В голове промелькнуло сразу несколько мыслей. Во-первых — ко мне за все время никто не приезжал, когда меня не было дома. А это значит, что приехали не просто так. А еще из трейлера доносятся женские крики, и это голос Роуз — я его узнаю.

Значит, эти ублюдки приехали закончить работу. Вот ведь уроды, и их не смутило то, что они добьют девушку в жилище детектива. Хотя возможно, что они и не знали, что я — детектив, а нашли ее, когда она поехала за продуктами на моем «Шеветте».

Значит, ее нашли и проследили. Они уже внутри и сейчас будут убивать ее. А мне потом оправдываться, что у меня дома делает мертвая девушка.

Но тогда получается, что я приехал вовремя.

Одно, правда, не вписывалось в эту картину. «Гольф». Ну вот не ездят крутые киллеры, на «Гольфах», как и люди, которые обеспечивают безопасность на вот таких вот развратных вечеринках для богачей.

Но я уже бежал в сторону трейлера, выхватив «Беретту» из кобуры и сняв ее с предохранителя. Рэмбо тоже отреагировал на шум, он крутился и лаял в своем вольере, но выбраться и вмешаться в ситуацию, естественно, не мог.

Я рванул на себя дверь, вошел, споткнувшись о какие-то пакеты, которые лежали на полу и увидел картину…

Посреди трейлера стояла Сара, а в руках у нее была кружка — «World's Greatest Detective», причем девушка выглядела так, будто собирается бросить ее. А в кого?

Да в Роуз. Та стояла в другом конце трейлера, прижимая к себе сползшее полотенце — кроме него у нее ничего не было, она была совершенно голой.

Причем на Роуз были видны синяки, очевидно свежие, и несколько царапин, явно от ногтей, из которых сочилась кровь.

— ¡Te voy a enseñar cómo ir detrás de los hombres de otras mujeres, puta! — крикнула Сара, размахнулась и швырнула кружку.

Роуз как-то рефлекторно поймала ее полотенцем, так что посуда не разбилась. А откуда она, интересно, вообще здесь взялась? У меня никогда такой не было.

Между ними носился Владимир, махал крыльями и квохтал. Бойцовый петух явно оказался в своей стихии. А вот мне в женскую драку лезть не хотелось совершенно, хотя я понимал, что в ней я виноват больше всех.

— Всем стоять на месте! Полиция! — заорал я в голос.

Тут уж только в потолок выстрелить оставалось, но я не стал. В Калифорнии все-таки иногда бывают дожди, а чинить крышу трейлера мне не хотелось.

Резко наступила тишина. Они развернулись ко мне, все трое, даже петух отреагировал. Глаза Сары расширились, и она проговорила неожиданно спокойным голосом:

— Майкл! Что это за puta⁈

Однако, а вот о том, что Сара разговаривает на испанском, я не знал. А стоило бы — у нее фамилия Мендес. Вот в такой вот мультиязычной среде живу, получается, хотя сам говорю только на английском и русском. А она на эмоциях на испанский переходит, что тоже интересно.

— Это не пута, — ответил я. — Это Роуз. Она живет здесь временно.

— Временно, — повторила Сара.

— Да, — кивнул я.

Владимир подошел к Саре и клюнул ее в туфлю. Она, не глядя, дернула ногой, он шарахнулся куда-то в сторону и исчез из поля зрения. А я поймал себя на том, что продолжаю целиться в них.

Поставил пистолет на предохранитель, убрал его в кобуру, и сказал:

— Сейчас мы спокойно сядем, и я тебе все расскажу, — сказал я.

— Да уж, постарайся, — Сара сложила руки на груди. — Постарайся объяснить, что незнакомая женщина делает у тебя в трейлере.

— Судя по всему, она мылась, — вырвалось у меня, и тогда я понял, что лучше бы промолчал. Язык мой — враг мой. Но ведь Роуз в действительности голая совершенно стоит, в одном полотенце.

— В твоем душе, — сказала Сара, сделав шаг в мою сторону.

— Так, — сказал я. — Сейчас мы сядем, и я все расскажу. Роуз, сядь на диван. Ты, Сара, на стул. Давайте.

