Чтобы ощутить смертельный холод на той стороне портала, Эшеру не понадобились даже обостренные чувства. Ветер завывал, раздувая плащи и волосы, воздух был разрежен. Рейнджер понял, что стоит на каменном полу. Звуки, отталкиваясь от скал, рисовали в его сознании образ балкона с каменными перилами.

Из портала все вышли с оружием наготове. Рейна целилась из лука Аделлума во все углы, Натаниэль направил лук Эшера на единственную дверь, Гидеон, Фэйлен и Галанор рассредоточились со скимитарами в руках. Лишь Адиландра вышла безоружная, но не с пустыми руками – на ладонях пылали сгустки энергии.

Эшер опустил сильвировый меч, не чувствуя ничьего присутствия.

– Ну, по крайней мере, нас пока никто не убил, – сказал он и двинулся к двери.

Его новый плащ скользнул по полу, старым костям стало полегче в тепле. Мебели в комнате не было, только большая кровать и камин, вовсю обогревающий комнату.

– Он тут спит? – прошептала Рейна. – Никогда не думала, что Валанис нуждается в сне.

– Он силен, но он всего лишь эльф, – напомнила Адиландра. – Не забывай об этом.

Эшер потянул носом.

– Здесь никто не спал уже несколько дней, а может, и дольше.

Гидеон вздохнул.

– Должно быть, он у источников.

Озираясь, они покинули спальню и принялись исследовать Калибан. Каменные коридоры казались бесконечными, одни заброшенные комнаты вели в другие, факелы потрескивали на стенах, пылая в сознании Эшера как маяки среди воющего ветра, который просачивался всюду, пытался сбить с толку. Стоило ему ощутить запах Валаниса, напасть на след, как ветер тут же его сдувал. К тому же вокруг быстро билось шесть сердец и даже самые мягкие шаги казались топотом копыт.

– Это какой-то лабиринт, – заметил Галанор.

Натаниэль обернулся к рейнджеру.

– Эшер?

– Ничего не понятно, – ответил он. – По-хорошему, нам бы идти вглубь скалы, но стоит мне что-то унюхать, как ветер сносит запах в новый коридор.

Они продолжили блуждать среди комнат, добросовестно проверяя каждую. Эшер подумал, что Валанис, возможно, умеет сбивать со следа, вот только какие такие чары могли скрывать одновременно звук и запах? Впрочем, он ни на секунду не забывал, на кого охотится.

– Взгляните туда, – тихо сказала Рейна.

Она стояла у стены на Т-образной развилке, ее голос иначе отражался от камня, словно на стене были какие-то неровности.

– Что это? – спросила Фэйлен.

Стоило ей заговорить, как картина прояснилась для Эшера: на стене кто-то вырезал барельеф, изображающий великую битву. Эшер провел по нему рукой, ощупывая драконов и крепость в середине.

– Это Первая война, – объяснил Гидеон. – И последняя битва между силами Атилана и драгорнами.

Рейна тоже коснулась камня.

– А Валанис знает правду о богах? Об Атилане?

– Думаю, что нет, – ответила Адиландра. – Когда он стал фанатиком, я была еще ребенком, но помню, как он разглагольствовал, прежде чем развязать войну. Он верил, что боги когда-то жили на Верде, но драконы изгнали их на небеса. И что его судьба – вернуть их.

Эшера эти уроки истории не интересовали, к тому же каждое слово, произнесенное в стенах Калибана, выдавало их с головой.

На других стенах тоже красовались барельефы, каждый рассказывал свою историю, но Фэйлен положила руку принцессе на плечо, чтобы та не отвлекалась. Не время было изучать реликвии прошлого.

– Стойте, – велела Адиландра, замерев на месте.

Обернувшись, они увидели, что королева стоит на очередном перекрестке, закрыв глаза. Она медленно подняла протянутую руку…

– Что такое, мама?

Адиландра резко распахнула глаза.

– Я его чувствую.

Эшер присоединился к ней и напряг все чувства, а потом ударил мечом по стене коридора, от которого они отвернулись. Звук эхом отскочил от камня и побежал все дальше и дальше… но в последнее мгновение изменился. Разница была едва заметная, но Эшер уловил, как гладкая рукотворная стена переходит в естественную, бугристую.

