команде Германа. За несколько секунд всадник и лошадь набрали хорошую скорость, пролетев расстояние до места падения шали практически моментально. Затем Герман чуть свесился с седла и на полном скаку ловко подхватил шаль кончиком копья. Причем было понятно- малейшая ошибка и кончик копья воткнется в землю, а сам всадник улетит как брошенный из катапульты.
-Вау, - воскликнул стоящий на другой стороне поляны Кир, вместе со Шкипом наблюдая за происходящим, - хочу…
-Да, ловок, паршивец, - кивнул Шкип, - я с ним договорился, он с тобой будет заниматься. Так что, скоро и ты так сможешь.
-Отличная новость, - улыбнулся Кир, - оправдаю доверие…не, ты смотри, как он Светку уставился!
-Забей, ему все равно ничего не обломится.
Герман тем временем, не спуская взгляда со Светы, вернулся на край поляны и снова развернул жеребца.
-Интересно, а сейчас что будет? – заинтересованно спросил Кир.
-Смотри.
На поляну снова вышла Виолетта, и сняв с головы диадему, подняла её вверх на вытянутой руке и чуть в сторону. Выпущенной из тугого степняцкого лука стрелой, рванул вперед конь Германа. По поляне пронесся испуганный вздох – на мгновение показалось, что мощный жеребец просто снесет хрупкую девичью фигурку. Но нет, конь пронесся буквально в десятках сантиметрах от Виолетты, а кончик копья легко скользнул сквозь диадему, унося украшение прочь, лишь плащ девушки разлетелся в стороны от мощного потока ветра. Толпа вокруг поляны разразилась приветственными криками…
После заезда Германа сделали перерыв на перекус, довольный народ собрался за столами. За прошедший день крестьянки потрудились изрядно, вкусностей было наделано с размахом: тут и пироги с ягодами, яблоками, сыром и мясом, здоровенные куски печёной на углях медвежатины, груды лепёшек, плошки с крайне дефицитным мёдом, жареные грибы. В честь праздника юная герцогиня даже расщедрилась на небольшие порции вина из того бочонка, что Кира и Света добыли у ватаги разбойников, и крестьяне могли согреться прохладным вечером кружечкой глинтвейна (почти добив-таки Шкиперские запасы специй). Герману и Виолетте перепало шашлыка, замаринованного по любимому рецепту Шкипа. Но перекусывая все тревожно косились на затянутое черными тучами небо, того и гляди казалось, что с минуты на минуту хлынет ливень.
Постепенно начинало смеркаться и на поляне разожгли несколько больших костров, в свете которых праздник продолжили самые различные состязания. В состязаниях с удовольствием приняли участие крестьяне и бывшие браконьеры. Даже награды были предусмотрены, Шкип, с разрешения Светы и Виолетты отсыпал Баруху горсть медных и несколько серебряных монеток (победителям), так что никто не должен был уйти недовольным. Состязания запланированы были самые разные: борьба, стрельба из лука и арбалета, метание ножей и дротиков. Под вечер изрядно похолодало, девушки стали мерзнуть и немного понаблюдав, Света, Виолетта, Герман, Кирилл, Миша и Шкип оставили празднество и прихватив остатки шашлыка, пару печеных кусков медвежатины с лепешками, запечённую кабанью ногу, а также бочонок с вином (причем вино прихватили больше потому, чтоб не увлеклись через чур крестьяне), вернулись в основной лагерь, и расположившись в шатре Виолетты и Светы, оставив приглядывать за гуляющими двух старост и троих гвардейцев.
Небольшой столик был заставлен угощением, как правило разными пирогами и кусками мяса. Как иногда забавно запускается цепь событий, подобно «эффекту домино» (Эффект домино простыми словами можно определить, как случаи, когда перемены в одной деятельности вызывают цепную реакцию и влияют на прочие поступки. Это подобно тому, как если выстроит ряд костяшек домино и толкнуть одну из них, то она упадёт и увлечёт за собой остальные. - прим. автора) Всего-то и нужно было, чтоб Кир, поудобней передвигая край Светиной кровати, чуть толкнул Шкип, который в этот момент посыпал мясо специями, и в результате на еду высыпалось огромное количество перца. Нужен был еще Герман, который меланхолично разливал в бокалы вино, и которого никто не предупредил, что вино-то, собственно, никто особо и не пьет. Вовнутрь завалились чуть припозднившиеся девушки и весело хихикая, прихватили по куску жаренного мяса, оправив в рот. Смех моментально стих, Виолетта и Света дружно покраснели, затем побледнели, у них медленно- медленно стали округляться глаза, после чего они схватили по, далеко не маленькому, бокалу вина, и залпом выпили. После чего остолбенели повторно:
-Мама…, - только и прошептала Света, слегка покачнувшись. Несмотря на плотный ужин в течении праздника, бокал терпкого молодого вина, ударил по девичьей голове, подобно молоту.
