51

Белые всполохи магии мелькали среди альпийских деревьев впереди, пока мы подкрадывались к разведывательному отряду Ангелов. Группа готовила лагерь на ночь: ставили палатки, разводили костры и готовили мясо. Вихри чёрной магии окутывали нас, скрывая любые движения, которые могли бы привлечь внимание.

Хрустнула ветка.

Мой сжатый кулак взметнулся вверх.

Солдаты позади меня остановились.

Я не смел дышать, прислушиваясь к следующему выдающему шагу. Между двумя стволами появилась фигура, всего в нескольких шагах от меня. Голубые глаза осматривали тёмный лес.

От него нас скрывала только стена нашей магии.

«Всё в порядке?» — прозвучала в моей голове Ассирия.

«Впереди движение. Оставайся на позиции», — ответил я, полностью сосредоточившись на приближающемся мужчине.

Мышцы ног горели от необходимости сохранять это положение на корточках. Но мы не могли пошевелиться, не выдав своего присутствия.

В кустах что-то зашуршало.

Ангел резко двинулся влево от меня, разыскивая источник звука. Мои пальцы сжались и разжались, готовясь ухватиться за рукоять клинка и вытащить его из-за спины.

Но из лагеря его окликнула женщина.

Бросив последний взгляд в бездну леса, он вернулся под защиту своего отряда, какой бы временной она ни была.

Воздух вырвался из моих лёгких.

Я оглянулся через плечо, отмечая местоположение моей половины «Покрытых Смертью».

Ассирия увела остальных длинным обходным путём по внешнему кругу, чтобы мы могли устроить засаду сразу с нескольких направлений.

«По моему сигналу», — сказал я через связь.

От Ассирии пришла вспышка тревоги, после чего наша связь снова приглушилась. Сердце ударило о рёбра, и мне пришлось напомнить себе, что причиной была лишь её магия, а не то, что её схватил Ангел.

Это был первый раз, когда она должна была выдать себя за Мирзу, которого мы убили в Фюреде. Это была проверка того, что наш план действительно может сработать. Выполнить его безупречно было жизненно важно. Один единственный промах и нам придётся отказаться от всего и начинать сначала.

Именно поэтому всю последнюю неделю мы говорили только на ангельском языке. Громкий шорох привлёк внимание отряда. Их головы резко повернулись в сторону Ассирии. Дыхание застряло у меня в горле.

Словно белый призрак, Мирза и Ассирия появилась в ночи. Отблески костра выхватывали её фигуру из темноты зловещим светом. Белые доспехи покрывали засохшая кровь и грязь, из-за чего казалось, будто она странствовала неделями.

— Доклад, — резко приказала она властным тоном на ангельском языке.

Несколько Ангелов вскочили со своих мест, приветствуя её традиционными словами восхваления этой грёбаной Богини.

— Мы думали, что вы мертвы, — выпалил один из мужчин. — Захал сказал, что Халалхиво прибыл в горы несколько недель назад с новым подкреплением.

— Захал ошибся. Нескольким из нас удалось сбежать, когда мы поняли, что в Фюреде нас вот-вот сокрушат. Мы сумели продержаться достаточно долго, чтобы вернуться домой и выбраться из тех проклятых земель, — холодно ответила она.

Её акцент немного отличался от акцента настоящего Мирзы, но я сомневался, что кто-то это заметит. Слова тоже были тщательно подобраны и многократно отрепетированы, потому что нам нужен был хотя бы один выживший, который вернётся к основной группе и распространит весть о том, что один из их собственных предаёт их.

— Тогда где остальные? — настойчиво спросила одна из женщин, осматривая окрестности.

— Они в безопасности.

Она подошла ближе к костру и протянула руки к огню, словно пыталась согреться. Зима в горах была суровой, и снег покрывал камни и ветви деревьев кружевной сетью.

— В безопасности где? — спросила та же женщина.

Недоверие и подозрение в её лазурных глазах были заметны даже с такого расстояния.

— Пошли, — тихо приказал я.

Убрав магию, я поднялся во весь рост и выхватил меч.

Несмотря на все мои старания, скрежет клинка о ножны всё равно разорвал ночную тишину. По всей линии остальные Отмеченные смертью сделали то же самое.

— В армии Демонов, — ответила Ассирия, выхватывая собственное оружие и проводя им сквозь пламя.

