Больше обдумать и обсудить ведьминские причуды и деканскую радость компания не успела. Жутко, как неделю не мытая и искусанная оголодавшими комарами, зачесалась метка-радуга на запястье и послышался глас. Именно глас, а не голос, зов или что-то более умиротворенно-спокойное, вроде приглашения заскакивать на чаек с конфетками.

– Команда, явиться в храм мы призываем неотложно!

Такая телеграмма заставила напрячься даже Трауля, который хоть и не относился к команде Киры, но слишком давно имел дело с Могуществами, потому был настроен на нужную волну.

– Ступайте, нельзя медлить! – сразу подобравшись, отрывисто рекомендовал паладин, причем даже не предложил потом, по возвращении, рассказать суть проблемы. Бывают вопросы такого уровня секретности, суть которых не должна выходить за пределы Храма. А служители Могуществ, носители метки, есть суть живые частицы Храма.

Нельзя так нельзя. Проводить сутки в косметическом салоне перед визитом к бестелесным работодателям не собирался даже Мелвин. Забота о себе любимом – важный аспект жизни, тут сомнений нет. Но Могуществам совершенно наплевать, как выглядят их служители внешне, потому как разброс рас работников слишком широк.

Перенос по метке, ставший за несколько дней совершенно привычным, прошел практически молниеносно.

Мощное излучение Могуществ окружило команду. Вот только теперь к цветовым переливам, ощущению потоков многих энергий, к всеобъемлющему чувству правильности, истинной гармонии и умиротворения словно плеснули толику нервозности. Самую-самую малость, но в контрасте с глобальным умиротворением она звучала режущим ухо диссонансом.

– Вы должны убрать свои сокровища из нашего Храма, служители! – сходу объявили Могущества.

– Вы о чем? – выпалил Род, вскидывая брови.

– О сокровищах драконицы, что перемещены были юными феями магией своей! – нельзя сказать, что Могущества завопили, взвизгнули или как-то иначе интонационно проявили свое негодование. Но оно чувствовалось даже в ровном тоне так же, как те самые брызги нервозности.

– Они в наших комнатах, в поместье Тингордиан, разве нет? – Кира обернулась к Алии, как непосредственному руководителю и воспитателю феек, ответственных за магическую грузопереноску.

– Большей частью, – пожала плечами и крыльями красавица, и мордашка ее приняла чуть виноватое выражение. – Чуть-чуть самых блестящих вещичек они оставили для украшения здешних покоев. Очень чешется?

– Да, убирайте, поскорее, – почти взмолились Могущества.

– Чешется? – изумился Род.

Взгляд его перескакивал с невозмутимого пса на разноцветье колонн величественного храма. Ничего общего, как ни крути, не находилось. У зверя, даже волшебного, в шерсти могут завестись блохи, но кто может завестись у бестелесных и всемогущих? У них точно никаких блох быть не может. У них ни плоти, ни кожи, ни тем паче шерсти не имеется.

– Всему виной смешение несовместимых энергий – фейской, и без того изменчивой, а в силу молодости изменчивой втройне, с энергией драконицы, которой пропитались ее сокровища, – меланхолично подсказал другу Мелвин.

– О, точно, это ведет к легкому дисбалансу храмовых энергий, потому что начинает влиять не снаружи, а изнутри, – дошел и до Рода механизм чесотки Могуществ. – Надо забрать вещички. Извините!

– Вы не ведали о наших неудобствах, – практически извинили те, пусть и чуть более нетерпеливо, чем следовало для снисходительно-высших разумов.

И за этим «вы не ведали» читалось очень явно, во всяком случае, для юных служителей, «но теперь-то все знаете, потому уберите свои побрякушки, и побыстрее, к чертовой матери!».

– Никогда бы не подумал, что скажу такое, но нам придется поскорее избавиться от добычи драконицы. Предлагаю снова воспользоваться помощью роя бесценного молодняка феек. Алия, дорогая, поможешь? Нам бы переместить разом весь наш приз в банк Виторо. Они умеют работать даже с проклятыми сокровищами, – деловито продолжил Мел, подключаясь гласом коллектива, коль речь зашла о финансах.

– Аха, – рассеянно согласилась Алия и чуть-чуть тряхнула головой, чтобы из прически с довольным писком вылетело несколько феек.

– У тебя есть такая возможность? – заинтересовался Альрау, потому как с улицы в вампирский банк попасть было почти невозможно. Неудобный клиент не видел входа. А слишком неудобный не видел и здания. А опасно неудобных просто никто больше не видел. Причем доказательств того, что крайне неудобный клиент переступал порог банка, никто предъявить не мог.

– У меня рубиновый наследственный медальон, – скромно признался Мелвин. – А у Киры, Алии и Рода – бриллиантовые.

И Альрау, считавшийся весьма небедным обрисом, внезапно ощутил себя едва выкарабкавшемся из грязи середнячком. Никто из команды, насколько он помнил по своим наблюдениям за учебным процессом в университете, никогда не козырял богатством или родовитостью. Но медальон вампирского банка, причем рубиновый или алмазный, – это не заурядный одноразовый пропуск, это в первую очередь статус. Кому попало его не заполучить. У самого безопасника было лишь простенькое золотое колечко, позволяющее сориентироваться с расположением местного филиала Виторо и отыскать дверь.

