7

Я спасался от солнца, когда юркнул в свою палатку, пряча за спиной свёрток. Моя истинная пара отдыхала в поздней послеполуденной жаре, а по обе стороны от неё дремали гончие. Когда пологи за моей спиной тихо сомкнулись, она села и подарила мне мягкую улыбку.

— Тебе удалось поспать? — спросил я, остановившись у изножья кровати.

Она потянулась, подняв руки над головой, и зевнула.

— Немного.

Затем она взглянула на часы.

— Они скоро прибудут?

Тем вечером должны были прибыть Ангелы, включая Захал Ишима. Именно поэтому после нашей сегодняшней тренировки я ненадолго заглянул к портному. Чёрный кожаный доспех тяжело лежал у меня в руках, когда я наконец показал его. Я подумывал обратиться и к кузнецу, но металлические пластины лишь замедлили бы её, а мне требовалось, чтобы она оставалась подвижной.

Кроме меня, никто в Армии не носил чёрного. Офицеры были облачены в красные металлические доспехи под цвет своих глаз, тогда как большинство солдат носили светло-коричневую кожаную форму. Кое-где также встречались элементы из красного металла, в зависимости от выбранного оружия. Наручи защищали руки тех, кто предпочитал ближний бой, а шлемы и защитные воротники закрывали головы лучников, поднимавшихся в небо вместе с Раппом.

Миндальные бордовые глаза Ассирии вспыхнули от восторга. Она понимала символизм моего подарка не хуже меня самого. Здесь не было изысканных драгоценностей, и я никогда не смог бы предложить ей корону.

Но Ассирия и не хотела этого от меня.

— Спасибо, — выдохнула она, принимая одежду.

Она провела тонкими пальцами по гладкой коже, прежде чем бережно положить комплект на нашу кровать.

Обхватив обеими руками край туники, она стянула её через голову, открывая повязку на груди.

От этого зрелища мой член мгновенно напрягся.

Успокойся. Сейчас не время.

Вместо того чтобы зацикливаться на похотливых мыслях, я сосредоточился на том, чтобы надеть собственное снаряжение. К тому моменту, когда я взял свой чёрный рогатый шлем, Ассирия уже полностью переоделась и заплетала свои длинные тёмные волосы. Толстая коса почти доставала до нижних рёбер, когда она завязала её. Затем перебросила её через плечо и подняла подбородок.

— Готова.

Однако по нашей Связи истинной пары её нервозность пронзила меня насквозь.

На встрече будут присутствовать все высшие офицеры армии Ангелов, а также несколько других лиц, включая Зафа.

Его присутствие было полностью намеренным со стороны Захала.

Для меня уже само по себе было бы победой не свернуть Зафу шею при первой же встрече. Для Ассирии же испытанием станет не дрогнуть под тяжестью воспоминаний о том, что он сделал с ней. С нами.

Я шагнул вперёд и кончиками пальцев приподнял её подбородок ещё выше.

— Ты моя, Ассирия. Я всегда буду тебя защищать.

Затем я накрыл её губы своими, позволяя поцелую передать всё то, что готов был для неё сделать. Я бросил шлем на кровать и положил ладони ей на поясницу, притягивая её вплотную к себе.

Она сразу приоткрыла губы для меня, и я скользнул языком по её языку, ощущая вкус спелых ягод, пока аромат роз наполнял мои лёгкие. Я глубоко вдохнул, пьянея и от него, и от неё. Когда я сжал её упругую ягодицу и толкнулся бёдрами вперёд, с её губ сорвался тихий стон.

Затем я слегка прикусил её язык и отстранился. Её щёки покрывал румянец, а губы в форме лука стали вишнёво-красными.

— Продолжим позже, — прорычал я, поднимая руку к её горлу и проводя большим пальцем под линией челюсти.

— Обязательно, — хрипло ответила она и сглотнула.

Я проследил взглядом движение её горла.

Возможно, позже там окажется и мой член.

Я потянулся мимо неё за своей маской. Она легла на лицо словно вторая кожа, и Ассирия впилась зубами в нижнюю губу, глядя на меня снизу вверх.

— Я пугаю тебя, маленькая самозванка?

