На мгновение она остановилась, чтобы немного успокоиться, смахнула пот со лба, прежде чем шагнуть вперед. Но когда шла по коридору, внутри у нее снова завибрировал холодок. Справа от нее находилась лестница, и Лиза услышала приближающиеся шаги. Ее сердце забилось быстрее, когда девушка сильнее схватилась за пластиковые ручки пакетов с продуктами, которые она каким-то образом держала, несмотря на страх. А может, и благодаря ему.

Ты просто напугана. Это просто жилец. В этом здании живут и другие люди, знаешь ли.

Тем не менее, быстрая ходьба превратилась в бег, когда она повернула за угол, где находилась квартира Рида… и столкнулась с кем-то, кто шел с противоположной стороны. Она тихонько взвизгнула, сердце гулко забилось в груди. Девушка отпрыгнула назад, ее взгляд устремился к... Риду.

— Привет, — сказал он, шагнув вперед и взяв ее за плечи, чтобы не дать упасть. — Я услышал лифт и вышел тебя встретить. Ты в порядке?

Лиза издала тихий, немного истеричный смешок, чувствуя себя совершенно нелепо и все еще дрожа.

— Да, я в порядке. — Она покачала головой, сжимая в руках пакеты с продуктами. — Я пошла в продуктовый магазин, а потом лифт остановился и на минуту погрузился в темноту. И я… вроде как запаниковала.

Рид нахмурился, разглядывая ее, его взгляд переместился с ее влажного лба на пакеты в ее руке, которые дрожали в такт с дрожью, пробегавшей по ее телу.

Он забрал у нее продукты, и ее плечи дернулись от нехватки веса.

— Этот гребаный лифт, — выругался Рид. — Лиза, мне очень жаль. Я позвоню в службу эксплуатации. Эти старые здания прекрасны, но в них слишком много неполадок.

— Нет, все в порядке, правда. Я... выжила. — Едва ли. Последняя дрожь прошла по телу. Она оглянулась на коридор, из которого вышла. — Мне показалось, что я слышала кого-то на лестничной клетке, — сказала она, поняв, что там никто так и не появился.

Взгляд Рида быстро пробежал по ее лицу, затем мужчина обошел ее и подошел к двери на лестничную клетку, открыл ее и посмотрел вниз, а затем вверх. Повернувшись, направился к ней.

— Никого. Должно быть, кто-то шел на другой этаж.

Лиза кивнула и выдохнула, стараясь казаться спокойной, пока Рид вел ее в свою квартиру, где они прошли на кухню, и он поставил пакеты на пол.

— У меня есть ингредиенты для приготовления жаркого, — сказала она. — Надеюсь, тебе понравится.

Мужчина кивнул, одарив ее едва заметной улыбкой, и снова скользнул по ней взглядом, словно оценивая, действительно ли с ней все в порядке.

— Давай я быстро схожу в душ и помогу.

Через несколько минут он вернулся в комнату, засучив рукава рубашки и держа в руках папку, которую положил на стойку. «Должно быть работа», — подумала она.

Пока они вместе нарезали овощи и готовили ужин, Лиза расспрашивала его о том, как прошел день, и рассказала о своем. Она сходила в спортзал, где была членом клуба, поплавала в бассейне, а затем воспользовалась сауной. Вернувшись, устроила себе послеобеденный сеанс Netflix. Она старалась казаться веселой, когда рассказывала об этом, но Рид, поставив на стол две тарелки, понимающе улыбнулся ей.

— Ты это ненавидишь, да? Сидеть без работы?

Она вздохнула, открывая бутылку вина, и посмотрела на него.

— Да. Ненавижу. Но знаешь, это хорошая практика для меня. Я никогда... не наслаждалась своей собственной компанией, наверное. Так что рассматриваю эту неделю как... терапию. Ты же знаешь, как я люблю самолечение, — сказала она, с дерзкой улыбкой протягивая ему бокал с вином.

Рид усмехнулся, отхлебнул вина и наклонил голову, приподняв бровь.

— У меня есть кое-какие личные соображения на этот счет.

Их взгляды на мгновение задержались. У нее возникло желание извиниться перед ним за ту ночь, но это было неловко, да и не время. Лиза отвернулась и подошла к плите, где готовила еду, и поставила на стол миску с курицей и овощами и миску с коричневым рисом.

Они сели и принялись за еду, немного поболтали об обыденных вещах, и это было приятно. И так нормально, буднично и абсолютно все, чего так жаждала Лиза в своей жизни.

«Я так легко могу влюбиться в тебя, Рид Дэвис», — подумала она, и, хотя за этой мыслью последовал укол страха, в ней промелькнуло что-то еще. Счастье? Надежда? Она не была уверена. Это было новое чувство, которого Лиза никогда раньше не испытывала.

Рид отпил глоток вина и встал, потянувшись за папкой, которую оставил на стойке.

