Брукс Бертранд выглядит как более расслабленная версия своего сына Пирса, который, напротив, являет собой воплощение утонченности. Я стараюсь успокоить нервы, нервно оглядывая чайную комнату. Кажется, здесь в любой момент могут появиться другие короли.

– Пожалуйста, Райли, – произносит Брукс, когда та же официантка приносит ему свежий чайник и чашку. – Расслабься, – добавляет он, глядя на мои напряженные плечи.

Я решаю быть честной.

– Ваше величество, я не уверена, что это возможно.

Брукс Бертранд улыбается, опуская в чашку с кипятком ситечко с чайными листьями.

– Думаю, ты права. Сомневаюсь, что другие короли уделяли тебе столько внимания, когда ты бывала в городах их сыновей.

Я качаю головой, во рту неожиданно пересыхает. Не могу заставить себя взять чашку и, дрожа, прячу руки под стол. Чего он от меня хочет? Что он здесь делает? Где Пирс? Мысли хаотично мечутся в голове, и я изо всех сил стараюсь сделать глубокий вдох. Брукс не Бейдел, слава богине и за это. Он никогда не вел себя так, как Бейдел в ту первую ночь, но оказаться наедине с королем… Это больше похоже на западню, чем на дружескую встречу.

– Я могу заверить тебя, что не желаю тебе ничего плохого, – говорит он, продолжая опускать и вынимать ситечко из воды. – И никто из других королей не знает, что я здесь.

Эти слова вызывают больше вопросов, чем ответов, и не приносят мне ни капли спокойствия.

– Почему вы здесь? – спрашиваю я, когда он не спешит продолжить разговор, и мой взгляд устремляется к Оккультистам, которые все еще сидят и наблюдают за нами. Они уведомили Брукса Бертрана о моем визите в чайную? Дали ему знать, что я осталась там одна?

– Мне было любопытно, как ты проводишь время с моим сыном, – говорит Брукс, но я не верю ни единому его слову. Не потому, что я подозреваю его в недобрых намерениях, как это обычно бывает с Бейделом, а потому, что он – король Люматиста, и у него есть более важные дела. Если это какое-то испытание, мне нужно сделать все возможное, чтобы пройти его.

– Я получаю огромное удовольствие от общения с Пирсом, – отвечаю я.

– Даже после того, что произошло в Сапфировой бухте? – спрашивает он, пристально глядя на меня.

– Да, – отвечаю я, не понимая, чего именно хочет от меня Брукс.

– Ты не спустилась под палубу с нами и нашими элитными стражниками, – говорит он, и я просто киваю. – Ты предпочла остаться с Легендами. С тех пор это не дает мне покоя. Отчасти это и заставило меня искать встречи с тобой пока моего сына нет рядом.

Я ерзаю на стуле, и все приятные ощущения от недавней встречи с друзьями улетучиваются.

– Почему? – спрашивает он немного напористо. Вытаскивает ситечко для чая из воды, отставляет его в сторону и делает глоток.

– Что «почему»? – спрашиваю, пытаясь скрыть иронию в голосе, чтобы поддержать его настрой, и мысленно проклинаю себя за то, что забываю, кто же сидит напротив меня.

– Почему ты решила пойти с ними? Я сомневаюсь, что жительница Кедра-и-Шелка хорошо подготовлена к бою.

Волосы у меня встают дыбом, когда я осознаю весь ужас ситуации.

Действительно. Зачем какой-то простолюдинке из Кедра-и-Шелка идти за Легендами в бой? Я сделала это потому, что инстинкты взяли верх, а мысль о том, что принцы сражаются за невинных без меня, была невыносима. Я понимала, что в случае угрозы могу рассчитывать на свои силы. И к тому же мы с Эрин тренировались вместе еще до того, как наши родители отправились на миссию из Списка теней. Эти навыки не раз выручали нас, когда стражники злоупотребляли своей властью.

– На самом деле, я ничего не решала, – говорю я, вновь стараясь быть честной.

Брукс хмурится, его взгляд становится более напряженным.

