Поскольку Велия готовилась к войне, во дворце не осталось стражников, обычно открывавших все эти бесконечные двери. Эшер, впрочем, справлялся и сам, распахивая их все пинками грязных сапог. Он спешил не зря: Фэйлен у него на руках с самого Барроша не сказала ни слова.

Король Ренгар и его рыцари отставали, их то и дело задерживали солдаты и подданные: нужно было отдавать приказы о защите города. Эшера и остальных же ничто не могло удержать – им нужно было найти удобное место для Фэйлен.

– Туда! – крикнула Рейна Тай'гарну, указывая на сад с видом на город.

Натаниэль бросился вперед, открыл перед ними двери, впуская во дворец шум и грохот осажденного города. Эшер подумал, что Фэйлен холодный ветер и хмурые облака только навредят, но решил не перечить эльфийской мудрости.

– Положи ее на траву, – велел Тай'гарн.

Рейнджер осторожно уложил Фэйлен под самым большим деревом, среди цветов. Эта эльфийка столько перенесла, чтобы вернуться к ним…

Старейшина и двое его спутников встали на колени вокруг, повернули ее руки ладонями кверху, выпрямили ее ноги. Стоило Тай'гарну прошептать что-то, как цветы и травинки склонились к Фэйлен, обвились вокруг ее щиколоток и запястий. Ветви дерева шевелились на ветру, бросая на ее лицо тени.

Олли, верный белый сычик Рейны, внимательно наблюдал за эльфийской магией с дерева. Эшер с удовольствием последовал бы его примеру, но его отвлекало монотонное скандирование за стенами. Чтобы не мешать эльфам, они с Натаниэлем подошли к каменному парапету. В мирное время вид захватывал бы дух: внизу раскинулась вся Велия, четыре статуи нависали над ней, будто стражи. Все портили только десять тысяч кровожадно орущих темнорожденных.

Скандировали они нарочно, чтобы нагнать страху на горожан и защитников Велии: так казалось, что врагов еще больше. По стенам вверх-вниз сновали красные плащи: одни заряжали баллисты, другие пополняли запас стрел, большинство спешило на посты, готовясь к бою. За стеной по земле тянулась ровная полоса вонзенных в почву стрел – предупреждение темнорожденным, что за этой чертой их ждет смерть с небес.

Не заступая за границу, дикари рассредоточились, охватив половину городского периметра. Рев монструозных троллей и горных гигантов заглушал их голоса, в ответ из города раздавались крики ужаса.

К парапету подошли Глэйд, Доран и Тарен, оставив Рейну с Хадавад помогать эльфам.

– Живые-здоровые, ты глянь! – заорал гном. – Вот и ладушки!

– Рад встрече, – сказал Глэйд, стиснув плечо Эшера и хлопнув Натаниэля по спине. – Одним видом воодушевляете.

– Ага, вот только какого ж хрена вы за собой армию притащили? – Доран наконец выглянул за парапет.

– Наше путешествие было нелегким, – ответил Натаниэль, оглянувшись на Фэйлен и эльфов.

– Вы его нашли? – спросил Тарен. – Нашли камень, о котором говорили?

Эшер переглянулся с Натаниэлем и снова обратился взглядом к горизонту. Он не мог вслух сказать, что кристалл, ради которого они через столько прошли, бесполезен, как щебень.

– Да, камень у нас, – ответил за него Натаниэль.

– Но это же здорово! – просиял Тарен.

Доран обернулся к рейнджеру.

– А силы у него достаточно будет, чтобы от этих ублюдков избавиться?

Эшер вопросительно оглянулся на Тай'гарна.

– Сомневаюсь…

– Только гляньте, – сказал Тарен, глядя на толпы внизу. – Город сейчас по швам лопнет.

Эшер окинул взглядом внешние стены и кольцо темнорожденных.

– Ничего. В городе безопасно: темнорожденным эти стены не пробить, и даже гиганты недостаточно высоки, чтоб на них залезть.

Натаниэль указал на армию дикарей.

– Но у них есть катапульты.

Доран провел пальцем по парапету и облизал кончик.

– Велийский камень крепок. Тут побольше надо, чем пара катапульт.

– А главные ворота? – спросил Натаниэль.

На его вопрос ответила неслышно подошедшая Хадавад:

– Старейшина Тай'гарн выиграл нам немного времени.

Эшер успел повидать Хадавада в трех телах, но ни разу в женском и тем более таком юном. Впрочем, после всех чудес, которые рейнджер повидал на своем пути, к новому облику мага он привык быстро. А вот Натаниэлю, судя по его мечущемуся взгляду, времени нужно было побольше.