– В конце этого коридора пещеры, – пояснил он.

– Я чувствую магию источников, – добавила Адиландра.

Все как один затаили дыхание, сердца забились быстрее. Вот оно. Если они войдут в пещеру, назад дороги не будет.

– Уничтожь Покров поскорее, – напомнил Эшер Гидеону.

Тот не остался в долгу:

– Не вырони кристалл.

Семеро воинов выбрались из коридора и тут же оказались в совершенно темном лабиринте пещер. Фэйлен выпустила из ладони шар света для тех, в чьих жилах не тек эликсир ночного зрения.

– Еще кто-нибудь это чувствует? – загадочно спросил Натаниэль.

– Я, – ответил Галанор. – Что-то странное…

Эшер тоже это ощущал. Чем дальше они заходили в пещеру, тем страннее становилось вокруг, но замечали это, похоже, лишь он да эльфы. Звук шагов был какой-то неправильный, потому что каменный пол не был на самом деле полом.

– Это все точно неправильно, – объявила Рейна, стоя вверх ногами на потолке. Гидеон сделал осторожный шаг и вспрыгнул на потолок рядом с ней.

– Я видел такую магию в Драконьем пределе. Должно быть, мы уже близко к источникам.

И действительно: вскоре лицо рейнджера озарил свет. Все тринадцать источников казались живыми, колыхались тихонько, словно это были не озерца, а маленькие океаны, полные жидких и одновременно твердых кристаллов. Естественные колонны поддерживали своды просторной пещеры, повсюду торчали сталактиты.

Маленький отряд продвинулся глубже.

– Теперь я вижу… – раздался вдруг голос Валаниса, заставив их замереть. Звучал он как будто отовсюду разом. – Многие эоны мой род верил, что сама наша природа, милость, оказанная нам богами, отличает нас от людей. Но в тебе, рейнджер, я вижу то же упорство, то же стремление, ту же страсть… Пожалуй, между нами и вправду нет разницы.

Темный эльф медленно поднялся из источника, мерцавшего перед ними. Доспеха и маски на нем больше не было, длинные светлые волосы и бледное лицо резко контрастировали с темными одеждами. Эшер слышал, как по коже эльфа пробегают, треща, всполохи энергии.

– Вы пришли убить меня, – продолжил Валанис, – но тем самым исполнили божественное пророчество, принесли мне вещь, которую я искал больше тысячи лет.

Темный эльф воззрился на Гидеона.

– Вы верите, что я – чудовище, но это неправда. Отдайте Покров – и умрете быстро, безболезненно.

– Боги не настоящие! – выпалила Рейна.

– Рейна! – предостерегающе крикнула Адиландра.

– Слушай свою мать, дитя, – сказал Валанис. – Богохульства я не потерплю.

– Но это правда! – не сдавалась Рейна. – Все они – первые люди, которые создали нас. И это единственное, в чем ты прав.

Валанис рассмеялся.

– Неужели? Какая мастерская ложь, принцесса. Однако до твоего отца тебе далеко. Вот пример эльфа, поистине сбившегося с пути.

Рейнджеру надоело его выслушивать, и он с рыком бросился на Валаниса, занеся сильвировый меч.

– Стоять! – Валанис вскинул руку, и переливающаяся волна света накрыла Эшера и остальных.

Услышав позади вскрики, рейнджер остановился. Его друзья застыли, словно окружавшие их сталагмиты, но все же он чувствовал едва заметные движения. Рейна успела выпустить стрелу, но та так и не слетела с тетивы, двигаясь ужасающе медленно. Галанор и Фэйлен пытались поднять скимитары, на ладонях Адиландры и Гидеона загорелись первые искры заклинаний. Валанис щелкнул пальцами, и кристаллы, которые они взяли, чтоб открыть портал, вылетели и попадали на пол.