— Не хотелось бы начинать разговор об этом проклятом деле дома, — сказал он, открывая папку, — но мне нужно показать тебе пару фотографий. Возможно, ты узнаешь этих людей.

— Хорошо. Кто они?

— Майло Ортис и Сабрина Макфи. Это люди, которые нашли двух жертв убийства.

— О. Ладно. — Другие бедняги, которые, ничего не подозревая, наткнулись на безглазые трупы. — Ты думаешь... мы как-то связаны?

— Я не знаю, — сказал он, протягивая две фотографии через стол. — Это просто догадка, которая может не подтвердиться.

Лиза кивнула, положила две фотографии рядом и посмотрела на мужчину лет тридцати, красивого, со светло-коричневой кожей и ореховыми глазами, и женщину примерно того же возраста с каштановыми локонами длиной до плеч и глубокими карими глазами. Она наклонила голову, несколько мгновений разглядывая их.

— Они выглядят... смутно знакомыми. — Она подняла руки и помассировала виски. — Может они были пациентами «Лейксайда» в какой-то момент?

— Я так не думаю, пока это не подтверждено.

— Хм, — выдохнула она. — Да, в них определенно есть что-то знакомое. Но нет, прости. Я не уверена, что когда-нибудь встречала их. Может, они пользовались услугами психиатрической службы?

— Возможно, — сказал он. — Есть подтверждение, что по крайней мере у одного из них было... трудное прошлое.

Ее взгляд на мгновение задержался на нем. По выражению его глаз она поняла, что слово «трудное» сильно преуменьшает значение того, что имел в виду Рид. Лиза подвинула фотографии обратно через стол.

— А может это просто небольшое сообщество, состоящее из тех, кто пользуется услугами в области психического здоровья. Как правило, вы встречаете одних и тех же людей, слышите одни и те же имена, даже проходите мимо одних и тех же лиц, независимо от того, сталкиваетесь вы с ними напрямую или нет. Возможно, это оно.

Рид взял фотографии и положил их обратно в папку.

— Да, возможно. Надо посмотреть, что еще мы можем о них узнать.

Они убрали посуду, и Лиза взяла бутылку вина и вопросительно подняла ее.

— Нет, спасибо, — сказал он. — Вообще-то, я сейчас все уберу, а потом спущусь в спортзал. Мне нужна тренировка. — Он улыбнулся и потер глаза.

Парень выглядел усталым. И наверняка так и есть. Рид почти круглосуточно работал над текущим делом «Пустоглазого убийцы». Она почти не видела его в последние несколько дней. Вероятно, он тоже был расстроен, ему нужно было выплеснуть энергию. Внезапно девушка почувствовала себя неловко. Взяла со стола их тарелки и подумала, что, если бы ее не было рядом, возможно, он выбрал бы другой способ выплеснуть энергию. Может, пошел бы в ближайший бар, подцепил женщину... но... нет. Только не он. Не Рид Дэвис. Это был ее образ действий. По другим причинам, нежели для того, чтобы выплеснуть энергию, но все же.

— Давай я все сама уберу, — сказала она. — А ты иди.

— Нет, это займет всего несколько...

— Серьезно, я справлюсь, — сказала она, положив руку на его обнаженное предплечье.

Он взглянул на нее, словно тоже мог почувствовать жар, проходящий между их кожей. Его глаза встретились с ее глазами и задержались на мгновение.

— Хорошо, — сказал он. — Спасибо.

Лиза вернулась на кухню, радуясь возможности чем-то занять руки. Она загружала посудомоечную машину, пока Рид ходил переодеваться, и через несколько минут он появился на кухне в толстовке и спортивных шортах, со спортивной сумкой в руке.

— Я включу сигнализацию. Увидимся через некоторое время.

Она повернулась и улыбнулась.

— Хорошо. Удачной тренировки.

Лиза слушала, как парень набирает код сигнализации, а затем повернулась к раковине и положила руки на край. Она тоже чувствовала себя напряженной. Зажатой. Разочарованной. Решением проблемы для нее всегда было погрузиться в работу, сначала в школе, а потом, когда она начала свою карьеру, в больнице. А теперь ее временно лишили страховочной сетки. Ей не разрешили взять с собой домой ни одного дела, а без них единственное, что она могла сделать, это выйти в интернет и изучить клинические методы лечения психопатологии... возможно, почитать новые психологические журналы...

Но она имела в виду то, что сказала Риду — ей нужно было попрактиковаться в том, чтобы оставаться наедине со своими мыслями. Это тоже была форма терапии, и очень важная. Ей нужно было почувствовать себя в безопасности в собственной голове. И, честно говоря, совсем не хотелось изучать последние опубликованные работы по психологии. Она не знала, чего ей хочется.

— Потому что, — пробормотала Лиза, — ты не знаешь своего собственного разума. — Что подтверждало ее слова. — Уф.

