— Меня зовут Гейдж, — представился он.

— Я знаю. Прочитала надпись на карте.

— Хорошо. Как зовут тебя?

— Рори.

— Рори, — повторил он, словно пробуя имя на язык, как новый восхитительный вкус. Мои внутренние мышцы сжались, как будто он только что использовал свой язык каким-то чрезвычайно приятным способом.

Я рассмеялась, чтобы снять внезапное напряжение.

— Ага. Вот и все.

Его улыбка внезапно сменилась замешательством, за которым быстро последовала тревога.

— Рори, что-то горит?

— Вот черт! — закричала я, поворачиваясь на пятках и убегая на кухню. Я снова закричала, когда распахнула дверь, ощутив неприятный запах дыма и жженого сахара. — Хватай огнетушитель! — крикнула я Гейджу, который шел за мной по пятам, и указала рукой на стену слева от нас.

Я выключила духовку и открыла дверцу, закашлявшись и отвернувшись, когда из нее вырвалось облако дыма. Я схватила поднос рукавицей, вытащила его и с грохотом швырнула на стойку справа от себя.

— Отойди в сторону, — приказал Гейдж, я так и сделала, прежде чем он воспользовался огнетушителем, чтобы потушить горящие кексы.

Мы оба стояли там, тяжело дыша и размахивая руками, чтобы разогнать остатки дыма, и смотрели на обугленные остатки испорченных пирожных, о которых я забыла. Я закрыла лицо руками и застонала.

— Эй, все хорошо, что хорошо кончается, — сказал Гейдж, стоявший рядом со мной. — Можешь приготовить еще порцию.

Я опустила руки.

— Терпеть не могу выпечку, — пробормотала я. Слава богу, что я — или, скорее, Гейдж, — вовремя заметили это, так что мне не пришлось вызывать пожарных на помощь. Снова.

Гейдж отложил огнетушитель и скрестил руки на груди, изучая меня.

— Послушай, я понимаю, что они твои тезки, — он подмигнул мне, и я не смогла сдержать улыбку, — но ты не думала о том, чтобы... совсем отказаться от выпечки?

— В заведении под названием «Пирожные и эль»? Это неприемлемо, — настаивала я. — Подожди. — Мой рот открылся от обиды, и я повернулась в его сторону, скрестив руки на груди. — Ты пробовал мои пирожные, и они тебя... разочаровали, Лига Плюща?

Гейдж рассмеялся, в его глазах заплясали веселые искорки, и у меня в груди снова появился этот дурацкий трепет.

— В твоих пирожных нет ничего разочаровывающего, Пирожное. — Он прищурил один глаз, как будто внезапно погрузился в глубокие раздумья. — Но, знаешь, — он указал на все еще тлеющую кучку черного пепла на столе, — эта выпечка слишком обычна. Возможно, нужно расширить ассортимент.

— Я не уверена, что понимаю тебя.

— Ты предпочла бы крабовые пироги десерту?

— Крабовые пироги?

— Верно. Можно приготовить в любом виде. Крабовые оладьи с пармезаном. Чипотле, лимонная цедра. Вы также можете использовать разные виды крабов... королевского краба, голубого краба. Возможно, стоит попробовать и лососевые пироги. Существует сотня различных рецептов, и все они могут быть практически одинаковыми, за исключением небольшого дополнения, которое изменит сочетание вкусов суши и моря. Это было бы легко для кухни. Или вы могли бы попробовать разные виды айоли...

— «Сочетание вкусов суши и моря»? Это довольно поэтично, Лига Плюща.

Он улыбнулся.

— Может быть, это подойдет для таверны, посвященной Шекспиру? — он оперся бедром о стойку. — Меню создает настроение в целом. Еда — это необходимость, но это также и большое удовольствие. Люди сближаются вокруг нее, благодаря ей заключаются сделки, она обеспечивает комфорт и может быть лекарством как для тела, так и для души.

Я на мгновение уставилась на него.

— Ого. Ты что, какой-то первоклассный шеф-повар?

Он рассмеялся, при этом выглядя слегка смущенным, как будто не собирался проявлять такой энтузиазм по поводу закусок. Мне нравилось наблюдать, как его глаза наполнялись искрой, которая появлялась в них, когда он говорил, хотя я не могла понять, что так оживило его, ведь мы только познакомились.

— Извини. Нет. Но я с детства любил готовить. Большую часть дня я работаю с электронными таблицами, но кое-чему на кухне научился сам. Суть в том, что все любят крабовые пироги, а с ликером они сочетаются намного лучше, чем... морковный пирог.

Я невольно рассмеялась.

— Я дала тебе красный бархат.

Его глаза расширились, а губы слегка скривились.

— Это был не красный бархат.

— Это был он!

Он казался глубоко огорченным.

— В нем был изюм.

— Он делает его особенным.

— О, это определенно так.

Я фыркнула.

— Смотри, Лига Плюща.

Он ухмыльнулся.

