– Не могу поверить, что прошел уже целый месяц, – задумчиво произносит Кэл, сидящий на другом конце стола, освещенного свечами. Мы находимся на крыше одного из его зданий, на высоте ста этажей, и ужинаем в приватной обстановке.

– Да, время пролетело незаметно, – отвечаю я, глядя на официанта, который убирает наши тарелки и наполняет бокалы.

Это правда. Прошедший месяц пролетел быстрее, чем я могла представить, когда четыре недели назад проснулась во дворце. И за это время я узнала о Кэле и его стремлениях больше, чем могла ожидать. Раньше я думала, что Легенда Хаоса, известный как Мечтатель, наслаждается разрушением человеческих мечт ради развлечения. Но теперь вижу, что он работает над их воплощением в жизнь. Ежедневно, находясь в Рубиновых владениях и наблюдая за работой Кэла из этого здания, я вижу множество подтверждений его стараний. Кэл инвестирует в своих людей: в их изобретения, инновационные идеи и художественные устремления. Процент от их бизнеса невелик, справедлив и начинает выплачиваться только после того, как они заработают достаточно, чтобы обеспечить себе и своим домочадцам достойную жизнь. Благодаря этому его люди чувствуют себя в безопасности, а Рубиновые владения снабжают королевский город не только сельскохозяйственной продукцией, но и потоком инноваций, которые делают Люматист одним из самых богатых и процветающих королевств.

Я восхищаюсь им, но… К людям Пепельных земель не относятся с таким же уважением, хотя они снабжают город рубинами, которые здесь носят в знак почтения к их принцу и богине Неф. Даже если короли объявили Пепельные земли своими и сделали их неприкосновенными для Легенд, это все равно причиняет мне боль, которую я не смогу выразить, не раскрыв себя.

Однако несмотря на это, время, проведенное с Кэлом, вернуло уважение к нему, и я бы солгала, если бы сказала, что не привязалась к принцу. И хотя минимальный срок моего общения с Легендами истек, и я имею право расторгнуть контракт, я не могу уйти. Мой секрет будет раскрыт прежде, чем у меня появится шанс по-настоящему завоевать их сердца, а заключение в тюрьму или смерть, безусловно, положат конец поискам сестры.

Но самое важное…

Я не желаю покидать их. И не хочу отказываться от них. Особенно от Кэла. Не после всего того, что произошло за последний месяц. Я хочу большего, несмотря на страх перед ценой.

– Потанцуешь со мной? – неожиданно спрашивает Кэл, когда мы допиваем вино.

Музыка начинает звучать как по команде, будто он управляет ею силой своего разума. Комната наполняется медленными, чарующими нотами, которые мягко сплетаются в мелодию. Я без колебаний беру его за руку, наслаждаясь ощущением тепла от нашего соприкосновения. Кэл поднимает меня со стула и начинает кружить, уводя прочь от стола и моих тревожных размышлений. Мы замираем на краю крыши, откуда открывается вид на его город, сверкающий огнями. Легкое зеленое платье струится, словно ветер, а каблуки цокают по крыше в ритме мелодии. Кэл обнимает меня, притягивая ближе, и мы движемся в танце, держась за руки. Внезапноя чувствую тяжесть в груди, и передо мной оживают образы танца с Джаксом на крыше в день Отбора.

– Ты где-то далеко, – замечает Кэл, не сбиваясь с ритма. Его проницательный взгляд видит меня насквозь.

– Я здесь, – уверяю, пытаясь сосредоточиться на настоящем.

Кэл вновь вовлекает нас в танец, грациозно и умело перемещаясь по крыше.

– Ты думаешь о Джаксе, верно? – спрашивает он, глядя на наши переплетенные руки. – Что произошло между вами в ту ночь? Ты никогда не говорила об этом.

Я облизываю губы, собираясь с мыслями, чтобы рассказать ему.

