— Что это было? — голос Марка прозвучал негромко, но от его стальных ноток мне захотелось вжаться в спинку стула.

Он вглядывался в мое лицо так пристально, словно искал в нем скрытый дефект.

— Вы о чем?

Я постаралась сделать шаг назад, увеличивая дистанцию до безопасной, но в тесном пространстве между столом и стулом это почти не помогло.

— Дурочку из себя не строй! — рявкнул он, наконец выпустив мое запястье.

Я едва не подпрыгнула. Сердце заколотилось где-то в районе горла. Что-что, а «дурочку» я точно не строила. Просто от его тона у меня натурально поджилки затряслись. Такого агрессивного наезда я не ожидала — я ведь только что спасла его от тюрьмы или разорения! Хотела помочь тихо, не высовываясь, как и приказали. А он... он просто взъелся. Все еще злится за утро?

— Я правда не понимаю, что конкретно вам не понравилось! — мой голос дрогнул, но я постаралась придать ему твердости.

Марк помрачнел. Он тяжело опустился в свое кожаное кресло и вальяжно откинулся на спинку. Верхние пуговицы его поло были растегнуты. Босс сжал пальцами переносицу и медленно втянул воздух сквозь зубы. Я невольно засмотрелась на его шею: кадык дернулся, когда он тяжело сглотнул.

Катя, соберись! Совсем не время любоваться его мужской красотой!

— Катюша... — его голос вдруг сменил тональность, став приторно-сладким, как патока. — Сядь.

В этом обращении было столько яда, что у меня по спине побежали ледяные мурашки. Он не орал, не злился открыто, но смотрел так, будто видел меня насквозь. Ноги подкосились. Сама не знаю почему, но я не смогла сопротивляться этому приказу и опустилась на край стула напротив.

— А теперь объясни мне, — он подался вперед, положив локти на стол, — что за записки ты подсовываешь моим сотрудникам прямо во время переговоров?

— Я... я не знала, как по-другому поправить Леонида, — я сцепила пальцы в замок на коленях, пытаясь унять дрожь. — Побоялась сорвать встречу. Решила, что записка — самый быстрый и деликатный способ.

Еще час назад он казался мне просто хамоватым мужиком, но сейчас он пугал своей проницательностью. Увольнение в эту секунду показалось мне избавлением, лишь бы не сидеть под этим рентгеновским взглядом. Но остатки гордости заставили меня расправить плечи. Я не сделала ничего плохого!

— Я не об этом тебя спросил, — медленно, по слогам повторил он. — Что именно было в той записке?

Его глаза сузились, превратившись в две темные щелки. Я почувствовала себя загнанным зверьком в клетке с матерым хищником.

— Я написала, что китайцы предлагают коррупционную схему, — выдохнула я, глядя ему прямо в глаза. — Леонид... он немного не так интерпретировал их идиому. Смысл фразы был опасен для вашего бизнеса.

Марк подался вперед, нависая над столом. В его глазах не было ни капли благодарности — только холодный, расчетливый гнев.

— Какая трогательная забота о моем бизнесе от разносчицы кофе, — процедил он, чеканя каждое слово. — А теперь давай начистоту. Кто тебе заплатил? Кто слил информацию о переговорах? Конкуренты? Хотели, чтобы я устроил скандал, послал партнеров к черту, и они ушли к другой компании?

— Что?! — я задохнулась от возмущения, не веря своим ушам. — Я только что спасла вас от уголовного дела!

— Ты чуть не сорвала мне контракт года подсунутой бумажкой! — рявкнул он, ударив ладонью по столешнице так, что чашки звякнули. — Откуда сотрудница АХО знает китайский? Ты засланная мышь, Лебедева?

— Если бы я была «засланной», — я сама не заметила, как подалась вперед, забыв про субординацию и страх, — я бы стояла в сторонке и с удовольствием смотрела, как вы подписываете себе приговор! Но я, как дура, решила помочь!

— И откуда же такая дура знает китайский?

Марк навис над столом, буквально прожигая меня. Я почувствовала, как по лицу и шее пошли жаркие пятна гнева.

— Я лингвист по образованию. В университете изучала европейские языки, а на курсы китайского ходила параллельно, по собственной инициативе. Могу диплом показать!

Я не врала. Я действительно была чертовски хороша в языках. Так почему я должна сидеть здесь и оправдываться, как преступница? Пусть ему будет стыдно за то, что он на меня набросился!

— Тогда что ты забыла в хозяйственном отделе? — Марк не сбавлял давления, продолжая допрос.

— Изначально я подавала резюме в международный отдел, — я уже увереннее вздернула подбородок. — Но мне сказали, что вакансий нет. Предложили место в АХО с перспективой перевода, когда освободится ставка. Мне нужна была работа, и я согласилась.

Марк замолчал. В кабинете воцарилась такая тишина, что я слышала собственное дыхание. Он запустил пятерню в свои темные волосы, окончательно разрушая идеальную укладку, и теперь выглядел еще более диким и опасным. Я, как загипнотизированная, следила за его длинными пальцами.

— Какие еще языки знаешь? — внезапно спросил он.

— Английский, итальянский и французский, — отчеканила я, словно на экзамене.

— Отлично, — на его губах заиграла хищная, торжествующая ухмылка, от которой у меня внутри всё перевернулось. — С этого дня, Катюша, ты мой личный переводчик.

Я открыла рот, чтобы возразить, напомнить про трудовой договор и должностные инструкции, но Марк не дал мне вставить ни слова. Он поднялся, медленно обошел стол и остановился в опасной близости, так что я почувствовала аромат его парфюма — обволакивающего сандала и вкрапления черного перца.

Он склонился к моему уху, обжигая кожу горячим дыханием, и добавил тише:

— И, я надеюсь, ты покажешь мне отличную работу языком, Катюша.

Мои милые читательницы!❤️

Если вам нравится книга, пожалуйста, поддержите ее лайком (звездочкой) и комментарием!

А так же, не забывайте подписываться на автора, чтобы быть в курсе всех новостей) Ваша поддержка очень важна для меня и вдохновляет писать быстрее❤️