Кермик разглядывал гроздь пластин из горящего камня. Цепочки подвесов казались серебряными, вот только что это за серебро? Если знаменитое цвергово, то он держал в руке целое состояние. Откуда у речных бродяг такое богатство? Или здесь в самом деле замешана знать? Снова старые роды мутят воду? Но чего они добиваются этим восстанием? Хотят взять под контроль Западный тракт, отсечь Прилучье от срединных земель? Да, это может быть опасно для Гунта.

Цверги под присмотром стрелков и магов Равновесия понуро брели по тропе, им даже рук не связали, лишь отобрали магические амулеты. Управник Брун, хоть и был им сородичем, демонстративно шёл отдельно. Кидаться огнём, как в Насесте, пленные ульганы уже не могли. Искатель, поколдовав над чёрными пластинами, пришёл к выводу, что заключённая в них сила огненной стихии закончилась, а единый источник, питающий все амулеты, иссяк.

На допросе недомерки испуганно таращили глаза, глядя на оскаленные клыки бронзовой гончей и собак следопыта, готовых броситься по первому знаку. Дрожа, бормотали, что в орден Алого пламени их заманили местные старшины, они же научили метать огонь. Одно удалось узнать капитану: святилище с источником где-то неподалёку, в старых штольнях у Велтовых столбов. Пленные ульганы пообещал показать дорогу.

Кермик подозвал собачника, и они поднялись выше по склону, откуда было видно затянутое сизой дымкой дно Горелого ущелья, огибающего пик Великанов.

– Вы же знаете эти места? Далеко до Столбов, про которые выдры толкуют?

– Если не спешить, то четверть дня пути, – пояснил следопыт. – Но дороги давно заросли, туда много лет никто не ходит, даже охотники. Кто добровольно полезет в проклятое место?

– Проклятое? Почему?

– Потому что те, кто к ним спускается, уже не возвращаются. Столбы же не зря Велтовыми зовутся, говорят, ещё великаны в незапамятные времена там город построили. Потом, может, сами его и прокляли; может, другой кто. Теперь остались лишь развалины да столбы огромные на дне ущелья. А вокруг туман, и кажется, в нём есть кто-то. Находились охочие до древних кладов, как без них, да только все в том тумане и сгинули.

– Вон что! Может, потому предатели рядом и устроились, что места́ пустынные. От чужих глаз далеко.

– Может, и так, – согласился горец.

– Главное, что нас они не ждут. Так что придержи собак, чтобы не лаяли.

Ульганы даже шушукаться перестали, покорно семенили вперёд, кутаясь в плащи. Неужели смирились с пленом? Хотя им не привыкать. Искони всем прислуживали, как ещё на огненный бунт решились?

Тропа сузилась, обходя высокий утёс по краю обрыва, на дне его топорщились обломки камней. Теперь передвигаться можно было лишь цепочкой. Следопыт отстал, придерживая псов, речники шли первыми, за ними стрелок с взведённым арбалетом. Последний ульган внезапно нагнулся, выхватил из трещины в скале свёрток и швырнул назад. Грохнул взрыв, нависшая над тропой глыба сорвалась и рухнула вниз, смахнув стрелка в пропасть, следом посыпались камни.

Кермик отскочил назад. Искатель вскинул жезл, воздушным вихрем рассеивая пыль и дым от взрыва, но пленников уже и след простыл. И вдруг впереди, за поворотом, раздался испуганный крик:

– Помогите! Кто-нибудь, спасите!

Управник опередил всех, первым бросился на помощь, капитан же замешкался, оценивая обстановку, и лишь потом поспешил следом.

На краю обрыва, отчаянно цепляясь за обледеневший камень, висел ульган, зелёный плащ трепало ветром. Управник протянул беглецу руку.

– Господин Насмешник, помилуйте! Я всё сделал как надо! – удалось расслышать капитану, но затем раздался протяжный крик. Пленник сорвался.

Управник выпрямился, печально качая головой. Со вздохом пояснил подбежавшему Кермику:

– У него пальцы разжались, я не удержал. Камни… такие скользкие.

«Как, и вы, господин Брун? Или Насмешник?»

– Очень жаль! – вздохнул Кермик, сделав вид, что верит. – Он мог рассказать много интересного.

Искать обходной путь – зря терять время, решил Кермик. Тропа почти не пострадала, нужно лишь немного расчистить её.

