— Здравствуйте, — автоматически кивнул Павел, с некоторым трудом переставляя чуть ватные ноги

Плешивый мужичок, разукрашенный зоновской синевой, замер и прижался к стене. Не самая лучшая идея переть с распальцовкой против огнестрела.

— Здравствуйте, здравствуйте, — к удивлению клановца его поддержали ещё пара голосов.

Однако большинство прошли мимо возмущённого ночным шумом дядьки молча. Волконский же воспринимал всё окружающее постольку-поскольку — куда больше его волновал доклад Мыши в наушнике.

— Ищем. Место стрельбы обнаружено. Пока безрезультатно. Работали профи, — доложила она.

«Ну ещё бы не профи!», — решил про себя молодой человек. Прорваться сквозь периметр из бойцов СИБ и его ГБР — это надо уметь. А уж покинуть охраняемую зону после выстрела — вообще высший пилотаж.

Кстати, наушник ему вернули. Вот в тот же миг как противник понял, что первоначальный план пошел по звезде.

Да, стреляли не его люди. И, судя по всему, не те, кого привёл за собой Иван вместе с неприметным дядькой. Дело осложнялось тем, что прямо сейчас его группы не могли сорваться с места и развернуть полномасштабный поиск. Ничего ещё не закончилось. Да, они договорились и решили разъехаться. Однако пальцы на спусковых крючках так и плясали. Если за своих клановец не беспокоился, то вот набранные новички той стороной представляли собой неуправляемый фактор. Мало ли что у кого в голове взыграет?

— Одиннадцатый, обнаружена машина, — прозвучал голос командира одной из групп. — Внутри четыре трупа. Стреляли через лобовое стекло. Очевидно, использовано оружие со спецбоеприпасом.

«Ну вот и раскрылась тайна молчавших наблюдателей от Ивана Романовича», — вздохнул про себя молодой человек. Как вообще до этого дошло? Операция планировалась как предлог выманить ту сторону на переговоры и провести сбор информации. Улики к заседанию совета против спикера и его команды не помешали бы опять же… Никто не предполагал, что вот уже восемь обнаруженных трупов станут итогом сегодняшней встречи. А ведь подсчёт ещё не закончен…

Павел медленно поднял взгляд на шагающего пролётом ниже Ивана. Ответный поймать не успел — тот скрылся этажом ниже. И что теперь делать с родичем? Хороший вопрос. С одной стороны, именно он предупредил о готовящейся ловушке. Павел сам принял решение сунуть голову в пасть тигру, побыть этаким сыром в мышеловке. Однако именно сейчас…

Клановец едва заметно качнул головой, пытаясь отогнать все подступающие мысли о сестре. Её группа уже в пути. Да, придётся действовать, возможно, радикально. Однако спецы должны вытащить её из опасной зоны.

«Опасная зона», — оценил Волконский собственную формулировку. И это один из пресс-залов этажей Волконских, где Светлана в качестве аналитика оценивала бюджет экономического комитета на следующий год. Молодой человек невольно задумался о том, что неплохо бы отправить сестру в долгий круиз по малоизвестным маршрутам их обширной родины. Желательно куда-нибудь на таежный чистый воздух. По крайней мере, до прояснения ситуации. Останавливала лишь мысль о том, что Светлана будет против.

Остановился Павел неожиданно, буквально уткнулся носом в спину неприметного. Сзади в него тут же влетел пребывающий в некоторой прострации Иван.

— Что там? — недовольным голосом спросил молодой человек.

Неприметный пожал плечами. Ответ пришёл через наушник

— Заканчиваем проверку территории, — сообщила Мышь.

Ну да, всё верно. Если рядом бродит неизвестный снайпер, лучше перебдеть. Уже сейчас в округе больше его бойцов, чем планировалось на саму операцию, раз в пять.

А вот подмогу к «тем» отчего-то не спешила.

— Проверка периметра, — спокойно объяснил Павел остальным. — Ждём.

Ситуация ему не нравилась. Люди нервничали. Относительно спокойными оставались он сам, Иван и «ограничитель скорости» в виде неприметного. Это спокойствие, конечно, было внешним. Самого парня достаточно потряхивало. Однако не показывать же страх перед этим… родичем.

Впрочем, Ивану Романовичу было всё равно. Его заметно потряхивало, пусть он и сумел скрыть свои чувства за «клановой масочкой». И даже умудрился не оставить свой прошлый прием пищи на полу квартиры, когда увидел результат попадания крупнокалиберной пули в голову одного из своих людей. В смысле, сразу же. До ванной комнаты он все же добежал.