– Боюсь, вернуться вы не сможете, – спокойно заметил он. – Аплодирую твоим достижениям, и я сейчас не только о сопровождении принцессы. Попасть в Полночь и продержаться там нелегко, особенно дикому, свободному скитальцу. Ты столкнулся с испытаниями, которые многим не под силу, но справился и выжил. Вот она, разница между легендой и героем. – Валанис сел на край источника, провел ладонью по жидким кристаллам. – Западный Феллион, Врата Сайлы, Велия… Я понимаю, почему ты им приглянулся.

Эшер ничего не понял, да и наплевать ему было, что там Валанис бормочет. Пока тот распинался, он пытался спланировать атаку, предугадать контратаки, обдумать, как будет действовать сам. Он понимал, что, пока не доберется до источника, магия ему не поможет, а значит, придется полагаться лишь на физическую силу. Вот только даже его боевой опыт немногое мог противопоставить силе древнего эльфа.

– Ну что, рейнджер, ты все просчитал? Каким будет твое первое движение? Что сделаю я? Как буду защищаться? Ты больше, чем человек, но все же человек. Я даже за повязкой вижу, как крутятся шестеренки у тебя в голове.

Особое зрение Эшера было его преимуществом: взгляд никак не мог выдать его намерений. Темный эльф ожидал, что он кинется на него с мечом, но рейнджер медлил. Звуки и тепло справа говорили, что от ближайшего источника его отделяет всего одна колонна. Если броситься на Валаниса, но в последнее мгновение прыгнуть в сторону, останется только нырнуть, и все изменится.

– Слишком много болтаешь… Как все вы.

Он побежал вперед, изо всех сил стараясь держаться так, будто собирается напасть, но за колонной резко свернул вправо – только алый плащ взметнулся за спиной. Источник был совсем близко: пара футов – и можно прыгать. Он сжал кристалл на поясе, готовый бороться с потоками магии…

Эшер не понял, что произошло. Валанис… вышел из источника прямо перед ним, хотя только что был слева. Кристаллы соскальзывали с него, стремительно твердея и вновь размягчаясь, стоило им упасть обратно. Эшер замер, прислушался, изучая место, где Валанис сидел до этого, но никаких признаков жизни не почуял. Эльф перед ним не был иллюзией.

Валанис насмешливо улыбнулся.

– Это и есть твой план? – Он шагнул к Эшеру. – Источники едва не убили меня, тебя же они просто вывернут наизнанку. К тому же боги никогда не позволят тебе черпать отсюда силу.

– У меня есть кое-что, чего у тебя нет, – бросил Эшер, пятясь с высоко поднятым мечом.

– Зато у меня есть Покров. – Валанис взглянул на замершего Гидеона. – Стоит богам вернуться, и кристалл Палдоры мне больше не понадобится, я сам стану богом! Да и потом, даже с кристаллом ты всего лишь человек. Ты себя переоцениваешь.

Эшер почувствовал, как кожа темного эльфа нагревается, как ускоряется биение его сердца.

– Может, у меня нет глаз, но я все вижу. Тебе нужен кристалл, прямо сейчас. Как думаешь, надолго хватит осколка, что у тебя на пальце?

– О, понимаю, – промурлыкал Валанис. – Ты надеешься пережить меня. Да я за одно мгновение оставлю тебя калекой и заберу Покров. Впрочем, время на то, чтобы вбить тебя в землю, я потрачу!

Эшер перестал отступать и бросился на него, в прыжке нацелив рунный меч эльфу в лицо. Валанис отступил, повернул плечо, уходя от сильвирового острия. Снова и снова клинок пронзал воздух: Валанис шаг за шагом отступал. Но вот наконец он отбил короткий меч рукой и схватил Эшера за горло.

– Не беспокойся, я дам тебе увидеть новый мир.

Эшер выронил клинок, забился, чувствуя, как сжимается стальная хватка на его горле. В запасе была одна контратака, самая очевидная… но Валанис быстрее и сильнее. Стоит ударить его свободной рукой, как эльф ее обязательно перехватит и сломает. Оставалось полагаться на неожиданный прием, которого рейнджер не выполнял уже много лет. Подтянувшись на вытянутой руке Валаниса, он оттолкнулся от земли и обхватил его руку ногами. У темного эльфа было два выбора: выпустить его или остаться с вырванной из сустава рукой.