Кончик клинка полоснул женщину по горлу. Из раны брызнула кровь. Она прижала к ней ладонь, будто это могло её спасти. Крики разорвали неподвижный воздух, когда мы ринулись вперёд, а тяжёлый топот наших шагов прозвучал похоронным звоном.

Ассирия схватила мужчину с лазурными глазами и приставила нож к его горлу, пока мы вырезали остальных. Он вырывался из её хватки и в конце концов сумел освободиться.

Она выругалась на демоническом и бросилась за ним. Тень вырвалась из моих ладоней, обвилась вокруг него и заставила рухнуть на колени. Ассирия снова взяла его под контроль.

Я приблизился, и с моего меча капала багровая кровь Ангелов при каждом шаге по земле.

— Где остальные? — прорычал я мужчине на ангельском языке.

Он плотно сжал губы. Неповиновение пылало в его глазах, даже когда взгляд остановился на моём залитом кровью мече. Я перевёл внимание, совершенно намеренно, на Ассирию.

— Хорошо сыграно, Мирза. Тебе найдётся место в новом порядке после того, как мы убьём Стадиэля и Иаота.

Глаза мужчины широко распахнулись.

— Предатель! — закричал он на ангельском, дёргаясь в моих путах. — Как ты смеешь предавать Богиню ради этих животных?

Я отпустил его, и Ассирия толкнула его на землю. Мужчина схватился за порез под челюстью. Нам ведь нужно было оставить его в живых.

— Потому что после того, что я увидел в Фюреде, я знаю, что мы проиграем им. Лучше выжить, чем жить ради Богини, которая нас не защищает, — объяснила она. По её лицу скользнула тень ужаса, когда она перепутала слова «жить» и «умереть».

Холод, более ледяной, чем лёд, вгрызшийся в валуны, пробежал по моему позвоночнику. В пылу момента ругань на демоническом ещё можно было бы не заметить. Но сейчас всё его внимание было приковано к ней, и одно неверное слово могло разрушить весь наш план.

Тревога хлынула через нашу связь. Большой палец Ассирии надавил на указательный, словно она искала кольцо, которого там не было.

Я продолжал неотрывно смотреть на мужчину, оценивая его реакцию. Моя рука дёрнулась, готовая убить его, если он заметил ошибку Ассирии.

Похоже, мужчина у наших ног ничего не заметил, хвала Жнецу. Его лицо исказило отвращение, когда он посмотрел на облик своего бывшего офицера.

— Беги и передай остальным, чтобы встретились здесь, если хотят пережить остаток этой войны, — прорычал я на общем языке, переводя его ярость на себя.

Он отшатнулся, когда я чуть подался вперёд. Этот чистый, беспомощный страх в его глазах был восхитителен и именно тем, чего мне так не хватало все эти месяцы.

Ассирия ударила его ботинком в рёбра.

— Сейчас же!

Больше он не медлил. Вскочив на ноги, он бросился прочь между деревьями. Солдаты позади нас разразились зловещим смехом, наблюдая, как он мчится прочь, пока его белые волосы не исчезли в темноте.

— Что теперь? — спросил Узадан, мужчина с рубиновыми глазами, который знал Ассирию с самого начала её пути. После его выступления вместе с ней на церемонии посвящения и после того, как выяснилось, что его магия позволяет замораживать кровь и тем самым лишать человека возможности двигаться, я разрешил ему присоединиться к её охране. Он прекрасно понимал последствия, если с моей истинной парой что-то случится.

Во время Битвы за Фюред он тоже хорошо её защищал.

— Оставьте тела. Скорее всего, они вернутся, зная, что мы их не сожгли. Но сначала мы оставим послание.

Я подошёл к Ангелу с распоротым животом и погрузил пальцы внутрь. Раздалось влажное чавканье, когда я вытащил руку обратно, покрытую его кровью.

Я подошёл к одному из камней и очистил его от снега и льда. Ангелам нужна Богиня? Я дам им её в лице Ассирии.

Я вывел послание дымящейся гранатовой кровью:

ПРИСОЕДИНЯЙТЕСЬ ИЛИ УМРИТЕ

— Обчистите лагерь и выдвигаемся. Чертовски холодно, а нам ещё долго идти обратно к стене.

Свет костра плясал по мрачной надписи. Одна строка стекала на другую, пока я размазывал её на всех трёх языках, чтобы смысл был предельно ясен.