— Как насчет того, чтобы я показал тебе быстрый рецепт? Держу пари, они будут продаваться лучше, и ты избавишься от крючка выпечки.

Я смерила его взглядом.

— Это твой способ загладить свою вину за тот комментарий о забегаловке? Нам не нужен твой рецепт из жалости.

— Это был бы не рецепт из жалости. И в моих словах о забегаловке я совсем другое имел в виду. — На мгновение он задумался. — Я хотел сказать, что ваше заведение — это место, где вы можете чувствовать себя комфортно, оставаясь самими собой. Люди в таких барах, как этот, искренние, отзывчивые и не важничают. Поверь мне, когда говорю тебе, что у меня перехватило дыхание, когда вошел сюда, и ощутил, что делаю глубокий вдох. Это чувство только усилилось по мере того, как я проводил здесь больше времени.

— Ладно, это был хороший ответ, — признала я. — И все же, ты, должно быть, устал. Дальше по улице тебя ждет ночлег.

Он пожал плечами, выражение его лица было загадочным. Я желала, чтобы он остался и научил меня готовить крабовые пироги. Хотела увидеть, как он смеется, и удивление на его лице, когда я скажу что-то, чего он явно не ожидал. Понимала, что принимала неверные решения, когда дело касалось мужчин. Я знала, что для такого мужчины, как этот, я была бы всего лишь развлечением на один раз. Но он приехал в город всего на одну ночь. Никаких ожиданий. Никаких обещаний.

— Да, у меня есть ночлег дальше по улице, — ответил он. — С тремя храпящими пьяницами в комнате. — Он улыбнулся, но улыбка быстро исчезла. — Я бы хотел научить тебя готовить крабовые пироги, если позволишь. Никаких обязательств. Просто хочу поблагодарить тебя за то, что помогла нам выпутаться из затруднительного положения.

— Это была просто помощь. Я вроде как сделала это без какого-либо намека или умысла.

— Я знаю.

Я рассмеялась, внезапно почувствовав себя немного застенчивой. Когда я взглянула на него из-под ресниц, он наблюдал за мной пристальным взглядом, который говорил мне, что, если я встану на цыпочки и поцелую его, он поцелует меня в ответ.

Крабовые пироги, Рори. Только крабовые пироги.

— Хорошо, тогда научи меня своим рецептам приготовления крабовых пирогов. — Я подняла палец. — Но только если на этот раз ты позволишь мне угостить тебя выпивкой.

Он ухмыльнулся.

— Полностью с тобой согласен.

Он последовал за мной обратно к бару, где я открыла бутылку красного вина, налила два бокала и протянула ему один. Мы чокнулись.

— За Эрнеста Буффалобима, — произнес он.

Я рассмеялась.

— Лучшего продавца светильников в Мад-Галч.

Когда мы вошли на кухню, у задней двери внезапно послышалось царапанье. Гейдж вопросительно посмотрел на меня. Я поставила бокал с вином на стол и поспешила к холодильнику, откуда достала стопку упаковок с едой на вынос, которые приготовила к концу смены.

— Подожди, — сказала я. — Это займет всего секунду.

Я вышла из кухни и направилась к задней двери, где скребущиеся звуки становились все громче.

— Подожди, подожди, — проворчала я, поворачивая замок и открывая тяжелую дверь. Я мгновенно расплылась в улыбке, когда опустилась на колени, чтобы поприветствовать голодных посетителей, и поставила контейнеры на пол.

Все четыре собаки бросились ко мне, шмыгая мокрыми носами и целуя по-собачьи, а я смеялась.

— Хорошо, отойдите, и я угощу вас ужином, — сказала я, потянувшись за контейнерами. Они заплясали вокруг и заскулили, но освободили место, чтобы я могла открыть каждый бокс и поставить их на землю один за другим.

Я встала, когда они начали жадно есть, поглядывая на Гейджа, который стоял немного позади меня по другую сторону дверного проема, его губы изогнулись в легкой улыбке.

— Гейдж, познакомься с Локи, Аламо, Китнисс и Тахо, — сказала я, указывая на одного за другим.

Собаки покончили со своей едой, и Гейдж, присев на корточки, позволил каждому псу обнюхать свою руку, прежде чем осторожно погладить их. Они склонились к нему, явно пораженные, и мое сердце сильно забилось.

— Привет, ребята, — сказал он. — Должно быть, они здесь постоянные гости. — Он взглянул на меня. — Им нужны дома?

Я покачала головой.

— Нет. Я несколько раз пыталась забрать их домой, чтобы они присоединились к остальному выводку, но они все время убегали. Они предпочитают жить в доках.

— Остальные из выводка? — переспросил он, вставая.

— У меня четверо спасенных.

— А ты хочешь еще?

