После того разговора на плацу я не могла прийти в себя ещё несколько часов. Даркан ушёл, оставив меня одну на краю обрыва, и я ещё долго стояла там, глядя на долину, на далёкие горы, на облака, цепляющиеся за вершины. Ветер трепал мои волосы, забирался под плащ, холодил кожу, но я почти не чувствовала холода. Внутри всё горело - от стыда, от страха, от странного, незнакомого возбуждения, которое я отказывалась признавать.

Он поймал меня. Не в том смысле, что раскрыл мою тайну - нет, он пока не знал всей правды. Но он поймал меня в падении, в буквальном смысле слова. Его драконья ипостась - огромная, чёрная, с алыми прожилками на крыльях - до сих пор стояла у меня перед глазами. Я помнила жар его чешуи, помнила силу его когтей, помнила тот краткий миг, когда он прижал меня к своей груди, и я почувствовала биение его сердца - мощное, размеренное, как удары далёкого барабана.

И ещё я помнила его слова: «От вас пахнет чем-то древним. Чем-то запретным». Он чуял Печать. Даже сквозь морок, даже сквозь заклятие Эрвина, даже сквозь перстень. Его дар был слишком силён, его инстинкты - слишком остры. И если я не найду способ усилить маскировку, он раскусит меня раньше, чем я успею понять, что происходит.

- Лина!

Я обернулась. По каменной дорожке, ведущей от башни к плацу, быстрым шагом шла Рианна. Её изумрудные глаза блестели, а на лице читалось странное выражение - смесь тревоги и любопытства. Она подошла ко мне и, не спрашивая разрешения, взяла за руку.

- Ты цела? - спросила она, быстро оглядывая меня. - Я видела, как ты падала. И видела, как он тебя поймал. Это было... впечатляюще.

- Я цела, - ответила я. Голос звучал глухо, будто чужой. - Но артефакт сломался.

Я разжала ладонь и показала ей цилиндр. Он был горячим, почти обжигающим, и по его поверхности бежали трещины, из которых сочился тусклый серебристый свет. Он явно не был рассчитан на такую нагрузку - или, может быть, дело было в моей Печати, которая каким-то образом вмешалась в его работу.

- Нужно отнести его Эрвину, - сказала я. - Он сможет починить. Или дать другой.

- Когда ты с ним встретишься?

- Не знаю. Он сам находит меня, когда считает нужным. - Я убрала сломанный артефакт в карман и поплотнее запахнула плащ. - Но есть ещё одна проблема. Перстень. Он нагревается и даёт сбои, когда Даркан рядом. Я чувствую, как морок истончается. Ещё немного - и он увидит Печать.

Рианна нахмурилась. Она взяла мою левую руку и поднесла к глазам, разглядывая перстень с тусклым красным камнем. Потом покачала головой.

- Это древняя магия, - сказала она задумчиво. - Я кое-что понимаю в артефактах - у нас в роду была традиция коллекционировать их. И я могу сказать точно: твой перстень не рассчитан на долгую маскировку. Он - экстренная мера, временное решение. Ему нужна подпитка.

- Что за подпитка?

- Магическая энергия. Кристаллы, зелья, ритуалы. В академии есть мастерская артефактов - она в подвале Восточного крыла, рядом с алхимической лабораторией. Там можно подзарядить перстень. Но нужно быть осторожной - мастерская охраняется, и туда пускают только с разрешения преподавателя.

Я задумалась. Подвал Восточного крыла я знала хорошо - когда-то меня посылали туда мыть полы после алхимических опытов. Там всегда воняло серой и горелым сахаром, а на стенах оставались пятна, которые не брала никакая тряпка. Но мастерская артефактов... туда горничных не пускали. Я даже не знала точно, где она находится.

- У меня нет разрешения, - сказала я. - И просить его у Даркана я не собираюсь.

- Значит, пойдёшь без разрешения, - пожала плечами Рианна. - Сегодня ночью. Я помогу.