-У нас проблемы, - пробормотал Шкип, глядя на захмелевших девушек
-Вау! - довольно воскликнул Кир, радостно потирая ладони, - как же я об этом давно мечтал!
-О чем это ты давно мечтал? - подозрительно спросил Миша, с тревогой наблюдая, как Свету откровенно «штормит»
- Не, ты не о том подумал, - категорично покачал головой Кир, - просто Светка у нас была до того правильной, до того разумной, до того высоконравственной, что мне давно хотелось влить в неё бутылку коньяка и посмотреть, что получится....
-Мальчики, - протянула Света, лучезарно и пьяно улыбаясь, - а я вас всех люблю… и хочу всех поцеловать
- И я… ик…- кивнула, икнув, Виолетта, - люблю…и тоже хочу целовать.
-Пипец, у нас проблема…, - пробормотал Миша.
-А в чем проблема, господа? - поинтересовался Герман, не спуская глаз со Светы.
-Проблема в том, - пояснил Кир, - что наша сестра, не сильно дружит с алкоголем…и теперь перед нами две пьяные малолетки…
-Ага, - кивнул Миша, - а как Виолетта переносит алкоголь?
-Не знаю, - растерянно почесал затылок Герман, - при дворе ей было запрещено пить вино…
-Я не малолетка! - обиженным тоном заявила Света, брякаясь на кровать,- не буду вас целовать…
-И я не малолетка, и я тоже не буду целовать…хотя…граф, что-то тут душно стало, а вы…
-Да? - заинтересованно вскинулся Кир, но сразу же увял после небрежно брошенного Шкипом:
-Не вздумай…
-Блин…
-А я, пожалуй, на секунду выйду, - решительно встала на ноги Света, и чуть покачнувшись, едва не упала…
-Графиня, вы позволите, - вскочил было Герман, но так и замер - со стороны Шкипа прям повеяло могильным холодом, после чего смущенно сел на кровать обратно. Но лишь на мгновение.
-Я не знаю, что вы тут себе успели вообразить, - гордо бросил он, резко выпрямившись и сверкнув глазами, - но у меня и в мыслях не было ничего дурного, а в подтверждение моих слов…
Герман резко вытащил из ножен меч, заставив остальных с проклятиями от него отшатнуться (а Шкип едва удержал руку с лезвием метального ножа), и опустился на колено перед Светой. Та испуганно было дернулась, мгновенно протрезвев, но Виолетта её придержала.
-Я, барон Отис- младший, прошу вашего дозволения графиня Светлая, называть вас своей дамой сердца! Клянусь, до последнего своего вздоха, защищать вашу честь, славить вашу красоту и служить вам!
Света оторопела, Кир присвистнул от удивления, а Шкип лишь хмыкнул, а Миша… а на Мишу было больно смотреть, столько муки отразилось в его глазах…
-Что скажите, графиня? Я жду вашего решения, - преклоняя колено, промолвил Герман
Света беспомощно посмотрела на Виолетту.
-Не бойся, - шепнула юная герцогиня, - тебя это ни к чему не обяжет. Только не говори, пожалуйста, «нет», это его очень обидит…я потом тебе более подробно всё объясню.
-Хорошо, барон Отис, встаньте, - вздохнула Света, и дождавшись, когда Герман встанет на ноги, продолжила, - я разрешаю вам называть меня своей дамой сердца, для меня очень большая честь.
-Тогда я прошу вас даровать мне какую-нибудь вашу вещь, лучше всего ленту или платок, чтоб я мог носить, как ваш символ….
Света на мгновение задумалась, после чего встала с кровати, чуть покопалась в вещах и действительно нашла небольшую синюю ленту. Вернувшись к барону снова задумавшись встала…
-На руку повяжи, - тихонько подсказала Виолетта.
С легким вздохом, Света повязала ленту на правую руку Германа.
-Благодарю вас, графиня Светлая, за оказанную мне честь, - с легким поклоном ответил Герман, вернувшись на свое место.
-Хм, - задорно хмыкнул Кир, - а это идея…
И в следующий момент достал свой клинок и сделав пару шагов, опустился на колено перед Виолеттой:
-Герцогиня Виолетта, я граф Гринёв прошу вашего дозволения называть вас моей дамой сердца…
-Кир, -едва слышно сказал Шкип, - я передам кому следует, ОНА будет в «восторге»
Кир вздрогнул, но нашел силы продолжить.