Теперь лицо родича было бледным и мокрым. Ивана дважды стошнило ещё в квартире. Пришлось чуть ли не силой сунуть головой под кран и умывать холодной водой. Естественно, не Волконскому — с этим вполне справились двое несостоявшихся охранников клана после приказа невзрачного дядьки.

Наушник Павлу вернули почти сразу, едва стало понятно, что нужно расходиться. желательно без трупов. Кроме того, неприметный до сих пор не знал, что снайпер принадлежит не парню. Они не союзники, чтобы раскрывать такие вещи.

— Зачем? — заикаясь, спросил неожиданно Иван.

Неприметный виду не подал, что заинтересован. Зато сопровождавшие их бойцы в той или иной степени обратились в слух. Это было заметно невооружённым взглядом.

— Зал — норма, — доложила в наушники Мышь.

— Это не мои люди, — спокойно обозначил позицию Павел.

Вот теперь неприметный обернулся. Нет, у него хватило ума не демонстрировать недоверие явно. Но он уставился в лицо молодого человека долгим, изучающим взглядом, словно пытаясь понять, врёт тот или нет.

— Потому и стоим, — выдохнул Павел устало.

Ему действительно до чёртиков надоел сегодняшний день.

— Мои люди зачищают территорию.

Мужчина кивнул. Это было логично. Если предположить, что стрелок действительно не выполнял приказ Павла.

— Кто это был? — впервые после выхода из квартиры подал голос Иван.

Его спутник задавать глупые вопросы не стал. Но все же прислушался. А вдруг ответят?

— Не ко мне вопрос, — покачал головой молодой человек. — Сам буду искать.

В конце концов, они не союзники, чтобы делиться информацией. Да и не было ее, если честно-то. Пока. Однако клановец очень надеялся на оперативное контрснайперское расследование.

— Я бы тоже хотел знать, — негромко признался родич.

Павел кивнул родичу. Довольно вежливо. Он прекрасно помнил лицо Ивана, когда неприметный перешёл к откровенному шантажу. Тот явно не ожидал, что рычаги давления в переговорах будут такими. Впрочем, это не значило, что Волконский поделится результатами расследования и с ним. Просто он дал понять, что оценил предупреждение родича и готов вообще разговаривать с ним хоть о чём-то. Ну или хотя бы обсудить вопросы, касающиеся его дальнейшей судьбы.

— Мы готовы, — произнёс голос одного из командиров ГБР в наушниках.

Проверка закончена. На улице условно безопасно. Кроме того, подняты дополнительные щиты.

— Выходим, — тут же откликнулся Павел, кивнув невзрачному.

В конце концов, командир здесь именно он, похоже.

«Ну, значит и отвечать за содеянное ему!» — сделал зарубку в памяти Павел. Чем бы ни закончилась история, этого человека он решил повесить за яйца на обязательно. Возможно, на фонарном столбе. Напротив высотки. Чтобы каждый знал, что случается с теми, кто решит шантажировать одного Волконского здоровьем другого. Но это дело будущего. Сейчас нужно обеспечить Светлане безопасность и разъехаться.

Бойцы невзрачного аккуратно вышли из подъезда, старательно держа руки на виду и подальше от повешенного за ремни на шее оружия. Причиной тому стали полтора десятка бойцов с автоматическими пистолетами-пулемётами. Десятком карабинов и пистолетов против таких не попрёшь.

Да, комитет по встрече был одет по гражданке. Однако выучка и профессионализм были видны с первого взгляда. Кроме того, у многих на виду висели амулеты индивидуальной бронезащиты. А такие выдавали далеко не всем.

Лица у «квартирных штурмовиков» были теми еще. Волконский понятия не имел, что именно им пообещал наниматель. Но рассчитывали они явно на иное.

К подъезду подъехали два микроавтобуса.

— Я провожу, — хмыкнул Павел, сделав шаг вперед.

Впрочем, не людей спикера провожали все — кто напряжёнными взглядами, а кто и стволами. Неприметный оказался молодцом. Сначала рассадил по машинам своих людей. И лишь после того, как первая из них тронулась с места, обернулся к несостоявшейся добыче.

— Мои люди погибли, — констатировал он.