- Зачем тебе это? - спросила я, глядя ей в глаза. - Ты рискуешь из-за меня. А мы знакомы меньше суток.

Рианна усмехнулась - всё той же холодной, змеиной усмешкой, которая, как я уже начинала понимать, была её обычным выражением лица.

- Я же говорила: у меня свои счёты с Ашерами, - сказала она. - Мой отец, лорд Дейн, был советником короля Алларика. Когда Фериготов уничтожили, Ашеры обвинили его в измене. Казнили без суда, а наши земли конфисковали. Мой старший брат погиб в темнице, мать умерла от горя. Я осталась одна - наследница без наследства. Меня держат в академии только потому, что боятся трогать последнюю из Дейнов - слишком громкий будет скандал. - Она помолчала, и в её зелёных глазах вспыхнула ненависть, холодная и древняя, как лёд на дне ущелья. - Так что, Лина Вэрд - или как там тебя на самом деле зовут - ты для меня не просто соседка. Ты - шанс. Возможность отомстить. И я этот шанс не упущу.

Я смотрела на неё и чувствовала, как внутри меня что-то переворачивается. Значит, я не одна. Значит, есть кто-то ещё, кто ненавидит Ашеров так же сильно, как и я. Кто потерял семью из-за королевы Морвейн. Кто готов рисковать ради мести.

- Меня зовут Лина, - сказала я. - Просто Лина. А второе имя... я пока не готова его произносить.

- Не надо, - кивнула Рианна. - Я и так догадалась. По метке. По тому, как на тебя реагирует Даркан. Ты - Феригот. Последняя.

Я промолчала, и это молчание было красноречивее любых слов.

- Ладно, - сказала Рианна. - Идём в комнату. Нужно подготовиться к ночной вылазке.

Остаток дня прошёл как в тумане. Я механически отсидела ещё два занятия - «Основы стихийной магии» и «Историю драконьих кланов», - записывая что-то в новенькую тетрадь, которую мне выдали вместе с формой. На меня поглядывали, обо мне перешёптывались, но в открытую никто не лез - видимо, история с падением и вмешательством Даркана уже разлетелась по академии, и студенты не знали, как на это реагировать. С одной стороны - жалкая абитуриентка без крыльев. С другой - та, кого лично спас наследный принц.

После занятий я валилась с ног от усталости. Но едва за окнами стемнело, Рианна растолкала меня и сунула в руки тёмный плащ.

- Пора, - сказала она. - Стража в Восточном крыле сменяется в полночь. У нас будет примерно час, пока новый караул не обойдёт подвал.

Я накинула плащ, и мы выскользнули в коридор. В башне было тихо - только где-то далеко гудел ветер и поскрипывали половицы под нашими шагами. Мы спустились по боковой лестнице, которой обычно пользовались слуги, и через неприметную дверь вышли во внутренний двор. Ночной воздух был холодным и влажным, небо затянули облака, и луна едва просвечивала сквозь них бледным пятном. Восточное крыло встретило нас темнотой и запахом пыли. Мы шли почти на ощупь - магические светильники здесь не горели, а зажигать их мы не рисковали. Рианна ориентировалась удивительно хорошо - видимо, драконье зрение позволяло ей видеть в темноте.

- Сюда, - шепнула она, сворачивая в узкий коридор, заканчивающийся массивной дубовой дверью с медными заклёпками. - Мастерская артефактов. Я была здесь однажды, с преподавателем.

- Дверь заперта? - спросила я.

- Разумеется. Но у меня есть кое-что. - Она достала из кармана маленький флакон с зеленоватой жидкостью. - Кислота из желчи василиска. Растворяет любой металл, кроме зачарованного серебра. Надеюсь, замок здесь обычный.

Она капнула жидкость на замочную скважину. Раздалось тихое шипение, повалил едкий дымок, и через минуту дверь открылась - замок был съеден до основания.

- Впечатляет, - прошептала я.

