Стоило Рейне коснуться земли, как она тут же помчалась к южной стене, моля богов, чтобы успеть к Натаниэлю, до того как Самандриэль Затья его убьет. Но безжалостная рука Фэйлен остановила ее, приперла к стене таверны «Олень».

– Пусти! – запротестовала принцесса.

– Мне жаль, Рейна, – со слезами на глазах сказала Фэйлен. – Ты единственная, кто способен предотвратить то, что может случиться.

– Натаниэль умрет! Вот что может случиться!

Эзерик и Налмар, приземлившиеся дальше, перехватили намдорских рыцарей. Скимитары танцевали так быстро, что вскоре от отряда северян остался один человек. Он, впрочем, быстренько развернулся и побежал в другом направлении. Налмар бросил ему в затылок огненное заклинание, и бедняга умер прежде, чем упал на землю.

Фэйлен с силой надавила на плечо принцессы, удерживая ее на месте.

– Если наш народ войдет в город, погибнут все! Подумай, Рейна! Твой отец не станет разрушать Велию, если будет знать, что ты в городе! Он должен узнать!

– Ты переоцениваешь любовь короля ко мне, – ответила Рейна.

– Нет. Он твой отец, это самое главное. Он должен это понять наконец, – прошептала Фэйлен.

Мысли Рейны путались, звуки битвы и крики умирающих сбивали с толку, но она знала главное: Натаниэль прямо сейчас один борется за жизнь!

Фэйлен отпустила плачущую принцессу, осторожно большими пальцами отерла ее мокрые щеки.

– Мне жаль, что тебе приходится нести это бремя. Я взяла бы его на себя, если бы могла, но сейчас лишь ты стоишь между Иллианом и Айдой…

Рейна сморгнула слезы. Она знала, что Фэйлен жизнь отдаст за нее. Фэйлен всегда поступала правильно… Но ответственность, к которой наставница пыталась готовить ее с ранних лет, оказалась вдруг такой огромной…

– Натаниэль умеет выживать, – добавила Фэйлен. – Он боец. Одной стычки с генералом Длани мало, чтобы его убить. Вы еще встретитесь.

Эзерик и Налмар остановили еще один отряд рыцарей, напомнив Рейне, что Велия все еще в опасности. Действовать нужно было срочно, сейчас!

– Проведите меня в доки, – сказала она.

* * *

Чем дальше они уходили на восток, тем тише становился шум сражения. Улицы забиты были беженцами из других городов и велийцами – все старались держаться от западной стены как можно дальше. Куда ни взгляни, везде перепуганные лица: мужские, женские, детские. Смерть приближалась, и все это знали.

Это был не ее народ, но все же – народ. Такой же, как эльфы. Пусть ее соплеменники этого не видели, но люди точно так же жили ради своих любимых, защищали их, радовались дням, что удавалось провести вместе.

Но как убедить в этом отца?

Велийские солдаты как раз открыли восточные ворота и как могли сдерживали толпу, рвавшуюся в порт: одни стремились побыстрее уплыть, другие – хотя бы сбежать как можно дальше по побережью, пока темнорожденные не станут лишь ужасным воспоминанием. Солдаты встали у ворот полукругом, чтоб пройти мог лишь король и его свита.

– Король Ренгар! – крикнула Рейна из-за плеча рыцаря, заслонявшего ей проход.

Король бросил на нее взгляд и тут же обернулся, поняв, кто его зовет.

– Принцесса Рейна? Пропустите ее! – приказал он.

– Мой отец прибыл.

– Да, слава богам, – кивнул Ренгар. – Я собирался поприветствовать его и обсудить план контратаки. Мои люди не продержатся долго.

«Может, и продержались бы, сражайся ты вместе с ними», – подумала Рейна, но промолчала.

– Пожалуй, лучше я первой поприветствую его, ваше величество. На эльфийском мы говорим куда быстрее, чем на вашем языке. А чем скорее эльфы вступят в город, тем лучше.

Ренгар задумался, но кивнул.

– Как вам будет угодно, принцесса. Я последую за вами.

Рейна бросилась к кораблям на всей эльфийской скорости. Как Ренгар собирался за ней следовать? Эльфам люди всегда казались слишком медленными, а этот и вовсе не спешил, будто не его город горел!

Она пробежала между двумя стоящими на якоре кораблями быстрее ветра, выскочила на край причала. Сотни бело-голубых парусов надвигались на нее, под ними блестели серебром доспехи воинов, колыхались на ветру синие плащи. В руках каждого воина – заряженный лук, нацеленный на город. Самый большой корабль шел прямо на нее.

Рейна поймала отцовский взгляд и расправила плечи.