— Разве ты однажды не говорил, что собираешься специально этим заниматься? — ухмыльнулась она, склонив голову набок.

В памяти вспыхнуло наше первое знакомство. Тогда я был в бешенстве. Да и ещё несколько недель после этого оставался таким же. Я хотел запугать её до покорности. Контроль был тем, от чего я не отказывался ни ради кого. И всё же Ассирия одерживала одну победу за другой благодаря своему упорству и огню, который горел внутри неё.

— Возможно, мне стоит выполнить это обещание, — прорычал я.

Её зрачки расширились.

— Гораздо привлекательнее, когда ты пугаешь других людей. Особенно ради меня.

Мрачный смешок прокатился в моей груди.

— Этого ты хочешь сегодня вечером, Ассирия? Хочешь, чтобы я запугал Ангелов так сильно, что они обмочатся?

Её губы растянулись в хищной улыбке.

— Пожалуйста.

Из меня невольно вырвался стон.

— Мне нравится, когда ты просишь.

Похоть вспыхнула в нашей Связи истинной пары, и все мои мысли тут же сосредоточились на том, чтобы перегнуть её через эту кровать и лишить способности здраво мыслить.

Рапп спас меня от искушения Ассирии, крикнув снаружи:

— Вы двое готовы?

Наполнив лёгкие воздухом, я мысленно досчитал до десяти. Затем медленно выдохнул, заставляя своё тело успокоиться.

— Да, — проворчал я, беря Ассирию за руку и выводя её из палатки.

Грем и Зик тут же вскочили на лапы и потрусили следом за нами.

Напряжение висело в воздухе тяжёлым туманом, хотя небо оставалось кристально чистым. Солнце медленно опускалось за горизонт, растягивая по лагерю длинные тени. В небо взмывали искры костров, а дым рассекали гневные выкрики.

Удовлетворение разлилось внутри меня, пока я шагал вперёд.

Ангелы прибыли.

Трол позаботится о том, чтобы они ждали моего появления. Ещё один тщательно продуманный ход, призванный показать им, насколько они находятся в моей власти.

Не то чтобы я собирался проявлять к ним хоть каплю милосердия.

Особенно после того, что они сделали с моей истинной парой.

Шрамы в местах, где колья пронзили мою кожу, болезненно зачесались, и я подавил желание прикоснуться к ним. Вместо этого тепло кожи Ассирии рядом со мной успокаивало эту боль.

Рапп поравнялся с нами, и вместе мы направились к командному центру. Чем ближе мы подходили, тем громче становился шум толпы. Гул ударов в грудь и топот ног прокатывались сквозь полотно палатки, отделявшее нас от основной части Армии. Несмотря на недовольство, вызванное объявлением нашего нового курса, мужчины сплотились в трудный момент, потому что у всех нас был общий враг. Враг, угроза которого объединяла нас независимо от того, что ещё происходило в наших жизнях. Ангелы. Их фанатизм точно так же сплачивал их общей ненавистью к Демонам и верой в то, что они обязаны стереть нас с лица этого мира.

Именно поэтому эта война была столь жестокой. И именно поэтому я должен был добиться победы Демонов.

Мы остановились у входа, прислушиваясь к голосам внутри. До нас донёсся грубый голос Трола, говорившего на общем языке с теми, кого я считал представителями Ангелов.

В ответ прозвучал мелодичный голос, тоже на общем языке:

— Где Халалхиво? Мы должны были встретиться с ним.

— Он скоро прибудет, — ответил Трол.

Я посмотрел на Раппа, и тот лишь коротко кивнул. Он приоткрыл полог и скользнул внутрь бесшумно, как змеи, ползающие по пустыне.

Ассирия сжала мою руку, и я опустил взгляд, заметив на её губах коварную улыбку. Мы оба знали, что простоим здесь ещё несколько минут, испытывая терпение фанатиков. Я подробно объяснил ей, как именно она должна вести себя в их присутствии, и, к моему удивлению, она приняла мои указания почти без споров.

Ангелы начали недовольно переговариваться на своём языке, бормоча непристойности о беззаконии Демонов, об их неуважении и о том, что не стоило ожидать ничего иного.