- Семейные запасы, - усмехнулась Рианна. - Идём.

Мы вошли в мастерскую. Это была большая комната, уставленная столами, шкафами и стеллажами с артефактами. Здесь пахло озоном, горячим металлом и чем-то сладковатым - то ли ладаном, то ли сушёными травами. Вдоль стен стояли зарядные кристаллы - большие, в человеческий рост, они тускло мерцали синим и зелёным светом, создавая причудливые тени на каменных стенах.

- Вот, - Рианна указала на один из кристаллов - небольшой, размером с кулак, на подставке из чёрного дерева. - Зарядная станция для малых артефактов. Кладёшь перстень на подставку, активируешь кристалл, и он наполняет артефакт энергией. Процесс займёт минут пятнадцать.

Я сняла перстень с пальца. Рука сразу заныла - Печать под мороком почувствовала свободу и вспыхнула ярче, осветив комнату золотым светом. Я поспешно положила перстень на подставку и нажала на кристалл. Он загудел, завибрировал, и от него к перстню потянулась тонкая синяя нить - магическая энергия, перетекающая в артефакт. Красный камень на перстне начал наливаться светом, из тусклого становясь ярким, рубиновым.

- Пятнадцать минут, - повторила Рианна. - Я пока посторожу у двери. Если что - свистну.

Она выскользнула в коридор, а я осталась одна в полутьме мастерской, глядя, как перстень впитывает магию, и чувствуя, как Печать на руке пульсирует всё сильнее - словно радовалась, что её больше не сковывает морок. И тут я услышала шаги. Тяжёлые, уверенные, они приближались по коридору, и я узнала их сразу. Этот ритм, этот звук - я уже слышала его сегодня утром, когда он стоял за дверью моей комнаты.

Даркан.

Я заметалась по мастерской, ища, где спрятаться. Но прятаться было негде - комната была открытой, столы и стеллажи не давали укрытия. Дверь в коридор была единственным выходом. И он шёл прямо к ней. Шаги остановились прямо за порогом.

- Адептка Вэрд, - раздался его голос, спокойный и холодный. - Я знаю, что вы здесь. Выходите. Или мне войти?

Я стояла, замерев, и смотрела на дверь. На перстень, который ещё не закончил заряжаться. На свою руку, на которой горела золотая Печать - яркая, видимая, ничем не скрытая. Он толкнул дверь и вошёл. В первый момент он, кажется, не понял, что видит. Его золотые глаза скользнули по мастерской, по кристаллам, по подставке с перстнем - и остановились на мне. На моей левой руке, которую я инстинктивно прижала к груди. На золотом сиянии, пробивающемся сквозь пальцы.

Его лицо изменилось. С него исчезло выражение холодного любопытства, сменившись чем-то другим - потрясением, неверием, а потом... странным, пугающим узнаванием.

- Это... - начал он и осёкся. - Это Печать Фериготов.

Я молчала. Отрицать было бессмысленно - он видел её своими глазами.

- Так вот почему от тебя пахнет древней магией, - проговорил он, делая шаг ко мне. - Вот почему ты скрываешься. Вот почему ты человек. Ты - дочь Алларика. Та самая пропавшая принцесса.

- Я не принцесса, - сказала я, и голос прозвучал глухо, надтреснуто. - Я просто Лина. Горничная. Я мыла полы в этой академии.

- Ты - наследница уничтоженного клана, - сказал он, и в его голосе прозвучало что-то, чего я не ожидала. Не угроза. Не ярость. Скорее... благоговение? - Ты - та, кого моя мать искала двадцать лет. Та, из-за которой она до сих пор не спит по ночам. Та, кто может свергнуть династию Ашеров.

Он стоял в шаге от меня, высокий, опасный, хищный - и всё же что-то в нём изменилось. Он смотрел на меня не как на врага. Скорее - как на загадку, которую он наконец-то начал разгадывать.

