Предательница царской власти? Преступница, соучастница? Или заботливая лучшая подруга?

Когда зимнее, едва тёплое солнце улеглось отдыхать за далёкий незыблемый горизонт, Сана совсем запуталась, кем себя считать. Потому что ещё недавно, в абсолютно трезвом уме помогала царевне собирать необходимое для очередного побега. С присущей себе внимательностью и рассудительностью.

И вот теперь почти всю ночь вертелась в постели, сжираемая чувством вины, постоянно подскакивала, ходила кругами по спальне, выглядывала в окно, одновременно ожидая и почему-то страшась первых лучей нового дня.

Что будет, если Цатия не вернётся? Как понять, что не вернётся по своей воле, а не из-за страшной беды, приключившейся с ней?

Окружённая роем безнадёжных вопросов и столь же безнадёжных ответов на них, Сана так и не смогла сомкнуть глаз. А когда заметила на полу долгожданную полоску первого мутного света, проклюнувшегося из-под шторы, то не стерпела. Надела халат поверх рубахи и, удачно минуя стражников побрела к нужной двери. На пятки тёмной, непроглядной ночи вот-вот должен был наступить долгожданный рассвет. Значит, Цатия точно уже вернулась к себе.

Ничего страшного не будет, если заглянуть, попытаться расспросить, немного пожурить её и попробовать уговорить больше не убегать в лес… Правда?

Очутившись пред покоями царевны, Сана помедлила, прежде чем вежливо постучаться, как всегда велел этикет. Неприятное предчувствие мурашками по рукам забралось под тёплый халат и ночную одежду. И чтобы прогнать его, пришлось приоткрыть дверь.

Раскрытые плотные занавеси на окнах не помешали глазам узреть нежный розовато-сиреневый оттенок предрассветного неба. И всё же полюбоваться удалось недолго… Потому что в следующий миг обнаружилось, что хозяйки комнаты до сих пор нет. Как и крестьянской одежды с кинжалом за тем самым шкафом в гардеробной.

Чтобы не свалиться с ног и не закричать, Сане потребовалось собрать все до одной крупицы самообладания воедино. Кажется, в этот момент она даже почувствовала, как несколько волосинок на голове потеряли золотисто-пшеничный цвет и поседели. Ужасные мысли сменялись, одна за другой, но когда посетила худшая, Сану обуял ужас.

«Скоро явятся служанки, чтобы одеть и накормить царевну, а царевны-то и нет в помине! Что же делать, боги? Что делать?..»

Забыв саму себя от испуга, она уже знакомым путём побежала к царевичу. Однако на сей раз смущаться и беспокоиться о репутации не было времени.

Нирим открыл почти сразу, после громкого стука в дверь. Уже опрятно одетый, как полагалось. И всё же незаправленная постель и слегка помятый вид указывали на его недавнее пробуждение. Он быстро спровадил удивлённых слуг и подвёл к одному из кресел у камина дрожащую Сану, но та отчаянно не хотела присаживаться и выглядела так, словно всё ещё готова была сорваться с места и бежать в поисках помощи.

Нирим подал небольшой стеклянный кубок с водой, и Сана выпила всё до дна жадными глотками. Перестала суетиться, но дрожь до сих пор не оставляла в покое.

— Ну-ну, спокойнее… Объясни же, что случилось? — с беспокойством спросил царевич, забрав кубок из её дрожащих пальцев.

— Её Выс-с… Высочество… Её нет в комнате! Совсем нет! Как и кинжала, и вещей!

— Как думаешь, давно она ушла?

— Я трогала простыни, они холодные. Её давно уже нет, Нирим! А что, если… если она сбежала? Или, того хуже, попала в беду?! О боги, о боги… Мне так страшно за неё! Чует сердце, что-то стряслось!

— Спокойно, милая, спокойно… Она вернётся, я уверен! Цатия только выглядит хрупкой, на самом деле она боец.

Слова Нирима, к несчастью, не смогли успокоить расстроенные мысли Саны. Она задрожала ещё сильнее, представляя, что могло случиться с безрассудной подругой. Люди дружелюбны только когда видят, что на тебе богатый наряд. А когда одежда крестьянина — мало кто даже слушать станет.

— Не могу… не могу перестать думать об этом! Её же могли обокрасть, убить или сделать ещё что-нибудь ужасное… — Сана тут же замолкла, а через мгновение и вовсе расплакалась. — Служанки! Служанки скоро придут будить Цатию, а её нет! Его царское Величество будет очень-очень недоволен! Ох, спасите, боги…

— Тише… всё будет хорошо… — Нирим не знал, как ещё успокоить Сану, поэтому просто взял за плечи и приблизил к себе. Та сразу затихла от удивления и смущения, и всё же не отдалилась. — С сестрой всё будет хорошо… У меня есть один план, но ты должна будешь всё сделать так, как я скажу…

Ещё не зная, что ждёт, Сана уже согласно кивнула.

План Нирима был простым, но рискованным. Успокоившись, она вернулась в комнату Цатии. Убедилась, что никто не заметил пропажи, и с облегчением распахнула шкаф. Как можно быстрее начала перетаскивать платья на кровать и делать из них кучку, примерно похожую на очертания тела. Затем накрыла одеялом и легла рядом, будто бы обнимая «Цатию», прикрывая собой.

Слишком долго нежничать с ворохом вещей не пришлось. Новая служанка с подносом завтрака отворила дверь и радостно поприветствовала.

— Утро доброе, Ваше царское Высочество! — посмотрела на раскрытое окно. Сиреневые и розовые пятна на небе уже перекрасились в оранжевые и светло-голубые. — Сегодня намечается такой солнечный день, не правда ли… ой… Миледи? Что вы здесь… Что с Её царским Высочеством?