«Ты слушаешь?» — спросил я через нашу мысленную связь.

Последние несколько дней мы тренировались часами, и Ассирия вкладывала все силы в учёбу. То, насколько серьёзно она относилась к этой миссии, вызывало во мне желание бесконечно её целовать.

«Да, — ответила она. — Один из них прокомментировал пирсинг Раппа, когда тот вошёл.»

«Очень хорошо,» — похвалил я.

Мои слова прокатились по её сознанию, словно камнепад.

Она провела языком по нижней губе.

Прошла ещё минута, после чего я перенёс вес на другую ногу и расправил плечи. Я ждал достаточно долго, чтобы донести свою мысль. Отпустив Ассирию, я шагнул вперёд и взялся за полог.

— Искать, — рявкнул я Грему и Зику.

Их хвосты замахали, когда они исчезли в полумраке внутри палатки. Мгновение спустя Ассирия проскользнула под моей рукой, а я вошёл следом, позволив полотну захлопнуться за спиной.

По рядам Ангелов прокатилась тревога, когда Грем и Зик пронеслись между ними, тщательно обнюхивая их ноги. Зик внезапно остановился перед одним из них и угрожающе зарычал.

К моему удовольствию, это был Заф.

Насекомое вздрогнуло и отшатнулось, а Зик развернулся и потрусил на своё место слева от трона из костей.

Низкий зловещий смех прокатился в моей груди, пока я шёл через зал, удерживая ладонь на пояснице Ассирии.

Все взгляды мгновенно обратились ко мне.

Я не сказал ни слова, пока мы поднимались на возвышение.

Лицо моей истинной пары было твёрже базальтовых колонн, удерживающих дворец Дьёра. Не отрывая взгляда от Зафа, она обошла трон и заняла место справа от него, а Грем устроился у её ног.

Я демонстративно повернулся к Ангелам спиной, показывая, насколько незначительной угрозой они для меня являются.

Когда я опустился на трон, мои пальцы впились в черепа по краям подлокотников, невольно привлекая внимание Ангелов к их павшим собратьям. На челюсти Захал Ишима дёрнулся мускул, а его ледяно-голубые глаза были холоднее ледников в Горах Скала.

Предводитель армии Ангелов не производил внушительного впечатления. Более того, если бы я встретил его на улицах Сиви, то решил бы, что он в лучшем случае принадлежит к торговому сословию. Хотя он был высоким, его телосложение оставалось скорее жилистым, чем мощным, и мускулов, способных устрашить противников, у него почти не было. Я мог бы без труда обхватить рукой его рёбра и расколоть их изнутри.

Когда-то в начале войны я почти сделал именно это с женщиной, которая была ему дорога.

Её череп был одним из тех, что украшали переднюю часть трона, как дополнительное напоминание лично для него.

Мы встречались здесь уже много раз, и каждый раз его отвращение к тому, что я сделал, было совершенно неприкрытым. Как и его ярость.

— Захал Ишим, прошу прощения, что заставил вас ждать.

Он фыркнул, а его губы искривились в презрительной усмешке.

— Мы оба знаем, что вы опоздали намеренно, Халалхиво.

Он произнёс мой титул так, словно это было горькое лекарство.

Для него, для его Корона и Короны моя сила являлась величайшим доказательством того, почему Демоны были не более чем животными и слишком нечистыми, чтобы существовать в одном мире с ними. Поднимать мёртвых считалось святотатством, а использовать эту силу на поле боя — величайшим грехом.

И всё же они её боялись.

И каким-то образом его собственная сила Улья, позволяющая контролировать разум живых и использовать их как продолжение самого себя в бою, считалась святейшим даром их Богини.

Я откинулся на спинку трона, изображая скучающее безразличие.

— Я ждал достаточно долго, пока ваш Падиса убивал моих солдат.

Я даже не удостоил Зафа взглядом. Он этого не заслуживал.

У Захал Ишима хватило наглости усмехнуться.

— Ах да. Этот самый Падиса теперь стал Мирзой за успешную операцию по ослаблению вашей армии.

Я едва удержался от того, чтобы не закатить глаза.