– Мы спустимся за телами? – спросил искатель.

Кермик глянул вниз, где всё ещё клубилась поднятая обвалом пыль.

– Как думаете, они могли выжить?

– Нет, – качнул головой маг.

– Тогда позаботимся о них на обратном пути. Господин управник, займитесь огнём и едой, там, за камнями, где ветра меньше. А вы начинайте расчищать тропу.

Когда стрелок, наблюдатели и цверги занялись поручениями, капитан подозвал искателя.

– Присматривайте за управником, я ему не верю. Если будет угроза для наших людей, можете его прикончить.

Кермик сел на выступ, поглаживая загривок бронзовой гончей.

«Видимо, я был слишком самоуверен, недооценил речных мартышек. Больше никакой снисходительности. Главное, мы знаем, куда идти, глаз гончей всё ещё у ульганов. Похоже, управник о нём не догадывается».

* * *

Ланек с завистью смотрел на тускло блеснувшее серебро на мече мастера. Сам он до сих пор сжимал остатки ложа от камнемёта.

«Буду им отбиваться, хоть какой-то толк. Оберег я уже использовал, теперь даже Аника с кантеле куда полезнее. Какая же сила в её музыке!»

Башмаки шуршали по осколкам камня, лучи единственного светца скользили по стенам, грубым граням каменных блоков. Впереди показалась арка, высеченная из цельного камня. А за ней…

– Мастер, это же склеп!

– Да, он самый!

Дарен смахнул корку пыли и сухой плесени с каменного саркофага в нише стены. Он был невелик, взрослый человек в такой не поместится. По канту крышки тянулись выпуклые угловатые руны вперемешку со значками кузнечных молотов и боевых секир.

– Горный цверг! – заключил Дарен. – А там?

Он повернулся к другой стене и нашёл похожий мраморный ящик.

– Очень древняя резьба. Такие руны мне ещё не попадались, прочитать не получится. Может, это самые первые горные князья? Куда же нас занесло?

Механик стал искать надписи на стенах, но выбитые над нишами строки оказались столь же загадочными.

– Очень старая кладка. И здесь давно никого не было. Странно, что кобольды ничего не разворошили. Значит, в самом деле боятся.

Аника стояла, полуприкрыв глаза, и словно прислушивалась к чему-то в тоннеле за второй аркой склепа, морщила лоб, чуть поворачивая голову.

– Эй, ты чего? – тронул её за плечо Ланек.

– Они там, шепчут, они слышат нас!

– Кто?

– Те, которые спят. Я не могу разобрать… очень далеко, непонятно.

– Мастер? Аника говорит о каких-то спящих.

– Спящих? – Дарен задумчиво потёр щёку. – Слышал я одну байку драманов. Вроде как их покойные старшины, погребённые как подобает, не умерли, а только вечно спят и ждут. Если правнукам очень трудно придётся, можно попросить у предков помощи, совета. А пока они надёжно укрыты… Мы в Ангзнуме!

– Ангзнум? Цверговское кладбище?

– Верно, но только горцев. Ульганы своих мёртвых Хозяину рек отдают. Вот почему кобольды боятся сюда заходить: тут священное место, и его наверняка древние заклятья охраняют. Неизвестно, когда эти катакомбы строили, я бы сказал, что они куда старше самих саркофагов. Здесь может быть что-то посильнее нынешней магии. Слышали про мёртвых стражей?

– Тогда, может, нам обратно повернуть, мастер?

– К зубастым жабам? Вот они-то нас точно сожрут. Живых стоит опасаться сильнее, чем мёртвых: и серебра они не боятся, и чего от них ждать, не знаешь. Нежить опасна, не спорю, но предсказуема. Сколько я умертвий встречал, все как на одну колодку шиты – следуют зову голода и умом не блещут. Если проскользнём тихо, может, и не заметят нас. Главное – выход найти. Драманы же как-то сюда спускаются, когда новых постояльцев приносят.

Аника всё это время стояла молча, но вдруг ринулась вперёд, в темноту.

– Эй, ты куда? – Ланек схватил её за руку.

– Они обещают нам помочь. И велят бояться других, злых.

– Каких злых? Скажи толком!

– Не знаю, – покачала головой Аника. – Их трудно понимать.

– Ладно, идём, – позвал Дарен. – Только тише, под ноги смотрите и ничего не трогайте.

