Келе невозмутимо сидел на троне и презрительно ухмылялся. Рядом дрожал Финансист Крыса. Неподвижно лежал Рыкус, чуть шевеля острыми ушами. Браконьер Дарк валялся в стороне без сознания. Там же лежал без чувств Николай Иванович.

Келе картинно потёр свой единственный глаз, как будто хотел разглядеть что-то.

– О! Кого я вижу? Сам лис Стёпа к нам пожаловал? Да не один, а с трофеем! Выкарабкался из древности?

И он залился громким зловещим смехом.

Стёпа одной лапой поправил лямку рюкзачка. В другой он держал ледяной шар со смертью келе.

– Здравствуй! – холодно сказал Стёпа. – Так вот ты какой, келе!

– Какой? – глумливо хмыкнул тот.

– Такой же, как в книжках рисовали.

– Не читаю книжки! – дёрнул плечом келе. – Читают те, кто не может жить властной и полной жизнью. Вот и лезут в книжки – для своих фантазий. Слабаки!

И он снова захохотал.

Стёпа сделал шаг вперёд. Нужно было поймать шаром отражение келе.

– Давай, давай, подходи! – с издёвкой поманил корявым пальцем келе. – Что, страшновато?

И он вдруг начал судорожно вдыхать в себя воздух:

– Ых-ых-ых! – и с каждым вдохом он становился всё больше и больше, всё выше и выше.

Рос к самому небу. Казалось, ещё чуть-чуть, и он проткнёт головой облака.

– Ну что? – пробасил он свысока, и голос его теперь звучал как гром. – Как теперь воевать со мной будешь? Как отражение моё ловить? Гы-гы-гы!

И он затрясся в смехе. И воздух заколыхался вокруг него.

Потом он резко вдохнул и дунул: ураганный ветер вырвался из его рта, холодный, порывистый.

Стёпа и его друзья упали на землю – стоять при таком ветре было невозможно.

– А-ха-ха-а! – хохотал келе и дул всё сильнее.

Друзья лежали на снегу, закрыв головы руками. И тут Урсо вдруг вспомнил про рогатку, подаренную Эйриком. Он вытащил её, пошарил вокруг себя, нашёл ледышку поострее, прицелился и – пум! – выстрелил в келе.

Ледышка попала прямо в живот злодею и продырявила его. Раздался звук: «Ф-ш-ш-ш!» – и келе стал сдуваться на глазах, всё уменьшаясь и уменьшаясь. Не прошло и минуты, как он вернулся к прежним размерам.

Ветер тут же стих. Стёпа с друзьями поднялись с земли.

– Ах, Стёпа! – вдруг жалостливым голосом сказал келе. – Знал бы ты, как одиноко мне живётся! Как тоскливо коротать вечера в ледяном подземелье!

Он тяжело вздохнул, и даже слезинка выкатилась из его единственного глаза.

– Нету рядом со мной друга, одни слуги, – продолжил он. – Вот был бы надёжный друг, такой, как ты! – Голос его стал набирать силу. – Мы бы с тобой перевернули весь мир!

Келе взмахнул всеми руками:

– Посмотри, как хороша власть! Ты же любишь власть, я вижу, я чувствую, ты самый главный среди своих, и тебе это нравится! А если пойдёшь со мной, станешь главным на всём Севере! И не будет ни одной травинки, которая бы не кланялась тебе! Все звери, птицы и даже люди – все будут бояться тебя! Я покажу тебе глубины Ледовитого океана – там спрятаны мои сокровища, я открою тебе тайники с золотом – бери сколько хочешь!

Голос келе набирал и набирал мощь.

– Золото! Власть! Золото! Власть! Всё будет твоим!

Стёпа настороженно слушал, прижимая к груди ледяной шар.

– Нет, – наконец сказал он. – Не нужна мне твоя власть. И дружба с тобой не нужна. Ты сеешь зло и раздор. Я так не хочу.

Келе прищурился.

– Не хочешь? – вкрадчиво сказал он. – Хорошо! А к Оле – хочешь? Вот прямо сейчас, сию минуту! Смотри!

И келе схватил с земли ледышку, потёр её, что-то шепча, и протянул Стёпе. Там, как на экране, высветилась комната с кроватью, этажеркой для книг и письменным столом. За столом сидела Оля, грустно склонив голову, и смотрела на старую фотографию, где она держала в руках Стёпу.

Стёпино сердце забилось часто-часто. Он жадно глядел на вздыхающую Олю, чувствовал, как он соскучился и как же он хочет её увидеть!

– Переходи ко мне, на мою сторону! – услышал он голос келе. – За секунду окажешься у своей Оли! Ты ведь об этом мечтаешь?!

Стёпа, как заворожённый, сделал шаг к келе, второй…

– Ближе! Ближе! – бормотал келе и протягивал руки к шару. – Ну же, ну же!

– Стёпа! – закричала Ева. – Он лжёт!

И Стёпа остановился. Помотал головой, глянул на друзей, на келе. Мысли стали обретать ясность.

– Нет! – произнёс он и удивился своему голосу: говорил он глухо и как будто через силу. – Я не верю тебе, келе!