Меня терзают воспоминания и тоска. Особенно когда я вижу Джакса на еженедельных встречах Легенд. И с каждым разом эти чувства становятся все сильнее. Неважно, что он считает меня лгуньей, коей я и являюсь; я все равно жажду той энергии и веселья, которые мы разделили той ночью.

– Мы просто разговаривали, – наконец произношу я. – Он пригласил меня на танец. – Кэл приподнимает левую бровь. – Разве это странно?

Кэл с улыбкой качает головой.

– Для Джакса? Да. Для меня? – Он внезапно отстраняется, но тут же притягивает меня обратно. – Я превосходный танцор.

Я улыбаюсь, и чувство тревоги уходит.

– Я вижу.

– Так что тебя беспокоит? – спрашивает Кэл, и я с трудом сглатываю.

За последние несколько недель наши отношения с Кэлом стали более тесными, и это касается не только физической близости. Он стал не просто другом, а кем-то гораздо более значимым, хотя я и не решаюсь признать это открыто. Реальность превзошла мои ожидания.

– Он почти не смотрит на меня, – признаюсь я, прерывисто дыша. – Почти не разговаривает со мной.

Кэл запрокидывает голову, глядя в ночное небо, глубоко вздыхает и смотрит на меня сверху вниз.

– Джакс – сложный, закомплексованный человек.

– Это я уже знаю.

– Его способности – исключительный дар, – продолжает Кэл. – Но также и тяжелое бремя. Он никогда не говорит об этом прямо, но контроль эмоций – мощная способность, и постоянно ощущать чувства всех вокруг… Это давит на него. Он живет меж двух крайностей: чувствовать все сразу или делать все возможное, чтобы не чувствовать ничего.

Мое сердце сжимается от боли.

– Он говорит, что я что-то скрываю, – произношу я тихо.

– Конечно, скрываешь, – отвечает Кэл, продолжая танцевать со мной под музыку.

– Тебя это не беспокоит?

Когда он заключает меня в объятия, в его глазах светится неподдельная искренность.

– У каждого из нас есть свои секреты, Райли. Я надеюсь, что, когда ты будешь полностью уверена в моей надежности, ты откроешь мне все свои тайны.

В моей груди разливается тепло, и сердце начинает биться чаще. Барьеры, которые я так старательно выстраивала, рушатся. Кажется, Кэл нашел способ проникнуть в мою душу, как бы я ни пыталась это отрицать.

– Джакс тоже осознает это, – продолжает он, снова увлекая за собой. – В какой-то мере. Его желание держаться на расстоянии от тебя продиктовано стремлением обезопасить себя, а не тем, что ты не раскрываешь ему свои мысли.

Я обдумываю его слова, стараясь их осмыслить. В них есть логика, но Кэл не был рядом в ночь Отбора. Он не ощущал, как смех Джакса передавался мне через его тело, не испытывал трепета от его улыбки и не чувствовал, как он расслабляется, обнимая меня. В ту ночь Джакс ощутил нечто, что побудило его сделать выбор в мою пользу. Однако ложь, которую пришлось произнести, чтобы сохранить свою жизнь, навсегда разлучила нас. И эта разлука останется неизменной, и я не в силах что-либо изменить.

Однако Кэл… он прилагает все усилия, чтобы я чувствовала себя защищенной и любимой. Возможно, мне сложно принять его слова о тайнах, но я могу хотя бы получать удовольствие от этой иллюзии, пока она существует.

Уже не в первый раз я подумываю о том, чтобы попросить его помочь найти мою сестру. С того самого момента, как я увидела работу Эрин рядом с библиотекой, она не выходит у меня из головы, а поиски других ее картин пока безуспешны. Поэтому я не вижу другой причины появления этой картины кроме той, что Эрин решила покинуть меня после прошлогоднего Отбора. Она устремилась к новым горизонтам, даже если это значило, что она должна оставить меня позади. Мне сложно принять это, но, кажется, других объяснений просто нет.