Выбор его Эшер прочувствовал на себе: земля полетела навстречу и больно ударила в спину. Голос Насты Нал-Акета эхом раздался в голове: «Не отдавай им и дюйма, мальчик! Стисни зубы, прими боль как старого друга. Всегда атакуй!»

Эшер стиснул зубы и пнул врага в колено. Эльф не удержался, упал, и следующий удар сапога пришелся ему в лицо. Валанис откатился комом развевающихся одежд, в воздухе запахло кровью. Эльф медленно поднялся, коснулся кончиками пальцев рассеченной губы. Рейнджер слышал, как он растирает кровь между пальцами…

– Не переживай… – прохрипел Эшер. – Я тебе еще и не такое покажу!

Валанис оскалился и бросился на него, жаждая мести. Холодный разум Эшера предсказывал все атаки эльфа, но ответить на них он просто не успевал. Раз за разом тот ударял Эшера в грудь, в лицо, в живот, все болезненнее, отталкивая все дальше, пока темный эльф совсем не перестал сдерживаться. Последний удар буквально отшвырнул рейнджера с силой кузнечного молота. Полет, правда, вышел короткий – Эшер врезался спиной и затылком в одну из колонн. Обладай он обычным зрением, оно обязательно помутилось бы от такого удара. К счастью, чувства аракеша все еще работали как надо, сообщая ему обо всем, что происходит. К несчастью, они говорили, что Валанис надвигается прямо на него.

Темный эльф легко поднял Эшера за горло, прижал к колонне.

– Не сделать ли мне тебя своей ручной зверушкой? Я могу даже вернуть тебе глаза. Чтоб ты, стоя на коленях у трона, наблюдал, как бой войны очищает мир от грязных людишек.

Эшер знал, что его и без того красное лицо начало лиловеть. Он перестал цепляться за запястье эльфа и вместо этого схватился за его большой палец и выкрутил до хруста. Воздух ворвался в измученные легкие, но времени собираться с силами не было: Валанис яростно зарычал, сжимая сломанный палец…

Рейнджер саданул его кулаком раз, другой, надеясь подправить точеное эльфийское лицо и сбить врага с толку хоть на мгновение. Валанис не уворачивался, но стоило Эшеру замешкаться, как твердые, словно стальные, костяшки ударили его в лицо.

Кажется, он потерял сознание, потому что не помнил, как упал. Мгновение – и вот Валанис уже стоит над ним, не утирая кровь, струящуюся изо рта. Не успел Эшер подняться на четвереньки, как получил удар. От второго он покатился по земле, как мяч, сломав по меньшей мере одно ребро, и замер, красный плащ разметался вокруг, будто лужа крови. Каждый вдох отдавался болью, но холодок сильвирового клинка, спрятанного под плащом, у ноги, помогал собраться.

Сильная рука схватила его за плащ и вздернула. Эшер позволил своему якобы безвольному телу развернуться… и ударил клинком Валанису в живот. Расчет был точный: он подобрал меч бесшумно, под плащом, убедившись, что сталь не скрипнула и не звякнула. Но темный эльф все равно умудрился перехватить меч за рукоять и резко выкрутить. В мгновение ока сильвировый клинок оказался в животе рейнджера. Эшер охнул, схватился за рукоять, ловя ртом воздух. Боль и шок лишили его дара речи, колени подогнулись, но он даже не заметил, как упал.

Валанис отошел на шаг.

– Если ты не ожидал такого поворота, значит, я тебя перехвалил. – Он нащупал кристалл в мешочке у Эшера на поясе. – Подумать только, я столько крови пролил ради этой вещицы… А теперь она мне даже не нужна.

Он достал кристалл и швырнул Эшеру, как простой камень.

Эшер открыл рот, пытаясь сказать хоть что-то… но мог лишь тяжело дышать, стоя на коленях, глядя, как Валанис отворачивается и уходит к остальным. Стрела Рейны наконец слетела с тетивы и медленно поплыла по воздуху. Валанис отбил ее ударом и, сунув руку в карман беспомощного Гидеона, достал маленький металлический шарик.