Сара фыркнула и села, Роуз тоже, при этом продолжая держать в руках эту кружку. И откуда она все-таки взялась?

— Сара, — сказал я. — Послушай. Я нашел ее в понедельник вечером на дороге. Она была избита, сама посмотри. Ей некуда идти, документов тоже не было, как и денег. Что мне было делать?

Сара перевела взгляд на найденышку и, по-видимому, только сейчас обратила внимание на синяки и свежие швы. Там правда еще несколько царапин было, которые она сама нанесла…

И что-то в выражении ее лица стало меняться.

— Что за hijo de puta с тобой это сделал?

— Вот это я сейчас и пытаюсь выяснить, — сказал я. — Мы с Ником, ты про него слышала, собираемся искать его. А Роуз действительно некуда идти, у нее даже одежды нет.

Сара посмотрела на Роуз, потом обратно на меня, потом снова на нее. И сказала:

— Извини. Я не знала.

— Все нормально, — ответила Роуз, промокнула одну из царапин пальцем и посмотрела на оставшуюся на нем кровь. — Я бы тоже удивилась.

— Я к тебе приехала сделать сюрприз, — сказала Сара. — Отпросилась с работы пораньше, хотела ужин приготовить, кружку вот привезла.

— А как ты собиралась внутрь-то попасть? — спросил я.

— Так ты ключ под тем засохшим цветком держишь, — она усмехнулась. — Я его уронила, когда уходила в прошлый раз, и увидела ключ. Поставила на место.

Я выдохнул. Все, конфликт вроде разрешился, так что кровопролития больше не будет. А Сара реально разъяренная фурия. Горячая мексиканская кровь в ней играет иногда, иначе и не скажешь.

— Стойте, — вдруг проговорила Роуз, осмотревшись по сторонам. — А где Владимир?

Я огляделся, и понял, что петуха нигде нет. И тут же, вскочив, бросился на улицу. За мной Сара — она все поняла, следом Роуз, но она остановилась в дверях, продолжая удерживать на себе полотенце, а в руке кружку.

— Да ты-то куда, дура, ты же голая! — крикнул я ей, сам этого не осознав, перейдя на русский.

Но она послушалась, похоже, интонации, а не слов. Мы же выскочили на улицу, и я чудом углядел хвост, который исчез за поворотом у соседнего трейлера. Вот ведь придурок, его же коты сожрут. Или собака какая-нибудь загрызет.

— Владимир, стой! — крикнул я и бросился за ним.

Сара за мной, но когда мы добежали до точки назначения, Владимира там уже не было. И вообще стояла тишина, только Рэмбо лаял как бешеный. Надо было еще и его выпустить, вот веселье было бы. Хотя он, наверное, подумал, что мы затеяли какую-то игру.

Второй трейлер, третий — петух как сквозь землю провалился. Мы почти дошли до стоянки, где машины ставило большинство жителей парка, кому участки не позволяли сделать это рядом.

— Туда, — сказала Сара и пошла вперед.

Я двинул следом, но обогнать ее не смог, даже несмотря на то, что она была в туфлях на каблуке. Но бывают такие женщины, для которых каблуки — это единственная правильная обувь для любой поверхности. Даже для газона.

За газоном начинался ряд припаркованных машин. Между ними я и увидел Владимира — он шел вдоль бордюра с очень независимым видом. Как будто он не домашнее животное, которое сбежало из дома, а как минимум король этих мест. Ну или мэр Карсона.

— Владимир, стой, — сказал я.

Но он уже исчез между машинами. Я подал Саре знак, чтобы она зашла с другой стороны. Мы двинулись мимо рядов машин, и наконец-то я увидел Владимира перед бампером какого-то синего пикапа.

Петух посмотрел на меня, потом на нее, мы продолжали надвигаться с разных сторон. И похоже, что тогда он решил сделать единственное логичное с его точки зрения — захлопал крыльями и прыгнул на капот пикапа.

