Валанис стиснул кулак, выжимая из осколка кристалла Палдоры всю силу до капли. Над ним расцветала буря, способная вобрать в себя все бури, – из черных облаков в землю Верды били молнии его гнева. Ураган, способный смести целые деревни, швырял в стены Калибана мокрый снег и град. Молнии откалывали от гор куски размером с дома.

Он чувствовал, что это не все. Где-то под поверхностью лежали необъятные глубины магии, только и ждущие, чтобы их выпустили в мир. Валанис стиснул зубы, в поисках контроля изо всех сил цепляясь за силу кристалла. Еще немного… еще немного, и он коснется… Его руки дрожали, вены светились под кожей. Звериный рев сорвался с губ, но гром заглушил его, и Валанис упал на колени.

Осколок давал ему больше власти, чем было у него во время Темной войны, но этого было недостаточно. Магия Найюса требовала более сильного сосуда… хотя Валанис знал, что нет никого достойнее. Иначе зачем богам выбирать его? Он мог коснуться магии богов через источник, но не вестнику создателей всего живого прятаться в пещере! Он должен быть там, за стенами Калибана, вести Верду в новую эру.

Он поднял голову к небу, наблюдая, как природа подчиняет созданную им бурю. Дождь постепенно стих, молния танцевала среди облаков, не обрушиваясь больше на горы. Это была проверка, и обернулась она неудачей. В последний раз, когда он сражался против драконов, под его знаменами шла армия эльфов – в ней было его преимущество. Темнорожденные умело ловили и убивали одиноких драконов, но против силы, поднимающейся на востоке, они ничего не смогут поделать. Армии Севера, ведомые Тионом, не лучше: намдорцы разбегутся от одного вида дракона, а ведь на них летят десятки.

Нет. Лишь он способен разобраться с ними.

Валанис вытянул руку, рассматривая грубое кольцо, выкованное рейнджером. Черный кристалл в оправе был его единственным союзником.

Этого будет достаточно, – прошептал голос Палдоры из-за дверей.

Валанис ушел с залитого дождем балкона и вернулся в теплую спальню. Он снял маску и капюшон, позволяя светлым волосам упасть на темные одежды. Струи дождя стекали с его доспехов на ковер, но темному эльфу было все равно: его внимание принадлежало лишь богам. Он, как всегда, ждал, что они заговорят с ним: в прошлый раз боги явили ему древние сильвировые копья, но с тех пор постигать силу кристалла Палдоры приходилось самому…

И вот они явились…

Валанис вскричал в агонии, чувствуя, что ему словно пику вонзили в голову. Он вновь упал на колени, неспособный сдержаться, схватился за голову, царапая череп, словно пытался докопаться до источника боли, но его не было – лишь страдание без конца. Звук утихающего шторма исчез, исчезли и его собственные крики, оставив лишь бездну, из которой звали голоса богов. Они подавляли, переполняли своего вестника…

– Прекратите! – крикнул Валанис. – Прошу, прекратите!

Но голоса становились все громче, все невыносимее. Цвета померкли, и бездна поднялась навстречу, поглотив его.

Наконец он открыл глаза. Сперва слух уловил лишь вой ветра, потом – действующий на натянутые нервы стук балконных дверей по каменной стене. Валанис лежал на спине посреди спальни и всем телом, всей кожей чувствовал напряжение, искрящее в комнате.

Боги пришли…

Он вскочил и побежал по коридорам, по лабиринту туннелей, пока не добрался до ощетинившихся сталагмитами пещер Венгоры, до источников Найюса. Сила богов ощущалась там так отчетливо, будто протяни руку – и дотронешься до них.

– Что случилось? – спросил он у пустой пещеры.

Покров! – крикнул кто-то в его голове.

Покров нашелся, – добавил голос Найюса.

Он покинул нас! – горестно воскликнула Палдора.

Валанис оборачивался то на один голос, то на другой, надеясь увидеть хоть тень богов.

– Кто покинул? – спросил он, не понимая, что происходит.

Он недостаточно силен! – возразил другой бог.

У него кристалл! – запротестовала Палдора.

Осколок! Этого недостаточно! – вмешался низкий мужской голос.

У Валаниса вновь закружилась голова. Ни смертные, ни бессмертные не должны слышать, как ссорятся божества.

