Лиза, Лиза. Пожалуйста, будь в порядке. Боже, пожалуйста, будь в порядке.

В спальне для гостей были заметны следы борьбы, как будто кто-то застал девушку врасплох, а затем быстро вывел из строя. Его взгляд метнулся от книги в твердой обложке, упавшей на пол, к опрокинутой лампе. Она боролась, но он либо накачал ее наркотиками, либо ранил. Рид осмотрел пол, кровать. Никакой крови.

Нет, нет, нет. Акселю она была нужна живой, чтобы провести этот ритуал. С ней все должно было быть в порядке.

По крайней мере пока.

Он чувствовал, как время тикает, словно гигантские пульсирующие часы в его голове. Время, которое рано или поздно закончится.

Рид заставил себя успокоиться и сосредоточиться. Он был нужен Лизе. И Аррин.

Потому что похоже состав персонажей был полным.

Безумец собрал своих игроков.

Со сдавленным стоном, вызванным страхом и разочарованием, Рид направился к двери, но повернул обратно, когда понял, что все еще в парадных туфлях и даже без пальто. Если он собирался присоединиться к поисковой группе и быть полезным, то ему, по крайней мере, нужны были ботинки и куртка. Он побежал в свою комнату, снял туфли и достал из шкафа пару туристических ботинок, которые не стал зашнуровывать, а просто засунул в них ноги и схватил из шкафа непромокаемую куртку. Как только захлопнул дверь, от порыва ветра с комода слетела стопка фотографий из дела.

Рид не стал подбирать их, просто перешагнул через них и направился в прихожую. Но одна из фотографий заставила его остановиться, и он обернулся, глядя на снимок с шеи одной из жертв.

Клеймо.

Каштан.

Именно там все и началось.

В лагере «Радость», в том домике, где впервые встретились пять ангелов, по ошибке отправленных в ад, рассказывая свои истории, возможно, делясь секретами, которые некоторые из них, молодые и не оправившиеся от душевных травм, могли бы вскоре забыть по мере продвижения по жизни.

Но не один из них. Один всегда помнил. Один вплетал их отдельные трагедии в общую историю, отчаянно пытаясь найти смысл в своей собственной боли.

Что-то крутилось в мозгу Рида... что-то недоступное. Он выдержал паузу, отчаянно пытаясь ухватиться за это.

Что еще они там делали? Они узнали о «Подпольной железной дороге». В его голове словно зажегся свет.

Слова Лизы всплыли в голове Риду: «У реки есть ныне заброшенный дом, где искатели свободы прятались в подземном хранилище, из которого вел туннель для отвода воды, выходящий на берег. Я представляла, как эти испуганные люди собираются там, ползут в темноту, а потом бегут по лесу в кромешной тьме, освещаемые лишь луной. Какая храбрость потребовалась бы им, какой ужас должен был быть в их сердцах, но они все равно сделали это, побежали навстречу миру, который мог не принять их, потому что решили, что свобода больше и гораздо сильнее их страха. От их историй, хоть и совершенно разных, мне тоже захотелось быть храброй».

Аксель Дрейпер и раньше исполнял другие небуквальные приказы — толкал людей на смерть, чтобы изобразить демонов, лишённых власти.

«Подземная железная дорога».

Подземное логово.

«Он думает не так, как ты. Его разум искривлен. Нужно попытаться думать, как он».

Голос Лизы зазвучал внутри него, и он проглотил панический стон.

Могли ли они ошибиться насчет неиспользуемых туннелей метро?

Нет, у них нет права на ошибку. Скорее всего, так оно и было. Но...

Ее слова повторились:

«Его разум искривлен. Нужно попытаться думать, как он».

Рид вышел из комнаты и направился на кухню, где открыл ноутбук и набрал в гугле дом, о котором упоминала Лиза.

Он сразу же нашел его, и по фотографиям дома было ясно, что он был давно заброшен, как она и говорила. Его удивило, что дом так долго пустовал и что никто не купил его, но не было времени выяснять причины.

Рид прочитал адрес вслух, чтобы запомнить его, затем схватил куртку, которую перекинул через спинку кухонного стула, и помчался к двери. Спускаясь на лифте вниз, он набрал номер Рэнсома и выругался, когда звонок переключился на голосовую почту.

Выйдя из лифта, набрал номер Зака. Звонок тоже сразу же отправился на голосовую почту. Черт! Они, вероятно, уже были под землей или были очень близки к тому, чтобы начать поиски в этих заброшенных туннелях. Это была дочь Зака, и никто не стал бы терять ни секунды. Там, внизу, не было телефонной связи. Они могли даже не пользоваться рациями, чтобы не предупредить Акселя о своем прибытии, если найдут его.

Рид отъехал от тротуара, вводя адрес старого дома в свой GPS-навигатор. Команда хороших людей прочесывала метро и улицы Цинциннати. Он был обязан сделать все возможное ради Лизы и Аррин.