– Наконец-то…

Эшер завалился на спину, чувствуя, как острейшая боль пронзает кишки. Он все провалил. Сейчас Валанис откроет портал и выпустит Атилана, самого могущественного мага, какого знал мир. Он никого не спас, только дал отсрочку. Великая и ужасная тень поглотит Верду, а он будет лежать, истекая кровью, и наблюдать за началом конца.

Ощущения постепенно угасали. Единственное, на чем он мог сосредоточиться, – завораживающее движение кристальных источников. Он склонил голову, прислушиваясь, – ближайший источник был от него на расстоянии вытянутой руки. За плеском слабеньких волн Эшер чувствовал, как бьются сердца его друзей. Если все живы, значит, есть еще шанс…

Из последних сил, крепко стиснув зубы, он вырвал сильвировый клинок из живота. Кровь тут же хлынула из раны, и он ощутил, как вместе с ней из него вытекает жизнь. Еще пара мгновений – и тело откажется ему повиноваться, придет смерть… Чувствуя себя и все вокруг чудовищно медленным, рейнджер подполз к краю источника. Манящее тепло обдало лицо.

Понимая, что терять ему нечего, он крепко сжал кристалл в кулаке и нырнул.

Валанис что-то крикнул, но Эшер этого уже не услышал. Его затянуло в подводный ураган, время потеряло значение. Что, если он уже целую вечность покоится в этом магическом коконе и вся жизнь рейнджера ему просто приснилась? Его кожа, мышцы и скелет казались тремя разными существами, живущими в нем, пытающимися перерасти друг друга. Агония вдруг сменилась экстазом и снова превратилась в жгучую боль. Голоса звали из бездны: одни запугивали, другие обещали бесконечную силу.

Сперва он чувствовал сопротивление, магия источника грозила вот-вот оставить его. Боги – как они себя называли – не хотели отдавать ему свою силу, но Эшер сжал кристалл, требуя больше магии, боролся с богами за власть, перетягивая магическую силу, как канат. Но никто не мог сопротивляться кристаллу. Рейнджер чувствовал, как магия источника начинает вливаться в его тело. Он побеждал…

Тьма отступила, сверху засиял круг света. Впрочем, определить, где верх, где низ, было сложно: свет дробился, отражаясь в гранях сотен жидких кристаллов, и Эшер перестал понимать, что реально, а что нет, лишь чувствовал, что крепко держит в кулаке кристалл Палдоры.

Он подумал о Рейне, о Натаниэле, о Фэйлен, и туман в голове рассеялся. Непонятно было, как двигаться в этом пространстве, но стоило ему захотеть вынырнуть навстречу свету, как он вынырнул. Реальность стала четче, ярче. Повязка исчезла, зрение вернулось – он снова видел мир. Затянулась рана на животе, не осталось даже шрама, лишь гладкая кожа, а кости казались теперь тверже сильвира.

Валанис стоял, уставившись на него.

Эшер опустил голову и увидел, как кристалл сияет сквозь его сжатые пальцы. Но сердце не колотилось в груди, пытаясь угнаться за потоком магии в венах, и кожа не светилась. В отличие от Валаниса, он полностью управлял своей силой.

– Невозможно… – прошептал эльф.

Эшер ухмыльнулся и нырнул в источник, только чтобы вынырнуть у Валаниса над головой и приземлиться на потолок. Он ударил эльфа пульсирующим от магии кулаком, и тот отлетел в источник у стены, скрылся среди переливающихся кристаллов. Эшер огляделся, но Валанис все не показывался, прятался где-то в протоках, соединявших магические озерца.

На всякий случай рейнджер поставил вокруг себя щит, чтобы у эльфа не получилось прорваться, пока он освобождает своих. Один взмах руки – и чары, окутывавшие их, разлетелись на осколки. Все удивленно заморгали, пытаясь понять, что происходит.

Фэйлен коснулась его лица.

– Твои глаза…

– Что случилось? – спросила Адиландра.

– Где Валанис? – Гидеон высоко занес Скорбящего, ощупал куртку на груди… и пал духом. – И где Покров?

