— У нас есть немного времени. Хочешь кофе и буррито на завтрак? — спросил я, паркуясь у участка шерифа.

Желудок Хэдли отозвался громким урчанием.

— Думаю, это значит «да».

Она уже собралась выходить из машины, когда у нее зазвонил телефон. Она достала его из кармана и посмотрела на экран.

— Это Беккет.

— Ответь. А я пока схожу за едой и кофе.

Она наклонилась и быстро поцеловала меня.

— Спасибо. — Хэдли провела пальцем по экрану. — Ну надо же. Ты жив.

Я усмехнулся, выбираясь из своего внедорожника. Хэдли безумно любила своего старшего брата. Думаю, она втайне восхищалась тем, как он сорвался черт знает куда ради какой-то очередной безумной мечты. Мне стоило благодарить судьбу за то, что она сама не поступила так же.

Я успел пройти только половину пути до кофейни, когда кто-то окликнул меня по имени. Я обернулся, и хорошее настроение, державшееся с самого утра, когда я проснулся и растворился в Хэдли, моментально испарилось.

— Джеки.

— Ты уже перевез ее к себе?

— Что, прости?

— Хватит играть в прятки. Я хочу знать, ты перевез Хэдли в наш дом?

Я внимательно посмотрел на стоящую передо мной женщину, пытаясь понять, не под кайфом ли она. Стеклянных глаз или суженных зрачков я не заметил, но от Джеки исходила какая-то лихорадочная, дерганая энергия. Ее пальцы быстро и ритмично барабанили по бедру.

— Джеки, это мой дом. И кто там живет или не живет, тебя вообще не касается.

Она прищурилась.

— Это всегда будет меня касаться. Вы моя семья.

— Джеки…

— Вы все, что у меня есть.

В моей броне появилась едва заметная трещина, когда ее голос дрогнул.

— Черт, — пробормотал я. — Тебе, возможно, и нужна поддержка, но я не тот человек, который ее окажет.

Джеки вцепилась в мою руку, вонзив ногти в кожу.

— Только ты можешь помочь. Больше некому. Только ты. Ты, Берди и Сейдж. Мы снова можем стать семьей.

Я высвободил руку из ее хватки.

— Не можем, — мой тон был твердым, но без жестокости. — Послушай, существуют специальные службы поддержки…

— Ты мне изменял?

Мои глаза округлились от возмущения.

— Что?

— Ты прекрасно меня слышал. Вы с Хэдли трахались все то время, пока мы были вместе? Ей же тогда едва восемнадцать исполнилось. Это просто больно.

— Я никогда тебе не изменял. Ни разу.

Я-то знал, что про Джеки такого сказать нельзя. Мне никогда не забыть, как пришлось идти к врачу сдавать анализы на венерические заболевания и со страхом ждать, не найдут ли чего. И никогда не забыть то облегчение, когда выяснилось, что я чист.

— Она манипулирует тобой. Всегда это делала. Подумаешь, ее сестру похитили. Какая трагедия. Сейчас-то с ней все в порядке. Это мне ты нужен, а не ей.

— Хватит, Джеки, — рявкнул я. — Это должно прекратиться. Я не стану тебе помогать. Мы никогда не будем вместе. И я не позволю тебе приводить опасных людей в жизнь моих дочерей.

Джеки побледнела.

— О ч-чем ты говоришь?

— Я знаю, что ты связалась с очень плохими ребятами, Джеки. Если бы ты действительно любила Берди и Сейдж, ты бы уехала на другой конец страны, чтобы не подвергать их опасности.

— Они не знают, где я. Клянусь, они не знают…

— И как долго, по-твоему, им придется искать, прежде чем они тебя найдут? Ты здесь жила, здесь у тебя куча знакомых.

— Нет, они не найдут меня здесь.

Я едва сдержал желание закричать.

— Вернись в реальность. Конечно же найдут.

Глаза Джеки наполнились слезами.

— Хэдли украла тебя у меня. Вас всех. Если бы она просто держалась подальше…

— Исход был бы точно таким же.