* * *

Элим вышел из шатра, поправил диадему так, чтоб кристалл сверкал чуть выше середины лба. Этот кристалл хранил магическую силу, так же как те, что украшали рукоять королевского скимитара. Царственный доспех был легким, как сухой лист, но крепким, как гномьи кости, за плечами развевался желтый плащ. Выйдя на палубу, Элим окинул взглядом восточные стены Велии и порт, раскинувшийся у их подножия.

В городе кипела битва, отзвуки ее доносились до эльфов, и Варо уже отдавал приказы, расставляя своих воинов на палубах: все впереди идущие корабли целились в сторону города. Элим крепко сжал свиток с пророчеством, спрятанный в поясе, готовый мановением руки начать вторжение…

И вдруг он увидел ее.

Он подбежал к борту, склонился над ним, чтобы лучше разглядеть стоявшую на причале девушку в лохмотьях. Сперва он не поверил глазам. Рейна? В таком виде? Но это, без сомнения, была его дочь. Спиной он чувствовал взгляд Варо, ждущего хоть какого-нибудь приказа… Но не мог оторвать от нее взгляд.

– Ваше величество?

– Стойте, – велел Элим, взмахнув рукой.

Рейна нырнула в холодную воду и скрылась в черной глубине океана, неподвластной даже эльфийскому взору, но не успел корабль причалить, как она перелезла через борт и спрыгнула на палубу.

Это была вовсе не та девчонка, которую он послал в Иллиан. Да и не девчонка вовсе – женщина, сполна познавшая мир за стенами прекрасных лесных дворцов. Его дочь видела смерть и войну, прошла все испытания с боем. В ее взгляде мерцала сталь.

– Отец…

Еще недавно он отругал бы ее за то, что не обратилась к нему «ваше величество», но теперь не нашел в себе сил на это. Ему хотелось крепко обнять ее и никогда не отпускать. Слишком долго он отталкивал Рейну и, казалось, смирился с тем, что они никогда не будут близки, но, глядя на нее теперь, чувствовал себя таким… уязвимым.

– Ваше величество? – снова позвал Варо.

Элим взглянул на командира гвардейцев, на своих воинов, готовых спустить тетиву по первому приказу. И он хотел уже отдать этот приказ, но Рейна шагнула вперед.

– Так мы победить не сможем, – уверенно сказала она. – На нашей стороне нет своих и чужих. Либо мы победим Валаниса вместе, либо вместе проиграем, отец. Я видела нашего врага, для него нет разницы между двумя берегами – он сожжет оба.

Элим протянул было руку, чтоб коснуться лица дочери, но в последний миг опустил.

– Они живут на земле, принадлежащей нам по праву, и ты это знаешь.

– Мы подвели их, – продолжила Рейна. – Мы должны были пестовать человечество, но подвели их. Они такие хрупкие, их жизни по сравнению с нашими – ничто. Люди так дорожат мгновениями, потому что каждое может стать последним, и мы должны защищать эти мгновения, не отбирать их. Люди видят мир иначе, но, возможно, мы сможем чему-то у них научиться!

– Рейна… – Элим разочарованно покачал головой. – Неужели ты не понимаешь? Им нечему нас учить, мы превосходим их.

– Нельзя превзойти кого-то в любви, – возразила Рейна. – Они способны на любовь точно так же, как мы, я это знаю. Так почему мы не можем мирно жить вместе?

– Знаю, чтобы выжить, тебе пришлось сражаться за них, но еще до твоего рождения было решено, что мы станем править этими землями. – Элим крепко сжал свиток в поясе. – Мы сами пишем свою судьбу…

Рейна гордо вскинула подбородок совершенно материнским движением и, сняв со спины лук, взглянула на Элима так, что только дурак после этого не прислушался бы к ее словам.

– Ты пришел не для того, чтоб избавить мир от Валаниса, – сказала она с отвращением, ранившим сердце короля. – Ты пришел мстить. Отобрать земли, которые сам же бросил. Я не позволю тебе ранить ни единого человека.

Элим и моргнуть не успел, а стрела уже легла на тетиву. Он поднял руки, успокаивая лучников, тут же нацелившихся на Рейну. Он много раз слышал об этом луке из донесений во время Темной войны и знал, что дочь победила Аделлума Бово в крепости Серых плащей. Это оружие было мощнее, чем любой их меч, любой лук, но, что важнее всего, владела им единственная, кого он не мог приказать убить.

– Рейна, не делай этого, – попросил он.

– Помоги нам победить Валаниса. Все остальное может подождать.

Элим вскинул подбородок, подражая дочери.

– Похоже, ты наконец-то становишься воином.

– Я всегда им была, отец. Ты просто не желал этого видеть.

Король обернулся к Варо, окинул его невидящим взглядом, не веря, что сейчас отдаст тот самый приказ…