– Там, где вы его не достанете! – громогласно отозвался Валанис с другой стороны пещеры. Он выступил из источника, Покров висел над его раскрытой ладонью. – Может, ты и заполучил кристалл, но вся твоя магия против меня не поможет.

Валанис поднял руку, демонстрируя серебряное кольцо, когда-то принадлежавшее рейнджеру.

– Нам обоим теперь нипочем магия. Но я скоро отберу у тебя эту стекляшку и с удовольствием посмотрю, как ты взорвешься.

Эшер крепко сжал кристалл Палдоры.

– Я стал куда сильнее… – Он на мгновение стиснул руку Фэйлен и прыгнул. Неведомая сила сама утянула его в колыхавшийся на потолке источник, презревший законы гравитации. В мгновение ока он выпрыгнул из него и ухватил эльфа обеими руками. Завязалась борьба, но теперь Эшер чувствовал, что разницы в силе у них почти нет. Рейнджеру удалось утащить Валаниса за собой в источник, кристаллы полетели во все стороны. Бой продолжился и на другом плане бытия: сцепившись, они плыли в протоках, угощая друг друга такими мощными ударами, какие обычный человек был бы просто не способен пережить.

На мгновение они выныривали то из одного источника, то из другого, яркие вспышки рассеивали тени, стоило Эшеру впечатать кулак в лицо эльфа. Сила кристаллов постоянно излечивала их обоих, приходилось вытаскивать противника из воды, чтобы не колотить его впустую. И все же Валанис был сильнее. Эшер понимал, что даже с кристаллом долго не продержится.

Рейнджер дождался, пока они не вынырнули из самого близкого к отряду источника, и потянулся за Покровом, впечатав руку Валаниса в острые камни берега и ударив локтем в его запястье так, что тот выронил сферу. В памяти всплыли слова Гидеона о том, что людям нельзя трогать Покров, но Эшер мог думать только об одном: как отнять его у Валаниса.

– НЕТ! – заорал эльф.

– Не надо! – крикнул драгорн.

Эшер поймал Покров и бросил Гидеону. В полете сфера вспыхнула ярчайшим светом.

– Уничтожь ее! – успел крикнуть Эшер, прежде чем эльф ударил его в лицо.

Валанис попытался вырваться из источника, но рейнджер обхватил его за пояс и утащил обратно. Вынырнув в другом месте, они увидели, как раскрывается портал света, как Гидеон бежит к сфере…

Валанис снова ударил Эшера, пытаясь выбраться, но тот не отпускал: вцепился как клещ, взяв в захват его руку и сдавив сгибом локтя шею. Ни один не сдавался, все, что они могли, – наблюдать, как сквозь завесу белого света тянется рука. Темный эльф даже перестал сопротивляться на мгновение, уверенный, что наблюдает явление бога.

Гидеон с эльфийской грацией проскользил по камням, занес над головой клинок ви'тари и резко опустил. В тот же миг отсеченная рука упала на землю. Валанис закричал, забился и свободной рукой изо всех сил сжал кулак Эшера. Рейнджер почувствовал, как ломаются пальцы, как кристалл впивается в плоть…

Гидеон успел схватить Покров и побежал к ближайшему источнику, спрятавшемуся между сталактитов. Он сунул руку в кристальные воды и произнес разрушительное заклинание. Держать руку в источнике юному магу было ужасно больно, он кричал, но продолжал исполнять свой долг.

Эшер почувствовал, как изменилась магия внутри источников. Чистейшая, безграничная мощь из другого мира потянула кристаллы к себе. Валанис продолжал давить, но из захвата рейнджера не так-то просто было вырваться.

– НЕТ! – крикнул темный эльф.

Из портала показались окровавленные одежды и навершие магического посоха, за ними высунулись голова и плечи старика с длинной белой бородой. Испещренное морщинами лицо искажала гримаса боли и гнева.

– Этот мир никогда твоим не был! – крикнул Гидеон королю богов, вливая в заклинание новые силы.

Вдруг белое сияние свернулось само в себя, начисто отрезав голову и плечи Атилана от тела. Увидев это, Валанис перестал бороться, и его давление на кулак Эшера наконец ослабло.

– Не может быть… – едва слышно прошептал темный эльф.