Она взяла полотенце, лежавшее на стойке, высушила руки и отложила его в сторону. Может, стоит просто лечь в постель и попытаться прочитать один из романов, которые стоят на книжной полке Рида в его гостиной?

Лиза прошла в комнату через холл, где внимательно осмотрела полки и, наконец, выбрала что-то похожее на триллер. Улыбнулась, возвращаясь в комнату для гостей. Риду так нравились криминальные головоломки, что он даже читал вымышленные истории об их разгадывании.

Устроившись поудобнее на кровати, Лиза открыла книгу и начала читать. И удивилась, услышав, как открывается дверь и выключается сигнализация. Взглянув на часы, она увидела, что уже девять вечера. Девушка села, подумала о том, чтобы выйти в коридор и поздороваться, но зачем? Она не хотела все время путаться у него под ногами. Возможно, ему хотелось побыть одному после возвращения из спортзала. Возможно, у него вошло в привычку делать записи по делу и, сидя на диване с бокалом напитка, просматривать их. Как бы то ни было, было уже поздно, и она начала уставать.

Лиза отложила книгу и пошла в ванную, где умылась и почистила зубы, а затем надела чистую ночную рубашку. Откинув покрывало, забралась под него и снова взяла в руки книгу. Через минуту из коридора послышался звук включенного душа, и Лиза опустила книгу, бросив взгляд на стену, по ее телу разлился жар, когда она представила, как Рид снимает спортивную одежду и входит под струю воды. Между ног покалывало, а соски напряглись под тонкой тканью ночной рубашки. Лиза нахмурилась, глядя на закрытую дверь в противоположном конце комнаты, ее охватили удивление и неуверенность. Ей удалось достаточно расслабиться во время секса, чтобы ее тело реагировало на прикосновения, но она не могла припомнить, чтобы возбуждалась от одной мысли. Небольшая улыбка тронула ее губы, а в душе разлилось чувство, не похожее на удивление. Томление.

Что бы он сделал, если бы она присоединилась к нему в душе?

Еще одна дрожь пробежала по ее нервным окончаниям.

Конечно, она бы этого не сделала. Она не могла. Ведь Рид ясно дал понять, что быстрый секс в душе или ином месте не обсуждается. Девушка перевернулась, снова взяла в руки книгу, прочитала три слова и положила ее на место.

Вода выключилась, и Лиза напрягла слух, чтобы услышать его, но единственным звуком, отдававшимся внутри нее, было отрывистое биение ее собственного сердца. Она не могла его услышать, но, боже, она могла почувствовать его.

Дело в том, что... Рид не сказал, что секс полностью исключен, он сказал, что хочет от нее большего. И в этом то и заключалась проблема. Лиза прикусила нижнюю губу между зубами, задумавшись.

Она так упорно пыталась преодолеть свое отвращение к прикосновениям. Потом даже начала получать удовольствие от секса, пока он был временным и анонимным, хотя Рид был первым мужчиной, который довел ее до оргазма во время полового акта. Но она никогда не могла вступить с кем-то в слишком близкие отношения, потому что это привело бы к раскрытию всевозможных истин о ее прошлом и о том, кем она была.

А потом появился Рид. Мужчина, который знал о ее прошлом и каким-то чудесным образом принял и захотел ее. Который убеждал ее использовать свое прошлое во благо.

Лиза села в постели.

Она не знала времени, когда у нее не было секретов. Стыда. Всегда думала о своем прошлом как об особом виде одиночества, и так оно и было. Но это была и сила. Лиза делала все эти вещи, какими бы ужасными они ни были. Невыразимыми. То, что другие, возможно, не смогли бы сделать. Она делала их, чтобы выжить. Чтобы жить. И ей не нужно было выражать их словами для кого-то другого, но внутри себя она должна найти способ прикрепить их к своему сердцу, не как непробиваемый щит, а как знак мужества. А может, и чести, ведь многие из них она сделала из любви.

Лиза спустила ноги с кровати, сделала глубокий вдох и прижала руку к груди, чувствуя, как дыхание поднимается из глубины ее тела и выходит наружу. Она услышала, как открылась дверь ванной, а затем шаги Рида по коридору в сторону кухни.

Ты готова? Это потребует мужества — совсем другой тип путешествия во тьме.

Да, если он будет со мной.

Она хотела этого. Хотела его. Больше, чем когда-либо чего-либо в своей жизни. Радость трепетала внутри и казалась эфемерной, хрупкой. Ей хотелось схватить ее, прижать к себе. Лиза боялась, так боялась, что она исчезнет.

Девушка поспешила к двери, быстро открыла ее и целеустремленно направилась к Риду. Она не смела колебаться, не смела дать себе шанс все переосмыслить.

Когда завернула за угол и вошла в кухню, у нее слегка перехватило дыхание. Рид стоял у раковины со стаканом воды в руке, на нем не было ничего, кроме очередных спортивных шорт. Она окинула взглядом его обнаженную грудь, и ее лицо покраснело, когда она встретилась с ним взглядом.