Когда я закончил, «Покрытые Смертью» уже рылись в сумках. Несколько Демонов опрокидывали палатки и сеяли вокруг хаос с хищными ухмылками на лицах. Ассирия подошла ко мне, всё ещё нося украденную личину. Её брови были нахмурены, а рука зависла над животом, словно её сейчас стошнит.

К сожалению, ей придётся поддерживать магию до тех пор, пока мы снова не окажемся по ту сторону стены в безопасности. Если какой-нибудь разведчик увидит момент превращения, это разрушит наш план. А теперь, когда они знали, что Мирза где-то рядом, они будут повсюду искать его и предполагаемых выживших.

— Ты хорошо справилась, — похвалил я её, подавляя желание прикоснуться к ней. Любое проявление нежности с моей стороны тоже выдало бы, что что-то не так.

— Я облажалась, — сказала она. — Дважды.

— Он ничего не заметил, — попытался успокоить её я.

Но она покачала головой.

— Я должна справиться лучше. — На её челюсти дёрнулась мышца. — Другого выбора нет.

— Справишься. Я об этом позабочусь.

Кажется, это немного ослабило её оставшееся раздражение.

— Что ты будешь делать, если сюда вернётся группа Ангелов и действительно захочет присоединиться к нам? — спросила она, меняя тему.

Я фыркнул.

— Не вернётся. Одного Мирзы недостаточно.

Не то чтобы я и правда думал, что кто-то из них придёт. Они скорее умрут, чем попадут к нам в плен. Кто добровольно сдастся под наш контроль?

Солдаты набили свои сумки и закинули их на плечи. Один за другим они скрывались среди деревьев. Мы последовали за ними, и я не смог удержаться от того, чтобы оглянуться через плечо, почти ожидая, что из темноты появится ещё дюжина Ангелов.

Тишина царила вокруг, нарушаемая лишь хрустом снега и веток под нашими сапогами, пока мы возвращались к стене. Ледяной ветер шевелил ветви над головой, осыпая нас мелкой белой пылью. Я стряхнул снег с плеч, не желая, чтобы мои доспехи заржавели. Ассирия вздрогнула, и инстинкт взревел во мне, требуя заключить её в объятия и поделиться с ней тем теплом, которое я мог дать.

— Скоро вернёмся, — успокоил я её.

После того как едва не потерял её в битве, я стал ещё внимательнее к её потребностям. Малейшее изменение, приходившее от неё через нашу связь, мгновенно приковывало к ней моё внимание. В следующий раз, когда наша связь снова умолкнет, я узнаю об этом в тот же миг.

Потому что я не был настолько наивен, чтобы считать повторение подобного невозможным.

Она кивнула, не поднимая взгляда. Мужчина рядом со мной выругался, споткнувшись о скрытый под снегом камень. Именно поэтому наше приближение заняло так много времени. Тишина была нашим щитом. Но обратный путь уже не требовал такой скрытности.

Мерцающие огни на вершине стены встретили нас спустя полчаса. Раздался крик, возвещающий о нашем возвращении.

Стоявшие наверху сбросили верёвки для Ассирии, чтобы она могла подняться, а остальные «Покрытые Смертью» призвали свои крылья и взлетели на стену. К сожалению, моя истинная пара всё ещё не разобралась, как использовать фальшивые белые крылья Ангелов для полёта. Меня больше заботило, чтобы она выучила язык, поскольку способы передвижения у нас были и другие.

Я поднялся следом за ней из солидарности.

Когда мы добрались до вершины, нас уже ждали Трол, Рапп и Киира.

— Как всё прошло? — спросил Рапп в тот же миг, как мои сапоги коснулись камня.

— Увидим реакцию, когда найдём следующую группу, — ответил я и направился к караульному дому.

В очаге горел огонь, прогоняя холод с моей кожи. Я остановился рядом с ним, позволяя теплу проникать в кости.

Ассирия сбросила магию и встряхнула руками и ногами, словно пыталась избавиться от оставшихся последствий перевоплощения в нашего врага. С протяжным стоном она рухнула у моих ног, словно одна из гончих.

Снизу по лестнице донёсся быстрый топот, а затем вперёд выскочили Грем и Зик, радостно залаяв.

— О да, иди сюда, — проворковала Ассирия, утаскивая Зика на пол и сворачиваясь вокруг него, будто именно его шерсть была ключом к тому, чтобы согреть её тело.