Эшер сжал его горло сильнее.

– Если ты не ожидал такого поворота…

Темный эльф сильнее забился в его руках, грозясь вырваться.

– Ну… ты понял.

Призвав всю магическую силу, рейнджер зажал голову Валаниса и резко повернул.

Тело вестника богов обмякло, и Эшер выпустил его, позволив уйти под воду. Валанис был мертв.

Гидеон спрыгнул с потолка, рука его дымилась. Через источники Эшер чувствовал, что от Покрова ничего не осталось, что волна разрушения пошла по всем сосудам магии, на которых держался Калибан. Пещера задрожала, стены начали покрываться трещинами. Сталактиты, надламываясь, полетели в разные стороны под странными углами.

– Нужно выбираться! – предупредил Галанор. – Пещера рушится!

– Эшер, идем! – позвал Натаниэль, но рейнджер не шевелился, так и стоял в источнике.

– Эшер! – крикнула Рейна.

Фэйлен первой подбежала к воде, положила руку Эшеру на плечо.

– В чем дело? Почему ты не идешь?!

– Быстрее! – прокричал Гидеон сквозь грохот падающих камней.

Рейна и Натаниэль тоже бросились к рейнджеру, и Адиландре пришлось заклинанием остановить летевшую в них каменную плиту.

– Я не могу с вами, – отозвался Эшер.

Хоть ему и больно было видеть, как переменились лица друзей, он протянул руку и высыпал из ладони черную пыль – остатки кристалла Палдоры.

– Нет! – закричала Рейна, слезы потекли по ее лицу. Натаниэль не мог подобрать слов, но в глазах его были ужас и отчаяние. Фэйлен осторожно коснулась лица Эшера, по щекам ее тоже пролегли дорожки слез.

– Прости… – прошептал Эшер.

Фэйлен склонила голову, не обращая внимания на рушащиеся потолки.

– Мы ведь так и не пожили…

– Знаю, – ответил он, не в силах сдержать слез.

Вся мощь источников обрушилась на Эшера, лишившегося кристалла, загоняя его обратно на глубину. Он взревел нечеловеческим, искаженным магией голосом, золотые вены запульсировали на его светящейся коже, угрожая разорваться, вывернуть его наизнанку… Тяжело дыша, он вцепился в камни у берега, не зная, когда приступ поборет его окончательно.

– Мне недолго осталось. Вам тоже.

Фэйлен сдвинула брови, явно отказываясь уходить.

– Прочь! Быстрее!

Новая волна пробежала сквозь Эшера, прошла по всему его телу, и он снова взревел, напряг каждый мускул, чтобы не поддаваться конвульсиям. Через него текла чистейшая магия, только и ждущая момента вырваться наружу. Рейнджер встретился взглядом с Натаниэлем и, увидев его покрасневшие глаза, придумал вдруг, куда направить магию, которая так жаждала свободы. Он протянул руку, крепко схватил Натаниэля за лицо и передал маленькую частичку силы, пустил по всем сосудам, по каждому дюйму тела, сразу же налившегося магией.

Маленькая течь сломала дамбу. Он знал, что следующий приступ уже близко. Последний приступ.

– Что это было? – спросил Натаниэль, тяжело дыша.

Эшер взглянул на Рейну.

– Теперь у вас есть вечность. – Он знал, что сперва они не поймут, но со временем… – Вы должны выжить. Поживите и за меня тоже!

Каждое слово давалось ему с трудом.

Очередной толчок пошатнул пещеру, и падающие камни завалили сразу несколько источников.

– Я не могу найти кристаллы! – крикнул Галанор, шаря по каменистой земле в поисках кристаллов, которые отобрал у них Валанис.

– Нет времени! Надо идти! – позвал Гидеон, но Фэйлен им пришлось тянуть за собой общими силами.

Эшер смотрел им вслед, пока они не скрылись в коридорах Калибана, а потом ушел на глубину, чувствуя, что следующий приступ уже близко. Из магического кокона он прислушался в последний раз, убеждаясь, что друзья выбрались из крепости. Глубина вокруг сияла молниями, словно в грозу, но он держался. Он вглядывался внутренним взором в пещеру, но не понимал, видит реальность или же сон.