Крайт погиб! – крикнула какая-то женщина.

Валанис остолбенел и решил, что ослышался. Как может погибнуть бог войны?

Валанис… – позвал от ближайшего источника голос, без сомнения принадлежавший Атилану. – Валанис…

Кристаллы замерцали, словно отвечая повелителю богов.

Вестник осторожно заглянул в источник, не в силах отвести глаз от движения кристаллов. Атилан вновь позвал его, и он осторожно погрузил пальцы в воду. Мгновение – и кто-то схватил его за руку, стиснул, словно клещами. Валанис невольно потянулся назад – бесполезно. Чужая рука дернула и утащила его под воду, в озеро жидких кристаллов.

Сила Атилана поглотила его. Валанис почувствовал хватку на челюсти, словно кто-то вскрыл все его существо с головы до пят. Сила, магия, наполнившие его тело, вытолкнули сознание в некое иное место, где плотское существование не имело значения. Вспышки света ослепили его, хоть он и знал, что смотрит теперь не глазами. Исчезло ощущение себя, осталось лишь внимание, прикованное к местам, частям света, где источники магии били достаточно сильно.

Теперь ты видишь…

Голос Атилана доносился будто бы отовсюду. Замелькали вспышки, цвета, пейзажи, и наконец перед Валанисом предстала огромная незнакомая гора. Еще вспышка – и его новообретенное зрение проникло сквозь скалу внутрь. Взрыв потряс пещеру изнутри, и эльф скорее понял, чем увидел, что произошло. Внутри разгорелась битва, выплеснулось огромное количество магии. Покров тоже был там…

Смотреть на мир так было непривычно, все сбивало с толку. Атилан завладел им, направляя взгляд, показывая изломанное тело, оставшееся гнить под горой.

Повелитель Крайт…

Валанис знал, что должен быть поражен этим открытием, но в этом месте ему казалось, что он всегда знал о смерти бога войны. Знал, что тот лежит под горой на Айде, названной Гарганафан, в честь короля драконов. Однако один вывод он для себя сделал: бога можно убить, если он обретет тело.

Крайт был слаб!

Атилан надавил на него так, что Валанис на мгновение испугался, что сейчас перестанет существовать. Глупо было полагать, что Атилан не читает его мысли как раскрытую книгу.

В этом новом месте между Вердой и небесами Валанису стоило лишь подумать о чем-то – и все ответы приходили сами. Он хотел узнать, что может убить бога, и ответ явился ему вместе с картиной, которой он не видел тысячу лет. С высоты, сквозь купол мира, он увидел Эдейский океан и дракона, парящего над ним в потоках ветра. На спине дракона сидел всадник.

Человек, – подтвердил Атилан. – Новое поколение драгорнов поднялось против нас.

Валанис больше не обладал ни губами, ни ртом, ни носом, поэтому не мог фыркнуть. «Как человек может стать драгорном?» – подумал он.

Не стоит недооценивать человечество. Они могущественнее, чем ты думаешь, особенно этот. Теперь он больше, чем человек. Он бессмертный. Убийца богов.

Валанис захотел узнать о всаднике больше, но стоило ему сосредоточиться на драконе, как все поплыло.

Ты увидел все, что мы могли тебе показать. Убей драгорна и верни Покров. Лишь тогда ты докажешь, что достоин…

Валанис знал, что должен быть доволен тем, что боги признают его достойным звания их вестника, но что-то было в словах Атилана… что-то еще…

Делай, как я сказал, Валанис, и мы возвысим тебя до бога… бога войны!

Валанис вырвался из источника, хватая ртом воздух. Он понятия не имел, сколько времени прошло, сказал ли ему Атилан еще что-то… Тяжело дыша, он выполз на холодные камни. Что только что произошло? Где он был? Казалось, века прошли с тех пор, как Атилан предложил ему место в пантеоне. На мгновение Валанис даже усомнился в том, что все это действительно было.

Призвав магию, он в то же мгновение поднялся на ноги. Странно было вновь ощущать свои конечности, свое тело. Закрыв глаза, он увидел зеленого дракона и его всадника, летящих через океан прямо к нему. Покров был у всадника, все происходило именно так, как предсказали боги: бессмертный человек принесет ему желанное. И право стать богом.

Бог войны… Валанису определенно нравилось, как это звучит.