Мои пальцы вцепились в камень, когда я подтянулась и выбралась на следующий уступ. В этом месте склон горы обрывался отвесной скалой прямо в озеро. Добраться сюда — тот еще геморрой. Приходится либо гнать на квадроциклах, либо подниматься на лошадях, но виды отсюда открываются просто захватывающие.

Сам подъем и вершина почти всегда пустовали. Изредка можно было наткнуться на туриста с рюкзаком, но это огромная редкость. Твоими единственными спутниками здесь оставались ветер и крики птиц.

Это было именно то, что мне требовалось после вчерашнего. Почувствовать, как горят мышцы, и не слышать ничего, кроме собственного дыхания и звуков дикой природы. Калла предлагала подняться со мной, но я велела ей остаться внизу с Тоби и Джинксом. Мне хотелось побыть в одиночестве.

Но вместе с одиночеством пришли и слова матери, которые так и крутились в голове, издеваясь надо мной. И не только те, что она наговорила вчера вечером, а все, что я выслушивала последние семнадцать лет — с тех самых пор, как пропала Шайло.

Та ночь отняла у меня мою прежнюю маму — бесшабашную любительницу приключений, которая могла на бешеной скорости нестись с нами на лошадях или отпускать нас одних к ручью на окраине участка. Ее место занял человек, помешанный на контроле над каждой сраной мелочью в нашей жизни. И когда я пыталась бунтовать... это всегда заканчивалось хреново.

Я нащупала очередной выступ, чтобы преодолеть последний участок подъема. Но стоило мне двинуться, как ее голос зазвучал еще громче. Безответственная. Глупая. Жестокая.

Я силой вытряхнула это эхо из головы, зацепилась пальцами за один камень, уперлась ногой в другой. Не хрен ей делать в моих мыслях. Рванув вверх, я выбралась на плоскую скалистую вершину. Грудь тяжело вздымалась, пока я жадно разглядывала панораму вокруг.

Земля простиралась до самого горизонта. Поля и леса. Ручьи и горы. Я казалась себе такой мелкой на их фоне. Просто песчинка в этой бескрайней пустоте. И почему-то это успокаивало. Мои проблемы могли казаться мне огромными, но только не тогда, когда смотришь на все это величие.

Я уселась, прислонившись спиной к скале, и дождалась, пока дыхание выровняется. Мне никогда не надоедят эти пейзажи. Сколько бы я ни путешествовала по миру, домом всегда будет это место. Я миллион раз думала о переезде, но так и не решилась, потому что просто не представляла, как смогу все это оставить.

Ветер гнал волны по траве в долине, отчего поле походило на водную гладь. Этот же поток воздуха принес резкий запах сосновой хвои. В груди болезненно полыхнуло. Был только один человек, которого мне отчаянно хотелось видеть рядом прямо сейчас, и именно он никогда не придет — больше нет.

Готова поклясться, я до сих пор чувствовала объятия Калдера. Вчера ночью, пока я ворочалась с боку на бок, мне все казалось, что я улавливаю шлейф его знакомого одеколона. Это была какая-то изощренная пытка — постоянно видеть перед собой мужчину, который никогда не будет моим. Ни как друг, ни как кто-то большее.

Я прогнала и эти мысли, резко поднявшись на ноги. Подойдя к самому краю, я помахала друзьям внизу. Тоби шутливо козырнул мне, а Джинкс запустил в воздух дрон. Это был знак, что они готовы.

Я осмотрела воду внизу. На озере ветерок никак не сказался. Поверхность выглядела как идеальное гладкое стекло. Цивилизация не добралась до этих мест, поэтому вода здесь была кристально чистой и отливала бирюзой.

Калла уже плавала туда, чтобы проверить глубину и убедиться, что на дне нет никаких скрытых камней. Все было чисто.

Я сделала долгий, глубокий вдох и отступила от края. Покрутила ступнями, вбивая подошвы кроссовок в пыль и мелкие камни, чтобы получше почувствовать опору.

Я не дала себе времени на раздумья — просто рванула вперед. Три шага, и я уже лечу. Тело сгруппировалось, один переворот, второй, а затем я выпрямилась в струну. Не осталось ничего, кроме меня и воздуха вокруг. Полная свобода.

Ступни обожгло, когда я пробила толщу воды. От дикого холода перехватило дыхание. Пришлось бороться с инстинктивным желанием тела запаниковать, пока я изо всех сил работала ногами, пробиваясь наверх. Когда моя голова наконец вынырнула навстречу солнцу, я с хрипом втянула в себя воздух.

