— Рад, что вы сделали правильный выбор!

Павел кивнул, однако взгляда от документа не отвёл. Предложение оказалось и впрямь серьезным. Кем бы ни был сюзерен Ивана, он явно не хотел оставить плохое впечатление. Или, во всяком случае, не желал прослыть скрягой!

Иван же явно убедил себя, что переговоры идут успешно. Да, его чуть удивило, с какой скоростью родич «согласился». Но ведь тем легче для него, верно?

— Это только начало, — продолжил расписывать будущие перспективы переговорщик… И вновь не получил ответа. Разве что за оный можно было принять негромкий хмык.

— Деньги не главное, — размышлял Иван. — В этом мире нет ничего ценнее власти. И правда за тем, у кого она есть. Вместе с моим господином!..

Молодой мужчина был очень рад, что Павла получилось купить так дёшево. Иначе заинтересованный взгляд собеседника он и не расценивал. А клановец продолжал изучать небольшую табличку.

«Молодцы!» — решил парень про себя. Даже свели всё в удобную форму, чтоб будущий сподвижник не мучился, ломая глаза. И сразу мог свести дебит с кредитом в соседних колонках.

— Это только начало, Павел Анатольевич, — повторил Иван. — Мой господин может дать намного больше. И я уверен, что вы, как разумный человек, примете правильное решение и присоединитесь к нашей фракции.

«Фракции!» — мысленно фыркнул клановец. Однако на лице его чувств, естественно, не отразилось. Слишком хорошо его готовили в своё время. А вот представитель «могущественных сил», кажется, уверовал в свою победу окончательно. Молчание — знак согласия. А как же иначе?

Во всяком случае, растерянность, поселившаяся в глазах переговорщика с появлением Павла, буквально растворилась в море самодовольства и гордости собой от удачной вербовки.

Шут же вздохнул тяжело. Мол, не хотелось бы ломать столь чистую и незамутненную радость… Но придется.

С этими мыслями молодой человек достал из внутреннего кармана комм. Невозмутимо он навёл камеру на лист и сделал пару кадров.

На секунду этот жест выбил собеседника из колеи. Он несколько раз моргнул, после чего поднял ошарашенный взгляд на невозмутимо выбирающего абонента для отправки Павла.

— Что вы делаете⁈ — возмутился Иван, подавшись вперёд.

— Оставлю себе, — хмыкнул наглец, не отрывая взгляда от экрана. — На долгую память, так сказать.

От возмущения некоторое время собеседник даже не мог сразу подобрать слов.

— Это попросту неэтично! — резко выдохнул переговорщик и посланец «загадочного господина».

Кажется, именно в этот момент он начал что-то подозревать. Возможно, если бы мужчина подумал ещё чуть-чуть, то дошёл бы до мысли, что не всех можно купить за деньги. Даже если взятка выражена в акциях, анонимных счетах, золоте и артефактах.

— Верните, — потребовал Иван.

Павел не шелохнулся. Он спокойно сделал ещё несколько кадров и принялся пересылать сообщения уже новому собеседнику. До чужой «этичности» ему дело не было. Хотя бы потому что покупка одного родича с целью предательства других — уже само по себе предложение крайне сомнительное!

— Павел Анатольевич, вы не смеете! — вновь раздался грозный рык.

Возомнивший себя волкодавом щенок остался без ответа. Переговорщик вскочил на ноги. Клановая масочка моментально слетела с его лица, смытая волной возмущения.

— Верните немедленно, Павел Анатольевич! Я требую, чтобы вы отдали мне документы! В противном случае я буду обязан…

— Что вы будете обязаны? — переспросил Павел спокойно.

В голосе его сквозил лёгкий интерес. Ему и впрямь было любопытно, что именно выкатит та сторона в виде кнута. Пряник он держал в руках, и тот оказался с душком — подпорченный такой подарок.

— Иначе я заберу документ силой, — собрался переговорщик наконец.

«Да ла-а-а-а-а-а-дно!» — оценил Шут.

— А чего это ты вдруг поверил в себя?.. — поинтересовался он негромко, но тут громче добавил. — Попробуй.