Мухи всегда жужжат, пытаясь привлечь к себе внимание, но питаются лишь тем, что оставили после себя другие. Точно так же Заф никогда не был настоящим убийцей. Во время всей той бойни он даже не поднял клинок.

— Как видите, мы с моей истинной парой выжили. Возможно, Мирза упустил эту деталь. Или, возможно, прежде чем вы пожаловали ему новый титул, он сообщил вам, что мы погибли вместе с остальными.

Я пренебрежительно махнул рукой в его сторону, словно отгоняя надоедливое насекомое.

— Но что сделано, то сделано. И благодаря его действиям наша ответная мера снова окажется вдвое более жестокой, чем все ваши жалкие уловки вместе взятые.

Что-то мелькнуло на лице Захал Ишима, когда я напомнил ему, как именно началась эта война. Как тот никчёмный Ангел осмелился устроить засаду на мой Батальон и почти уничтожить его. Тогда он не знал, что среди них находится Халалхиво, а когда я обратил мёртвых себе на службу, было уже слишком поздно.

В живых остался только Заф, чтобы донести послание Ишиму.

Метка «H», которую я вырезал на его лбу, служила постоянным напоминанием для всех, кто осмеливался забыть о моей мощи.

Очевидно, им требовался ещё один урок.

Я закинул лодыжку на колено и опёрся на локоть, намеренно вдавливая его в очередной ангельский череп.

— Я дам вам возможность отступить, если хотите остаться в живых.

Ярость исказила черты лица Ишима.

— Отступать должны вы, звери-Демоны.

Он плюнул мне под ноги, и обе мои преданные гончие тут же зарычали, вздыбив шерсть на загривках.

Ассирия даже не дрогнула. Она лишь продолжала держать подбородок высоко поднятым и смотреть свысока на горстку Ангелов, стоявших перед ней. Как же мне хотелось увидеть их у её ног, умоляющих о прощении за всё, что они сделали.

Скоро.

Низкое, зловещее рычание прокатилось в моей груди.

— Осторожнее с выражениями, Ишим. Я не позволю даже твоей слюне оказаться рядом с моей истинной парой.

— Тогда, возможно, нам придётся забрать её снова. Только на этот раз она не останется в живых, — прошипел он, едва сдерживаясь от ярости.

Его гнев не шёл ни в какое сравнение с моим.

Кровь стучала у меня в ушах, и я так сильно стиснул зубы, что мне показалось, будто они вот-вот раскрошатся. Мои руки сами собой дёрнулись, словно желая сомкнуться на шее Захала.

Его слова стали растопкой для огня, который я разжигал ещё до их прибытия.

Высокомерие Ангелов и их чувство превосходства всегда делали их лёгкой добычей для провокаций. Этим приёмом я пользовался уже бессчётное количество раз.

— Хотел бы я посмотреть, как ты попытаешься, — насмешливо ответил я, удерживая ярость взаперти.

Рядом со мной Ассирия напряглась. Прежде чем её успела захлестнуть паника, я продолжил:

— Если ты осмелишься сделать это снова, я лично вырву твои кости из тела, пока ты ещё будешь жив. Более того… — Наконец я перевёл взгляд на Зафа. — Думаю, именно это я сделаю и с тобой, Мирза. После того как оторву тебе крылья и подарю их моей истинной паре.

Похоть вспыхнула в нашей Связи истинной пары, и я глубоко вдохнул через нос, стараясь успокоиться.

Хвала Судьбам, что рогатый чёрный шлем скрывал большую часть моего лица.

Мне нравилось, что Ассирию так возбуждает моя жестокость. Особенно когда она направлена ради неё.

Потому что теперь, когда я признал её воплощением совершенства, мне хотелось показать ей, насколько далеко я готов зайти, чтобы доказать свою любовь. Свою преданность. Показать, как я буду её защищать.

Теперь эта война значила для меня больше, чем когда-либо прежде.

Я спасал не только всех Демонов от гибели.

Я спасал свою маленькую самозванку.

Заф рванулся вперёд, но Ишим резко ударил его ладонью в грудь, останавливая. Глухой звук эхом прокатился по тесному помещению.

При виде этого зрелища на моих губах появилась улыбка. Впрочем, под шлемом её никто не видел.

Всего несколькими фразами я основательно вывел их из равновесия.

