Адрес племянника Касселса на Корбетт-стрит я помнил, хотя ехать туда было жутко лень — это было строго в противоположной стороне от потенциального места преступления, еще и от участка довольно далеко. Но делать было нечего, раз уж мы засветились в газете, придется пару-тройку недель стараться не светить лицом.

Хотя лично я ума не приложу, откуда у журналистов мое фото. Сейчас ведь не то время, когда у каждого в кармане телефон с камерой. Неужели у кого-то из баптистов с собой был фотоаппарат, и он снял момент задержания? Или газетчики запросили наши снимки из личных дел Департамента? Так им бы не дали. Или дали, раз инфоповод, вроде как, положительный? Черт его знает. Надо найти газету с этой статьей и посмотреть.

Путь до места занял довольно много времени. Даже несмотря на то, что час пик уже должен был закончиться, в сторону центра все еще были пробки. И часть нашего пути пролегала через них. Однако незадолго до прибытия на место Ник вдруг посмотрел на часы и сказал:

— На следующем перекрестке сверни налево.

Я сделал, как он сказал, и через сотню метров Касселс попросил остановиться. Я припарковался у тротуара и вопросительно посмотрел на Ника. Тот извиняющимся тоном сказал:

— Рано приехали, сегодня среда, он в школе еще. Я думал, дольше будем по пробкам тащиться, — он кивнул головой в сторону своего окна. — Пойдем, перекусим пока.

Я посмотрел, куда он указывает, и увидел через стекло какой-то дайнер. Пожал плечами — есть еще не хотелось, но лучше ведь выпить кофе, чем сидеть в душном кабинете и составлять отчеты.

Мы выпили кофе, поболтали ни о чем. Я наконец спросил у него номер телефона — как выяснилось, он все же был у напарника дома. Записал в блокнот и его адрес. А то мало ли что может случиться. Ник снова осторожно спросил про ставки, но я сказал ему, что пока придется подождать. Было видно, что он расстроился, но ничего не сказал.

Я ограничился только чашкой бодрящего напитка, а Касселс заказал себе сэндвич. Через час с небольшим Ник посмотрел на часы и сказал, что можно ехать.

Мы сели в «Крайслер» и через пять минут были уже на месте.

Ник, как и в прошлый раз, сходил в дом и через четверть часа вернулся с уже знакомым мне племянником, Риком.

— Добрый день, мистер Соко, — сказал парень, плюхаясь на заднее сиденье моей машины.

Я поздоровался в ответ, и мы втроем наконец двинулись в направлении Флоренс-авеню. Я подумал, что хорошо бы найти и оторвать руки газетчику, который разместил материал про то задержание — столько времени потеряли. Если бы не эти мотания по городу, мы бы уже, возможно, ордер получили. А так катаемся почем зря.

— Дядя Ник, сегодня снова магазины с алкоголем? — спросил Рик.

— Нет, — Касселс покачал головой и развернулся лицом к заднему ряду сидений, на котором расположился его племянник. — У нас сегодня особенное дело.

— Особенное? — Рик явно удивился и даже как-то подобрался. — А какое именно?

— Сегодня пойдешь проверять нелегальную букмекерскую контору. Считай, работа под прикрытием, — Касселс сделал загадочное лицо, а у Рика загорелись глаза — парню явно было интересно, а пытаться купить пиво, судя по всему, уже наскучило. Ник же и до моего повышения его явно по проверкам таскал.

— Ого, — оживился парень еще сильнее. — А что мне надо будет делать?

— Значит так, — Касселс взял с заднего сиденья папку с бумагами по делу, открыл и начал читать с нарочито серьезным видом. — По оперативным данным, на Флоренс-авеню под прикрытием прачечной действует нелегальная букмекерская контора. Работает заведение только в дневное время, с восьми утра до восьми вечера. Там дежурит сотрудник — продает порошок и убирает помещение. Если подойти к нему и спросить, где ближайшая мастерская по ремонту ремней, он провожает клиента в подсобное помещение, где принимают ставки.

Рик сосредоточенно слушал, а потом кивнул и спросил:

— А про мастерскую по ремонту ремней — это вроде пароля?

— Именно, — кивнул Ник. — Спросишь именно так: «Где ближайшая мастерская по ремонту ремней?».