– Они вынудили тебя пойти с ними? – интересуется он, и его тон звучит строго, почти сурово.

– Разумеется, нет, – отвечаю я, стараясь не выдать своего недовольства. – Я приняла это решение самостоятельно. Кэл уговаривал меня остаться на корабле.

– Что значит «самостоятельно»? – уточняет он, делая глоток чая и смягчая тон.

Я вздыхаю и пытаюсь подобрать слова.

– Люди Акселя, Кэла, а теперь и Пирса… – начинаю я, оглядывая чайную. – После того как я провела столько времени в обществе Легенд, лучше узнала их и полюбила их города, люди, которые там живут, стали мне дороги. Я не могла допустить, чтобы невинные пострадали, не попытавшись их спасти, даже если это означало бы всего лишь вывести их в безопасное место. Мысль о том, чтобы остаться с вами и не знать, в порядке ли Легенды…

Я замолкаю, ощущая, как в груди разрастается неподдельный ужас, и вспоминаю, как принцы оставили меня в Рубиновых владениях в первую ночь. Мне было неизвестно, все ли с ними хорошо, и это ощущение собственного бессилия преследует меня до сих пор. Я больше не хочу испытывать подобные чувства.

– Лучше быть в опасности вместе с ними, чем в безопасности вдали от них, – говорю я.

Брукс пристально смотрит на меня, и его взгляд кажется более проницательным и холодным, чем у Пирса. Внезапно я ловлю себя на мысли, что никогда раньше не испытывала такого облегчения оттого, что дар отца отличается от дара сына. Боюсь, что в противном случае, с его опытом и возрастом, Брукс мог бы мгновенно проникнуть в мои мысли и раскрыть все секреты, которые я так тщательно скрываю. Но он обладает лишь уникальной способностью управлять энергией, он передал эту силу своему сыну. А дар читать мысли и создавать альтернативные реальности Пирс получил от матери.

– Ты говоришь это, потому что являешься их потенциальной парой? – спрашивает он с серьезным выражением лица. – Или, возможно, причина в том, что я – твой король, родитель одного из принцев, и ты считаешь, что я желаю услышать эти слова?

Я искренне смеюсь и качаю головой.

– Мне казалось, вы уже обратили внимание на мою неловкость во время наших ужинов и поняли, что я не сильна в красноречии, – говорю я.

Брукс усмехается, кивает и делает еще один глоток чая.

– Ты определенно не находишь общего языка с Бейделом, – произносит он, пожимая плечами. – Впрочем, это можно сказать о многих из нас. Возраст меняет людей, и, по правде говоря, Бейдел стал более суровым, чем был прежде.

Мне кажется, что я не имею права высказываться по этому поводу, поэтому держу свои мысли при себе.

– У меня к тебе вопрос, Райли Грей, – говорит Брукс, ставя чашку на стол. – И поскольку ты утверждаешь, что всегда говоришь правду, я надеюсь, ты будешь откровенна и со мной. – Я с трудом сглатываю, сердце стучит в груди, пока я жду, что он скажет дальше. – Я пришел сюда, чтобы предложить тебе кое-что, – наконец произносит он. – Думаю, это именно то, в чем ты отчаянно нуждаешься.

Я опускаю голову, стараясь скрыть свои чувства.

– И в чем же, по-вашему, я нуждаюсь? – спрашиваю я.

Брукс откидывается на спинку мягкого кресла и внимательно смотрит на меня.

– Во-первых, в том, чтобы сбежать, – отвечает он. – И узнать правду о своей сестре.

Я пытаюсь сохранять спокойствие, но не могу скрыть волнение, которое отражается в моих глазах. Проницательный король замечает это.

– Я знаю, что Легенды искали ее, – продолжает он. – Знаю, что она не участвует в миссии из Списка теней и не находится в Кедре-и-Шелке, где должна была быть.

По моим венам будто разливается ледяная вода, но я продолжаю сидеть совершенно неподвижно, будто это поможет мне стать менее заметной, менее уязвимой.

– Дыши, Райли, – внезапно произносит Брукс. – Я не угрожаю тебе, лишь излагаю факты.