— У вас есть то, что принадлежит нам, Халалхиво, — процедил Ишим, бросив на Зафа взгляд, ясно говоривший: «Успокойся, чёрт возьми».

Я задавался вопросом, заговорит ли он о трёх пленённых женщинах.

— И что же именно? — спросил я, не собираясь ничего признавать.

— Три женщины. Мы видели, как вы увели их с собой, — резко ответил он, наконец убирая руку от груди Зафа.

— Да, увели. Это был первый шаг нашего возмездия. Теперь они мертвы. После того как я позволил своим солдатам развлечься с ними. Всё-таки они уже давно воюют, а женщин здесь нет, чтобы составить им компанию.

Ложь от первого до последнего слова.

Но они этого не знали.

Лицо Ишима налилось ярко-алым цветом.

Рапп кашлянул, и я перевёл на него взгляд как раз вовремя, чтобы увидеть, как он прикрывает рот рукой, скрывая ухмылку.

— Здесь находится твоя истинная пара. Они могли воспользоваться её киской, — прошипел Ишим, прищурившись и посмотрев на Ассирию.

Тонкая стеклянная преграда, удерживавшая мой гнев, разлетелась вдребезги.

В одно мгновение я оказался на ногах, а чёрные тени взметнулись вокруг меня.

Ангелы, стоявшие позади остальных, благоразумно отступили на шаг.

Рапп и Трол бросились ко мне прежде, чем я успел ударить Ишима. Они схватили меня за руки и резко дёрнули назад.

«Рокат, остановись!» — крикнула Ассирия по нашей мысленной связи.

Я моргнул и посмотрел на неё, тяжело дыша. Её бордовые глаза пылали яростью и решимостью, пока она удерживала мой взгляд.

«Не теряй своё преимущество сейчас.»

Она была права, и её слова притупили острие моего гнева.

Стряхнув с себя руки своих Хадвезера, я хрустнул шеей и размял пальцы, прежде чем снова повернуться к Ишиму.

Ублюдок ухмылялся с самым самодовольным видом.

Мне хотелось стереть эту ухмылку с его лица.

Был лишь вопрос времени, когда головы его и Зафа будут болтаться у меня в руках, пока я иду по улицам Сиви, как когда-то увидела Киира.

Я обнял Ассирию за плечи, защищающе прижимая к себе. Она расправила плечи и не дрогнула под намёками Ангела, когда мы вновь повернулись к ним лицом.

— Есть что-нибудь ещё, что ты хотел обсудить, Ишим?

Улыбка Захала стала ещё шире, а его ледяно-голубые глаза вспыхнули торжеством.

— Пока нет. Но я знаю, где тебя найти, если мне снова потребуется твоё внимание.

Каждое слово он произносил, не отрывая взгляда от Ассирии. Угроза в его голосе была такой же очевидной, как цвет его глаз.

Мне хотелось вырвать их из его черепа.

— Тогда уходи, — прорычал я, вкладывая в ответ собственное обещание насилия. — Мы достаточно скоро встретимся на поле боя.

— С удовольствием, — выплюнул он.

Перейдя на ангельский язык, он приказал своим спутникам внимательно следить за любыми признаками присутствия женщин, пока они будут покидать лагерь.

Именно поэтому я и подозревал, что он принял моё приглашение явиться в командный центр. Рапп и Трол понимали это не хуже меня. Они покинули свои места по краям помещения и направились сопровождать Ангелов за пределы лагеря.

Ни я, ни Ассирия не двинулись с места, пока последний из них не исчез через проход в комнату с картами.

А затем снова поднялся шум.

Вслед уходящему врагу понеслись выкрики, насмешки и оскорбления.

На этот раз я хотел оставить их без оков.

Этим Ангелам требовалось напомнить, с кем именно они имеют дело, чтобы во время следующего столкновения мы окончательно сломили их волю и вышвырнули их к чёрту из Мира Демонов.

Потому что одно я знал наверняка: снова я не проиграю.

В следующий раз, когда мы столкнёмся, мы не просто прорвём их ряды.

Мы сокрушим их волю.

А мы с Ассирией?

Мы станем для них их проклятыми Богами.