Я сжала кулаки так, что ногти болезненно впились в ладони.

Спокойно, Катя. Кто ж знал, что случится такое ужасное совпадение. Просто дыши. Через час он уже забудет об этом неловком столкновении перед офисом.

Марк лишь коротко кивнул и снова отвернулся к окну, подчеркнуто игнорируя мое присутствие. В этот момент двери переговорной распахнулись, и в кабинет вошел пожилой мужчина в старомодном, но безупречно отглаженном костюме. Он вежливо со всеми поздоровался и сразу приковал к себе внимание босса. По их недолгому диалогу стало ясно — это Леонид, личный переводчик Марка.

Я даже немного воодушевилась. Наконец-то я увижу работу настоящего профессионала! Это же мастер-класс в режиме реального времени.

Быстро заняв свое место у кофейной станции, я скептически осмотрела стройные ряды чайных коробок. Ну конечно, всё по стандарту. Никто даже не удосужился заказать что-то приличное для таких гостей! Мне до зуда в руках захотелось всё переделать, выбрать правильный сорт, подчеркивающий статус встречи, но времени на гастрономические изыски уже не оставалось.

Я быстро засервировала чашки, подготовила сахар и расставила пиалы с десертами на массивном столе. К этому моменту Марк и Леонид уже заняли свои места.

— Два американо принеси нам, — бросил Марк, даже не обернувшись.

Кивнув самой себе, я подошла к кофемашине. Справившись с задачей, я осторожно поставила чашки перед мужчинами. И тут же почувствовала на себе липкий, обжигающий взгляд. Марк, не стесняясь присутствия подчиненного, откровенно рассматривал мою фигуру ниже спины.

Я вспыхнула, чувствуя, как щеки заливает краска — то ли от смущения, то ли от ярости.

— Вырядилась что надо! — негромко подметил он, и в его голосе проскользнуло нескрываемое мужское одобрение, от которого захотелось немедленно завернуться в ковер.

— Это рабочая форма, — процедила я сквозь зубы и поспешила вернуться на свое место.

Что за неандерталец! Как такой человек вообще может управлять технологическим гигантом?

Но размышлять о превратностях судьбы было некогда. Двери снова распахнулись, и в переговорную вошла китайская делегация. Пятеро мужчин в строгих костюмах, лица — непроницаемые маски. Я вытянулась по струнке и вежливо улыбнулась, согнувшись в безупречном приветственном поклоне. Коленки предательски дрожали.

Пока мужчины обменивались рукопожатиями и рассаживались, я заварила зеленый улун. Стараясь соблюдать этикет, я подала первую чашку самому старшему гостю. Пальцы мелко подрагивали, но я справилась на отлично — ни капли мимо.

Марк мгновенно преобразился. Стоило переговорам начаться, как его вальяжность сменилась хищной сосредоточенностью. Он перешел на жесткий деловой тон, сыпал терминами, предлагал условия и уточнял детали. Слушать китайцев было неописуемым удовольствием — живая речь, тонкие интонации, скрытые смыслы.

Леонид поначалу справлялся неплохо, но в какой-то момент я заметила, как он помрачнел. Его плечи ссутулились еще сильнее, а пальцы начали нервно крутить кофейную ложечку. Он явно терял нить диалога, перегруженного специфическим сленгом.

И тут произошло то, от чего у меня похолодело внутри. Глава делегации, прищурившись, произнес фразу, от которой у любого юриста зашевелились бы волосы на голове.

— Мы слышали, что господин Марк умеет «срезать углы», и мы готовы это щедро компенсировать, — произнес он с хитрой ухмылкой на китайском, явно намекая на «серые» схемы и откаты.

Леонид ощутимо занервничал. Он закусил губу, лихорадочно подбирая слова.

— Они... они восхищены вашей способностью быстро решать проблемы и хотят предложить долгосрочное партнерство, — скомкано выдал он.

Марк нахмурился. Между его бровей залегла складка сомнения. Я замерла, понимая: это катастрофа. Если он сейчас согласится на это «партнерство», компанию просто раздавят проверками, а самого Марка могут ждать небо в клеточку и тюремная роба.

Нужно было действовать. Прямо сейчас. Но как не выставить переводчика дураком и не нарваться на гнев босса? Леонид не выглядел предателем — скорее, ему просто не хватило знаний современной лексики. Он переводил «по учебнику», не чувствуя двойного дна.

Я лихорадочно схватила со своего столика блокнот и настрочила на клочке бумаги: «Осторожно! Предлагают взятку и коррупционную схему за "срезание углов". Не соглашайтесь!»

Наполнив новую чашку американо, я бесшумной тенью скользнула к столу. Сердце колотилось в горле. Я поставила кофе перед Леонидом, незаметно подтолкнув сложенную записку прямо ему под руку.

Мужчина непонимающе взглянул на меня, но, заметив бумажку, быстро развернул её. Его лицо на миг стало пепельно-серым. Он коротко кивнул мне, едва заметно, и тут же обернулся к Марку.

— Прошу прощения, Марк Васильевич, я не совсем точно передал нюанс... Речь идет о специфических условиях, которые требуют юридической проверки на соответствие нашему законодательству.

Я медленно выдохнула, возвращаясь на свой пост. Теперь переговоры пошли по другому сценарию. Китайцы поняли, что «фокус» не прошел.

Пока я собирала мысли в кучу, я почувствовала на себе взгляд. Тяжелый, пристальный, прожигающий. Марк смотрел на меня. Не на мою грудь или ноги, а прямо в глаза — так, будто пытался залезть в черепную коробку. Ледяные мурашки пробежали по спине, и я поспешила отвернуться, делая вид, что крайне занята протиранием чистых стаканов.

Наконец, всё закончилось. Делегация покинула кабинет с кислыми минами. Сделка не состоялась — Марк отправил их на доработку договора, внеся такие жесткие правки, что у переводчика китайцев задрожали руки.

Леонид, бледный и осунувшийся, торопливо собирал бумаги. Я подошла к столу, чтобы убрать пустую посуду, когда широкая ладонь Марка резко, словно капкан, сомкнулась на моем запястье.

— Катюша, задержись на минуточку, — сощурив глаза, опасно прошипел он. Голос вибрировал от скрытой угрозы. — А вы, Леонид, покиньте кабинет. Сейчас же.