Джинкс на берегу вовсю орал и улюлюкал. Я перевернулась на спину и замерла, глядя на солнце. Вода была настолько ледяной, что все тело ломило, но мне было насрать. Это возвращало меня к жизни.

Я позволила течению нести меня к берегу, пытаясь впитать остатки адреналина и покоя. Но они уже стремительно улетучивались. Я пыталась докопаться до этих ощущений глубже, удержать их, но они ускользали сквозь пальцы.

Я перевернулась на живот и, до хруста сжав зубы, поплыла к друзьям. Этого мало. После вчерашнего этого чертовски мало. Но большего мне сейчас все равно не получить.

Калла протянула мне полотенце.

— Это было охренительно.

— Спасибо, — я забрала махровую ткань и накинула на плечи. — Не верю, что ты даже не пожаловалась на воду. У меня чуть мозг не замерз.

— Да ладно, вполне нормально.

Я покачала головой.

— Нормально? Да я просто слабачка по сравнению с тобой.

Она улыбнулась и опустила глаза.

Тоби приобнял меня за плечи, притянул к себе и слегка встряхнул.

— Народ будет в восторге. Они до сих пор с ума сходят по тому трюку на байке. А это видео выведет тебя на совершенно новый уровень.

Джинкс убирал дрон обратно в кейс.

— Ты рассказал ей про предложение о спонсорстве?

— Совсем вылетело из головы.

— Какое еще предложение?

Мы все прилично зарабатывали на спонсорских интеграциях в наших видео. Платформа «Вояджер» не крутила рекламу во время стримов, но компании сами просили блогеров использовать их экипировку или светить другие товары в кадре. На эти деньги я могла не просто безбедно жить, а вообще ни в чем себе не отказывать, но я обожала свою работу на скорой и ни за какие коврижки бы ее не бросила.

Тоби выпустил меня из объятий, но оставил руки на моих плечах.

— Приготовься.

Я закатила глаза и посмотрела на Каллу в поисках сочувствия. Тоби вечно устраивал представление из любого пустяка.

— Мне нужно изобразить барабанную дробь?

— Было бы неплохо.

Я вывернулась из его хватки.

— Да выкладывай уже.

Он картинно надул губы.

— Вечно ты обламываешь все веселье.

Джинкс отвесил ему подзатыльник.

— Когда-нибудь она тебя точно пришибет.

— Ладно, ладно. Это «Спорт-эйд».

У меня аж челюсть отвисла.

— Серьезно?

— Полсотни штук. Нам всего-то нужно в какой-то момент показать в видео, как ты пьешь их энергетик. И они хотят обсудить долгосрочный контракт.

Я плотнее завернулась в полотенце. Если за каждое видео нам будут отваливать такие бабки, мы в этом году побьем все рекорды.

— Ты переслал предложение Анжеле?

— Хотел сначала тебе рассказать.

— Отправляй. Если с контрактом все чисто, это дело надо будет обмыть.

Джинкс потер ладони.

— Твою мать, да! Я тут присмотрел новый байк, если все срастется — сразу беру.

Тоби самодовольно ухмыльнулся и скрестил руки на груди.

— Ну давай. Ты можешь просто это признать.

— Признать что?

— Не заставляй меня говорить: «А я же тебе говорил».

Я застонала. Это ведь Тоби изначально предложил создать канал, убеждая меня, что на этой платформе можно рубить реальное бабло.

— Твоему раздутому эго только этого не хватало для полного счастья.

Он среагировал мгновенно: подхватил меня на руки и поволок обратно к воде.

— Что-что ты там говорила?

— Только посмей! Я вышвырну тебя из доли, а в твой шампунь налью розовую краску.

— Ты только грозиться умеешь, ты никогда так не поступишь.

Я со всей дури ущипнула его за бок.

— Ай! Блядь, женщина!

Я крутанула пальцами его кожу.

— Поставь меня на землю, или следующий щипок будет за сосок.

— Черт! — Тоби практически швырнул меня на траву у берега. — Это уже запрещенный прием.

Я выдала самую невинную из своих улыбок.

— Кто, я? Да я бы никогда в жизни так не сделала.

Джинкс закинул руку Тоби на плечи.

— Чувак, тебе пора бы уже запомнить, что в этой мелкой пигалице дури хватит на троих.

— Вот именно, — буркнула я.

— И как я мог забыть? — Тоби убрал руку Джинкса, опустился передо мной на одно колено и взял меня за руку. — О, великая и грозная дева, молю, прости меня.

