…Идти по мокрой траве босиком с каждым шагом становилось всё сложнее, но остановиться не получалось, вернуться назад — тоже. Цатия наверняка знала, что там ничего не ждёт. Единственный вариант — продвигаться только вперёд, несмотря ни на что…

Подол длинной ночной сорочки путался в ногах, прилипал к коже, намокший от собранных капель росы. Со всех сторон окружал туман, чёрный, как свежие чернила на чистой бумаге. И разглядеть, что там за ним, было невозможно. Птицы не чирикали. Ветер трепал силуэты деревьев, скрывшихся за этим странным туманом, но шелест листвы напрочь отсутствовал...

Ещё шаг, и Цатия поняла: малейший звук в округе поглощала чернота перед глазами. Непроглядная, жадная, выбрасывала клоки собственной материи вперёд, отделяясь от общей массы, но растворялась, не долетая до цели — до неё…

Беспрестанно бродить по необычному и неизвестному месту выходило всё хуже, всё страшнее. В какой-то момент Цатия подумала, что ещё чуть-чуть и ничком развалится на мокрой, липкой зелени неопределённого оттенка, но в этой её мысли не оказалось никакой эмоции. Будто их все до одной тоже проглотило аспидное нечто впереди…

Продолжать и дальше просто идти за туманом не имело смысла. Цатия поняла, что если хотела выбраться из этой ловушки, то нужно что-то сделать. Вытянула руку, пытаясь достать до чёрного тумана, чтобы разогнать и посмотреть, что за ним. Но вдруг очередной оторвавшийся клочок сам тронул кончики чуть дрожащих пальцев перед тем, как исчезнуть...

Все эмоции, впитавшиеся в эту мглу, одновременно нахлынули на неё, и…

•✦•✦•

Цатия с криком проснулась, резко распахнув веки. Вздрогнула всем телом в момент пробуждения, ещё немного, и упала бы камнем с кровати. Центр грудной клетки болел до такой степени, что не получалось дышать.

Какое-то время она была вынуждена неподвижно лежать и смотреть в потолок, чтобы восстановить пропавшее дыхание. Вспомнить, где она и кто. И понемногу помогало. Однако по мере того, как возвращалось понимание реальности, так же и терялась связь со сном. И совсем скоро Цатия уже почти не могла вспомнить, что ей снилось. Лишь обрывки.

— Опять какой-то дым? — шепнула она в темноту, положив руку на бьющееся сердце. Тело в том месте продолжало побаливать и нагрелось. — Как странно…

Тревоги мешали заново провалиться в сон и досмотреть его. Цатия без конца ворочалась в постели, меняя положение. Считала овец в уме и вслух. Опять буравила взглядом потолок. Прислушивалась к за́мку, но, кроме свистящего ветерка снаружи и крыс, громко топающих где-то в промежутках между стенами, ничего.

Мысли всё сильнее путались и мешали. Цатия вздохнула, обругала свой уже забытый сон и поднялась на ноги. Подошла к окну, надеясь, что наблюдение за монотонным видом поможет успокоиться. Отодвинула плотную штору…. И приоткрыла губы в восторге. За окном распогодилось, все серые тучи ушли!

Было отчётливо видно, как голубыми и белыми вспышками редкие звёзды разбрелись по чёрному небу, иногда затухая, но загораясь вновь. Такие яркие, далёкие и свободные… Последний раз настолько чистое, безоблачное небо стояло осенью, больше тридцати дней назад.

Серебристый с желтоватым оттенком свет полной луны падал на землю, но сразу ворвался в комнату к Цатии, как только стало позволено, и разлился по стенам и полу.

— Запретил мне с братом видеться, ха! Скоро даже в зеркало смотреться запретит! Вот возьму и сбегу! — решительным шёпотом произнесла она, глядя на луну. — А что? Даже если не вернусь, не думаю, что отец расстроится, ему на меня плевать. Зато смогу с кем угодно общаться... С братом, сватом, да хоть с мутом!

Идея перестала выглядеть заманчиво, как только в голову полезли варианты, что же могло ждать Сану из-за этого побега. По рукам поползли мерзкие мурашки, забираясь под широкие бретели сорочки.

Цатия снова посмотрела на чарующий бледный диск в небе, надеясь увидеть подсказку. Луна раньше всегда выглядела безразличной, но сегодня казалось, что она говорит. Вот и сейчас своим мерцанием успокоила и вселила надежду.

— Ну да… Нирим меня поймёт. Поймёт, что меня не похитили, что я ушла сама. Он обязательно защитит Сану от отца, и они будут счастливы. Нет, конечно, первое время будут беспокоиться за меня, но я обязательно напишу им, когда устроюсь на новом месте. Хорошая же идея?

Луна одобрительно подмигнула своим волшебным бледным свечением. Совсем как живая. И тогда Цатия окончательно решилась.

На её губах расцвела хитрая, немного нервная улыбка, как у воровки, которой предстояло обчистить царскую сокровищницу. Она побежала в гардеробную, попутно стягивая с себя ночную сорочку и ломая голову, что надеть, ведь форма для верховой езды отправлена в утиль.

Среди пышных юбок и роскошных тканей далеко не сразу нашлось что-то более или менее подходящее для путешествий. Прямое синее платье с расклёшенными рукавами всё равно оказалось слишком длинным. А серый войлочный плащ с капюшоном, расшитый золотистыми нитками, — сплошная приманка для грабителей и бандитов, на которых можно было наткнуться по пути.

Но чего-то более скромного в шкафах не нашлось... И вообще, за одни только походные сапоги с длинным голенищем её запросто могли убить, ведь это же кожа ручной работы!

Цатия спрятала руки в старых тёмно-коричневых перчатках, что не носила около года, рассмотрела себя в зеркале и захихикала. Элементы одежды абсолютно не сочетались.