Однако я не могу сдаться, потому что заслуживаю ответов, независимо от ее намерений. Я не раз хотела задать Кэлу вопрос о ней, но всякий раз сдерживалась. Мне казалось, что, рассказав о своих поисках, я дам ему еще больше власти надо мной. Но теперь чувствую, что могу задать этот вопрос. Моя решимость становится для меня сюрпризом, но я верю, что она может помочь отыскать Эрин.

– Спасибо, – говорю я, сосредоточившись на мужчине, в чьих объятиях нахожусь. Его тепло окутывает меня, словно защитный кокон.

– За что? – спрашивает он, его голос звучит нежно и слегка удивленно.

– За то, что рассказал мне детали о Джаксе, – отвечаю, перемещая руку с его руки на грудь и придвигаясь ближе. – За все, что сделал для меня. Я не предполагала… – Я не могу подобрать слов, чтобы выразить свои чувства.

Я не могу говорить о том, что действительно меня пугает, – стать объектом, с которым Легенды могут играть, когда им заблагорассудится, и избавиться от меня, когда я им наскучу. Постоянно сталкиваться с испытаниями, которые устраивают короли. Быть всего лишь красивым призом для Оккультистов. Ледяные мурашки пробегают по моей коже при этой мысли. Я благодарна, что сейчас вездесущих Оккультистов нигде не видно. Сегодня вечером Кэл проявил снисходительность.

– Я буду скучать, – говорит он, и его голос звучит искренне. Мы оказываемся лицом к лицу, и я чувствую, как сердце сжимается от эмоций.

– Кое-что сказать? – спрашиваю я, чувствуя, как дыхание застревает в легких.

– Все что угодно, – отвечает он, проводя рукой по моей щеке. Его прикосновение успокаивает, но я все еще не уверена, стоит ли продолжать.

– Я знаю, что согласилась на месяц с Акселем, – начинаю, стараясь говорить спокойно. – И я не отказываюсь от своих слов. Но… я не хочу покидать тебя.

Я слегка съеживаюсь, чувствуя себя глупо. Прошел всего месяц, а я уже так сильно привязалась к нему. Но можно ли меня упрекнуть? С Кэлом я обрела уют, защищенность и страсть. И хотя Аксель не дал мне повода сомневаться в его намерениях, я все равно боюсь неизвестности.

Улыбка Кэла становится ободряющей и теплой. Он смотрит на меня сверху вниз, его глаза светятся пониманием.

– Хотя мне не хотелось бы вызывать у тебя чувство неловкости, я все же рад, что ты не хочешь меня бросать, – говорит он.

Тихий смех срывается с моих губ. Его уверенность и гордость вызывают у меня улыбку.

– Но разве это не нелепо? – спрашиваю, пока он кружит нас под музыку. – Я знаю правила Отбора. Мне нужно провести месяц на каждой из ваших территорий.

– Ты не выглядишь нелепо, – убеждает он. – И да, это правило Отбора. Но нигде не говорится, что ты должна посещать все города в одиночку.

Я не могу сдержать изумления и вспоминаю ту первую ночь, когда он сказал мне, что это мой выбор. С ними я могу быть такой, какой захочу.

– Мы уже сказали тебе, Райли, – говорит он. – Это твое решение, и мы его уважаем. Аналогично тому, как ты выбрала меня в самом начале нашего знакомства, я готов отправиться с тобой в Сапфировую бухту на несколько дней или даже на весь месяц, если это поможет тебе чувствовать себя увереннее.

Его слова согревают меня изнутри, а облегчение разливается по моей груди, снимая напряжение. С ним я готова на любые свершения.

– Разве это не расстроит Акселя? – спрашиваю я.

– Нет, – отвечает он. – Я гарантирую, что он не станет противиться. Я знаю его лучше, чем кто-либо другой, и уверен, что он хочет, чтобы ты чувствовала безопасность и комфорт. Если это подразумевает необходимость последовать за тобой, то я последую.