– С помощью своего посоха он наложил на ворота чары, которые даже троллю придется пробивать несколько дней.

Тарен перегнулся через парапет.

– Тысячи лет люди говорили то же самое про Врата Сайлы. Но мы все видели, что с ними случилось.

«Валанис случился», – подумал Эшер. Темный эльф был в этой войне игроком, действия которого никто не мог предугадать. Вот почему они так нуждались в кристалле. Рейнджер ощупал мешочек на поясе. Время уходило.

– Простите за опоздание! – Король Ренгар стремительно вошел в сад. – Война, сами понимаете.

Он окинул взглядом Эшера и эльфов, слегка наморщил царственное лицо.

– Старейшина Тай'гарн, я обязан спросить: вы говорили со своим королем? Эльфы прибудут на подмогу?

Рейнджеры вернулись под дерево. Эшер заметил, как Рейна переглянулась с Тай'гарном. Прибыть-то эльфы прибудут. Вот только не с подмогой.

Тай'гарн встал рядом с принцессой.

– Наш флот уже в пути, ваше величество.

На лице Ренгара отразилось видимое облегчение. Король Велии до этого вел мелкие войнушки с Серым Камнем и им подобными, но такую битву никто из иллианских правителей даже представить себе не мог.

– Изабелла, королева Лириана, пообещала прислать армии Фелгарна, – сказал Ренгар, глядя на запад. – Однако им до нас еще несколько дней.

– Ваше величество, – вмешалась Рейна, – мы принесли дурные вести. Король Меркарис…

– Тоже идет по мою душу, – закончил за нее король. – Старейшина Тай'гарн привел Серых плащей и все мне рассказал. Намдорцы атаковали их в Дарквелле. Похоже, мы вступаем в войну, которой мир не видывал веками!

Тут уж Эшер не смог сдержаться:

– А для тебя это красиво звучит, да?

– Эшер… – предостерегающе вмешалась Рейна.

Но рейнджер уже шагнул вперед.

– Пока ты прохлаждался в своем дворце, люди Иллиана бились за свою свободу. Столько домов лежат в руинах, города обратились в пыль, тысячи погибли от рук этих дикарей! Думаешь, это они славу тебе поднесли на тарелочке? Думаешь, войдешь в историю героем? Неважно, кто там придет тебе на помощь, королек. Этого все равно не хватит.

– Эшер, – снова вмешалась Рейна. – Тебе нужно отдохнуть.

Рейнджер видел, что рыцари Ренгара все как один готовы достать мечи и защищать честь своего короля. Часть его, обозленная часть, очень хотела, чтобы они так и сделали. Ему нужно было с кем-то подраться, только это помогало ему расслабиться.

– Серые плащи, говорите? – быстро перевел тему Натаниэль.

Но Ренгар так и смотрел на Эшера в упор холодным взглядом, не желая сдаваться.

– Не боись, парень, – нарушил молчание Калеб Йорден, рассевшийся на траве и привалившийся спиной к дереву. – Много наших сестер и братьев благополучно добрались до Велии под моим… – Он рыгнул и залил в глотку еще эля. – …чутким руководством. Ты мне вроде как денег должен…

Король даже не стал скрывать кислую мину.

– Лорд-маршал Хорварт и его рыцари помогают укреплять защиту города.

– Много ли их осталось? – спросил Натаниэль.

– Недостаточно.

«Хоть это он понимает», – подумал Эшер. И если у него есть хоть толика здравого смысла, он сейчас должен думать о том, как по-тихому вывести народ, чтоб враги не пронюхали.

Король в замешательстве взглянул на Фэйлен.

– У меня множество комнат, так что вы можете устроить леди Халдор…

– Фэйлен вернется к нам, в свое время, – заверил Тай'гарн, и это были лучшие новости, что Эшер слышал за последнее время. – Место эльфов среди природы, а не в каменных чертогах.

Король не нашелся, что ответить на это заявление, поэтому просто поджал губы и закивал как болванчик.

– Что ж, эльфийские заботы оставлю эльфам. Мне предстоит закончить подготовку к обороне, – наконец сказал он и глянул на рейнджера с Рейной. – Вы, должно быть, невероятно устали. Если пожелаете, для вас готовы покои.

В последний раз неласково покосившись на Эшера, он ушел.