Ход шёл прямо, никуда не сворачивая. Вскоре из темноты выплыла ещё одна арка, за ней лежал большой зал с тремя выходами. В стенах, в нишах, и просто на возвышениях стояли саркофаги из мрамора и гагата, покрытые резьбой и рунами. Купол подпирали три гранёные колонны, каждую украшала бронзовая оскаленная голова снежной фурии с кольцом для факела в пасти.

«Какая же древность, тогда ещё даже светошаров не было!»

– Так, если мы шли всё время прямо, то выход должен быть в той стороне. – Дарен указал налево.

– Нет, нам нужно туда! – Аника потянула его направо, в проход между пыльными саркофагами.

– Почему? Это же в глубь горы.

– Меня предупредили, нам нельзя налево.

– Нельзя? Почему? Хотя…

Дарен склонил голову, будто тоже к чему-то прислушался, и вошёл следом за Аникой под низкую арку. Ланек покинул склеп последним, и ему показалось, что в левом коридоре мелькнуло нечто белёсое и зловещее, похожее на оскаленную маску с тёмными глазницами. Мелькнуло и исчезло. Может, блики света сыграли злую шутку. Оглядываться он не решился, да и всё равно зал уже залил чернильный мрак.

Троица быстро миновала ещё пару склепов с саркофагами и за следующей аркой вновь оказалась в просторном зале. Впереди, в десяти шагах, белела полукруглая колоннада, фигурные проёмы между столбами закрывало резное каменное ограждение, по ту сторону была бездонная темнота. Дарен провёл лучом по плавно изогнутым стенам, по привычным уже нишам с каменными саркофагами. Место напоминало полукруглую галерею, но справа пол сильно понижался, а слева уходил вверх.

– Это колодец! – прошептал Дарен. – Колодец внутри горы и спиральный спуск! Я уже видел такие.

Звуки голоса тонули в густом воздухе, словно в вате. Теперь Ланек начал различать за перилами, на другой стороне провала, едва заметные линии ярусов и колонн.

– Будем подниматься, – решил механик. – Выход должен быть где-то выше. Смотрите: сейчас день, но свет сюда не проникает, значит, колодец закрыт. Кто же вырубил такое внутри скалы? И зачем? Для некрополя хватило бы и катакомб.

Сверху, справа и сзади послышался тихий стук и, кажется, скрип, будто кость тёрлась о кости. Ланек сразу вспомнил оскаленную морду: «А что, если мне не привиделось?»

– Мастер, там…

– Да, похоже, горцы не врали, эти склепы охраняются, а кем – выяснять не хочу. Нужно уходить, но в какую сторону?

Аника неуверенно шагнула вправо в сторону спуска.

– Там те, что шепчут! – Она взяла Ланека за руку и потянула за собой.

– Стой, на дно? Как мы оттуда выбираться будем? Вверх нужно.

– Нет, она права! – Дарен вслушивался в тихий зловещий скрип. – Похоже, выбора нам не оставили! Бегите!

Пятно фонаря металось по гладкому полу, топот ног беглецов отражался от стен и сразу стихал. Сзади накатывались постукивание, скрежет и сухой шорох, но оглянуться никто не решался. Сколько кругов они пробежали? Насколько спустились в зловещую бездну? Слева мелькали в монотонном бесконечном хороводе мраморные колонны, справа – проёмы ниш, в каждой по паре белых саркофагов.

Свыкнувшись с нагоняющим ужасом, Ланек стал считать шаги, но не дошёл и до третьего десятка, как Аника притормозила, указывая вперёд.

– Стойте, смотрите! Мастер Ди, там…

Часть потолка обрушилась, оставив проход лишь у самых перил, на которых сидел на четвереньках белёсый скелет. Длинные руки и короткие ножки, приплюснутый череп с большими пустыми глазницами, мелкие острые зубы. Прежде это было кобольдом! Умертвие угрожающе оскалилось и припало к перилам, готовясь к прыжку.

– Вперёд! – рявкнул Дарен. – Не останавливайтесь! Парень, посторонись!

Да, то, что нагоняло, было куда больше или многочисленнее.

