Светало в академии красиво. Дома и у родственников я безбожно просыпала рассвет, а здесь получалось просыпаться вместе с ним. Просто удивительно. Возможно, последние происшествия напрочь лишили меня нормального сна. И хотя наставления от Дарина заключались в том, чтобы я хорошо спала и ела, с первым у меня получалось не очень. А вот аппетит радовал!

В столовой в такую рань почти никого не было. И еды, к моей жалости, тоже. Выпросив у сонной поварихи стакан черного крепкого чая и вчерашнюю булочку, я села у окна и сладко зевнула. Мы договорились с Аникой потренироваться в левитации. С недавних пор она получалась у меня замечательно, в то время как лесная фея не могла подняться даже на пару сантиметров.

Вот и подруга. Потягиваясь и позевывая, Аника плюхнулась рядом, опустила голову на стол и затихла.

— Эй, — я тронула ее за плечо. — Ты спишь, что ли?

— Я умираю, — глухо откликнулась девушка. — Прости, Олив, но мы сегодня не будем тренироваться. Совершенно забыла про родительский день.

— Родительский день? — нахмурилась я. — Ты имеешь в виду день посещений родственников? Ах да, что-то такое припоминаю. Он что, сегодня?

— Да, — убитым голосом подтвердила Аника. — Всевышний, за что? Бабушка приедет….

— Ну, — непонимающе улыбнулась я. — Это же хорошо? Ко мне вот однозначно никто не приедет. Радуйся!

— Ты возьмешь свои слова обратно, — неожиданно подскочила фея. — Точно! Нет, ты возьмешь не слова, а огонь на себя!

— Какой огонь? — насторожилась я. — Твоя бабушка что, пульсарами бросается? Обижает тебя⁈

Аника то ли хрюкнула, то ли хмыкнула — не разберешь.

— Чем дальше тебя узнаю, тем сильнее обожаю, — с воодушевлением сказала она и заканючила: — Составишь компанию моей бабушке? Ну пожалуйста!

— А ты как же⁈ — опешила я.

— А я только поздороваюсь! Но потом сбегу потихоньку.

Учитывая, с каким энтузиазмом Аника говорила про побег, мне все меньше захотелось знакомиться с ее бабушкой. Но янтарные глазки в обрамлении рыжеватых густых ресниц смотрели так умоляюще, что я сдалась.

Во дворе академии было оживленно. Все студенты столпились около крыльца, ожидая назначенное время. Сейчас я вспомнила, что рассказывал мне Ладан. Раз в полгода Альтаир рассылал родственникам студентов кристаллы перемещения с настроенным адресом и письмо с инструкцией. Родным было разрешено находиться на территории один день, а затем они снова могли воспользоваться кристаллом, после чего тот становился обычной безделушкой. Кроме того, им можно было гулять только на территории двора, бродить по самой академии и вдоль берега озера, но лаборатории, теплицы и лес были под запретом. Неудивительно, что в этот день почти всем преподавателям приходилось дежурить. Та же бабушка Аники, по словам лесной феи, мечтала украсть из теплиц пару отростков какого-то редкого цветка. Понимаю, почему внучка отказывается стоять на стреме, ей ведь еще учиться здесь. Не успела я свыкнуться с мыслью, что вместо занятий мне предстоит сопровождать настоящую дриаду, как к нам подошли Лука, Тая и Ян. Вид у всех был крайне печальный.

— Оливия, а тебя кто навещать будет? — уныло спросила Тая.

— Никто, — пожала я плечами. — Когда заполняла анкету, поставила там прочерк, адреса тоже не указала, естественно.

— И как я не догадался так сделать! — хлопнул себя по лбу Ян. — Не страдал бы сейчас! А ты бываешь умная.

— У вас что, у всех проблемы с родней? — не поверила я.

Друзья переглянулись, замялись, а потом их прорвало.

— Папа все время раздает подзатыльники и сокрушается по поводу того, что его младший сын разгильдяй, — невесело признался Сокольский.

Ян был высоким парнем, и представить, как этой каланче раздают подзатыльники, было довольно сложно, но, судя по его нахмуренным бровям, он не врал.