Вот только я бы продолжал влачить жалкое существование — то самое полупустое, которым жил годами после аварии. И я туда больше никогда не вернусь.

Я достал бумажник, отыскал визитку и протянул ее Джеки.

— Это психотерапевт у нас в городе. Она хороший специалист, она сможет тебе помочь. — Я уже направлял к ней нескольких ребят после тяжелых аварий и пожаров. — Но от меня тебе нужно держаться подальше. От Берди и Сейдж. И от Хэдли тоже.

Джеки уставилась на карточку.

— Почему ты выбрасываешь меня из жизни?

— Ты сама себя выбросила в тот момент, когда села за руль под кайфом, везя Берди и Сейдж в машине. Это был твой выбор. Когда-нибудь ты сможешь все исправить, но точно не тем, что устраиваешь сейчас. Приведи голову в порядок. Разберись с тем дерьмом, что сама же устроила. И тогда, возможно, в будущем у тебя сложатся отношения с девочками, но про отношения со мной забудь раз и навсегда.

Джеки подняла на меня взгляд, ее глаза лихорадочно блестели.

— Вот увидишь. Наступит день, и ты поймешь, что мы созданы друг для друга. И я буду ждать.

Говорить больше было не о чем, оставалось только уйти. Я развернулся и зашагал к кофейне. Как в тумане заказал латте и буррито для Хэдли. И едва вспомнил, что нужно взять для себя и Хейза.

Выйдя снова на утреннее солнце, я осмотрел улицу, высматривая Джеки. Никого. Она словно сквозь землю провалилась. Хреново, что в жизни все не так просто. Я бы с удовольствием телепортировал бывшую на другой конец страны.

Я зашагал по тротуару, и вскоре показался шерифский участок. Хэдли открыла заднюю дверь моего внедорожника и устроилась прямо на бампере, подставив лицо солнцу. На секунду я даже затормозил, любуясь ей. Господи, до чего же она красивая. Меня так и тянуло к ней.

Ее ледяные синие глаза открылись и уставились прямо на меня.

— Привет. — Безмятежная улыбка тут же сошла с ее лица. — Что случилось?

Похоже, на мне все еще читалось напряжение после встречи с Джеки, причем сильнее, чем я думал.

— Давай зайдем внутрь. Расскажу все сразу вам с Хейзом.

Мне не хотелось пересказывать это дважды. Не хотелось забивать Хэдли голову этим дерьмом.

— Блин, — пробормотала она, захлопнув багажник и забирая у меня подставку с кофе.

Свободной рукой я притянул Хэдли к себе.

— Прорвемся, все будет нормально.

— Что-то мне от этого не легче.

Я наклонился и медленно, со вкусом поцеловал ее в губы.

— А так?

— Так получше.

Уголок моего рта пополз вверх.

— Приятно слышать.

Мы поднялись по ступеням и вошли в здание. Офицер Уильямс встретил нас улыбкой и взмахом руки.

— Проходите назад. Босс у себя.

— Не называй его боссом, — съязвила Хэдли. — А то у него корона вырастет.

Уильямс усмехнулся.

— Буду иметь в виду.

Мы прошли мимо столов, за которыми как раз рассаживались помощники шерифа. Дверь в кабинет Хейза была открыта, и он помахал нам, сразу уставившись на пакет в моих руках.

— Пожалуйста, скажи, что ты принес мне пожрать.

Я покопался в пакете и протянул ему сэндвич с яйцом. Перед Хэдли поставил ее буррито, а затем достал свой завтрак.

— Я бы никогда тебя не бросил в беде.

— Ты мой спаситель. Я сегодня даже позавтракать не успел.

Хэдли села в одно из кресел напротив стола Хейза, крутя в руках стаканчик с кофе.

— Выкладывай.

Хейз перевел взгляд со своей сестры на меня.

— Что стряслось?

Я опустился во второе кресло.

— К делу Хэдли это отношения не имеет. Я только что столкнулся с Джеки.