Ему потребовалось двадцать минут, чтобы доехать до улицы у берега реки Огайо. Вдали мягко светились огни Кентукки, более яркие из-за отсутствия уличных фонарей в этом пустынном районе. Рид медленно ехал по темной дороге, по обеим сторонам которой росли густые деревья. Он подъехал к заросшему въезду на то, что когда-то было подъездной дорожкой, и свернул, шурша шинами по сорнякам и гравию.

Подъехав к высоким железным воротам, он остановился, вышел из машины и осмотрел большой висячий замок, прикрепленный к длинной цепи, пропущенной через прутья. Оба проржавели от времени. Этим путем ему не пройти.

Рид включил фонарик на своем телефоне, направив его на землю, и его сердце бешено заколотилось, когда он увидел свежие следы шин в грязи.

Здесь кто-то был совсем недавно.

ГЛАВА 40

Лиза медленно приходила в себя. Вокруг эхом отдавался звук льющейся воды, в нос ударил запах сырости и гнили. Голова казалась слишком тяжелой для шеи. Перед ее мысленным взором возникли образы... мужчина вошел в комнату, где она читала. Это был Аксель, теперь она это знала. Рид упоминал его имя, и она увидела некогда пухлые черты в его повзрослевшем лице. Жуткий страх, когда он бросился на нее, болезненный укол в шею.

Девушка приоткрыла глаза.

Ее взору предстала древняя стена из деревянных реек, влажная от влаги и выветрившаяся от времени, и оглядевшись, Лиза увидела, что находится в большой открытой пещере, где на металлических стульях сидели пять человек, их руки были скованы за спиной. Она медленно переводила взгляд с одного человека на другого. Все они, как и она, находились под действием наркотиков, их головы были склонены вперед. Двое людей с фотографий, которые показывал ей Рид, и... Она почувствовала, что у нее пересохло во рту.

— Аррин? — выдохнула она, но девушка не пошевелилась.

Ледяная паника наполнила вены Лизы.

Без сознания. Она просто без сознания.

Аксель привел их всех сюда. Где они находятся? И что он собирается делать? Почему?

Медленно повернув голову, Лиза увидела пятого человека, подвешенного в углу рядом с ней. Его руки были скованы цепями над головой, ноги связаны веревкой и едва касались пола. У нее закружилась голова.

Чарльз Хартсман.

Кто еще это может быть? Лиза издала тихий стон, глядя на печально известного серийного убийцу, который выглядел как более возрастная версия Рида. Из пулевого ранения в плече по его обнаженной груди стекала кровь. Взгляд Лизы переместился с кровавой раны на слово, вытатуированное над его сердцем крупным черным шрифтом: «Калеб».

Калеб?

Кто такой Калеб?

Чарльз поднял голову и уставился прямо на Лизу, его темные глаза пронзали даже в тускло освещенном помещении, единственным источником света в котором была керосиновая лампа, висевшая на крюке в стене. Ее сердце сжалось. Она не могла смотреть на него. Не могла смотреть на мужчину, который был физическим воплощением Рида Дэвиса, и ненавидеть его. Это было похоже на ненависть к части Рида, хотя она знала, что это иррационально. Но зная это, все равно не решалась встретиться с ним взглядом. Лиза зажмурилась, чтобы не смотреть на него, когда он попытался освободить руки из цепей, но они не поддавались. Ее собственные мышцы были словно налиты свинцом, но она попыталась пошевелить ногами, чтобы к конечностям прилила кровь.

О, боже. Вытащите меня отсюда.

Голова раскалывалась, когда она пыталась разобраться в ситуации. Наркотики все еще циркулировали через ее организм, делая девушку медлительной, уставшей, но все равно охваченной ужасом.

Позади нее была короткая лестница, ведущая куда-то еще ниже. Там было так темно, что невозможно было разглядеть что там находится. В противоположном углу зашевелилась Аррин, тихонько застонав. Дверь рядом с ней открылась, и вошел Аксель. Лиза увидела за его спиной лестницу, ведущую вверх. Она услышала тихий стук дождя как раз перед тем, как он захлопнул дверь, запер ее на задвижку и медленно шагнул вперед, появляясь из темноты, как чудовище из мрака. Парень был высоким, не меньше шести футов пяти дюймов. Мускулистый. Сильный. Человек, который мог легко поднять тело на несколько лестничных пролетов. И способный сбросить кого-то или нескольких людей с крыши здания. Как ее брата.

Аксель повернулся к ним, переводя взгляд с одного на другого, пока не остановился на Лизе.

— Привет, Ангел, — сказал он, мило улыбаясь ей. Девушка вздрогнула. — Я так рад тебя видеть. — Снова посмотрел на остальных. — Они скоро придут в себя. Мы подождем. Мне нужно, чтобы они проснулись для ритуала.

Ритуал?