Нет, острозубые не смотрели на него как на закуску или экскременты, но подсознательно Альрау чувствовал, что недалеко ушел от этих отнюдь не эксклюзивных категорий.

– Да-да, ступайте, мы поможем! – в голосах Могуществ явственно прослеживалось облегчение и нетерпение в равных долях. Кажется, они даже помогли фейкам с упаковкой сокровищ, засунув все, что принадлежало драконице, обратно в сумку Мелвина, невзирая на то, где это «что-то» располагалось: в храме или поместье Трауля. Наверное, странная в своем неестественном смешении магия беспокоила Могущества настолько, чтобы озаботиться ее полным отсутствием на своих «допущенных к телу» служителях.

Согласия или, тем паче, возражений команда изъявить не успела. Радужный портал, возникший без всякого задействования личных меток, увлек всех пятерых сквозь пространство. Хорошо хоть со временем покровители манипулировать не стали.

Реальность храма сменилась реальностью белоснежной с живописными черными извивами. Спустя несколько секунд Кира опознала в ней стойку ресепшн, больше похожую на пульт космического корабля из-за обилия связующих, сканирующих и иного рода артефактов, исполненных в виде россыпи черных бриллиантов, вмонтированных в камень гигантской плиты.

Из-за стойки на команду пялился до крайности изумленный вампир, игравший роль администратора и секьюрити банка в одном безвозрастном лице при щегольском бейджике «Балтус». Ни титула, ни рода к этому имени не полагалось, скорее всего, исключительно из любви клыкастых к скрытности.

– Темного покрова! Приносим извинения за способ перемещения, идущий вразрез с правилами банка. С Могуществами, изъявляющими свою волю, не спорят, – дипломатично высказался Мелвин, заодно продемонстрировав проявившийся на груди рубиновый медальон клиента. Побрякушка была не столько физической висюлькой, сколько магическим артефактом. Она проявлялась на владельце по его велению, так же, как и исчезала.

– Темного покрова, – традиционно отозвался встречающий, пытаясь оценить клиентов с точки зрения рисков. Вроде как в мире Ильреона банк, его работники и правление никоим образом вызвать недовольство Могуществ не могли. Вели деятельность исключительно в рамках правового поля. А так-то случалось всякое, порой специфическое и балансирующее слегка на грани, но не откровенно за ней. Все потому, что процветать и преумножать богатства куда выгоднее и спокойнее, чем быть отверженными изгоями. Пусть имидж изгоя порой тоже работает неплохо, но законопослушность приносит более надежные дивиденды.

– Мы прибыли с целью размещения активов специфического толка, – продолжил Мел.

– Какого рода? – уточнил Балтус, теперь слегка насторожившись по другому поводу. А ну как актив настолько опасен, что пора переходить на осадное положение или перемещать его в пустынный мир? От Могуществ с их непостижимой для живых логикой можно было ожидать любого варианта, не как подлость, а именно в силу иного мышления.

К примеру, в один из филиалов как-то по их совету зашел жнец, потомственный истребитель нечисти, и пожелал разместить в хранилище родовые боевые реликвии. Разместили, обслужили по высшему разряду. А что работники банка были вынуждены и вести диалоги со специфическим клиентом и описывать новые поступления, увешавшись от ушей до пальцев ног защитными артефактами – дело десятое. Как и то, что для хранения такого вложения пришлось оборудовать эксклюзивный сейф-ячейку, защищенную не столько наружи, сколько изнутри, чтобы уцелело само отделение банка. Вот и осторожничал Балтус.

– Драконьи сокровища, обработанные пыльцой юных фей, – скромно сообщил Мелвин. – Мы, как постоянные клиенты банка Виторо, в первую очередь решили обратиться к вам.

– Это ценный актив, – немедленно согласился успокоенный вампир. Эвакуацию объявлять не стоило и расходов на оборудование особых мест хранения тоже не намечалось. – После предварительной оценки банк назовет вам свою цену.

– Разумно, – признал Мелвин.

Друзья согласно промолчали, как обычно предоставляя право прибыльных переговоров красавчику Мелу, так же, как научные диспуты брала на себя Кира, а Род – вопрос комфортного обустройства. Если же собеседника предполагалось запутать, то никто лучше Алии не справлялся, даже если она изначально такой цели не имела.

– Разместите актив в лотке для перенаправления оценщику, – элегантно повел когтистой дланью с великолепным маникюром банкир, указывая на одну из плиток ресепшн, имеющую невысокие бортики.

– Весь или образец? – аккуратно справился Мел.

– Весь, але, компоненты могут разниться, – с достоинством отметил собеседник, нажимая ряд сигнальных артефактов, передающих информацию о характере предложенного к оценке вклада. Ноздри клыкастого едва заметно подрагивали. Уж больно манящий, но одновременно совершенно несъедобный запах шел от одной из клиенток. С идентификацией Балтус затруднялся, но кайф ловил совершенно очевидный, как от любимых духов.