Я вздыхаю, когда эта мысль проникает глубоко внутрь меня.

– Аксель не вызывает у меня ощущения угрозы, – уточняю я. – И я бы соврала, если бы сказала, что он мне безразличен.

Румянец заливает мои щеки. Это признание кажется рискованным, как будто я отдаю Кэлу частичку себя, которую должна была защищать. Однако он просто притягивает меня к себе, его объятия наполняют меня теплом и уютом, и мы продолжаем танцевать под музыку.

– Я понимаю, – говорит он. – Тебе необязательно решать сейчас. Отдохни и скажи мне завтра, чего ты хочешь.

– Ты слишком добр, – говорю от чистого сердца. – Возможно, ты уже устал от меня. Я не должна просить тебя тратить на меня еще больше времени.

– Даже ночь вдали от тебя будет казаться целой жизнью, – обрывает он меня, и в его глазах нет ничего, кроме искренности. Мое сердце замирает. Никто и никогда не говорил со мной так, как он. Без страха, без осуждения. Только с искренним участием и поддержкой. К этому трудно привыкнуть, и у меня нет слов, чтобы ответить. – Аксель присмотрит за тобой, – с улыбкой говорит он. – Если ты решишь отправиться в путь одна, я хочу, чтобы ты это знала.

– Мне стоит беспокоиться? – смеюсь я вместе с ним.

– Нет, – отвечает он. – Судя по тому, что я узнал о тебе, его выходки придутся тебе по душе. Точно знаю это, потому что сам такой.

От его шутливых и нежных слов о друге у меня в груди разливается тепло. Образ их двоих рядом, меня между ними вызывает у меня вспышку желания. Чем больше я думаю об этом, тем сильнее склоняюсь к тому, чтобы попросить Кэла поехать со мной в Сапфировую бухту.

– Можешь что-нибудь посоветовать? – спрашиваю я.

Кэл размышляет, снова разворачивая меня к себе.

– Не пренебрегай сном, если будет такая возможность, – отвечает он, притягивая меня ближе. – Аксель мчится на полной скорости почти весь день. Когда он, наконец, отправляется на покой, тебе тоже необходимо следовать его примеру. В противном случае, стараясь не отстать от него, ты рискуешь истощить себя.

Богиня, я обязательно это сделаю. Обещаю себе это, когда он прижимает меня еще ближе, а каждый твердый мускул касается моих более мягких мышц.

– А теперь, – говорит он, когда музыка стихает, а затем сменяется новой мелодией, – мне хотелось бы задать тебе один серьезный вопрос.

– О чем? – Я чувствую, как по коже пробегают мурашки от волнения и дурного предчувствия.

Он наклоняется, слегка касаясь губами раковины моего уха. По шее пробегает приятная дрожь.

– Ты мне доверяешь?

Вопрос застревает у в горле. Доверяю ли я ему? Своим телом? Абсолютно. Своим сердцем? Душой? Как мне доверить их ему, если всего два часа назад они обсуждали пепельнорожденных как отдельный народ, не имеющий отношения к Люматисту? Как я могу быть уверена, что он не сбросит меня с этой крыши, если узнает правду?

Кэл нежно покрывает поцелуями мою шею, успокаивая хаос в сознании.

– Да, – наконец отвечаю, хотя это лишь часть правды. Я раскрываю ему часть своей души, и этого пока достаточно.

– Прекрасно, – шепчет он, нежно прикусывая кожу под моей челюстью. Я закрываю глаза и выгибаюсь, полностью раскрываясь перед ним. Его объятия настолько крепкие, что начинает кружиться голова.

– Ты ведь не боишься высоты, правда? – спрашивает он, вырывая меня из сладостного тумана.

– Нет, – отвечаю. Я неоднократно участвовала в экспедициях на самые высокие горные вершины Пепельных земель в поисках уникальных минералов и драгоценных камней.