— Я понял, — серьезно кивнул Рик.

— Хорошо. Зайдешь внутрь, скажешь пароль. Тебя, скорее всего, отведут в отдельное помещение, — Касселс достал из кармана бумажник, вытащил из него купюру в двадцать баксов и протянул племяннику. — Там ты сделаешь ставку. Завтра «Доджерс» играют с «Хьюстон Астрос», поставишь на победу Лос-Анджелеса.

— Так они ж проиграют, — с сомнением ответил Рик.

— Во-первых, не факт, в свою команду надо верить, — наставительно сказал Касселс. — А во-вторых, без разницы. У тебя нет цели выиграть. Главное — подтвердить факт того, что у тебя приняли ставку. Поэтому обязательно возьмешь квитанцию.

— Понял, — Рик снова кивнул с сосредоточенным видом. Было заметно, что он относится к этой операции куда серьезнее, чем к проверкам алкомаркетов.

— И самое важное, Рик, — Касселс поднял вверх палец.

Парень аж вперед наклонился, внимая тому, что скажет дядя.

— Маме об этом — ни слова, — неожиданно продолжил напарник. — А то она тебя больше со мной не отпустит, а мне голову оторвет.

Парень посмотрел на него чуть растерянно, но потом снова посерьезнел и сказал:

— Понял, дядя Ник.

— Вот и молодец, — ответил Касселс. — Если все получится, веди себя естественно. Можешь аккуратно оглядеться, запомнить важные детали, но башкой не крути и по сторонам не глазей. Как только сделаешь ставку — сразу назад. Если что-то пойдет не так — кричи, мы будем рядом. Если не выйдешь через пятнадцать минут — мы ворвемся внутрь и все там разнесем. Но будь осторожен — это тебе не магазины проверять, это очень серьезно. Ты понял?

— Да, дядя Ник, — кивнул Рик.

Тем временем я остановился, не доезжая до входа в нужную нам прачечную метров пятьдесят. Чтобы не светиться — машина-то не тонированная. Ник оценил место и кивнул мне, мол, все правильно.

— Готов? — спросил Ник у племянника. — Или есть еще вопросы?

— Готов, — сказал парень.

— Хорошо. Ничего не бойся, веди себя естественно. Мы страхуем.

Парень кивнул и вышел, направившись в прачечную. Ник бросил взгляд на часы, я тоже посмотрел на панель магнитолы, где было видно время.

И потянулось томительное ожидание. Первые пять минут прошли еще более или менее, а дальше я начал немного волноваться — мало ли, что могло случиться с парнем. Когда прошло десять минут, я уже откровенно нервничал, ерзая на кожаном сиденье. Глянул на Ника — он выглядел спокойным и молча наблюдал за входом.

Когда часы на экране магнитолы отсчитали четырнадцать минут, я уже готов был врываться в прачечную и идти на выручку Рику. И уже даже положил руку на ручку двери, когда парень вышел наружу.

Я громко, облегченно выдохнул, а Ник посмотрел на меня, чуть приподняв брови. В этот момент задняя дверь машины открылась, и внутрь ввалился Рик.

— Есть! — сказал он громким шепотом. Его лицо сверкало от радости, как начищенный самовар. — Получилось!

Он протянул Нику квитанцию, такую же как мне выдали в букмекерской конторе Семьи Драгна, когда мы с Ником делали ставки на бой Тайсона.

— Отличная работа, герой, — довольно ответил Ник, забирая бумагу у племянника и убирая ее в папку. — Америка тебя не забудет.

— Спасибо, — радостно улыбнулся парень и откинулся на спинку сиденья.

Я завел мотор и направил «Крайслер» в обратном направлении — нужно было отвезти Рика домой, прежде чем продолжать работу.

— Рассказывай, — сказал Касселс племяннику.

— Да на самом деле рассказывать особо нечего. У сотрудника была очередь. Я большую часть времени ждал, пока он освободится. Потом подошел к нему, сказал пароль. Он посмотрел на меня как-то с сомнением, но потом пригласил идти за ним. Повел в дверь в дальнем углу, справа от входа, там комната со стойкой. Сильно я не осматривался, на меня все время пялились. Какой-то черный дед за стойкой спросил, на что я хочу поставить, я все сказал, как ты велел. Он взял деньги, что-то записал, дал квитанцию. Потом меня вывели.