Свое предложение Павел сопроводил равнодушным пожатием плечами. Ему угрожали всерьёз многократно и куда более опасные личности. Однако до сих пор никто из них не дотянул до инструктора Тишь. Та была великолепна как в плане заставить потрудиться, так и в плане морального давления. После её уроков и с Игорем Георгиевичем не страшно было переговоры вести — даже силовые или рискующие таковыми стать.

— Немедленно! — ещё раз потребовал Иван, выкидывая руку к Павлу.

«Смертник!..».

Клановец легко перехватил метнувшуюся к нему ладонь. Илья застыл в недоумении. Однако уже через секунду попытался выдернуть вспыхнувшую болью в мертвой схватке руку.

— Не рекомендую, — спокойно прокомментировал Шут, перехватывая кисть поудобнее.

Еще один рывок под аккомпанемент злобного сопения и в обрамлении разобиженной на весь мир физиономии.

— Да что вы!.. — попробовал было еще раз собеседник.

— А вот дёргаться не надо, — посоветовал молодой человек, выворачивая кисть таким образом, что Иван моментально припал на колени.

Лоб уперся в покрытое лаком дерево с грохотом сорвавшегося в пропасть валуна. Резкий звук словно сорвал какую-то пробку, что берегла мир от словесного поноса представителя «могущественных сил».

— Я… Отпустите меня немедленно! Я требую!.. Да вас же!..

— Ну раз требуешь, — подумал Шут и оттолкнул переговорщика подальше.

Тот сел на пол — буквально просто плюхнулся на задницу — и тупо уставился на обидчика, моргая ошарашенными глазами.

— Вы не ведаете, что творите, Павел Анатольевич, — выдавил наконец из себя родич, пока даже не делая попыток подняться.

Молодой человек кивнул и отложил документы на стол. Больше они ему не пригодятся. Тот, кто нужно, уже получил фотографии и начинает работу с ними. Скорее всего, первые результаты будут через пятнадцать минут, максимум двадцать. Светланка умела быстро думать, когда того требовала ситуация.

— Я… — почти старчески прохрипел Иван, с некоторым трудом перенося вес на руки.

Вообще, сложно сохранить достойный образ, когда ты только что шлёпнулся на задницу с видом карапуза, лишённого конфетки. Естественно, его гордые и грозные речи никакого впечатления не произвели.

— Да что же это?.. — уже тише, но как-то жалко произнёс Иван, утверждаясь на ногах.

В его голосе даже не было страха или возмущения, скорее удивление. На этажах никто не смел с ним так обращаться. Он был властью, он держал под собой Малый Свет. К его мнению прислушивались. И он не привык, чтобы его тупо били. Ну или толкали, как в данном случае.

— Ваши действия будут иметь последствия, — угрожающе насупился посланец покуда оставшегося неизвестным сюзерена.

В ответ получил очередной нечитаемый хмык… который дальновидно предпочел не заметить. Тем более, переговорщик до сих пор был уверен: Павел уже согласен. На все. А это значит, что теперь они в одной связке. То есть, поквитаться шанс представится обязательно. Тем более, Иван сюзерена знал куда дольше. И прекрасно представлял, что господин сотворит со стоящим перед ним сопляком, стоит тому вызвать неудовольствие.

— Не сомневайтесь, всякое действие имеет последствия и противодействие, — заверил Павел улыбнувшись.

Даже дружески как-то вышло.

Некоторое время Ивану понадобилось, чтобы взять себя в руки.

— Я не в восторге от сложившейся ситуации, — наконец произнёс он, вновь натягивая на лицо клановую масочку. — Однако вы теперь с нами. У вас попросту нет выбора. Я предупреждал: если вы вскроете конверт, обратного пути не будет.

Павел выслушал угрозу с каменным лицом, после чего равнодушно пожал плечами.

Отвечать Шут не стал. Зачем? Ну нравится собеседнику прибывать в плену заблуждений… И кто ему злобный доктор?

— Могли бы хотя бы стол накрыть, — фыркнул он, оглядывая пустую столешницу. — Такой шикарный ресторан, а перекусить нечего!

Очередная реплика заставила Ивана задуматься. Он попросту не понимал, куда идёт беседа. Клановый диалог — это сложный сплав правил, кодекса и традиций. И этот странный парень нарушал их все.

Переговорщик еще раз окинул собеседника долгим нечитаемым взглядом. Больше всего ему хотелось стереть с лица ублюдка плескавшееся в глазах веселье!