Хватаюсь за лацканы его пиджака, желая быть как можно ближе.

– Открой глаза, – мягко просит он, прекращая свои ласки. Я подчиняюсь и смотрю ему в глаза, но сердце замирает, когда перевожу взгляд вниз. Мы парим над крышей, так высоко, что я едва различаю мерцание свечей на столе, за которым мы ужинали. Под нами только бескрайнее небо, усыпанное звездами, которые блестят, как полуночный шелк.

– Кэл, – выдыхаю, когда он плавно поднимается выше, а его рука соскальзывает с моей спины на бедро.

– Чересчур? – спрашивает он с неподдельным волнением в голубых глазах.

Я не могу сдержать улыбку и скрыть возбуждение, разливающееся по венам от этого ощущения. Откидываюсь назад и поднимаю руки, чувствуя себя легкой и свободной. Его крепкие объятия дарят мне ощущение защищенности. Словно пробудившись в моей крови, ветер зовет меня в полет, приглашая воспарить к небесам.

Кэл улыбается, когда я снова прижимаюсь к нему.

– Мне нравится, – говорю я, смеясь. Здесь так тихо и умиротворенно. Реальный мир за много миль отсюда. Мы можем остаться тут навсегда?

Взгляд его ледяных голубых глаз становится непроницаемо темным, но вместо ответа он прижимается своими губами к моим.

Я обнимаю его за шею, наслаждаясь поцелуями. Его губы то нежно ласкают, то обжигают, и, задыхаясь от страсти, я прижимаюсь к нему все сильнее.

– Проклятье, Райли, – стонет Кэл мне в рот. Приподняв подол платья, он скользит рукой по моему бедру, пока не достигает кружевной кромки трусиков.

– Я никого никогда так сильно не желал, – произносит Кэл, с трудом переводя дыхание. – Ты осознаешь это? – спрашивает он, пристально глядя мне в глаза. – Понимаешь, что ты со мной делаешь?

Меня пробирает дрожь, когда он нежно касается моей кожи, а его улыбка становится особенно манящей и опасной.

– Чувствуешь это? – спрашивает он, медленно вводя в меня два пальца, заставляя меня легко застонать.

– Может быть, ты пытаешься это скрыть, но я знаю, что твоя похоть ко мне так же сильна. Я чувствую это здесь… – Он касается точки глубоко внутри меня, заставляя сердце биться чаще, дыхание прерываться, а тело дрожать в его руках. Я безмолвно молю о большем, растворяясь в его прикосновениях.

– Да, Кэл, – выдыхаю. – Я хочу тебя. Всего. Без остатка.

Часть моего разума пытается осознать всю мощь этого мужчины, его способность удерживать нас в состоянии невесомости, одновременно делая восхитительные вещи с моим телом. Другая часть моего сознания уносится прочь от реальности, достигая блаженства, в котором существуем только мы двое.

– А теперь будь хорошей девочкой и кончи для меня, – требует он, надавливая тыльной стороной ладони на чувствительный комочек нервов. Мой центр пульсирует, посылая волны удовольствия по всему телу. – Я хочу, чтобы ты промокла для меня.

– Кэл, – шепчу я, а он добавляет третий палец, медленно растягивая и наполняя меня.

Кэл сжимает пальцы, давит ладонью на пульсирующий участок, и во мне разгорается пожар. Я обнимаю его, впиваясь ногтями в плечи, и бесстыдно трусь о его ладонь. А затем меня накрывают волны оргазма. Мурашки пробегают по моей коже, вызывая восхитительное чувство, когда я растворяюсь в этих водах.

Кэл мягко и неспешно ведет меня через этот поток, а затем достает пальцы и целует меня. Быстро и обжигающе.

– Хорошая девочка.

Эта похвала наполняет, как сладкий мед. Мы начинаем движение, и я чувствую, как сердце бьется где-то в горле. Страх мгновенно уступает место радостному волнению, когда Кэл ложится на спину, чтобы быть на одном уровне со мной.