Павел промолчал. Что тут скажешь? Оправдываться? Да с чего бы! Они сами пошли на довольно грубый захват. Кто ж мог подумать, что рядовая операция превратится в бойню. Вины за исход событий Павел не испытывал. И особой печали тоже. Тем более, цинично говоря, его люди не пострадали.

— Залазь, — кивнул неприметный Ивану в сторону второго микроавтобуса, на котором должен был отбыть «командный состав».

Родич спорить не стал. Пару раз споткнувшись, он все-таки выполнил требование командира отряда.

Сам же неприметный спешить не стал. Он обернулся к Павлу и засунув в рот сигарету, задумчиво закурил.

— Как разъезжаться будем, господин Волконский? — негромко спросил мужчина.

Кем бы он ни был, умирать ему не хотелось. Однако командир отряда прекрасно понимал, что его так просто не отпустят. Во всяком случае, пока собеседник не получит гарантий безопасности его сестры.

Павел только плечом повел. Его рука невольно скользнула к поясу, где он аккуратно разместил пистолет из оперативной кобуры еще в квартире. Из такого положения выхватить его будет куда проще.

— В твоих интересах сделать хорошее предложение, — спокойно закончил клановец, не отрывая взгляда от командира отряда.

На Ивана можно было не рассчитывать. Он сейчас только и годится в качестве разменной монеты. Или расстрельной. Тут как посмотреть. Однако, по сути, он был заложником. Павел сразу решил, что если хоть волос упадет с головы его сестры, все причастные умрут. И им повезет, если просто и без затей. На самом деле, все будет гораздо хуже. Чтобы следующего, кто вздумает «прикрыться» кем-то из Волконских, блевал от мысли о том, что стало с его предшественником.

— Поверите мне, если я скажу, что ваша сестра в безопасности?

Уголки губ Волконского презрительно дернулись.

Зато можно было радоваться. Сегодня более тупых вопросов уже не будет. Некуда дальше.

— В таком случае какие доказательства безопасности вашей сестры вас устроят?

— А вот это уже совсем другой разговор, — кивнул Павел и негромко бросил. — Связь с Особняком.

К нему тут же шагнул один из гвардейцев.

Павел взял гарнитуру и приложил к уху. Сам он от всей души молился, чтобы Катерина не преувеличила навыки малышек из секретариата. И те не приврали в резюме. Иначе все будет очень и очень плохо.

* * *

Их Светлана заметила сразу. Двое мужчин зашли в конференц-зал где-то в середине её выступления. Их роднили похожие неброские пиджаки со значками аппарата Правления на лацканах и одинаково настороженные взгляды. Они резко выделялись на фоне скучающих аналитиков.

Строго говоря, ей и самой здесь делать было нечего. Все свои выводы аналитик клана изложила в пресс-релизе. Однако полагалось доложить и лично. Сама Светлана считала эту традицию пустой тратой времени. Большинство из присутствующих тоже. Но, как и в случае со многими другими вековыми ритуалами, речь о рациональности не заходила.

«Тревога!», — мысленно взбодрила сама себя Светлана.

Девушка и сама не поняла, что именно ее насторожило. Однако вбитые Бойцовым рефлексы вдруг в голос взвыли, заставляя окинуть пространство изучающим взглядом.

Своё выступление Волконская не прервала. И даже голосу дрогнуть не позволила. Слова с кучей громоздких формулировок лились всё тем же ровным потоком.

«Боевики», — оценила девушка. Конечно, ей самой до нормального бойца ещё тренироваться и тренироваться. Но специфическую моторику и крайне любопытные повреждения костяшек у спустившегося поближе к трибуне мужчины она отметила сразу же.

«И что вы будете делать?».

Один из пиджаков остался у входа, явно перекрывая единственный выход. А второй прошёл между рядами и занял место рядом с молодыми специалистками из казначейства.

— Таким образом, я считаю сокращение бюджета на социальные нужды клана неоправданным, — продолжила девушка, старательно наблюдая краем глаза за залом.

Ощущения были не из приятных. Она буквально кожей чувствовала на себе напряжённые взгляды. В них не было ненависти или похоти. Скорее ровное напряжение готовых исполнить приказ хозяина псов-волкодавов. И именно это напрягало больше всего. Особенно в свете операции брата.

— Светлана Анатольевна, — раздался голос из зала.

Девушка с облегчением обернулась. Не слишком приятно встречать опасность спиной.

— Слушаю вас, Марк Алексеевич.