И да, Иван нередко распускал руки, «воспитывая молодежь». Но то было там. Выше сотого этажа от уровня асфальта. Да и не припомнил глава Малого Света, чтобы последние лет десять хоть кто-то пытался сопротивляться «наставлениям». Напротив, многие гордились, получив от «старшего» подзатыльник.

Несколько секунд мужчина рассматривал застывшего перед ним юношу. Отчего-то перейти от приятных мыслей к жесткой реальности не хотелось совершенно. Лоб еще болел от встречи со столешницей. Да и запястье противно ныло от воспоминаний о стальных пальцах «мелкого».

— Что ж, Павел Анатольевич, — наконец решил переговорщик, деловито поправляя пиджак. — Сейчас вы поедете со мной.

Да, нынешняя ситуация ему не нравилась. Однако у Ивана была своя инструкция: если собеседник вскроет пакет, требовалось немедленно доставить его для дальнейшего инструктажа.

Вариант «Б» не предусматривался.

Как показала жизнь, очень даже напрасно!

— У меня иные планы, — попросту заявил Павел. — Может быть, в другой раз.

Лицо молодого человека было серьёзным, собранным и безмятежным, будто бы и не пугали его угрозы от представителя господина, готового предложить такое богатство за присоединение к его фракции.

И да, Шут не соврал. Планы действительно были. Ведь его даже не удосужились покормить как следует!

— Вы не понимаете… — покачал головой Иван.

Даже с каким-то сожалением. Сколь дерзким бы ни был парень перед ним, его сюзерен и не таких нахалов стирал в порошок.

— Пойду я, — попросту хмыкнул молодой человек. — Желаю вам приятно оставаться. И да, ваше предложение мне неинтересно, равно как и предложение вашего господина. До свидания.

Собеседнику понадобилась буквально секунда, чтобы понять, что именно происходил. За это время Шут уже успел сделать несколько шагов от стола по направлению к выходу.

Лишь тогда до переговорщика дошло, что он вот-вот провалит свое задание!

— Остановитесь! — потребовал мужчина, вытягивая руку в сторону Шута, словно в попытке телепортировать нахала обратно.

Однако древним джедаем он не был. Во всяком случае, вскинутая ладонь не помешала Павлу спокойно шагать на выход.

Иван резко выдохнул. Его уже до чёртиков достала данная ситуация, а также собственная растерянность! Но играть «не по правилам» его не учили. Собеседник так и не остановился.

«Да что же!..» — мысленно взвыл переговорщик, с силой вдавливая в корпус наручного комма кнопку тревоги. Он еще не слишком понимал, что именно собирается сделать. Однако тело действовало куда быстрее мозга.

Хлопнула дверь ресторана. Внутрь ворвались крепыши с улицы.

— Взять! — потребовал переговорщик.

Трое из пяти телохранителей слегка затормозили. Не самая тривиальная задача — «взять» члена Старшей семьи. За такое можно и огрести в моменте. А уж последствия… Нет, конечно, их хозяин избежит наказания. «Небожители» прекрасно умели договариваться меж собой по итогам «игры». За их провалы почти всегда расплачивались обычные люди.

Но охранники-то не клановцы! И к «небожителям» никакого отношения не имеют. Власть же любого обитателя этажей гарантировала им множество проблем, если её обладатель решит поставить себе такую цель.

А вот двое решились.

— Справа, — буркнул один из них напарнику.

Павел окинул противника взглядом. Здоровенный такой лоб с поросячьими глазками. Интеллекта в них не наблюдалось.

Однако моторика была примечательна. Похоже, недостаток извилин детинушка вполне успешно компенсировал где-то на татами!

Он плавно шагнул вперёд. Кажется, его даже чему-то учили. Всерьез. Из числа тех ухваток, что для обычных людей недоступны как класс. Да и не нужны они в обычной-то жизни. Но сравнятся ли инструктора СБ с теми, кто преподавал науку выживания будущему офицеру СИБ?

Коллега детинушки действовал грамотно: отстал на шаг, чуть забирая влево. Кажется, этим манёвром он решил отрезать клановцу путь к двери.

