Болотистая низина Пантанала жила своей жизнью.

Не так давно закончился сезон дождей, высокая вода спа́ла.

Во все стороны простирались саванны, перемежаемые участками лесов, солоноватыми озёрами, реками и болотами.

Кружили большие белые аисты, с ветки на ветку перелетали гиацинтовые попугаи. Олени бегали по пампасам[1], ягуары лениво лежали на солнце. Капибары, наоборот, прятались во влажной тени. Повсюду порхали стаи бабочек.

Но никто не приближался к Адскому Гроту. Вокруг него царила тишина.

В глубине Грота сидело то самое лохматое чудовище с зубастой клацающей пастью на спине, что явилось Стёпе в брызгах водопада Игуасу. Чудовище тасовало игральные карты.

– Где этот подлец? – грубым рычащим басом прогрохотало оно. – Уже десять утра, пора в труко[2] сыграть!

Чудовище отшвырнуло карты и, рыча, встало в свой полный огромный рост. Получеловек-полузверь. Клокастая чёрная шерсть покрывала всё тело. Чудовище поскребло острым когтем ухо, и злобная физиономия скривилась ещё сильней. Потом рыкнуло – показались острые зубы.

– Кибу́нго! – раздалось где-то в гроте, и эхо повторило: – Бунго, бунго, бунго…

Чудовище развернулось и осклабилось:

– Ы-ы-ы, Луисо́н, наконец-то! Опаздываешь, пёс!

Гулко загрохотали шаги, и из темноты длинного коридора вышел тот самый Луисон – друг Кибунго.

Существо, похожее на высокого человека, но с волчьей головой и руками почти до земли. Холод и запах мертвечины исходили от Луисона.

– Ао-Ао не явился? – прищурил жёлтые глаза Луисон.

– Да кто знает, где твоего брата носит! – рыкнул Кибунго.

– Мы только по крови братья, а так мне этот глупый кабан неинтересен, – презрительно прошипел Луисон.

Кибунго махнул большой лапой с длинными когтистыми пальцами, мол, сто раз слышал:

– От этого глупого кабана сейчас многое зависит, ты в курсе? Не ты же отправился на Амазонку?

Луисон ещё презрительнее хмыкнул:

– Я бы быстрее всё решил, но этот кабан может и днём и ночью скакать. Я же днём не могу, и ты это знаешь.

– Знаю, – угрюмо ответил Кибунго. – Я тоже не могу. Но скоро этому настанет конец! И силы вернутся! А пока давай-ка партеечку в труко!

И монстры начали играть.

– Валет!

– Дама!

– Я твою мелочь четвёркой покрою!

– Тузы все где?

– Опять у меня одни червовые карты, ну!

– Трефы к сильным идут!

– Вчера этот сильный я был!

– Это случайно. А вот сегодня я!

– Да куда там!

Кибунго выиграл. Луисон потребовал ещё партию – отыграться. Но Кибунго покачал головой. Он встал с каменного выступа и медленно прошёлся туда-сюда:

– Надоело сидеть в этой дыре и выходить наружу только по ночам! Скорей бы получить власть над миром и разрушить его.

– А потом? – спросил Луисон.

– А потом я построю здесь свой, новый мир! Где всё будет по-моему и всё будет моим: все плантации кофе, все залежи изумрудов, и карнавалы я буду устраивать раз в неделю – только не такие, как сейчас, где все нарядные и танцуют! Не-е-ет! На моих карнавалах будут злобно щёлкать зубами и показывать, как умеют рвать ими свежее мясо! То-то будет весело! – Кибунго возбуждённо поднял корявый указательный палец. – А всё, что мне не нравится, посыплю торием, оно станет радиоактивным и вымрет! А надоевший Пантанал вообще затоплю навсегда! Со всеми животными, рыбами, птицами! А когда пробудится вулкан Пара – он так тряханёт эту бразильскую землю, что мало кто из людишек останется в живых! И вся страна, а может, даже весь материк будет только моим!

Кибунго зловеще захохотал. Луисон тоже подхохотнул ему в такт, а потом спросил:

– А я кем буду в твоём мире?