— Она тебе угрожала? — спросил он.

— Про адвокатов не заикалась, но я боюсь, как бы все не зашло дальше. Не хочу, чтобы она подходила к Берди и Сейдж. С ней явно что-то не так. Она на мне зациклилась, ей лечиться надо. Я дал ей визитку доктора Кенсингтон, надеюсь, она воспользуется.

Хэдли заерзала на стуле.

— В смысле «угрожала»? Она уже что-то выкидывала раньше?

Тут я понял, что так и не рассказал Хэдли про тот наш короткий разговор с Джеки.

— Она говорила, что общается с адвокатом и хочет подать иск о восстановлении прав опеки или свиданий.

У Хэдли отвисла челюсть.

— И она может это сделать?

— Подать она может все что угодно, но, по-моему, цель у нее совсем другая.

Хэдли пристально посмотрела на меня.

— Ей нужен ты.

Я поморщился.

— Не совсем, просто она думает, что со мной снова будет в безопасности. Что я ее защищу.

Она откинулась на спинку кресла.

— Ну, это ты умеешь.

Я протянул руку, запустил пальцы в волосы Хэдли и мягко сжал ее шею.

— Мало ли чего она хочет. Ты же это понимаешь, да?

— Понимаю. Просто… ух, как она меня бесит. И мне ее почти жалко, отчего я злюсь еще сильнее.

Хейз тихонько хмыкнул, и Хэдли тут же наградила его свирепым взглядом. Он вскинул обе руки вверх.

— Прости. Я бы посоветовал оформить судебный запрет, но она ведь не высказывала прямых угроз, верно?

Я покачал головой.

— Мне просто нужно, чтобы она отвалила.

Хейз побарабанил пальцами по столу.

— Я отправлю Адамс поговорить с Джеки. Может, у нее получится убедить ее обратиться за помощью. Ну и по крайней мере Джеки поймет, что мы за ней приглядываем.

— Спасибо, дружище.

— Да брось. — Хейз снова переключился на сестру. — Ты-то как держишься?

— Уже гораздо лучше. Скажи, что вы что-то нашли.

На щеке Хейза дернулся мускул.

— Пока нет. У нас сидит лучший айтишник, но каждый раз, когда она нападает на след, это оказывается очередной пустышкой.

Я переплел свои пальцы с пальцами Хэдли.

— Ну а адрес-то ее получилось удалить?

— Все посты, что мы нашли, уже заблокированы, но это не помешает этому уроду выложить их снова. Мне жаль, Хэдс, но тебе придется пожить у Калдера, пока мы его не поймаем. Рисковать нельзя.

Я был только за, чтобы она осталась у меня навсегда. Мне этого очень хотелось. Но я хотел, чтобы это было ее собственным решением, а не вынужденным шагом.

Хэдли взглянула на меня.

— Ты не против?

Я наклонился и коснулся губами ее губ.

— Я обожаю просыпаться с тобой каждое утро.

Хейз издал звук, похожий на удушливый кашель.

— Знаете, мне совсем не обязательно напоминать о том, что происходит между тобой и моей сестрой.

Хэдли покраснела, но сердито зыркнула на брата.

— Тогда не суй нос не в свое дело.

— Вы сидите прямо передо мной. Как-то трудно не замечать.

Я проглотил смешок, который так и просился наружу.

— Вас двоих что, по разным углам развести?

Оба недовольно уставились на меня.

— Я просто говорю, что тайм-аут пошел бы вам обоим на пользу.

Хэдли посмотрела на брата.

— Он слишком самодовольный, ему полезно.

— Вот тут согласен. Тебе надо почаще ставить его на место.

— Поверь, я над этим работаю.

В этот раз я уже не сдержался и рассмеялся в голос. Нам обоим необходим был этот глоток нормальной жизни, пускай даже в виде дружеских препирательств и подколов. Потому что между строк в докладе Хейза читалось главное: он понятия не имел, кто преследует Хэдли. А это значило, что этот подонок мог оказаться где угодно.