— А мама постоянно учит. Для нее я все на свете делаю неправильно, потому что у меня руки не оттуда растут, — печально вздохнула Тая. — И это так бесит.

Все в ожидании посмотрели на Луку.

— У меня просто мировые родители, — улыбнулся он, — Но есть одна беда. Мама не училась в академии, но все равно искренне считает, что ей дано видеть будущее, и часто на нас тренируется. Особенно она любит предсказывать мне мою смерть. Сам удивляюсь, как дожил до своих лет. Каждую неделю она пророчила, что я могу упасть с лестницы, подавиться супом и утонуть в пруду. И когда этого не случалось, она молилась Всевышнему, что он ее предостерег и ей удалось спасти и сохранить свое дитя.

— Совсем как моя соседка по комнате, — содрогнулась Аника.

Мне стало весело.

— Вы не видели их пару месяцев, — напомнила я с улыбкой.

— Вряд ли они за это время изменились, — хмыкнул Ян. — Слушайте, а у меня идея! У нас же есть бедная несчастная сиротка, да еще и с изюминкой!

— Эй, лапы прочь, это моя сиротка, — Аника воинственно загородила меня своим маленьким телом.

— Я не сиротка! — возмутилась я. — Ну хорошо, пусть так, но уж точно не несчастная.

— Но они-то этого не знают, — с энтузиазмом подхватила староста. — Оливия, моя мама очень жалостливая женщина и еще она обожает стихийников! Будет выпытывать у тебя, как правильно вызвать дождь и залить соседей, у которых розы лучше, чем в ее саду.

— А мой папа хочет посмотреть на щенков баргеста, он обрадуется, если ты его проводишь в пещеру. Мечтает завести себе одного.

— Нам же нельзя водить родителей в лес, — вяло запротестовала я.

— Да давай сводим? — воодушевленно предложил друг. — Это же гениально! Заблудятся там, погуляют…

— Идут, идут! — зашикала Аника. — О, вижу свою бабулю…

Сама не понимаю, как подписалась на это. Но день в компании родственников моих друзей вышел просто восхитительным. Естественно, они никуда не сбежали, но когда приветственные объятия и поцелуи остались в стороне (папа Яна вместо подзатыльника ласкового потрепал своего сынулю по голове) и посетители академии в ожидании столпились возле нашей компании, Тая откашлялась и серьезно сказала:

— Мама, я хочу тебя познакомить со своими друзьями. Это Ян, Аника, Лука… и Оливия. К Оливии никто не приехал, мы же можем взять ее с собой на экскурсию? А еще она стихийный маг! Самый истинный, представляешь?

Миловидная женщина радостно всплеснула руками.

— Деточка, да мне тебя сам Всевышний послал!

— Ага, а еще она может сломать защиту нашего ведуна и провести всех к пещере, где живут щенки лесного пса, — поддакнул Ян, не обращая внимания на мой красноречивый взгляд.

— Так что мы стоим? — довольно потер руками высокий и худощавый мужчина с такими же хитрыми глазами и косой челкой, как у Яна. — Давайте все вместе и погуляем.

— Сначала нам надо заглянуть в теплицу, — строго одернула всех маленькая женщина в зеленом одеянии с рыже-седой копной кудрявых волос. На первый взгляд было сложно признать в ней бабушку нашей лесной феи, скорее, маму, но стоило услышать этот голос и заглянуть в мудрые темно-зеленые глаза, сомнений не оставалось: дриада прожила на свете много лет.

— Оливия, Аника сказала, ты знаешь все лазейки в этой академии? Будь добра, уважь старушку. Станешь дорогим гостем в нашей долине!

— Ну раз Аника сказала… — печально протянула я.

— О, чувствую силу в тебе, — замогильным голосом оповестила полноватая симпатичная мама Луки. — Великую силу. Она спасет моего любимого ребенка от огня. Да будет так… Деточка, ты пирожки с луком и яйцом любишь?