Я закатил глаза.

— Не так уж и холодно было.

— Говори за себя, — огрызнулась она приглушённым голосом.

Грем улёгся ей на ноги, и теперь её почти полностью накрывала чёрная шерсть.

Киира присоединилась к ней на полу, и они завели свой разговор, пока я переключил внимание на Трола и Раппа.

— Мы выступаем на рассвете…

Ассирия издала звук протеста, но я проигнорировал её.

— Мы выступаем на рассвете, Трол. Ты уверен, что тебе хватит тех сил, которые у тебя будут?

— Ага. Нас хватит, чтобы справиться со всем, что Ангелы сочтут нужным бросить против нас, — ответил он. — Пока вас не было, вернулся передовой разведчик. В половине дня пути впереди есть ещё одна разведывательная группа.

— Хорошо. Мы устроим им то же самое, что и здесь, — заявил я. — Что насчёт расположения основных сил?

— День пути вниз по долине. Думаю, ближайшие группы проверяют нас на слабые места, — предположил он, потирая шею сзади.

В этом был смысл.

— Старайтесь уничтожать их любым возможным способом. И что бы ни случилось, удержание стены имеет первостепенное значение.

— Да, Халалхиво.

Я протянул ему руку, и он крепко её пожал.

— Постараемся немного поспать перед выступлением.

— Хорошего отдыха, — пожелал он нам, после чего исчез в том же направлении, откуда появились Грем и Зик, направляясь к одной из комнат на верхнем уровне. Солдаты размещались в казармах прямо под стеной, а те, кто должен был продолжить путь дальше, расположились лагерем снаружи.

— Пойдём, — сказал я Ассирии, которая уже выпрямилась и гладила ненасытных гончих.

— Уф, — простонала она, поднимаясь на ноги. — Надеюсь, они достали толстые меховые одеяла.

Наша палатка последние несколько ночей действительно была холодной.

— Тем больше причин держаться поближе друг к другу, если не достали.

— Тебе бы этого хотелось, да? Чтобы твой член упирался мне в задницу?

— Мне хотелось бы, чтобы он не просто упирался.

— Если вы двое уже закончили, я бы вообще-то хотел поспать, — прервал нас Рапп.

Я бросил на него мрачный взгляд.

— Ладно. Иди, — проворчал я, махнув рукой.

Он не стал терять времени и сразу выскочил через дальнюю дверь, а Киира последовала за ним. Остатки тепла караульной башни ещё держались на мне, но стоило нам выйти наружу, как резкий холод мгновенно их прогнал. Призвав свои чёрные перепончатые крылья, мы спрыгнули со стены и начали контролировать спуск к лагерю внизу. С глухим ударом мы приземлились перед нашими палатками.

— Спокойной ночи, — пожелала Ассирия Киире и Раппу, потянув меня за руку и уводя в нашу палатку прежде, чем я успел что-либо сказать кому-либо из них.

— Сегодня тебе не терпится, да? — прорычал я, обхватывая её за талию.

— Я устала, — ответила она, расстёгивая меховую куртку.

Я завязал полог палатки за нами и заметил мешок с камнями у изножья кровати. Поднеся к нему руку, я почувствовал, что они всё ещё тёплые.

Ассирия разделась, оставшись только в нижнем белье. Она протянула руку.

— Мне нужна рубашка.

— Ты знаешь, где они лежат, — сказал я, начиная расстёгивать доспехи.

— То есть я могу взять любую, какую захочу? — спросила она, склонив голову набок.

Проворчав что-то себе под нос, я достал для неё одну из своих рубашек, которую ещё не успели постирать, и бросил ей. Она натянула её через голову, и подол коснулся верхней части её коленей.

Затем она забралась в постель и закуталась в одеяла.

Покончив с доспехами, я снял пропитанную потом одежду после боя и смыл кровь с рук. К тому моменту, когда я лёг рядом с ней, глаза Ассирии уже были закрыты, а её дыхание стало ровным и тихим.

Вздохнув, я поцеловал её в лоб, а затем задул свечу на прикроватном столике.

Обняв её, я уткнулся носом в её волосы. Но, каким бы уставшим я ни был, уснуть не смог. Мой разум перебирал тысячу возможных исходов.

И во всех них оставалось одно слово.

Оно повторялось снова и снова, словно было единственным словом, которое способен выкаркать ворон. Жертва.