Если бы рейнджер действительно не устал так сильно, бросил бы ему в спину что-нибудь остроумное. Но вместо этого глянул на настороженную Рейну. Со всех сторон наседали враги – как тут разобрать, кто твой союзник?

– Тебе надо отдохнуть. – Она ласково коснулась его груди. – Задираешь человека, командующего многотысячной армией. Давно ты спал?

Голоса темнорожденных и грохот барабанов действовали ему на нервы, но вот прикосновение Рейны успокаивало.

– Полагаю, – сказал Тай'гарн, глядя, как красные плащи исчезают во дворце, – сперва нам нужно поговорить. Мне очень интересно услышать о вашем путешествии.

* * *

Алидир поплотнее завернулся в грязные лохмотья, пряча эльфийские уши и прекрасное лицо, перепачканное грязью, чтоб сойти за своего среди этого сброда, зовущего себя людьми. Много дней он шел среди беженцев из Гелоши, даже прошел через Баррош, где, как он знал наверняка, прятались рейнджер и эльфийки. Конечно, продолжать путь с караваном было рискованно, но Алидир не знал города, а обыскивать каждый дом было долго. К тому же по пятам шли темнорожденные, а значит, его добыча уже скоро будет в Велии.

И вот он внутри…

С появлением на горизонте варваров ворота Велии закрылись, и отыскать цель сделалось совершенно невозможно. Несколько тысяч каратцев, калмардранцев, гелошцев и баррошцев заполонили улицы, гомоня и сея хаос. Чтобы не толкаться в толпе, эльфу пришлось скрываться на крышах и в самых грязных переулках.

Пока он, пробиваясь сквозь толчею, шел к воротам, принцесса и Эшер успели исчезнуть, если вообще доехали до Велии. Что, если они не успели? Весь его план строился на предположении, что они опередят темнорожденных и укроются в городе. Снова вселиться в Фэйлен не получалось, и это разозлило его так, что он с трудом сдерживался. Все его существо сосредоточилось на том, чтобы сдерживаться и не начать убивать каждого на своем пути.

Он стал еще осторожнее, с тех пор как заметил старейшину, сражавшегося с Самандриэль в Дарквелле. Сопровождали его еще два воина, и, хотя Алидир не сомневался в своей способности одолеть всех троих, драка вышла бы слишком шумная. Как раз таких он тысячу лет учил аракешей избегать.

Трагедия собственного изгнания давила так сильно, что он прислонился к холодной стене, мокрые лохмотья так и липли к коже. Неужели он и вправду сделал столько ошибок? Он обладал такой силой, такой властью… но так и не смог победить врагов.

Он прогнал от себя эти мысли, стиснул кулак. Для сомнений не время и не место – они разъедают мозг, а его господину нужна сила. Недостойного Валанис не наградил бы частичкой могущества Найюса.

– С дороги! – раздался крик, и мимо поспешили велийские солдаты, таща на плечах толстые бревна. Их устанавливали, одним концом упирая в ворота, а другим – в землю, в специально вырытые укрепления. Последний рубеж обороны, которая не выстоит.

– Глупцы… – пробормотал Алидир себе под нос и снова побрел по улицам, ища рейнджера. Кристалл Палдоры переломит ход этой войны. Темнорожденные, северяне, даже эльфы Айды станут не важны, если Валанис сможет использовать всю мощь магии Найюса. С ней господин навсегда изменит мир. Нужно лишь этот кристалл найти…

* * *

Под пристальным взглядом старейшины Эшер чувствовал себя голым. Тай'гарн внимательно слушал рассказ Рейны о путешествии и первой встрече с Эшером на берегах Унмара, не упуская ни единой детали, но то и дело поглядывал на висящий у Эшера на поясе мешочек. Эльфы, склонившиеся над Фэйлен, иногда удивленно поднимали головы. Эшер их понимал: ему самому не верилось, хотя он все это пережил.

– И вот теперь мы здесь, – закончила Рейна повесть об их долгом приключении. – Но где теперь Алидир, мы не знаем.

– Наверное, все еще с дикарями и Талланом, – предположил Натаниэль.

– Хотел бы я сойтись с ним в бою. Очень хотел бы, – сказал Тарен, глядя куда-то вдаль – без сомнения, думая об отце и брате.

– Нет, не хотел бы, – резко оборвал его Эшер.

Возможность сразиться с Алидиром ему представлялась много раз, но постоянно что-то мешало. Эшер повел плечами, чувствуя вес вражеского меча. Вернет ли он его когда-нибудь…

– Так ты владеешь силой кристалла, рейнджер? – спросил Тай'гарн.