— Кроме деда и сотрудника, что тебя туда привел, больше никого не было? — спросил я.

— Неа. Никого больше не видел.

— Хорошо, — ответил Ник. — Ты большой молодец. Но помни — маме ни слова.

— Ага, — кивнул Рик.

Мы отвезли парня обратно домой. Когда тронулись в обратном направлении, я все же задал мучивший меня вопрос:

— Слушай… А не опасно было вот так вот ребенка на контрольную закупку отправлять? Может, надо было Домингеса попросить? Все же нелегальная букмекерская контора…

Ник посмотрел на меня удивленно.

— Да ты-то куда повелся? — спросил он. — Я же специально для Рика жути нагнал, чтобы он себя крутым почувствовал. Это же не мафия, обычная частная букмекерка, никто бы ему ничего не сделал. Я вообще думаю, что мы с вероятностью девяносто процентов там задержим того же человека, который официально снимает помещение под прачечную, даже подставного лица не будет. Не было там ничего опасного.

— А чего ты тогда запретил ему матери рассказывать? — спросил я.

Касселс заметно стушевался.

— Да понимаешь… — протянул он. — Это мы с тобой все понимаем. А сестре попробуй объясни. Она мне просто голову открутит, не разбираясь. И Рика со мной отпускать перестанет, а с ним все гораздо проще.

Я ухмыльнулся, а Ник резко сменил тему:

— Помнишь, я тебе говорил, что у меня осталось два долгих дела? Так вот, одно сдвинулось с мертвой точки, подозреваемый приехал в город, засветился на вокзале. Видимо, решил, что опасность миновала.

— И кто это? — спросил я.

— Поехали на угол Девяносто Второй и Южной Сентрал. По пути расскажу.

Я повернул машину в нужном направлении, а Ник почесал затылок и начал свой рассказ.

— В общем, есть у меня уже практически разработанный сутенер. Есть по нему даже кое-какие улики и показания, пусть и не стопроцентные. Но нужно его взять на горячем, чтобы не отвертелся. Не в том смысле, что прямо на контрольной закупке, а просто подтвердить наружным наблюдением факт того, что он приезжает решать дела на рабочее место девочек.

— Рабочее место? — удивленно спросил я. — Бордель, что ли?

— Да если бы все так просто было, я бы его уже хлопнул, — поморщился Касселс. — У него несколько точек по городу, где девочки работают просто с улицы. Основная как раз там, куда мы едем. Мы их специально не гоняем в этом месте, чтобы накрыть вместе с сутенером. Там работает девочка, которую я уже задерживал совсем недавно. И если мы зафиксируем их общение и возьмем его на месте — это будет последним гвоздем в крышку его гроба, дело можно будет смело передавать в суд.

— То есть наша задача… просто дождаться, пока он туда приедет? — спросил я.

— В целом да. Дождаться, визуально зафиксировать, как он собирает деньги с проституток, и задержать.

— Звучит просто, — кивнул я.

— Оно и есть просто. Главное, чтобы он приехал. Раньше он город ближе к вечеру объезжать начинал, так что мы, по идее, вовремя.

Я кивнул и чуть прибавил газу. Через полчаса мы уже парковались недалеко от нужной точки. Касселс указал удобное место для наблюдения прямо на парковке у какой-то небольшой церкви. Я даже поморщился — после истории с баптистами все эти странные крошечные одноэтажные церквушки разных конфессий, разбросанные по району, вызывали у меня зубную боль.

Ник показал рукой в сторону интересующего нас места, и я даже улыбнулся от того, насколько стереотипно оно выглядело. На углу двух улиц стоял достаточно большой магазинчик, выкрашенный в синий цвет. Вывеска гласила, что внутри можно купить алкоголь.

А на тротуаре вдоль боковой стены без окон уютно расположились четыре девушки, внешний вид которых не оставлял простора для фантазии касательно их профессии: короткие юбки, облегающие топики, броский макияж. Рядом был даже уютный переулок, в котором после наступления темноты наверняка нет освещения. Но это я уже от себя додумал — может, это и не настолько дешевые жрицы любви.