- Ты понимаешь, что я должен сделать? - спросил он тихо. - Я должен отвести тебя к матери. Должен доложить о том, что нашёл последнюю из Фериготов. Должен...

- Но ты не сделаешь этого, - перебила я, сама не зная, откуда взялась эта уверенность.

Он замолчал. Его золотые глаза смотрели на меня, и в них отражался свет Печати - золотой, живой, танцующий.

- Почему ты так думаешь? - спросил он наконец.

- Потому что ты не такой, как твоя мать, - сказала я. - Ты не убиваешь без причины. Ты мог дать мне разбиться сегодня утром - но ты поймал меня. Ты мог арестовать меня прямо сейчас - но ты стоишь и разговариваешь. - Я глубоко вздохнула. - И ещё... Печать отзывается на тебя. Она узнаёт тебя. И это пугает меня больше всего.

Он шагнул ещё ближе. Теперь нас разделяло всего несколько дюймов. Я чувствовала жар его тела, слышала его дыхание, видела, как бьётся жилка на его шее. Его рука медленно поднялась - и он коснулся моей щеки. Осторожно, почти нежно.

- Ты боишься, - сказал он. - Я чую твой страх. Но я чую и кое-что ещё. - Его пальцы скользнули ниже, к шее, к плечу, и я вздрогнула. - То, что между нами... это не просто случайность. Наши метки... они резонируют.

- У меня нет метки пары, - прошептала я.

- У меня тоже не было, - ответил он. - До сегодняшнего дня.

Он отпустил меня и отступил на шаг. Потом закатал рукав своей формы - и я увидела то, от чего у меня перехватило дыхание. На его левом предплечье, прямо под локтем, светилась метка. Золотая, чешуйчатая, точно такая же, как у меня. Но его метка была слабее, тоньше, словно только начинала проявляться.

- Она появилась сегодня утром, - сказал он глухо. - Когда я поймал тебя в воздухе. Когда коснулся твоей кожи. - Он опустил рукав и посмотрел на меня. - Ты - моя истинная пара, Лина Вэрд. Или как там тебя зовут на самом деле. И это меняет всё.

Я стояла, не в силах вымолвить ни слова. Печать на моей руке пылала, и я чувствовала, как она тянется к нему - невидимой нитью, древней связью, которая была сильнее страха, сильнее ненависти, сильнее всего, что я когда-либо испытывала.

- Что ты теперь будешь делать? - спросила я наконец.

Даркан долго молчал. Потом усмехнулся - криво, горько, совсем не так, как раньше.

- Понятия не имею, - сказал он. - Но одно я знаю точно. Я не отдам тебя матери. По крайней мере, пока не разберусь, что между нами происходит. - Он взял с подставки заряженный перстень и протянул мне. - Держи. Спрячь Печать. И не попадайся больше никому. Если кто-то ещё узнает, кто ты, я не смогу тебя защитить.

Я взяла перстень и надела его на палец. Печать погасла, спряталась под мороком, и комната снова погрузилась в полумрак. Даркан смотрел на меня ещё мгновение, а потом развернулся и пошёл к двери.

- Завтра вечером, - сказал он, не оборачиваясь. - Дополнительные занятия по полёту. Не опаздывай.

И вышел, оставив меня одну среди гудящих кристаллов и теней. Я прислонилась к стене и медленно сползла по ней вниз, на холодный каменный пол. Сердце колотилось, ноги не держали, а в голове билась одна мысль: он знает. Он всё знает. И он - моя истинная пара. Что теперь будет - я не представляла. Но одно я знала точно: прежней жизни пришёл конец. Теперь всё будет по-другому. Опасно. Странно. И... непредсказуемо. Где-то в коридоре раздался свист - Рианна предупреждала, что пора уходить. Я встала, поправила плащ и выскользнула из мастерской. Перстень холодил палец, но под ним, глубоко в коже, Печать всё ещё горела, вспоминая прикосновение золотых глаз.

И я знала, что завтра, когда мы встретимся снова, ничто уже не будет как прежде.