Механик одним взмахом меча снёс пустую голову с тощей шеи. Череп, бренча и щёлкая челюстями, подкатился к Ланеку, тот с ходу поддал ему ложем камнемёта, как дубинкой, отправив в пустоту за перилами. Безголовое туловище слепо двинулось вперёд и рассыпалось на косточки под вторым взмахом меча. Башмаки Аники стучали по камням уже на той стороне завала. Ланек перепрыгнул его и обернулся к Дарену.

– Может, нам свернуть? – Он указал на арку в стене.

– Нет! – Механик на бегу мотнул головой. – Мы не знаем, вдруг там тупик! Эй, рыжик, не спеши так, смотри под ноги! Ты чувствуешь, что там внизу?

– Те, что шепчут!

– Такие же гнилушки?

– Нет, другие. – Она тряхнула чёлкой. – Эти глупые, не думают, только злятся.

– С такими-то проще. – Дарен наконец решился оглянуться. Его лицо вытянулось, а рука потянулась к поясу, где когда-то висела сума с взрывными шариками. – Шевелитесь! И не вздумайте упасть!

Ланек тоже глянул через плечо и сглотнул. Там, в темноте, виднелись белые массивные туши, кажется, со множеством черепов. Или это куча кобольдовых костяков громоздилась друг на друга?

«С такой толпой нам не справиться! Здесь дубинкой не обойтись, и серебряный меч не поможет. А что будет, когда доберёмся до дна? Если оно вообще есть».

– Аника, может, ты споёшь, заворожишь их, как тех кобольдов?

– Какие песни! – рявкнул Дарен. – Умертвия не спят!

– Я могу поговорить с ними.

– Думаешь, они будут слушать? Беги!

Механика прыжками догнало мелкое умертвие и уже собиралось было вцепиться в спину, но Ланек изловчился и на бегу поддал ему остатками камнемёта. Шустрый скелет отлетел в сторону, со стуком рассыпавшись на отдельные косточки.

– Это ещё что?

Из мрака впереди выступили две большие, как скалы, фигуры в бурых от ржавчины доспехах и с боевыми молотами в пальцах латных рукавиц, сквозь щели брони мерцало зелёное гнилостное свечение. Дарен опешил, поднял меч и приостановился, тут же несколько костлявых рук настигли его и ухватили за полы плаща. Аника, не снизив скорости, юркнула между великанами, те даже не шелохнулись, всё так же глядя перед собой мерцающими прорезями шлемов.

Ланек бросился следом за девочкой. Механик обернулся, раскрошил на части самых назойливых преследователей и тоже протиснулся между ржавыми кирасами, сбив повисший на руке череп ударом кулака.

Едва пропустив людей, воины ожили, сдвинулись, преграждая путь умертвиям, и, скрипя ржавыми сочленениями, подняли своё грозное оружие. Фонарь освещал спины гигантов, происходящего пред ними видно не было, но мерные взмахи рук говорили о том, что воины своими молотами косят подступающую нечисть, как траву. Мелкие и юркие скелеты не собирались сдаваться, некоторые всё же умудрялись проскакивать мимо гигантов, и с ними разбирались уже Дарен с Ланеком.

Сквозь грохот и лязг металла, скрежет и стук костей было слышно, что Аника перебирает лады, пытаясь что-то напевать, но, когда одно из умертвий, оскалив зубы, кинулось на неё, взвизгнула и так огрела его кантеле, что все струны загудели, а кости рассыпались трухой.

Кажется, голодных тварей становилось всё больше. На механика наседали уже четыре скелета, ещё один уворачивался от ударов размочаленной деревяшки Ланека, пытаясь дотянуться до живой плоти острыми когтями.

«Сколько же их здесь? Неужто даже великаны нам не помогут?»

Гнилые зубы всё-таки добрались до запястья Аники, прокусив ткань. Вскрикнули струны, и твари на мгновение замерли. Этой заминки людям хватило, чтобы разобраться с ближайшими противниками. Звуки кантеле полились один за другим, взывая к остаткам живых душ, заключённых в высохшие костяки. И те вновь остановились, прислушиваясь. Дарен стремительными выпадами прикончил насевших на него умертвий.

Аника играла до тех пор, пока великаны, закончив работу, не опустили оружие. Теперь они стояли почти по колено в костяном крошеве. Оба одновременно повернулись к людям, из-под шлемов послышался глухой рокот. Рука указала гостям на спуск.

– Эй, вы кто? Куда нас зовёте?

Но Дарена не удостоили ответом.

– Понимаю, что выбора у нас нет.