– Я не понимаю, о чем вы говорите, – мои губы дрожат из-за адреналина, который наполняет тело, из-за инстинктов, кричащих об опасности, хотя в его поведении нет ничего угрожающего. Он выглядит спокойным и заинтересованным, без малейшего намека на агрессию или неприязнь, которые я так часто замечаю в Бейделе.

– Я хочу дать тебе возможность сбежать, – прямо говорит Брукс. – У меня есть огромная власть, средства и статус. Я знаю королей лучше, чем кто-либо другой. Есть места, куда не дотянуться даже Бейделу. Я могу организовать все так, чтобы у тебя были средства для начала новой жизни. Жизни, в которой будет твоя сестра.

Мои глаза расширяются от шока.

– Хотите сказать, что моя сестра у вас? – спрашиваю я, прерывисто дыша.

– Разумеется, нет, – говорит Брукс, делая широкий жест рукой. – Я не злодей и не собирался удерживать в плену или преследовать твоих близких. Однако если ты сделаешь что-то, что навредит моему сыну, ситуация изменится. Сейчас Пирс увлечен тобой, но, если ты согласишься на мое условие, я постараюсь найти ее. Конечно, если она еще жива. В любом случае ты сможешь начать новую жизнь, вдали от Легенд и королей, оставив все это позади.

Картина, которую он рисует, напоминает мне о планах, которые я обдумывала три месяца назад. О фантазии, которой мы с Эрин жили с тех пор, как наших родителей отправили на миссию из Списка теней. Мы верили, что сможем раздобыть деньги, разбогатеть и помочь жителям Пепельных земель, прежде чем сбежать в безопасное место, где будем жить в мире вдвоем, свободные от угроз королевских стражей. Но теперь, когда я представляю свое будущее без Легенд, эта фантазия кажется пропитанной грустью, которую я не могу до конца объяснить.

– Взамен ты должна сделать для меня одну вещь. – Эти слова возвращают меня в реальность, но я не издаю ни звука, чтобы не выдать бурю эмоций, бушующую внутри. – Отвергни их, – продолжает он. – Отвергни их при выборе. Если ты не закончишь начатое, я позабочусь о тебе.

Меня беспокоит его поведение. Я не придаю значения его словам, но они звучат как предупреждение и касаются Легенд – мужчин, которых я…

Наконец, я набираюсь смелости, беру свою чашку, поднимаю ее твердой рукой и делаю глоток уже остывшего чая.

Все вокруг преобразилось, и я сама стала другой. Теперь мысль об отказе от принцев кажется мне чем-то немыслимым. Слова не могут передать это чувство. Раньше я обдумывала, как лучше всего отклонить их предложение, чтобы не вызвать недовольства. Но сейчас? Я не представляю, как смогу ответить что-то иное, кроме «да». Даже Джаксу, который явно ко мне не благосклонен. Но королевское предложение ясно дало понять: пути назад нет. Я больше не могу сомневаться. Теперь я либо полностью с ними, либо вне их круга.

– Почему вы, король Люматиста и отец Пирса, хотите, чтобы я отвергла их? Неужели вы, Бейдел и прочие не тревожитесь о том, что ваши силы иссякают? Силы, которые необходимы для того, чтобы приносить жертвы богиням и поддерживать связь с Люматистом?

– Ах, умно. Я подозревал, что ты сможешь удерживать интерес моего сына дольше, чем один день, но то, как ты мыслишь, впечатляет. В этом Пирс прав, – признает Брукс. – Конечно, мы хотим, чтобы наши сыновья обрели супругу и их силы полностью раскрылись для них самих и для богинь, однако… – продолжает он, делая глоток чая, а затем снова смотрит на меня. – Я не хочу проявить неуважение, но замечу, что твое поведение за последние два с половиной месяца не соответствует королевскому этикету. Я просто не вижу тебя в роли нашей следующей королевы Люматиста.

Мне становится неловко от его пренебрежительного высказывания. С таким же успехом я могла бы надеть свою поношенную одежду пепельнорожденной и встать рядом с Акселем и Кэлом, которые носят одежду из лучших королевских тканей.