— Я бы согласилась, если бы они проявили хоть какой-то интерес, хотя мы с выводком живем в тесноте. После смерти мамы я получила ее дом. У меня маленький дворик. Хотелось бы, чтобы у меня было больше места, но мы справляемся. И я... ну, я люблю животных, так что... — Я пожала плечами. Дело было не только в том, что они мне нравились. Я всегда как бы... понимала их так, как, казалось, не понимали другие. Это было трудно объяснить, за исключением того, что я просто всегда инстинктивно знала, как обращаться с разными личностями, и из-за этого они, казалось, сразу же доверяли мне.

Его взгляд скользнул по моему лицу, и я не настолько хорошо его знала, чтобы понять выражение его лица.

— Моя семья сотрудничает с несколькими благотворительными организациями, которые также помогают животным.

— Знаешь что? В конце концов, у нас есть что-то общее.

— Кто бы мог подумать? — он улыбнулся, и одна из собак ткнулась ему в ногу, он засмеялся, снова опускаясь на корточки. Через несколько минут Аламо навострил уши и повернулся в другую сторону, направляясь к тому, что привлекло его внимание. Другие собаки тоже начали разбредаться, а я собрала контейнеры и заперла дверь.

Я повернулась к Гейджу, и наши взгляды встретились в тусклом свете заднего коридора. Мое сердце забилось быстрее, и я снова почувствовала то же притяжение, только, как и раньше, это притяжение было усилено чем-то, что я не могла выразить словами. Это заставило меня почувствовать смущение и легкую нужду. Это опасно.

— Ты в порядке, Пирожное? — спросил он тихо.

Я выдохнула, отрывая от него взгляд.

— Да, да, я в порядке. Давай приготовим крабовые пироги, хорошо?

Глава пятая

Гейдж

— Вот, положи это в рот. — Она приподняла бровь, прежде чем приоткрыть губы, чтобы я мог положить ей на язык кусочек крабового пирога, который я только что отрезал. Ее глаза встретились с моими, когда поднес вилку к ее губам, и она проглотила, момент был медленный, интимный и наполненный восхитительными возможностями, которые не имели ничего общего с едой.

Какое-то время я наблюдал, как она жевала, ее глаза расширились, а затем закатились вверх, когда она застонала и схватилась за край металлического стола. Иисус. На кухне было тепло, но мне вдруг стало жарко, а одежда стала слишком тесной.

— Боже мой, как хорошо. Подожди, ты правда приготовил это из ингредиентов, которые есть на этой кухне? — она огляделась. — Или ты тайком принес несколько волшебных крабовых пирогов, пока я не видела?

Я рассмеялся.

— Мне понадобились только ингредиенты, которые у тебя уже были, их всего шесть.

— И это всё? — она провела пальцем по своей нижней губе, и я проследил за ее движением. Чувствовал себя одновременно возбужденным и глубоко довольным ее реакцией на приготовленную мной еду.

— Это все, что тебе нужно, — сказал я. — Ты записала, что я делал. Ты тоже можешь это сделать. Просто заменишь шестой ингредиент, чтобы вкус пирогов был разным. Но, по сути, рецепт один и тот же. Хитрость в том, чтобы придать им идеальную золотисто-коричневую корочку, а затем подавать горячими.

Она кивнула, все еще выглядя неуверенной.

— Я, конечно, попытаюсь воссоздать это волшебство. — Она сделала глоток вина, а я поднял свой бокал и осушил его. — Спасибо, Гейдж. Было очень мило с твоей стороны найти время и провести для меня кулинарный урок.

Волна паники разлилась по моим венам, внутреннее тиканье отсчитывало время до нашего расставания. Я не хотел, чтобы все закончилось, но знал, что это должно было случиться. Я просто был здесь проездом. У меня была жизнь в Каллиопе, а очень скоро и в Лондоне. А эта девушка жила здесь, в портовом городке, где она помогала управлять семейным баром и каждый вечер возвращалась домой к разношерстной команде спасенных животных.

И Боже, я не мог поверить, что мои мысли были о том, что у нас есть хоть какой-то шанс снова увидеть друг друга, хотя, по правде говоря, я даже не знал ее по-настоящему. Меня просто влекло к ней, это было непреодолимое влечение, которое я чувствовал. Потому что ни одна другая женщина не привлекала меня так сильно... возможно, никогда. Но это было физическое влечение, и в конце концов просто физическая связь была не тем, чего я хотел. На самом деле, я дал себе зарок отказаться от этого. Я хотел большего, хотел всего. Мне нужна была женщина, искавшая того же.

Итак... это был просто кулинарный мастер-класс. Короткая вылазка с проторенной дорожки в прибрежный бар в доках, где красивая женщина заставила меня смеяться, почувствовав себя живым, и вспомнить, что я искал, а что нет.

— Пожалуйста.

Наши взгляды встретились. Она открыла рот, затем закрыла, и у меня возникло ощущение, что она тоже не совсем готова пожелать спокойной ночи.

— Ну... — она вздохнула, отвела взгляд и принялась теребить полотенце для рук, лежащее на столе рядом с ней.