— Видишь блондинку, крайнюю слева? — спросил Касселс и, не дожидаясь ответа, продолжил: — Недавно я оформил ее третье задержание. Ее надо взять вместе с сутенером, и тогда она точно даст показания. Потому что за четвертое нарушение ей вкатают полгода тюрьмы и огромный штраф. Нам она, в сущности, не нужна — в другой раз поймаем. Но вот ее показания в совокупности с задержанием на месте преступления позволят с гарантией засадить сутенера.

— Понял. Как твой сутенер выглядит-то?

— О, он довольно приметный. Мануэль Кинг. Высокий, шесть футов и пять дюймов, лысый негр. Сорок девять лет, довольно широкие плечи. Обычно ходит в костюмах.

Я прикинул про себя: шесть футов и пять дюймов — это без копеек два метра. Ну да, такого негра я не пропущу, целый Майкл Джордан. Такого, правда, еще попробуй задержать, если он сопротивление окажет.

— Испанец, что ли? — спросил я, обратив внимание на нечастое в этих широтах имя.

— Да какой испанец? — усмехнулся Касселс. — Наш ниггер, местного разлива. Видимо, родители просто с фантазией.

Я усмехнулся и принялся наблюдать за интересующим нас углом. Вот только время шло, а наш двухметровый Мануэль все не появлялся. Прошел час, потом еще один и еще. В половине седьмого Ник недовольно махнул рукой:

— Ай, да пошел он, не будем же мы тут всю ночь сидеть. Поехали, у меня еще сегодня есть дела, да и у тебя, я подозреваю, тоже.

— Ну вообще да, — согласился я, хотя никаких особых дел у меня не было. Клетку собрать разве что. Мне даже животных кормить не надо ехать, потому что Роуз дома следит за ними. Но не предлагать же еще посидеть, раз срочности никакой нет.

— Ну вот. Поехали. В суд за ордером на прачечную я сам заеду.

Я кивнул, завел «Пятую Авеню» и плавно выехал с парковки. Через пару минут пути Ник вдруг провел руками по темно-бордовой панели, повторяющей оттенок и фактуру кожаных сидений, и спросил:

— Слушай, а почему именно такой салон?

— А что? — не понял я.

— Да ничего… — ответил Ник. — Просто ты всегда достаточно неброско одеваешься, да и сам детектив отдела нравов, а машина у тебя внутри какая-то немножко… сутенерская.

Я захохотал в голос. Ну да, полностью бордовый салон: и панели, и кожаные сиденья, и дверные карты, и даже мохнатые коврики на полу — все темно-бордового цвета. У меня и у самого при первом взгляде на машину возникла ровно та же мысль, что и у Касселса.

— Да я его не выбирал на самом деле, — пожал я плечами. — Я просто искал «Пятую Авеню» в хорошем состоянии и за вменяемые деньги. А цвет салона меня волновал вообще в последнюю очередь.

— А-а-а… — протянул Касселс и улыбнулся. — Тогда понятно. А то я думаю — как будто машина полностью в твоем стиле, а вот салон — не совсем.

— Ну да, он скорее в твоем стиле, — улыбнулся я в ответ.

— Ой, да ну тебя, — ответил напарник и хохотнул.

Еще через пять минут я высадил Ника на парковке у участка, где стоял его «Порше», а сам развернулся и поехал в сторону Карсона. Выехал на фривей, провел рукой по коже пассажирского сиденья и усмехнулся — ну да, чуть ярче, чем я обычно выбираю. Но я уже привык, и мне даже нравиться начало. Выглядит дорого и при этом не греется на калифорнийском солнце, как обычная черная кожа.

Дорога до Карсона была уже привычной, но я все равно заставил себя откинуться в кресле и ощутить комфорт машины — нельзя воспринимать все хорошее как данность, надо уметь наслаждаться и привычными вещами. Я и насладился.

Свернул в трейлерный парк, подъехал к своему дому… и увидел возле него чужую машину. Белый «Фольксваген Гольф» стоял на газоне, как будто случайно перегородив выезд моему «Шеветту», припаркованному, как и раньше, сбоку от трейлера.

В душе зашевелилось нехорошее предчувствие. Пока я не подобрал Роуз, сюда ни разу не приезжал никто, кроме Ника и Билла. И теперь, стоило мне только наведаться в «Нептун»…

Словно подтверждая мои мысли, из трейлера раздался пронзительный женский крик.