В тот день я шла из магазина с двумя тяжёлыми пакетами. Суббота, дети дома, просили блинов, а потом ещё «мороженое обязательно». Я тащила всё сама — и молоко, и муку, и фрукты. Лёд под ногами, руки оттягивают ручки пакетов, плечи ломит.

На повороте к дому я споткнулась — каблук застрял в щели между плитками. Пакеты рванули вниз, яблоки покатились по асфальту. Я выругалась вполголоса.

— Давайте помогу, — услышала за спиной.

Оборачиваться было неудобно, я стояла на одной ноге, в другой руке пакеты. Мужчина поднял мои яблоки, придержал каблук, аккуратно высвободил.

— Осторожнее, тут яма, — сказал он и выпрямился.

Высокий. Широкие плечи, короткая стрижка, тёмное пальто. Лицо уверенное, но не грубое. Глаза серо-голубые, внимательные.

— Спасибо, — выдохнула я.

— Пакеты давайте, донесу.

— Не надо, я сама.

— Вы уже «сами» чуть ногу не вывихнули. — Он улыбнулся. — Не спорьте.

Он взял пакеты так, будто они ничего не весят, и пошёл рядом. Я шла молча. Сердце почему-то колотилось — не от того, что тяжело, а от его спокойной уверенности.

— Вам куда? — спросил он.

— До соседнего дома.

— Отлично, я всё равно туда же.

Мы дошли до подъезда. Он поставил пакеты у двери.

— Вот, целы.

— Спасибо ещё раз. Выручили.

— Не за что. Мы, кажется, соседи. Я недавно переехал. Кирилл, — он протянул руку.

Я растерялась. Руку пожала автоматически.

— Марина.

Он улыбнулся, коротко кивнул.

— Приятно познакомиться. Надеюсь, мы ещё пересечёмся.

И ушёл.

Я поднялась домой, всё ещё чувствуя его тёплую ладонь. Дети выбежали:

— Мама, мороженое купила?

— Купила, — сказала я и поставила пакеты на стол.

Пока жарила блины, ловила себя на странной мысли: я впервые за много месяцев улыбнулась искренне. Не через силу.