– Трудно представить кого-то на троне, когда в нашей памяти остались только богини, превосходящие всех своим величием, – продолжает он. – И конечно, в тебе есть нечто уникальное, чего нет у других. – Он говорит это без злобы, просто констатируя факт. – Но некоторые из других потенциальных невест, возможно, дочери герцогов, обладают большей царственностью, которая, как я считаю, нужна нашему королевству.

Кислота подступает к моему горлу, но я проглатываю ее и гордо держу голову.

– И все же ни одна из этих невест не продвинулась так далеко, как я, – говорю я, мой голос слегка дрожит, когда я кладу правую руку на стол. Символы преданности Акселя и Кэла блестят на моем запястье и пальце. – Как вы думаете, почему? – спрашиваю я.

– И правда, почему? – произносит он. – Какие бы доводы я ни приводил, ты не найдешь более заманчивого предложения. И, как ты правильно заметила, другие кандидатки могли рассчитывать на гораздо менее выгодные условия.

Эти слова вызывают во мне бурю негодования. Неужели другим девушкам тоже предлагали нечто подобное, и они приняли эти условия? Значит, они никогда по-настоящему не были заинтересованы в Легендах.

– Итак, – говорит Брукс, сцепив руки на столе. Этот жест заставляет меня насторожиться, и я с тревогой думаю о том, что из его рук может вырваться поток энергии и обвиться вокруг моей шеи, лишив меня жизни прямо здесь, в этой чайной. – Ты примешь мое предложение?

Я делаю глоток ледяного чая, чтобы не потерять голову и напомнить себе, что я веду беседу с могущественным бессмертным королем, способным в любой момент оборвать мою жизнь.

– Предложение, безусловно, заманчивое, – признаю я, размышляя о том, как искусно он его сформулировал, умело замаскировав информацию о моей сестре в качестве приманки. Однако я уверена, что его знания о местонахождении Эрин весьма поверхностны. Будь он в курсе всех деталей, его доводы звучали бы гораздо убедительнее, чтобы сделка казалась неотразимой. Но это не меняет сути. Даже если бы Брукс прямо сейчас предоставил мне доказательства того, что он знает, где она находится, мой ответ остался бы неизменным. Эта внутренняя решимость дает мне энергию, чтобы противостоять королю и сказать ему «нет». – Но мне придется отказаться, – наконец говорю я.

Брукс удивленно моргает, пытаясь скрыть эмоции, которые отражаются на его лице, и вскоре вновь становится невозмутимым.

– Любопытно, – произносит он, вновь наполняя свою чашку чаем и поднося ее к губам. – Цена слишком высока?

– Легенды для меня – не разменная монета, – отвечаю я как можно тверже и встаю, завершая разговор. – И никогда ей не будут. Я принадлежу им.

– Очень интересно, – произносит Брукс, допивая чай. – Очень, очень интересно, Райли Грей. – Он откидывается на спинку стула, а я, как и положено, кланяюсь.

Он слегка наклоняет голову и с легкой улыбкой прощается:

– До новой встречи.

Мне кажется, что я ошибаюсь, замечая на его лице тень улыбки. Он тоже поднимается, поворачивается и направляется к выходу из чайной. А когда король исчезает из поля моего зрения, я падаю обратно на стул, чтобы отдышаться.

– Дорогая! – Спустя некоторое время я вдруг слышу голос Пирса, который прерывает мои хаотичные мысли. Я вздрагиваю от неожиданности, когда он подходит к столу. – Ты готова идти домой? – спрашивает он, и, моргнув, я спешу вскочить с места, чтобы обнять его.

– В чем дело? – интересуется он, когда я прижимаюсь к нему, дрожа.

В его объятиях мне становится легче дышать.

– Отвези меня домой, – прошу я, не в силах рассказать ему о случившемся прямо сейчас. Мне необходимо время, чтобы осознать и осмыслить то удивительное открытие, которое я сделала благодаря королю сегодня вечером.

Я выбираю Легенд. Независимо от риска. Я выбираю их, даже если это убьет меня.