Эшер глянул на Рейну, которая не стала пускаться в детали, рассказывая об их злоключениях в Яме.

– «Владею силой» – это сильно сказано. Я могу его держать.

– Не дадите ли взглянуть? – Старейшина протянул руку.

Эшер подумал, что, может, у старейшины получится лучше, но мысль вложить кристалл Палдоры в чужую ладонь ему не нравилась. Но удерживать такое могучее оружие при себе тоже было бессмысленно, раз обращаться с ним он не может. Он достал кристалл из мешочка – гладкий, прохладный, на ощупь самый обычный.

Тай'гарн потянулся к сокровищу, но, вместо того чтобы забрать, взялся за ладонь Эшера – рейнджер костяшками почувствовал тепло его пальцев даже сквозь перчатки. Волоски на руке встали дыбом, мышцы задрожали под кожей. Тай'гарн почему-то вдруг зажмурился, стиснул зубы… И осторожно сжал пальцы Эшера вокруг кристалла, стараясь не касаться артефакта.

– Янтарные чары связали тебя с кристаллом, – пояснил Тай'гарн. – Раньше он мог служить кому угодно, но теперь признает только тебя.

– А Валанис? – спросила Хадавад. – Он способен подчинить его силу?

– Может, это наш шанс? Используем кристалл против него? – спросила Рейна. Эшер не переставал удивляться, откуда у нее столько энергии.

Тай'гарн поднял руку, останавливая ее.

– Источники Найюса загадочны и наверняка изменили Валаниса. Магия, текущая сквозь него, сильна. Подозреваю, что кристалл ему нужен, чтобы управлять этим самым течением. Я бы не стал отдавать кристалл ему из простой надежды, что это его убьет.

Натаниэль вздохнул.

– Другого оружия у нас нет.

– А как его победили в прошлый раз? – Глэйд отобрал у Калеба Йордена бутылку и выкинул.

– Принеся жертву, – ответил Тай'гарн.

Эшер почувствовал взгляд старейшины, но сосредоточился на кристалле. А скольким ему придется пожертвовать, чтобы использовать силу, запертую в черном кристалле? Ему захотелось ради интереса прямо сейчас сотворить простое заклинание огня, но усталость была слишком сильна: магия выжмет его досуха, и он не сможет приглядывать за Фэйлен.

– В последние дни Темной войны, – начала Рейна, – старейшины объединили силы с Гарганафаном, королем драконов. Вместе у них получилось заточить Валаниса в Янтарные чары, но это стоило им жизней.

– И что же, его нельзя заточить куда-нибудь снова? – спросил Тарен.

– Без дракона нельзя, – мрачно ответила принцесса.

Доран в обычной гномской манере похлопал Тай'гарна по ноге.

– Нигде там у вас дракон под подолом не припрятан, а?

Выражение лица старейшины, вернее отсутствие этого самого выражения, говорило само за себя.

– Пока неважно, как именно мы победим Валаниса, – сказал Натаниэль, кивнув на звук барабанов темнорожденных. – Сейчас есть проблема посерьезнее.

Наверное, рейнджера это должно было бы обеспокоить, но сражаться с темнорожденными и солдатами Намдора он, по крайней мере, умел.

– Почему они до сих пор не напали? – спросил Тарен, положив руку на рукоять кинжала.

Калеб Йорден неуверенно встал на ноги, ища глазами выброшенный эль.

– Темнорожденные, они же – ик! – дикари. Каннибалы! Напугать хотят сперва. Чтоб мясо наше вкуснее было…

Хадавад закатила глаза.

– Верните ему эль, пусть лучше займет рот бутылкой.

– У них преимущество. – Натаниэль отвернулся от пьяного рейнджера. – В теории им вообще ничего не нужно делать, они нас могут даже голодом заморить. – Он прошелся по лужайке, взглянул на темнорожденных. – Но не станут. Валанис не для того притащил их с другого континента, чтобы посадить ждать.

– А что бы ты сделал на его месте? – спросил Эшер, уже зная ответ.

– Я бы приказал им ждать, да, но не пока мы помрем от голода. Я бы дождался прибытия Меркариса и его армии, а уж потом ударил.

Эшер хотел согласиться, но вмешалась Рейна:

– Значит, нам всем нужно отдохнуть, пока велийцы караулят. Мы им еще пригодимся.

Рейнджер не собирался спать, пока не проснется Фэйлен, но и от возможности присесть отказываться не собирался. Он надеялся, что присутствие эльфов немного успокоит бурлящий внутри гнев, но знал, что только хороший отдых поможет вновь овладеть собой…

И тут в сад вышел Нед Фенник.