Аксель прошел в угол, где стояли черный кейс и красная ржавая канистра. Он поднял канистру и, напевая какую-то неизвестную мелодию, обошел комнату по периметру, выливая жидкость.

Бензин. Лиза почувствовала его запах.

О, боже.

Он собирался их сжечь? Внутри нее поднялся крик.

Держи себя в руках. Рид, должно быть, уже догадался, что тебя похитили. Но даже если так, как бы он узнал, куда Аксель ее увез? Даже она не знала, где они находятся. Хотя... она огляделась.

— Дом, — пробормотала она. — Тот, о котором нам рассказывали в лагере «Радость». — Ее голос звучал хрипло, непривычно.

Аксель поднял голову.

— Точно. Я знал, что ты вспомнишь. То, что надо, Ангел. Здесь мы вознесемся. Все мы. — Он взмахнул рукой в сторону Лизы и двух других пленников.

«О, боже», — подумала она, и осознание затопило ее, — «дети, которые были со мной в домике в лагере».

— Ты узнала их, не так ли? Майло и Сабрину? Все мы снова вместе. — Его плечи опустились. — Кроме Эверетта, — прошептал он. — Но я его брат. Во мне течет его кровь. Может быть... может быть, это спасет и его.

Лиза смотрела на Майло и Сабрину, видя их не такими, какими они были сейчас, а такими, как были раньше. Тогда. Да, да, теперь она вспомнила. Майло втянула в разврат его собственная мать, а Сабрину жестоко избивал отец. Она чуть не умерла, осталась с постоянной хромотой и шрамами на коже. Родители Эверетта и Акселя погибли при случайном пожаре. Они поделились своими историями в безопасности домика в лагере. Тогда Лиза впервые рассказала о своей боли, потому что эти дети? Они понимали.

— Я читал те последние выпуски «Скорби», — вмешался Чарльз. — Только сегодня утром. Захватывающе. Похоже, я играю демона в этом далеком от Бродвея шоу?

Аксель улыбнулся, хмыкнув.

— Играешь? Вряд ли. Ты демон, Чарли, — сказал он. — Я знал, что Мими приведет тебя сюда, так и вышло.

Выражение лица Чарльза стало ледяным, но также быстро он улыбнулся.

— Не лги. Ты бы сам хотел убить своего деда, не так ли, Аксель?

Его деда? Гордон Дрейпер? Убить?

Аксель ненадолго замолчал, пока бензин капал из канистры, которую он держал в руках, образуя лужицу на полу.

— Я рад, что он мертв. Но, — он покачал головой, — нет, я хотел заполучить высшего демона. Тебя. Того, кого они так и не смогли поймать. Того, о ком мой дед говорил: «Он слишком умен для всех». Знаешь, он уважал тебя, — сказал Аксель. — Даже... восхищался.

— Поверь мне, он не был в восторге, когда я видел его в последний раз, — сказал Чарльз, скривив губы. — Не думаю, что ему вообще понравилось проводить со мной время.

— Нет, — пробормотал он. — Уверен, что нет. Но он бы все равно ревновал. Он бы завидовал тому, что я поймал тебя. Потому что у меня был козырь в рукаве. Я просмотрел ту коробку и нашел фотографию Мими. Он даже не понял, кого убил, и кто был в его саду. Мой дед никогда не запоминал имен, только крики. — Он покрутил головой из стороны в сторону, разминая шею. — Меня не было на том убийстве, но, когда я спросил его о «душистом горошке», он сказал, что она умоляла. Она умоляла его не забирать ее у маленького мальчика. Но он все-таки забрал. Он забрал ее у ее маленького Чарли. У тебя. Но, как оказалось, ты тоже был демоном.

Чарльз внезапно дернулся, и у Лизы перехватило дыхание, так как поза Акселя изменилась. Он настороженно относился к Чарльзу, даже когда тот был подвешен к потолку на цепях.

Она не понимала, о чем они говорят, но это все равно пугало ее.

Чарльз фыркнул, вернув себе то самообладание, которое, казалось, на мгновение потерял.

— Мне понравилось наблюдать за его смертью, хотя я бы предпочел, чтобы она была более продолжительной. Но... нехватка времени. — Чарльз сделал паузу, выглядя задумчивым и настолько расслабленным, насколько может выглядеть человек, висящий в кандалах. — Как оказалось, у меня есть некоторые ограничения. Нос? Ну... — Он пожал плечами, сделав небольшое движение руками, связанными над головой. — Это просто хороший штрих. Но удалять глаза? — Он покачал головой, драматично съежившись. — Вау, надо быть настоящим психом, чтобы сделать это.

— По крайней мере, я дождался, пока они умрут.

— Не так приятно, если не слышишь их криков.

— Это и делает тебя демоном.

Чарльз рассмеялся.

— Наверное, ты прав. — Он сделал паузу. — Но ты, Аксель, стал именно таким, каким он надеялся. Он был бы так горд, узнав, кого создал. Уверен, что не ты демон в этой комнате?