– Не бойтесь. – Аника спрятала инструмент под плащ и первой направилась вниз. – Они проводят нас, им приказано нас охранять.

– Кем приказано?

– Теми, кто шепчет.

Механик вздохнул и направился за девочкой. Ланек наподдал ногой подкатившийся череп и тоже стал спускаться. Во мраке вновь потянулись бесконечные круги колонн, но теперь за спиной грохотали шаги великанов. Иногда луч света падал на стены, и Ланек заметил, что здесь в каждой нише вместо двух мраморных гробов стоит один, из чёрного гагата, но огромных размеров. Наверное, в них покоились гиганты вроде тех, что топали сейчас позади. Дарен нервно теребил кожаную перевязь, другой рукой сжимая рукоять меча, Ланек же постоянно оборачивался, пытаясь разглядеть за забралами лица. Дыхания охранников он расслышать не мог, значит, они тоже…

«Куда же нас ведут эти мертвецы?»

– Мы пришли! – Аника остановились перед широким порталом.

Долгий спуск закончился, они стояли на дне колодца. Фонарь выхватывал из мрака ряды бочкообразных возвышений, в центре площадки виднелось нечто похожее на ступенчатый обелиск. Сбоку чернел портал – высокие массивные пузатые колонны, накрытые гранёными балками, до них было три человеческих роста, не меньше.

* * *

«Очень странный склеп, не находишь?» – кажется, Болтуна переполняла энергия, тёмная сила этого древнего места.

«Ничего интересного, – мрачно ответил Дарен. – Лучше скажи, как нам выпутаться. Этим громилам я доверяю не больше, чем тем костяным ребятам».

«Которых ты превратил в аккуратные кучки трухи? – хихикнул призрак. – Ну, в чём-то ты прав. Эти пустышки ещё мертвее умертвий, одна голая функция. Хотя мне они симпатичны, всё-таки коллеги, тоже охранники, но куда как тупее вашего покорного слуги. Так что ещё раз советую порадоваться, что приобрёл такого полезного спутника, как я!»

«Положим, я рад, а теперь скажи, куда мы топаем. Может, и нас хотят в таких же истуканов перековать?»

«Это вряд ли, здесь хватает материала и без вас, в этих гробах лежит целая армия. Думаю, на вашу компанию другие планы, вы нужны здешним заправилам живыми, со всеми вашими способностями».

«Да, согласен».

«Вот и обитель местных хозяев».

Аника и Ланек остановились перед порталом. Доспехи шагнули к стене, встали у колонн и осели с гулким грохотом. Зелёное свечение внутри на мгновение вспыхнуло ярче и сразу потухло. Взглядом Болтуна Дарен видел, как облако потусторонних сил вокруг стражей сжалось, спряталось где-то внутри, и теперь это в самом деле были только пустые жестянки, скреплённые ветхими ремнями.

«Но туда, за порог, я заглянуть не могу, да и, прямо сказать, мне даже пробовать страшно», – признался Болтун. Завеса мрака за порталом была совершенно непроницаема, слабый свет тонул в ней без следа. Дарен чувствовал, как от неё исходит тёмная мощь – не злая, но и не добрая, холодная и надменная.

– Нас там ждут, – сообщила Аника и оглянулась, ища поддержки у спутников. Кажется, ей тоже было не по себе. – Мы пойдём?

– Деваться некуда, – кивнул Дарен. – Не думаю, что теперь нам дадут уйти.

– Давайте я первый! – вдруг вызвался Ланек.

– Подожди, вместе пойдём. Вот, держи. – Дарен подобрал отбитый коленный щиток стража, который для мальчишки был настоящим щитом.

Ланек потоптался на пороге, разглядывая колонны, гранёную перекладину над головой, массивный прямоугольный порог. Вздохнул, прикрылся щитом, подняв фонарь повыше, и шагнул вперёд. Как только светец оказался в портале, он мигнул и погас. Вечный источник света, даже разбитый на части, он продолжил бы сиять. А тут…

Что за сила задула его? Дарен невольно поёжился, даже попятился, подняв меч, но вдруг в его голове прозвучал глубокий, спокойный и величественный голос, вобравший в себя целый хор голосов:

«Если вам нужен человеческий свет, значит, вы не те, кого мы ждём. Если свет вам не нужен, входите и оставьте недостойный страх за порогом».