Эшер сразу же заметил мощную фигуру Серого плаща, вышагивающего рядом со своим командиром, лорд-маршалом Хорвартом. Рейнджер не встречал их со времен битвы с аракешами за Западный Феллион. Шрам на лице Хорварта напомнил Эшеру, как лорд-маршал стоял на воротах, когда по ним ударил, неся разрушения, магический лук Аделлума.

А вот Нед Фенник… О нем остались совсем другие воспоминания.

Он был его личным палачом в темнице Западного Феллиона. И возможность отплатить рейнджеру до сих пор не представилась.

Ему, конечно, сильно хотелось убить человека, прижигавшего его кожу, резавшего плоть, избивавшего до потери сознания… Вот только Натаниэль этого не допустит. И все же Эшер задумался, много ли успеет сделать, пока друг его не оттащит.

Хорварт подошел прямо к Рейне.

– Когда до меня дошел слух, что вас видели после Западного Феллиона, – он глянул на Калеба Йордена, – я сперва не поверил. Вы так много сделали для нас, стольких рыцарей спасли той ночью…

Поток комплиментов прервался, потому что Эшер встал, быстро пересек сад и впечатал кулак прямо Неду Феннику в лицо. От удара боль пронзила костяшки, открылись старые раны, но это стоило того, чтобы полюбоваться, как удивление на лице рыцаря сменяется болью и он валится в траву. Увы, вставать он не спешил – а Эшер так надеялся! Тогда можно было бы врезать ему еще разок.

Рейнджер думал, что Хорварт сейчас выхватит меч или хотя бы оттолкнет обидчика от своего рыцаря, но вместо этого лорд-маршал прикрыл глаза и склонил голову. Натаниэль, что интересно, и пальцем не пошевелил.

– Сукин ты сын! – Фенник приподнялся на одной руке, другой прикрыл рот. Наконец он встал и тут же потянулся за мечом, глаза его горели жаждой отмщения.

Лорд-маршал повернул к нему голову.

– Поднимешь меч, Фенник, и я разрешу тебе с ним сразиться.

Эшер не шевельнулся, надеясь, что Фенник не понял, что Хорварт на самом деле имеет в виду. Обманчиво безоружный, рейнджер провоцировал его одним взглядом. Если он поднимет меч… Что ж, Эшер не мог поручиться, что не убьет его прямо там, в дворцовом саду.

Фенник перевел взгляд с Эшера на Хорварта, взвешивая шансы.

– Этого бешеного пса надо усыпить!

– Фенник! – рявкнул Хорварт. – Пойди осмотри наши позиции на стене! Сейчас же!

Нед Фенник утер окровавленный рот и сплюнул на землю зуб.

– Слушаюсь.

Глянул он на прощание не ласковее Ренгара.

Доран рассмеялся.

– Так ты здесь друзей не заведешь, парень!

Лорд-маршал Хорварт одернул знаменитый кожаный плащ.

– Наш орден никогда не сможет расплатиться с тобой за то, что ты сделал, рейнджер. Мои рыцари очень высокого мнения о твоих действиях в Западном Феллионе.

Эшер его не слушал: сверлил взглядом удаляющегося Неда Фенника. Аракеш внутри него хотел выловить Серого плаща в темном углу и перекинуть через стену на корм темнорожденным. Но именно эти злые мысли и отрезвили его, напомнили, что он теперь выше этого. Никакого больше бездумного «бей или беги». Теперь у него есть люди, о которых надо позаботиться…

– Вижу, ты больше не носишь плащ, – сказал Хорварт Натаниэлю, так и не поднявшемуся с каменной скамьи.

Натаниэль быстро глянул на Рейну.

– Я сделал выбор.

– Что ж… – Хорварт облизнул губы. – В любом случае буду рад видеть тебя на стене. Твой лук нам пригодится.

– Я рада, что он умеет им владеть, – вмешалась Рейна. – Его стрелы много раз спасали мне жизнь.

– Таковы все бойцы, прошедшие тяжелую школу Западного Феллиона. – Хорварт склонил голову. – Я иду на стену. Отдохните: день обещает быть длинным, а ночь еще длиннее.

После его ухода Эшер обернулся к Натаниэлю, вопросительно приподняв бровь.

– Не смотри на меня так, – ответил тот не моргнув глазом. – Я надеялся, что ты его прикончишь.

Эшер улыбнулся. Приятно было снова посмеяться.