От вида неба у меня кружится голова, оно раскинулось над нами, словно бескрайнее покрывало. В таком положении достаточно одного неверного движения, и я упаду навстречу своей гибели. Незнакомое волнение пробегает по моим костям, когда я замечаю, что Кэл смотрит на меня с вызовом.

– Ты готова к большему?

Вместо ответа я тянусь к пуговице на его брюках, и обхватываю его бедра своими. Действую осторожно и осознанно, контролируя каждое движение. Богиня, я чувствую, как прохладный воздух ласкает мои щеки, как небо окутывает меня, даже когда мои глаза закрыты. Внутри меня пробуждается дар. С каждой секундой он становится все прекраснее, и больше всего на свете я хочу разделить это ощущение с Кэлом. Позволить ему увидеть, позволить узнать. Но я понимаю, что не могу этого сделать, поэтому следую своим инстинктам, которые управляют моим телом.

Я облизываю свою ладонь и сжимаю его член. Медленно и нежно ласкаю его, вызывая дрожь по всему его телу. Кэл обхватывает мои бедра, впиваясь пальцами в кожу, и, вздрогнув от этого прикосновения, я рефлекторно выгибаюсь назад и чуть не теряю равновесие.

– Полегче, – говорит Кэл, меняя наше положение так, чтобы мы снова оказались лицом к лицу. Я цепляюсь за его плечи, широко раскрыв глаза, и смеюсь от возбуждения.

– А что, если я упаду?

Кэл убирает прядь моих волос за ухо и скользит своим телом по моему. Я чувствую его твердую плоть между своих бедер и дрожу от этих поддразниваний.

– Я хочу, чтобы ты упала, – говорит он, – но зная, что я поймаю тебя. Я всегда буду ловить тебя. Ты мне веришь?

Теплая дрожь сотрясает мое тело. Я понимаю, о чем он спрашивает, но у меня нет ответа. Возможно, никогда не будет. Как я могу полюбить его, если у меня столько тайн?

– Обещаешь? – спрашиваю, слегка ослабляя свои объятия и касаясь его твердого члена через ткань брюк. Он стонет от этого прикосновения.

– Клянусь, – произносит он, обнимая меня своими сильными руками и притягивая к себе. – Я всегда буду ловить тебя, Райли. В любом месте. В любое время. Несмотря ни на что.

Богиня, этот мужчина. Медленно вытягивая руку, я направляю его член туда, где я его так сильно жажду, и позволяю проникнуть внутрь всего на пару сантиметров, прежде чем вытаскиваю его наружу. Я делаю это снова и снова, пока он не начинает стонать, целуя меня, отчего у меня перехватывает дыхание. Его подавляющее могущество вновь пробуждает во мне ощущение, будто все тело покалывает.

– Райли, – говорит он с неожиданной строгостью в голосе.

Мощь, таящаяся в желании лишить его рассудка, как он лишает меня, пьянит сильнее чего-либо.

– Дразнишь меня? – игриво спрашивает он. – Игривая, обольстительная соблазнительница.

– Насколько сильно ты меня хочешь? – смеясь, спрашиваю я.

Что-то мелькает в его глазах, когда он смотрит на меня, – что-то серьезное, уверенное, беззастенчивое.

– Мое желание ярче, чем светила, которые мы наблюдаем на ночном небосводе.

Наконец, мои бедра дрожат, и я полностью опускаюсь на него. Кэл стонет, выгибая спину.

Я наклоняюсь достаточно близко, чтобы почувствовать его дыхание на своей коже и слегка прикусить шею. Мои руки скользят по его плечам, и он притягивает меня к себе, заключая в крепкие объятия. Несмотря на то что мы делали это множество раз, мне все равно нужно пару мгновений, чтобы расслабиться и привыкнуть к его размеру. Кэл нежно касается моих губ, а затем проникает в рот языком, вызывая трепет желания. Я начинаю двигаться. Сначала осторожно, изучая новое ощущение, затем все быстрее, когда приходит уверенность. Каждое движение моих бедер приносит наслаждение, пальцы рук покалывает, когда я провожу ими по его груди, забывая обо всем, кроме ощущения внутри меня.