Калибан рушился вокруг, под его обломками гибло древнее зло, гнездившееся там тысячелетиями. Эшер улыбнулся из бездны между мирами и сдался на волю магии, наконец-то склонив голову перед судьбой.

* * *

Натаниэль бежал по коридорам, подталкивая Рейну и таща за собой Фэйлен, – больше он ничего не мог сделать. Коридоры рушились, вся крепость постепенно обращалась в пыль. Все, о чем он мог думать, – последний взгляд Эшера, его друга. От его прикосновения в груди словно забилось новое сердце.

– Сюда! – Гидеон резко свернул налево – и вовремя: потолок правого коридора рухнул. Натаниэлю пришлось перекатиться в сторону, чтобы не угодить под каменную плиту. Сильная рука Рейны схватила его за плечо.

– Не останавливайтесь! – крикнул бегущий впереди Гидеон.

– Куда мы? – крикнул в ответ Галанор.

Натаниэля волновал тот же вопрос. Калибан рушился им на головы, а выхода из недр горы не было.

– Доверьтесь мне! – ответил драгорн, вовремя выставив щит против обломков падающей стены.

Фэйлен бежала рядом. Взгляд ее был пуст, но, по крайней мере, теперь ее не приходилось тащить.

– Сюда! – Гидеон снова выставил руку, и магический удар вышиб двери в покои Валаниса.

Натаниэль помедлил, зная, что это тупик, но остановиться значило погибнуть на месте, пришлось следовать за драгорном на балкон, в леденящий холод.

Теперь они точно были обречены. Балкон вот-вот готов был обвалиться и утянуть их за собой.

– А теперь что? – спросил рыцарь.

Гидеон подбежал к краю и задрал голову, вглядываясь в плотные тучи и туман. На лице его отразились сомнения, но он промолчал. Балкон тряхнуло, зашатался поддерживавший его снизу валун. Натаниэль хотел было снова потребовать ответа, боясь больше за жизнь Рейны, чем за свою…

– Прыгаем! – скомандовал драгорн, но натолкнулся на пять вопросительных взглядов. Балкон снова зашатался. – Да прыгайте же!

С этими словами он бросился вниз.

Галанор и Адиландра первыми послушались приказа и тоже прыгнули, скрывшись в тумане быстро и бесшумно, как капли дождя.

– Вы его слышали! – Фэйлен подбежала к краю и тоже нырнула в туман.

Натаниэль наконец схватил Рейну за руку, и они прыгнули с края вместе. На последнем шаге камень у них под ногами треснул, и осколки полетели вслед.

Непонятно было, что там в тумане, долго ли лететь до земли, нет ли внизу скального выступа, о который их расплющит… Несколько мгновений они падали, но вдруг туман рассеялся и внизу показались Ледяные долины. Если бы не обстоятельства, вид был бы прекрасный, но паника мешала Натаниэлю увидеть происходящее под другим углом. Он заметил эльфов и Гидеона, летящих ниже, но вдруг красный дракон вынырнул из тумана и распахнул крылья, планируя совсем рядом. Отпустив руку Рейны, Натаниэль схватился за один его шип, Рейна – за другой. Убедившись, что они держатся крепко, дракон взмахнул крыльями и набрал высоту. Приглядевшись, Натаниэль увидел, что впереди на Иларго летит Гидеон, а Галанор, Адиландра и Фэйлен сидят на спине какого-то незнакомого голубого дракона. Рыцарь дрожащей рукой погладил теплую чешую, не веря своей удаче.

– Иларго привел друзей! – крикнул Гидеон.

Натаниэль снова сжал ладонь Рейны, благодарный прибывшим вовремя драконам. Они с принцессой переглянулись, без слов зная, что оба скорбят.

Рейна подалась вперед, коснулась лбом его лба.

– Что теперь?

Натаниэль проглотил слезы, проглотил терзавший его гнев. Лицо Эшера так и вставало перед глазами, стоило ему зажмуриться.

– Теперь будем жить. – Он улыбнулся. – Будем жить и за него тоже.