Второй помощник руководителя экономического управления, как всегда обстоятельно, откашлялся, встал и поправил пиджак.

— Моё ведомство хотело бы знать…

Девушка отключилась. Дослушивать вопрос ей было необязательно. Она и так поняла, что выступление Марка Алексеевича можно сравнить с вопросом экзаменатора, который старается показать, что он тоже умный.

Тем временем дверь в зал вновь бесшумно распахнулась.

В зал буквально ворвался Михаил Павлович Волконский. Нет, он не позволил себе потерять лицо и сорваться на бег. Однако двигался явно очень даже поспешно. Мельчайшие детали в его моторике выдавали некоторую нервозность, хотя со стороны он казался всё так же уверенным и непоколебимым. Естественно, спикер Правления прошёл в первый ряд, лишь на секунду задержавшись для того, чтобы шепнуть нечто важное одному из пиджаков. Тот мгновенно передал информацию в эфир.

Сам же Михаил Павлович прошёл к первому ряду и уселся прямо перед Светланой. Девушку это не то чтобы нервировало, но изрядно напрягало. Вообще-то, представителям руководства Правления на этом выступлении делать было нечего.

— Так что вы на это скажете? — спросил Марк Алексеевич, окинув коллег взглядом, словно приглашая присоединиться к обсуждению.

Большинству до «свадебного генерала» экономического управления дела не было.

Светлане понадобилось несколько секунд, чтобы мысленно «промотать» в памяти его вопрос. Как она и ожидала, в содержательной части тот был довольно пуст.

Стало быть от нее требовалось уважение к регалиям и сединам, а вовсе не ответ по существу.

— Спасибо за вопрос, господин, — коротко поклонилась она, отключая мозг.

Почему бы и нет? Сейчас как раз тот самый случай, когда ответ не так уж и важен. А вот продемонстрировать уважение куда больше нужно человеку, задавшему вопрос.

— Благодарю вас за то, что сочли возможным поделиться своей мудростью!..

У девушки получилось произнести эти слова так, чтобы они не выглядели насмешкой или издевательством. Хотя несколько улыбок в зале и промелькнули. Если так можно назвать слегка дрогнувшие губы.

— Что же касается вашего вопроса, — закончила она с «лестью» через пару минут. — то я считаю…

Светлана давно уже овладела удивительным даром сплести словесные кружева, но при этом не вдумываться в смысл собственных же слов. Это время она потратила на то, чтобы прощупать ситуацию. Она не выглядела опасной, скорее непонятной.

— Это то, что я хотел услышать, — кивнул Марк Алексеевич, едва девушка закончила.

Девушка вновь склонила голову перед «авторитетом».

— Господа, — разнёсся по залу голос модератора. — Есть ли ещё у кого-либо вопросы?

Вопросов не было. Больше сегодня никто не захотел показать, что он тоже умный.

— В таком случае предлагаю закончить.

По залу прошло хаотичное движение. Родичи вставали с мест и покидали зал. Некоторые даже не сочли нужным скрывать написанное на лицах довольство.

Волконская с места не тронулась. Равно как и Михаил Павлович с двумя бойцами Правления.

Прежде чем заговорить, девушка незаметно коснулась амулета индивидуальной защиты и качнула энергию в левую руку. Глядишь и успеет полоснуть огненной плетью, если прижмет. Впрочем, на таком расстоянии против двух стрелков со спецбоезапасом… Она же не Павел!

А в то, что спикер не снабдил своих людей подходящим «инструментом», она не верила.

— У вас вопрос по экономической части? — поинтересовалась Светлана, отслеживая расположение противников.

Михаил Павлович встал. Следом за ним подтянулись оба бойца.

— Светлана Анатольевна, прошу выслушать меня внимательно.

Девушка прямо усмехнулась. Держать «масочку» в данной ситуации она считала излишним. Ладонь заметно потеплела.

Михаил Павлович явно почувствовал движение Дара, а потому остановился в трех шагах от девушки.

— Полагаю, у меня нет выбора, — весело хмыкнула та, окинув взглядом сопровождающих спикера.

И откуда в душе взялась эта веселая злость⁈

Нет, брат точно заразил ее своим странным безумием!

— Есть, Светлана Анатольевна, — спокойно ответил спикер, поднимая раскрытые ладони в успокаивающем жесте. — Однако я прошу вас о небольшом кредите доверия.