И тут же завыла сигнализация. Я этого звука не ожидал и не слышал очень давно. Да даже на моем «Крайслере» ее не было, это опция, они с завода не шли. А тут кто-то поставил сигнализацию на простой пикап.

Петух забился от звука, явно испугался и принялся бегать по капоту кругами. Я рванулся вперед, схватил его, и он тут же клюнул меня в руку. Я матернулся, а потом зажал его под мышкой — толстую кожу куртки он все равно не сможет прокусить… Или проклевать. Как в его случае правильно будет-то?

— Пошли, — сказал я и двинулся в сторону трейлера.

Пока мы шли, двери одного соседних распахнулись, и вышел пожилой мексиканец в майке и с газетой в руках. Он посмотрел на нас, идущих со стороны стоянки, и спросил:

— Эй вы! Что вы делали рядом с моей машиной?

Было отчетливо слышно акцент, а так же то, что он пьян. Я попытался повернуться так, чтобы не было видно петуха. Он ведь наверняка краску поцарапал. И нарываться на конфликт из-за этого мне не хотелось.

Сара ответила ему по-испански, указав на меня. Мексиканец посмотрел, покачал головой, вытащил брелок и нажал на кнопку. А потом ушел обратно в трейлер, хлопнув дверью.

— Что ты ему сказала? — спросил я.

— Что ты полицейский, вот и все, — ответила она.

Владимир уже перестал трепыхаться, смирился. Я вытащил его и понес дальше просто на руках, причем он повис на них с видом глубоко оскорбленного достоинства. Двинули мы прямо по газону, напрямую, оставляя после себя дорожку из примятой травы. Свинство, конечно, но она и так сухая. Роса осядет с утра — поднимется, наверное.

Когда мы вернулись, я увидел у входа Роуз. Она уже успела натянуть мою футболку и трико, и смотрела на нас. Когда я подошел ближе, девушка открыла дверь трейлера, пропуская нас внутрь. Рэмбо успокоился и смотрел на нас из своего вольера с любопытством. Я отметил, что в миске у него есть корм — девушка со своими обязанностями справлялась.

Я сразу же прошел к ванной, сунул Владимира в душевую кабину и задвинул дверцу. Немедленно услышал возмущенное «кво», но мне сейчас было не до его чувств. Я вернулся обратно и увидел Сару, которая подняла лежащие на полу пакеты. Те самые, о которые я споткнулся.

— А в пакетах что? — спросил я.

— Продукты, — ответила моя подруга. — Я же тебе романтический ужин готовить собиралась. И еще кое-что. Белье. Но увы, теперь ты на меня в нем не скоро посмотришь.

— Да ладно тебе, — сказал я, подошел к столу, взял кружку и рассмотрел ее. Не разбилась, повезло, что Роуз ее полотенцем поймала, а то потом осколки выметать. — И за кружку спасибо. Клевая.

— Не за что. А теперь рассказывайте все по порядку. Что случилось?

— Мне бы не хотелось, чтобы об этом знали посторонние… — проговорила Роуз.

— Роуз, — обратился я к ней. — Мы влипли в историю сейчас, и лучше нам все рассказать. А Сара никому не скажет, она надежный человек.

Я сел на стул, Сара устроилась на диване рядом с Роуз. И я принялся рассказывать. Про то, как нашел девушку на дороге в понедельник вечером, про то, как поехал в клуб «Нептун», как администратор послал меня. Как порылся в мусорном баке, нашел сумку и визитку «Камелота». И о том, что Касселс пообещал мне помочь.

Сара слушала молча. Роуз шмыгнула носом — похоже, что ей самой было тяжело это слушать — и проговорила:

— Честно, я до сих пор не верю, что со мной так поступили. Агент же вел себя прилично, комнату нашел, на пробы водил. И даже потом, когда на вечеринки. Просто улыбаться и разговаривать за пятьсот долларов.

— Это неплохие деньги, — Сара кивнула, судя по всему, без всякого осуждения.

— Я не знала, что так выйдет, — сказала Роуз.

— Понятно, что не знала, — ответила Сара, повернулась ко мне и сказала: — Ты должен их найти, Майк.