Но тот и не собирался спасаться бегством. Напротив, он с некоторым интересом наблюдал за приближающейся парочкой. Хотя внутри уже и свился жгут готовности к любому развитию ситуации.

— Интересно, они действительно не знают, кто я такой? — скорее риторически спросил Павел.

Ответ пришел мгновенно!

Здоровенный кулак, готовый свалить с ног и быка, просвистел над его головой. Павел не делал резких движений, но вполне привычно чуть отклонился в сторону, пропуская «пушечное ядро» мимо себя. Ровно настолько, чтобы «кувалда» просвистела на самым ухом, но уже через миг можно было дать ответку.

Рука Павла «выстрелила» сразу же. Технично и чисто. Отточенный часами тренировок с Валентиной удар прошёл чётко. Здоровенного телохранителя буквально сломало пополам.

Будь ты сто раз громилой, а печень нужно защищать…

Второй же, не мудрствуя лукаво, просто толкнул клановца. Масса решила. Шут распластался по столу.

— Неожиданно, — вынужден был признать он, утверждаясь на ногах. — И эффектно.

А вот об эффективности можно было поспорить!

«Сумоист» на болтовню сил решил не тратить. Он рванул вперёд, выполняя проход в ноги.

— Хоп, — выдохнул Волконский, уходя в сторону, чуть «поправив» траекторию врага.

Ему даже оборачиваться не пришлось, чтобы понять: противник растянулся на полу. Грохот перевёрнутого стола стал тому свидетельством.

— Забавно! — решил Павел, не отводя взгляд от окаменевшего лица Ивана.

Тот застыл. Переговорщик только сейчас осознал, что если его будут «воспитывать», то подзатыльником дело не ограничится.

— Еще раз, — вздохнул Шут. — Иван Романович, услышьте меня. Ваше предложение мне неинтересно. Совсем. Я ухожу. Любой, кто попытается меня остановить…

Договаривать молодой человек не стал. Просто перевел взгляд на постанывающее рядом со столом тело.

Получилось вполне красноречиво.

Иван шагнуть вперед не посмел. Но и промолчать не смог.

— Зачем вы это делаете, Павел Анатольевич? — выдохнул Иван.

Парень даже затормозил на миг. Казалось, что он и впрямь всерьез размышляет над заданным вопросом.

— Потому что могу, Иван Романович, — наконец с улыбкой решил молодой человек.

У переговорщика от такой душевной простоты буквально свело зубы. Однако достойного ответа он не нашел. А излагать свою позицию… Переговорщик прекрасно понимал, что сил у него не хватит. Трое же из пяти охранников — не помощники. Они прекрасно видели, кто перед ними. Да, приказ выполнят. И даже усердие продемонстрируют. Внешнее. Но всерьез напасть на члена Правящей Семьи?.. Нет, на это не пойдет никто.

— Честь имею, — неожиданно выдал странную фразу Павел и вновь обернулся к входу.

Сделать он успел семь шагов.

— Стойте! — догнал его крик в тот момент, когда пальцы клановца уже легли на ручку входной двери.

Молодой человек застыл. Не оборачиваясь. Однако даже на его спине широкими буквами было написано: «Как же вы меня все достали!..».

— Слушаю вас, Иван Романович, — вздохнул Шут.

Собеседнику понадобилось несколько секунд, чтобы вновь открыть рот. Он не сразу сообразил, что именно хочет сказать младшему родичу. Однако тот достаточно терпеливо подождал, пока переговорщик соберется с мыслями.

— Павел Анатольевич…

Ивану очень хотелось шагнуть вперед. Или даже подойти вплотную, чтобы слова падали весомее. Однако он не решился.

— … Вы понимаете, что имели несчастье вызвать неудовольствие моего сюзерена? — спросил мужчина. — Вы даже не представляете, кто мой господин. Ему не составит труда напомнить вам, что такое страх.

Не впечатлило.

— Пусть приходит и поговорим, — пожал плечами Павел.

Грудь Ивана обожгла неожиданно поднявшаяся в душе волна ярости.

— Да вы хоть представляете кто мой господин⁈ — не слишком заботясь разнообразем речи вновь прошипел переговорщик.

Молодой человек лишь вздохнул и потянул дверь на себя. Ответил он, уже ступив одной ногой за порог.

— Не сомневайтесь, Иван Романович, обязательно узнаю.