– Плита, совмещенная с плитой переноса, дополнительно снабжена артефактом объема? – уважительно (а как не уважать такой скрупулезный комплексный подход к инструментарию?) уточнил Мелвин. И выложил на лоток свою раритетную сумочку с упакованным фейками кладом.

Алия тем временем изучала черные узоры на полу, стенах банка и казалась полностью поглощенной своим занятием. Стоящий рядом Тучка занимался тем же самым, правда, больше нюхал, чем смотрел.

Поскольку среди клиентов Виторо частенько встречались оборотни, выдворять мохнатого никто не ринулся. А ну как он тоже вип, только маскируется под пса да столь искусно, что не прочувствуешь и, если оскорбить ненароком, выкатит претензию?

– Нет, объем плиты соответствует визуальному, – машинально отозвался вампир и только потом, после секундной паузы, насторожился: – Возможны проблемы с размещением?

– Только при неправильной распаковке груза, – ответил Мелвин синхронно с тем, как резко замигал тревожно-зеленым один из черных артефактов на панели перед Балтусом.

– Засыплет, – переливчато рассмеялась Алия, от внимания которой не укрылась забавная ситуация, и тут же поправилась: – Засыпало!

– Какой объем сокровищ для оценки? – запоздало уточнил вампир самый важный параметр.

– Одна драконья пещера, – брякнул по-простому Род, и разом вспотевший специалист забегал тонкими пальцами по своей магической клавиатуре, вызывая, очевидно, к оценщику специалистов-спасателей с большими лопатами. Пока оценщик, неосторожно встряхнувший сумочку, не задохнулся под грудой звонких монет, самоцветов и раритетных безделушек.

Пришедший по вызову еще один клыкастый сотрудник со всей вежливостью сопроводил компанию в комнату ожидания, более напоминающую роскошные жилые апартаменты класса люкс.

Туда же спустя пятнадцать минут явился заместитель управляющего филиалом и, справившись, как именно желают ценные клиенты распорядиться своими новыми активами, радостно озвучил предварительную сумму.

Альрау, подавившись цифрой, невольно задумался о том, что чем-то не тем он занимался все эти годы, если о таких деньгах услышал только сейчас. А эти юные засранцы восприняли предложение клыкастых как нечто само собой разумеющееся.

И, между прочим, после оценки сокровищ скромное золотое колечко Альрау сменилось на бриллиантовый медальон Виторо. Так что и досадовать не с чего, просто обидно, как им все дается легко. То, что он раньше выгрызал зубами. А может потому и дается? Все дело в легкости бытия, которой команда научилась за время студенчества в Университете Основ Мироздания.

И это клыкастые банкиры еще не пронюхали про суть королевской айлы. Если узнают, коврами лягут, только чтобы хоть немного, а привязать к себе уникальную клиентку. Радует во всей этой заварухе одно: самой Киране на вампиров совершенно начхать. Никакого обмирания, томных вздохов и трепета, порой свойственных юным глупышкам, подпадающим под непроизвольный флер вампирского очарования. Совершенно деловая, равнодушная вежливость.

«Ну да, – припомнил логику ухаживаний обрис, – они ж ее на прогулки и в рестораны не водили, отсчет не пошел».

Что же касается Киры, то вампиры, даже сам але Ногарне, заместитель управляющего, шикарный рыжий вампир, не произвел на девушку должного воздействия. Главным образом потому, что не попал в масть. Киране подсознательно казалось, что вампиры должны быть или традиционно черноволосыми или эффектными блондинами. Рыжий же колер больше подходил классу ведьм. Вон той же Дайаре. Ее представить, к примеру, блондинкой не получалось ни в какую. Рыжая, и точка. Но мнением своих тараканов с окружающими Кира делиться не собиралась, просто вежливо попрощалась с расточающими мед комплиментов специалистами, преумножающими состояние команды.

Пусть друзья и перекусили немного, пока ждали оценки и выкапывания самого оценщика из-под спуда богатств, но дядя и нормальный обед точно ждали команду. И если у обеда, в силу отсутствия интеллекта, возражений к опаздывающим возникнуть не могло, то паладин Трауль точно к безропотным и безмолвным не относился. Не та порода.

– Жалко, что сувениров оставить не получилось, – довольным тоном констатировал Мелвин, оказавшись в холле поместья Тингордиан. А что бы и не быть довольным? У друзей бриллиантовые медальоны банка сменились рубиновыми, то есть статус клиентов вырос до максимального.

– Кто ж думал, что у работодателей возникнет чесотка, как реакция на несовместимые компоненты, – пожала плечами Кирана, в общем-то, не особо переживая.

Компенсация от вампиров перекрыла все легкие сожаления. Пусть статуэтка неизвестного зверя из серо-золотого металла с янтарными глазками неплохо смотрелась на личном столике, но рубиновый медальон и прилагающиеся к нему привилегии обслуживания смотрелись еще лучше. И жалоб от Могуществ на него точно ждать не следовало. А копию статуэтки, если ей пожелается, Кира всегда сможет у мастера заказать. Ей ведь не ценность материала, а внешние формы по вкусу пришлись.