Я едва сдержала смешок и повернулась к Калле.

— Он что, опять переиграл в свои дурацкие ролевые игры?

Она прыснула.

— Скорее всего. Он вечно в чем-то зависает.

— Эй, так нечестно! — завозмущался Тоби. — Двое на одного.

Я выдернула руку из его ладони.

— Сам виноват, не хрен быть идиотом.

— Грубиянка, — проворчал он.

Джинкс нагнулся за кейсом от дрона.

— Ладно вам, безумные детки, шевелите поршнями, пока солнце не село.

— Мне только надо переодеться во все сухое. — Я подтащила свой рюкзак, расстегнула молнию и принялась искать нужные вещи.

— Тебя прикрыть полотенцем? — спросила Калла.

— Ага, спасибо. — Какое-то время мы крутились только втроем: я, Джинкс и Тоби. Парни видели меня в самых разных стадиях раздетости, и мне, честно говоря, было абсолютно насрать. Но иметь девчонку в компании все-таки приятно.

Мы зашли за выступ скалы, который образовывал что-то вроде естественной ниши. Калла подняла полотенце, а я принялась неуклюже стягивать мокрый купальник и шорты.

Калла молчала. Вообще для нее это нормальное состояние, но сейчас в воздухе повисла какая-то особая, тяжелая тишина.

— Все нормально?

Она кивнула, прикусив губу.

— Да так, задумалась. В следующий раз я тоже хочу прыгнуть.

Я натянула майку поверх спортивного топа.

— Уверена, Тоби и Джинкс придумают крутой концепт для видео с парным прыжком.

Калла улыбнулась.

— Я тоже уверена.

— Только тебе надо будет пару раз потренироваться перед чистовым прыжком. Если хочешь, можем приехать сюда вместе.

— Правда? Было бы круто.

— Просто скажи, когда тебе удобно. — Я натянула сухие носки и обула ботинки, в которых поднималась к скалам. — Готово.

Калла опустила полотенце и аккуратно сложила его квадратом.

— Держи.

— Спасибо. — Я запихала его в рюкзак и закинула лямки на плечи. Выйдя из ниши, я направилась по тропинке к небольшому пляжу, но, сворачивая за угол, чуть не влетела в кого-то со всего маху.

Чьи-то сильные руки перехватили меня за плечи, помогая удержать равновесие.

— Простите, — вырвалось у меня, но слова застряли в горле, когда я подняла глаза и увидела знакомое лицо. — Мистер Гиббс. — Я не видела его с тех самых пор, как он припёрся в пожарную часть, пытаясь всучить мне эти свои подарки в знак благодарности.

Он выпустил мои плечи, насупившись.

— Я же просил звать меня Эваном.

Я едва сдержала желание закатить глаза. Сразу видно мужика, который привык, чтобы все плясали под его дудку.

— Хорошо. Решили прогуляться? — На нём была дорогущая походная экипировка, которая выглядела так, словно её только что достали из магазинной упаковки.

— Мне сказали, что здесь отличные места. Рад, что встретил тебя. Я как раз собирался снова заскочить к вам в часть.

Я вся подобралась, мысленно готовясь к тому, что он опять попытается навязать мне свой подарок.

— Извини, если подставил тебя с тем презентом. Я не хотел. Как насчёт того, чтобы вместо этого я пригласил тебя на ужин в знак благодарности?

Я неловко переступила с ноги на ногу.

— Я ценю ваше предложение — и вашу благодарность, — но не могу.

На щеке Эвана дернулся желвак.

— На это тоже есть какое-то дурацкое правило?

Вообще-то, прямого запрета встречаться с пациентами с вызова не было. Просто Вольф-Гэп слишком маленький городок для подобных интрижек. Да и в целом это дерьмовая идея. Таково было моё личное правило.

Эван был хорош собой: русые волосы, широкие плечи. Наверняка старше меня, где-то под сорок. И в нём сквозила та самая порода мудаков, к которым я принципиально не приближалась. Но отшила я его не из-за этого.

Каждый раз, когда я с кем-то встречалась, всё заканчивалось полным провалом. Я постоянно сравнивала их с единственным человеком, которого хотела сколько себя помнила. С тем самым, у кого были темные волосы и еще более темные глаза, которые, казалось, видели мою душу насквозь. Из-за Калдера ответ такому мужчине, как Эван, всегда будет «нет».

— Я сейчас не настроена на отношения. — И это было чистой правдой. Оставалось только надеяться, что однажды появится парень, который сможет заставить меня напрочь забыть о Калдере Крузе.