Аналитик едва заметно приподняла бровь. Вообще-то она ожидала несколько иной аргументации, чтобы задержать её в помещении.

— Объяснитесь, господин, — предложила она.

Залить все вокруг Огнем никогда не поздно. Но вот поможет ли?

— Я прошу вас уделить мне пятнадцать минут времени.

С этими словами Михаил Павлович посмотрел на часы.

— Двенадцать минут, — уточнил он.

Девушка нахмурилась.

— Я думаю, это не очень хорошая идея — давить на моего брата угрозой моей безопасности, — сухо констатировала она.

— Я не хочу… давить на вашего брата, — спокойно ответил мужчина, не двигаясь с места. — Да, такой план был…

Аналитик услышала главное.

— Что же изменилось? — поинтересовалась она негромко.

Спикер Правления ответил не сразу. Нет, недооценил он эту молодёжь. Всё-таки нужно было проверять того же Павла тщательнее. Да и у сестры его, как оказалось, влияний несколько больше, чем он полагал.

Да и вели они себя не как дети, пусть и воспитанные в сверхконкурентной среде этажей.

Ну кто бы мог подумать? Павлу ещё нет девятнадцати. Его сестре только-только исполнилось восемнадцать.

И как с ними теперь вести переговоры?

— Это всё ради вашей безопасности, — негромко произнёс спикер.

Девушка позволила себе негромко рассмеяться. Михаил Павлович спокойно проигнорировал ее веселье, заняв выжидательную позицию.

— Все мы смотрим кино, — констатировала наконец Светлана.

Старший Волконский только головой качнул. Он и не припомнил, когда именно ему доводилось посмотреть художественный фильм. Однако спорить не стал.

— А потому прекрасно знаем, что больше всего стоит опасаться человека, который говорит о безопасности или предлагает отвести в тихое место.

Спикер кивнул. Эта мысль ему была понятна.

— Вы были готовы к такому развитию событий? — просто спросил он.

Девушка кивнула.

— Не могли бы вы вызвать свою охрану? — попросил мужчина.

Волконская задумалась. Вообще-то изначально планировалось дать противнику проявить себя. Её бы не убили здесь. Максимум попытались бы незаметно вывести из здания. Естественно, специалисты Павла этого бы сделать не дали. Однако за это время они бы успели собрать информацию, а также массив доказательств против спикера. Лишним на Совете не будет.

Однако что-то пошло не так.

Девушка коснулась запястья. Буквально через три минуты в зал зашли сотрудница секретариата брата и двое гвардейцев в гражданском. Один из них мог похвастаться ливреей слуги Волконских. Пиджаки внимательно провожали взглядом своих коллег. Судя по напряжённым лицам, они много чего хорошего могли сказать об их подготовке.

— Вы этого хотели? — уточнила Светлана, собирая бумаги со «шпаргалками», которые она раскладывала на трибуне во время выступления.

— Не совсем. Я бы попросил серьёзно отнестись к моим словам.

Девушка чуть удивлённо глянула на родича. Тому только и оставалось поразиться её живой мимике.

— Мы собираемся, мои люди сейчас достанут оружие, — объявил спикер. — Вашим рекомендую сделать то же самое.

Один из бойцов Правления потянулся под пиджак.

Однако первыми среагировали все же защитники Светланы. Они мгновенно выхватили компактные пистолеты-пулемёты. Гораздо раньше, чем спецы Михаила Павловича успели хотя бы потянуться к кобурам.

— И как это называется? — с досадой протянул спикер.

В руках защитников Светланы были специзделия, предназначенные исключительно самым серьёзным службам Империи. Его людям приходилось ограничиваться пистолетами. Да и то не спецтехникой, а массовым «ширпотребом».

Девушка не ответила.

— Не считайте нас своими врагами, — негромко попросил Михаил Павлович.

Светлана пожала плечиками, продолжая собирать свои записи.

— А кого мне тогда считать врагом? — уточнила она, подравнивая стопку на трибуне, за которой только что выступала.

— Любого, кто войдёт в это помещение, — не оборачиваясь указал на закрытые двери зала мужчина.

Девушка стала сопротивляться. По ее оценке, тех кто уже внутри люди брата должны положить без проблем. А обороняться можно и в «тупичке». Здесь хотя бы противник со спины не зайдет.

— И до какого момента? — поинтересовалась, поднимая взгляд на родича, Светлана.

— Пока ваш брат не скажет иного, — спокойно ответил спикер Правления.