– Ты? – Кибунго на секунду задумался. – Мне нужен помощник. Но только один. Больше не надо.

Слово «один» Кибунго произнёс с нажимом. Луисон оскалился – он всё понял.

Они сели обедать. Кибунго достал из ямы куски кровавого мяса, кинул один Луисону, и оба чудовища начали жадно, чавкая, есть.

– Кофе будешь? – повернулся Кибунго к Луисону, когда они доели. – У меня новый!

– Какой? – спросил Луисон.

– С пеплом шкуры змеи и ядом скорпиона, – хмыкнул Кибунго. – Самый вкусный. Но надо немного сыпать, чтоб лапы не протянуть.

Кибунго достал из каменной ниши банку кофе с криво написанным названием «Evil Coffee», бросил в металлическую посудину пару щепотей, плеснул воды и поставил посудину на огонь.

Поднялся сизо-зелёный пар, и острый запах защекотал носы Кибунго и Луисона.

– Вот, самое то! – хохотнул Кибунго. – Кофе должен быть именно такой, злой!

Он разлил жидкость по деревянным чашкам и только хотел отхлебнуть любимого напитка, как Луисон резко отставил свою чашку и прислушался. Слух у Луисона был очень острый, гораздо острее, чем у Кибунго.

– Ао-Ао возвращается! – с непроницаемой мордой проговорил Луисон. – Узнаю его скачки́.

– Отлично! – рыкнул Кибунго. – Надеюсь, он забрал, что нужно!

Через некоторое время раздался топот тяжёлых копыт, и в Гроте появился Ао-Ао.

Разгорячённый и влажный от быстрого бега, он тяжело дышал и всхрюкивал.

Остановившись около Кибунго, он разжал клыки, и сверкающий Священный Изумруд выкатился прямо на холодный каменный пол.

Кибунго резко наклонился и схватил камень.

– Вот оно, могущество! – подрагивая мохнатым телом, проговорил он. – Теперь я сделаю то, о чём давно мечтаю!

Он положил Изумруд в пасть на спине. Зубы клацнули, крепко сомкнувшись. Муха не пролетит!

Ао-Ао и Луисон стояли рядом и подобострастно смотрели на Кибунго.

– Теперь ты меня возьмёшь в свой новый мир на должность помощника? – прохрипел Ао-Ао. – Я выполнил твоё задание.

Физиономию Луисона на мгновенье исказила гримаса лютой ненависти. Но он тут же справился с собой.

– Поглядим, – уклончиво ответил Кибунго. – Ты пока поешь, вон мы оставили.

– А когда Изумруд начнёт действовать? – спросил Луисон.

– Через пять дней надо провести ритуал и посвятить меня во властители Священного Изумруда. И вот тогда… – Кибунго сглотнул слюну и зловеще захохотал.

– Но почему пять дней?

– Будет полная луна! Таков закон передачи Священного Изумруда новому хозяину: строго в полнолуние, – пожал плечами Кибунго.

В углу сидел Ао-Ао и жадно чавкал. Насытившись, он подошёл к Кибунго:

– В джунглях Амазонки появился новичок, маленький рыжий зверь. Он со своей бандой хотел отнять Священный Изумруд, который я так ловко выманил через глупого Чунту.

И Ао-Ао рассказал, как обхитрил тщеславного Чунту и про то, как на него пыталась напасть компания рыжего зверя.

– Я про этого рыжего в курсе, – буркнул Кибунго. – За ним уже следит кто надо! Я внедрил к ним шпиона, ха-ха!

– Моё дело доложить! – ответил Ао-Ао.

И тут Луисон на мягких лапах подкрался к Ао-Ао.

– Брат, может, кофе?

– Да, плесни ему кофейку, – сказал Кибунго. – Заслужил!

Ао-Ао горделиво захрюкал. Луисон ласково кивнул в ответ, взял банку кофе и, пока Ао-Ао отвернулся, насыпал целых полчашки ядовитого порошка в посудину. Потом налил воды и поставил на огонь.

Луисон твёрдо задумал избавиться от Ао-Ао. Он хотел стать единственным главным помощником Кибунго в новом мире зла.