Урсо тем временем почти добрался до магазина гнома Эйрика. Домик стоял такой яркий и красивый, что Урсо невольно залюбовался.

Редко встретишь в строгой зимней тундре такое. У геологов дома простые, из некрашеных досок. Серые яранги чукчей-оленеводов сливаются с сопками.

А тут – такая яркая синева, как у летнего неба, и оранжевые буквы на этом фоне – как цветы!

«Умеют же гномы делать!» – подивился Урсо.

Он вспомнил, как они со Стёпой и Чукой познакомились с Эйриком. Улыбчивый и приветливый, Эйрик рассказал, что родом он из далёкой страны и его семья открывает по всему миру магазины «Счастье». Вот и тут, в тундре, решили открыть. Тогда-то Эйрик и вручил каждому из них подарки: ему, Урсо, – рогатку с джинсовым кантиком, Чуке – красивый камешек-кулон для мамы, тараканам Хосе и Нехосе – сборники пословиц и поговорок на английском и итальянском языках, а Стёпе достались солнцезащитные очки с секретом, который Стёпа уже почти разгадал. Так получилось, что друзья стали первыми покупателями Эйрика, и всё обещало магазину процветание.

Однако сейчас Урсо увидел за прилавком плачущего Эйрика. Слёзы текли ручейками по его морщинистым щекам и исчезали в седой бороде. Наверное, он плакал уже давно, потому что вся борода была мокрая.

– Что случилось? – подскочил к нему Урсо, забыв поздороваться.

Эйрик шмыгнул носом и, вытерев платочком глаза, проговорил:

– Ах, Урсо! Меня вынуждают закрыть мой магазин.

– Кто? – рявкнул Урсо.

Эйрик тяжело встал, вышел из-за прилавка, поставил перед Урсо маленькую нарядную табуретку.

– Садись, в ногах правды нет!

Урсо сел, а Эйрик начал свой рассказ:

– Вчера, когда я разложил в витрине имбирные пряники и вырезал из цветной бумаги наклейки-звёздочки, зазвенели колокольчики над дверью. Я приветливо пригласил гостя. И вошёл серый крыс в очках. Он держал калькулятор и какие-то бумаги.

«Пожалуйста, выбирайте лучшее для счастья, – сказал я ему. – Есть голубые единороги – точилки для карандашей, есть золотая папка с магнитным замочком для ваших бумаг – ни один документ не намокнет и не испачкается».

Крыс стоял и презрительно смотрел на меня сквозь очки. Я замолчал под его взглядом. Тогда он сказал: «Именем Его Темнейшего Негодяйшества приказано следующее. Первое: иноземцу гному переименовать свой магазин в „Несчастье“. Второе: каждый месяц платить половину дохода в казну злых дел Его Темнейшего Негодяйшества. Всё!»

Я попытался что-то спросить, но закашлялся от неожиданности и расстройства. А крыс направился к выходу и бросил через плечо: «Срок – неделя, дальше пеняй на себя!» И вышел. А я всё стоял и кашлял. Потом, как очнулся, выскочил за ним, а его и след простыл.

Эйрик тяжело вздохнул и всхлипнул.

Урсо сидел на табуретке и напряжённо смотрел в одну точку. Этой точкой оказалось настенное солнце, что освещало и обогревало магазин. «Скоро и у нас в тундре рассеется тьма, не станет келе, и будет свет и счастье», – мелькнула у него мысль, но вслух он сказал:

– Не переживай, Эйрик! Мы с друзьями что-нибудь придумаем. Не будет тебя мучить этот «мистер Темнейшее Негодяйшество». Знаем, как на него управу найти! – И, наклонившись ближе, спросил: – А нет ли у тебя, Эйрик, зонтика с нарисованной спиралью? Очень бы нам помогла такая штука!

Эйрик задумался.

– Зонтик? – переспросил он.

Гном полез куда-то под прилавок и вытащил чудесный голубой зонт. Большой, яркий, с красивой ручкой в виде птицы. Только на нём не было спирали.

– А спираль я могу нарисовать! Красками мечты! – воскликнул Эйрик.

Схватил кисть, обмакнул в баночку с надписью «Мечтательно» и – раз-раз! – нарисовал на куполе большую золотистую спираль.

– Готово! – Он подал зонт Урсо. – Сохнет мгновенно!

– Спасибо огромное! – поблагодарил Урсо. – Ты, дядюшка Эйрик, не плачь и не волнуйся из-за этого крыса с Негодяйшеством.

Урсо собирался было попрощаться, как вдруг Эйрик спросил:

– А как там рогатка, которую я тебе подарил? Метко стреляет?

– Да пока ещё не пробовал, не было случая, – пожал плечами Урсо. – Вот летом буду грибные шляпки сбивать!

Эйрик улыбнулся. Урсо благодарно обнял его, выскочил из магазинчика и направился к домику геологов. Но потом вдруг резко повернул и побежал со всех лап в сторону сопок, туда, в свою пещеру, где они прятались со Стёпой от ветра-южака.