— Я и собираюсь, — кивнул я. — Мы с Ником выйдем на посредника, встретимся и попытаемся узнать, кто это все проводит. И если получится, накроем.

— Я против, — тихо проговорила Роуз.

— В общем-то, я ее понимаю, — сказала Сара. — Но они должны быть наказаны. Чтобы больше ни с кем вроде тебя такого не произошло. Ты понимаешь?

— Да…

— Мы попытаемся все сделать, не привлекая к тебе внимания, — заверил ее я.

— Я тоже попробую что-нибудь выяснить, — сказала Сара. — Про «Камелот» я что-то слышала, ну и на студии у нас всякие разговоры ходят. Есть несколько агентств, которые поставляют девушек на вечеринки продюсерам. Все об этом знают, но никто вслух не говорит. Это как бы часть пейзажа.

— Так себе пейзаж получается, — сказал я.

— Майк, это Голливуд, — она пожала плечами. — Тут пейзаж включает в себя очень многое. Я не говорю, что это правильно, я говорю, что это есть. Так что я поспрашиваю.

— Только аккуратно, — сказал я.

— Майк, — она посмотрела на меня так, будто объясняла очевидное. — Я работаю координатором мероприятий в Голливуде. Я умею разговаривать с людьми аккуратно. Это буквально моя работа.

— Хорошо, — сказал я.

Роуз подняла голову и посмотрела на Сару.

— Зачем тебе это? — спросила она. — Ты же меня не знаешь.

— Потому что мне не нравятся люди, которые так делают. И потому что у меня есть возможность помочь. Ты готовить умеешь?

— Умею, — сказала та.

— Тогда помогай.

Сара подняла пакет, поставила его на стол и принялась разбирать.

— Вам помощь нужна? — спросил я.

— Нет, — она покачала головой. — Иди чем-нибудь другим займись.

Я вышел на улицу, подумал, чем можно заняться. Взгляд сам упал на разобранную клетку, которую я сложил возле трейлера. Точно нет, возиться с этим в темноте я не собираюсь — еще поранюсь или перепутаю днище с крышкой. Или еще что-нибудь случится. Придется отложить до следующего понедельника, потому что с работы я буду возвращаться поздно. А тут еще и по поводу агента должны ответить.

Просто сел на ступеньку, прислонившись к двери трейлера. Машинально охлопал карманы в поисках сигарет, поморщился — я когда-нибудь перестану так делать? Рэмбо подошел к сетке вольера и уставился на меня.

— Тебя они тоже переполошили, да? — спросил я.

Подошел, открыл вольер. Рэмбо пулей вылетел наружу, побежал и привычно обоссал один из столбов навеса. Точно, я же машину не перепарковал, у меня теперь целых три тачки у участка стоят. Сара, правда, ночевать не останется, уедет. Хотя, может, мне к ней поехать? Роуз тут оставить.

Не знаю. Она меня до сих пор к себе не приглашала, так что там проблемы могут быть. Может, она тоже квартиру снимает у бабки какой-нибудь типа старика Грэма, и ей нельзя мужчин к себе водить.

Ладно, потом перепаркую, когда Сара уедет, сейчас все равно не получится.

Пес подбежал к моим ногам, я наклонился и потрепал его по холке, а потом погладил за ухом.

— Хороший мальчик, — проговорил я на русском. — Хороший.

Из дома послышались голоса, потом женский смех и звон посуды. Ну что ж, так лучше, чем когда они дерутся. Может быть, подружатся. Может быть, Сара ей и в кино устроиться поможет, у нее все-таки в индустрию и входы, и выходы есть.

Так я и сидел еще минут тридцать по ощущениям, погруженный в свои мысли. И только потом меня позвали внутрь. Я загнал Рэмбо обратно, и мы сели за стол, который оказался уже накрыт.

— Ну, зато познакомились, — проговорила Сара. — А говорят, это у вас, у мужиков лучший путь к дружбе — это хорошая драка.

— Да, интересное знакомство получилось, — улыбнулась Роуз. Похоже, что наличие собеседницы пошло ей на пользу, и она немного приободрилась.

И мы принялись за еду.