– Ах, не веришь?! – взвыл разом помрачневший келе. – Ну пеняй на себя!

Он снова распахнул свою чёрную книгу и дунул в неё. Над страницами опять заплясали ледяные снежинки.

Тут раздался громкий стон, и на сопке-шапке зашевелились каменные фигуры. Переступая огромными ногами, они начали быстро спускаться. Земля сотрясалась от их шагов.

Все, как зачарованные, глядели на них.

– Что это? – прошептал дядя Митя.

Ещё чуть-чуть, и каменные фигуры будут совсем рядом!

– Ну вот, – зарычал келе, – готовьтесь к смерти!

– Разбегаемся! – крикнул Стёпа.

Все бросились врассыпную. Стёпа тоже побежал, спрятав ледяной шар под мышку.

– Взять их! – скомандовал келе каменным великанам.

Те ринулись к Стёпе и его друзьям и окружили их. Прижимаясь друг к другу плечами, великаны смыкали кольцо. Стёпа с друзьями сбились в кучку.

Великаны топали своими ножищами, пытаясь раздавить противников, метали острые камни. Один камень сильно стукнул Стёпу по голове, и не будь он плюшевым, голова бы раскололась надвое. А так получилась дырка и немножко вылезла вата.

Какой-то великан наступил на хвост Хоттабычу, и тот взвыл от боли. На лбу у Урсо налилась огромная шишка, у Чуки был подбит глаз. Друзья лихорадочно метались.

– Нет, келе! – раздался громкий голос, и все увидели Таната.

Он подошёл к каменным фигурам и поднял руку. Те застыли.

– Ты-ы-ы?! – разгневанно крикнул келе. – Опять лезешь?!

– Ты нарушил равновесие добра и зла, – спокойно проговорил Танат. – Эти камни – души несчастных людей, которых ты не отпускаешь на небо, черпаешь энергию. Но использовать их как злую разрушительную силу запрещено! Невинные человеческие души не должны вредить другим! Это прописано в священных чукотских законах!

– Плевал я! – развязно буркнул келе.

– Ты нарушил законы, – продолжил Танат. – Это недопустимо! И новую «Книгу Горя» тебе не пришлют.

Каменные фигуры стояли неподвижно. Теперь и представить было невозможно, что ещё несколько секунд назад они метали камни и пытались затоптать Стёпу и его друзей.

Стёпа вынул из-под мышки ледяной шар и приблизился к келе.

Тот презрительно смотрел на него своим единственным глазом.

– Думаешь, победил? – насмешливо спросил келе. – Что было бы с вашим добром, если бы не было нашего зла? С кем сражались бы? Как гордыню свою тешили?

– Уходи, келе, – твёрдо сказал Стёпа и поднял ледяной шар. – Что бы ты ни говорил, а добро всегда лучше зла! А мир лучше войны! Уходи!

– Ты сначала поймай мой взгляд, вояка! – ухмыльнулся келе и завертел головой во все стороны: вверх-вниз, вправо-влево. Стёпа, как ни пытался, никак не мог поймать его отражение. Келе хохотал, небо становилось всё ниже, темнота постепенно начала сгущаться вокруг. «Стоило так долго идти за этим шаром, чтобы теперь вот так…» – в отчаянии подумал Стёпа. И вдруг он вспомнил…

– Я знаю, что ты трус, келе! – громко выкрикнул Стёпа и сам удивился своему голосу. – Ты испугался, что твоя сестра Анкы сильнее тебя, и забросил её в далёкое прошлое! Трус!

Келе резко перестал вертеть головой и уставился на Стёпу, собираясь что-то ответить, но в этот момент Стёпа изловчился и поймал шаром отражение келе, а главное – его взгляд! И бросил шар со всей силы на землю. Шар рассыпался с хрустальным звоном.

И тут раздался оглушительный звук: «Ба-бах!»

Тело келе лопнуло и разлетелось на мелкие кусочки, которые тут же, на глазах, превращались в пепел. Из нутра вылетел огромный рой мелкой мошкары.

– З-з-з! – зазудел воздух.

Мошкара взмыла в небо и, казалось, полностью закрыла его. Облака почернели.

Но уже через несколько секунд мошкара тоже обратилась пеплом. С тихим шуршанием пепел осыпался на заснеженную землю.

И исчез. Осталась только яркая белизна снега.

Застывшие каменные фигуры вдруг начали растворяться прямо на глазах. Миг – и они превратились в облачка и с тихим шелестом полетели вверх.

– Ну вот, – сказал Танат, – теперь все свободны!

– Ура-а-а!!! – закричали Стёпа, Урсо, Чука, Наяк, дядя Митя, Хоттабыч и тараканы.

Пуночки во главе с Айей громко и радостно зачирикали.

Евражка Ева тоже крикнула «Ура», но очень тихо – на большее не было сил, она никак не могла оправиться от гибели близкой подруги.

Но, повернувшись к Кэтху, она вдруг увидела, что та зашевелилась и вздохнула. Потом открыла свои большие жёлтые глаза.

– Что со мной? – недоумённо спросила она.

– Ура-а-а! – теперь уже во весь голос закричала Ева и бросилась обнимать подругу.

Чары келе пропали.