-Миха, - ткнул Шкип тем временем другого друга копченым медвежьим окороком, пока внимание остальных было приковано к Кириллу, - сделай рожу попроще. Эта разрешение Светку ни к чему не обязывает, барончик просто будет её ленту носить, да в её честь разных дураков на копье насаживать, да песни петь…Пока это ничем не грозит, но, если ты и дальше будешь тормозить, Светку ты упустишь. Понял меня?
-Понял, - грустно кивнул Миша, - если теперь еще и этот будет песни петь, мы совсем тут рехнёмся.
Кир тем временем закончил клясться, был торжественно обязан еще одной лентой, посажен рядом с Виолеттой и даже расцелован.
-Прям вечер клятв, какой-то, - сказал Шкип, когда умолкли первые пересуды, а девчонки дружно зашептались, делясь впечатлениями, - герцогиня, у нас с вами возникло небольшое непонимание, и отношения как-то не складываются, предлагаю это исправить. А чтоб вы мне доверяли…
Шкип вытянул вперед руку, и продолжил:
-Я, барон Корабельников, по прозвищу Шкип, клянусь ни словом, ни делом не причинять вам вреда, приложить все свои знания и умения для освобождения вашей страны! Порукой сказанному - мое слово!
Все удивленно замерли. Особенно пораженный вид был у Виолетты и Германа (у того от удивления даже глаза округлились)
-Что? - недоуменно спросил Шкип, оглядев себя, - со мной что-то не так, или я что-то не то сказал?
-Окорок…- шепотом подсказала Света.
-Что- окорок? - недоуменно переспросил Шкип, оглядев окорок в своей руке, - ну да, окорок, хороший, кстати…
-Ты на окороке поклялся! - тихо пояснила Света.
-Да? -недоуменно покосился на предмет изумления Шкип.
-Ничего страшного, Светлана, - едва сдерживая смех, ответила Виолетта, давая знак успокоиться возмущённому до глубины души, Герману, - пускай так и будет - «Клятва на Окороке», тем более что, окорок действительно вкусный…
…-Ну, как тебе сегодняшний вечер? – спросила Света, когда девушки уже лежали в шатре, укрывшись мягкими шкурами.
-Всё было замечательно! – ответила Виолетта, - спасибо тебе и твоим братьям. Этот праздник действительно был нужен…
…Луч солнца золотого
Тьмы скрыла пелена
И, между нами, снова
Вдруг выросла стена
Ночь пройдет, наступит утро ясное
Знаю, счастье нас с тобой ждет
Ночь пройдет, пройдет пора ненастная
Солнце взойдет…, - раздавалось тем временем с улицы, Кир сегодня был в ударе и никак не мог угомониться, хотя, его чести нужно отметить, что он расположился совсем рядом с шатром девушек и пел негромко, прекрасно понимая, что в лагере за сегодняшний день все устали.
-Как твой брат все же красиво поет, - вздохнула Виолетта, - и песни у него все такие…красивые. Свет…
-Да, Фиалка?
-А что у него за невеста? Немного странно, что он как её вспоминает, так вздрагивает. Она такая страшная и уродливая?
-Нет, что ты, - улыбнулась Света, - она очень красивая. Просто…
-Что? -спросила разочарованно Виолетта
-Ну, на что способен мой младший братец, ты уже в курсе…
- Это да, мне до сих пор немного страшно…
-Так вот, в той закрытом гимнасиуме, где он учился, он командовал несколькими десятками …как это лучше сказать - молодых воинов, а она была его заместителем…
-Она тоже там училась? – удивленно воскликнула Виолетта, - но…
-Да, в тех гимнасиумах девушки тоже учатся, наравне с мальчиками, - подтвердила Света.
-То есть, она умеет тоже самое?
-Да, мало того, мой брат проигрывал её три поединка из пять…
-Не может быть!
-Факт! Ладно, давай спать, завтра у нас трудный день…
….Петь птицы перестали
Свет звезд коснулся крыш
Сквозь вьюги и печали
Ты голос мой услышь
Ночь пройдет, наступит утро ясное
Верю, счастье нас с тобой ждет
Ночь пройдет, пройдет пора ненастная
Солнце взойдет
Солнце взойдет
Солнце взойдет…
Закончив песню, Кир решил было затянуть новую, но внезапно обрушившийся ливень заставил его воплями и с проклятиями, под смех девчонок, бежать к себе в шатер.