Кэл прерывает наш поцелуй, чтобы взглянуть на место нашего соединения, и, усмехнувшись, наклоняется назад. Испугавшись, я вскрикиваю, но затем он вытягивается, словно лежит на кровати.

– Я хочу видеть, как ты трахаешь меня, – говорит он хрипло.

Тепло разливается по телу, заставляя слегка вздрогнуть, когда его взгляд снова скользит вниз, к моим бедрам. Медленно подняв платье, я открываю живот и складываю ткань под грудью, чтобы показать ему все.

– Так хорошо? – спрашиваю я, мой голос слегка охрип от желания.

– О да, – стонет он, на мгновение встречаясь со мной взглядом, перед тем как снова сосредоточиться на моих движениях.

Мои бедра горят от его прикосновений, но это сладостное жжение лишь делает награду еще желаннее. А моя награда – Кэл. Я поняла это уже некоторое время назад. Раньше я не испытывала ничего подобного и не уверена, что это повторится.

Руки Кэла мягко скользят по моим бедрам, направляя меня, слегка приподнимая и опуская. Сильный мужчина полностью контролирует ситуацию. И пока он управляет моими бедрами, я бесстрашно откидываюсь назад. От высоты и удовольствия у меня кружится голова. Хочу, чтобы это никогда не заканчивалось.

– Ты такая красивая, – говорит Кэл. – Особенно когда прыгаешь на мне. Обожаю тебя такой.

Он проводит большим пальцем по моим губам, а затем опускает руку ниже и касается одной из моих грудей через ткань платья.

– Кэл, – шепчу, впиваясь ногтями в его кожу. Я пытаюсь раствориться в этом моменте, утопая в той магии, что вновь пробуждается под моей кожей.

Он отпускает мою грудь и скользит рукой вниз по ткани, которую я все еще придерживаю, пока не достигает моей пульсирующей от наслаждения киски.

– Ты этого хочешь? – Его голос срывается на рычание, и он едва ощутимо касается моего клитора.

– Да, – отвечаю, задыхаясь. – Пожалуйста, Кэл.

Внезапно Кэл поворачивает нас, и делает это так легко, что я не могу вновь не восхититься его силой. Это лишь малая часть того, что я могла бы испытывать постоянно, если бы выбрала его… выбрала их всех.

– Помни… – говорит он с мольбой в голосе, когда мы снова оказываемся лицом к лицу, а я продолжаю двигаться, получая удовольствие от каждого нашего соприкосновения. – Помни, я всегда дам тебе то, что нужно. – Его голос звучит мягко и уверенно, когда он касается меня. В этот момент я чувствую, как наши тела сливаются в одно целое, и мир вокруг исчезает. Движения становятся все быстрее и сильнее, и я выкрикиваю его имя, ощущая невероятное наслаждение, которое охватывает меня полностью.

Я чувствую, как волны тепла омывают мое тело, и, дрожа от ярчайшего оргазма, сжимаю его член мышцами влагалища так крепко, что он достигает кульминации одновременно со мной. Не успеваю я опомниться, как он нежно целует меня. Этот поцелуй приносит мне умиротворение, и я чувствую, как каждая частичка моего тела расслабляется и наполняется радостью.

– Можем ли мы задержаться здесь ненадолго? – спрашиваю, отдышавшись.

– На столько, на сколько ты захочешь, – отвечает Кэл, прижимаясь лбом к моему лбу.

Когда я обнимаю его, мое сердце начинает биться сильнее, и это ощущение помогает мне сдержать слова, почти сорвавшиеся с моих губ, потому что ни один из нас не сможет получить пользу от моей просьбы о вечности.