От столь резкого перехода к пирожкам я растерянно захлопала ресницами. Лука, терпеливо улыбаясь, ободряюще похлопал меня по плечу, мол, все хорошо, скоро привыкнешь.

И да, именно я стояла на стреме, пока старшая госпожа Молд, нисколько не торопясь, разгуливала по теплице, будто по родному лесу. Предполагаю, что парочкой отростков там дело не ограничилось. Аника и остальные позорно сбежали в библиотеку, отказавшись в этом участвовать. Правда и там, судя по красным щекам Таи, не обошлось без приключений.

— Она вырвала страницу с рецептом смородинового пирога, вызывающего приступ правды, — сокрушаясь, призналась девушка. — Мне пришлось отвлекать смотрителя.

— Зачем он ей? — шепотом спросила я, мысленно делая пометочку, что если когда-нибудь окажусь у них в гостях, то никакие пироги пробовать не буду.

— Сказала, что испробует на соседке… Они все время воюют…

Зато смотреть на щенков пошли все. Я знала, что у меня получится к ним пройти — я уже неделю ходила туда тайком по вечерам. С Ладаном мы не виделись и так и не поговорили, но, придя к пещере в первый же день после разрешения Дарина покинуть лазарет, я увидела на камне светящееся слово «улыбнись». Ниже было нацарапано: «Произнесешь это, и защита пропустит тебя к ним. Не переживай, Оливия, все будет хорошо. Ладан». Я нагло пользовалась разрешением и постоянно улыбалась, когда навещала щенков.

Глядя на то, как возится с ними папа Яна, хотелось улыбаться. Все на время забыли свои нравоучения и предсказания, было душевно и уютно. Только от осознания, что эти люди, как бы они хорошо ко мне ни относились, чужие, немного щемило сердце, но это пустяки, я переживу.

— Хочу такого, — мечтательно произнес мужчина. — Оливия, а можно выпросить одного щеночка?

— Папа, не стоит, — встрепенулся задремавший было Ян. — Мама тебе волка не простила, думаешь, баргеста переживет?

Видимо, не только у ведуна и ректора страсть к ужасным, но прекрасным зверям.

Потом мы той же дружной компанией ходили знакомиться с Боней, а затем устроили самый классный пикник на берегу озера.

— Оливия, деточка, а что случилось с твоей семьей? — спросила меня госпожа Молд, и я заметила, как друзья затаили дыхание. Да, я им никогда не рассказывала, а они тактично не спрашивали.

Мой отец был здоровяк, весельчак и балагур, его обожала вся деревня. Аллергии, к слову, мне достались от него, как и фатальное невезение. Мама, напротив, была серьезной и очень красивой женщиной. От нее мне передались цвет глаз и маленький рост.

— Когда местная школа загорелась, они решили помочь с тушением пожара. В итоге так и не выбрались. Магов у нас в окрестности не было, а когда староста их вызвал, было уже поздно. — Я рассказывала им о своей боли абсолютно бесстрастно, не пролив и слезинки. Но мягкосердечная мама Таи всхлипнула за меня. А когда я добавила, что бабушка скончалась в тот же год, заревела и мама Луки.

— Что с ними? — окончательно растерялась я, когда обе женщины заключили меня в крепкие объятья.

— Ничего, — печально улыбнулся Лука. — Ты молодец, Оливия.

Я так и не смогла понять, что за странное выражение было на лицах присутствующих и почему я вдруг молодец, но решила перевести тему, заговорив о предстоящих экзаменах. Вскоре старшие принялись со смехом вспоминать свою юность и меня, наконец, оставили в покое.

— Как хорошо у вас тут, — заметила госпожа Рерар, с любопытством оглядывая студентов и их родителей, которые так же группами располагались неподалеку. — Тихо так, спокойно. Даже уходить не хочется.

— До поры до времени, — в один голос заявили Лука и его мама, и я невольно хмыкнула.

Очень хотелось, чтобы тишина и спокойствие продолжались еще немного, но у Всевышнего даже на нашу академию свои планы. Буквально через неделю, когда все забыли про убийство пса и покушение на кошку, в лесу снова кое-что произошло.