Я позвонила своим дядям по поводу женщины по имени Лиз, которую моя мать постоянно упоминала в своих дневниковых записях, но они не помнили, чтобы слышали ее имя. Кем она была? И почему полностью исчезла из жизни моей матери после того, как та вернулась в Мад-Галч?

— Это собственность, которой владеет ваша компания? — спросила я. Гейдж позвонил мне ни с того ни с сего, спросив, не хочу ли я полюбоваться закатом с крыши дома, который недавно приобрела его компания. Приглашение показалось мне немного странным, но, честно говоря, к моему собственному большому разочарованию, я жаждала его увидеть, точно так же, как и тогда, когда он позвонил по поводу вечера игры в бридж, и поэтому я немедленно согласилась.

— Да. Раньше здесь был банк «Сбережения и займы Каллиопы». Он закрылся много лет назад, и его купила другая компания, но то, что они для него задумали, так и не осуществилось. В любом случае, мы получили это здание от них. — Он несколько натянуто улыбнулся. — Это фантастическое место. Мой отец планирует построить здесь отель. Другой наш отель в Каллиопе находится в нескольких милях отсюда, так что это имеет смысл. — Он вставил ключ в замок массивной деревянной двери и толкнул ее. — В любом случае, здание в плохом состоянии. Но я подумал, раз ты такая любительница заката, мы могли бы насладиться видом, пока оно еще цело. — Он взглянул на меня. — Пока мы еще здесь. — Мы оба вошли внутрь, и Гейдж толкнул дверь, которая со скрипом открылась, а затем захлопнулась с глухим стуком, который эхом отозвался в практически пустом помещении. Он улыбнулся, и, хотя там, где мы стояли, было довольно темно, я могла поклясться, что все еще видела что-то похожее на тревогу в его взгляде. Почему это старое здание заставляет тебя нервничать, Гейдж?

Я шагнула вперед, запрокинув голову, чтобы взглянуть на резной потолок и замысловатую отделку. Мраморная стойка тянулась по всей правой стороне помещения, кованые окошки кассиров с цифрами наверху отделяли места, где когда-то стояли банковские служащие.

— Это невероятно, — пробормотала я. — То, что кто-то смог сделать с таким пространством, как это. Твой отец действительно планирует снести его?

Гейдж неопределенно кивнул, массируя место на груди, как будто он растянул там мышцу.

— Ну, участок дороже, чем здание. Во всяком случае, вид… он там. Нам сюда. — Он указал на шаткую винтовую лестницу, которая вела на второй этаж, и когда я последовала за ним, то мельком увидела массивное хранилище сразу за углом.

Я втянула воздух и вместо того, чтобы подняться, направилась туда.

— Вау, — сказала я, входя. Но затем оглянулась на широко открытую дверь, чтобы убедиться, что она не захлопнется случайно и не запрет нас внутри. Эта штука была около трех футов толщиной и сделана из стали. Если мы застрянем здесь, никто никогда не услышит наших криков. Я прошла в заднюю часть, где была стена с банковскими ячейками, и провела рукой по номерам. Именно здесь настоящие сливки Каллиопы хранили свои сокровища, какими бы они ни были. — Что такого завораживающего в старых зданиях? — допытывалась я, поворачиваясь к Гейджу. — Даже когда они практически пусты?

— Истории, — сказал он, как будто уже обдумал мой вопрос и пришел к собственному выводу. — Здесь хранятся истории, о которых мы никогда не узнаем. — Он прошел вперед, присоединяясь ко мне там, где я стояла. — Но, возможно, часть из них продолжает жить как шепот в стенах, который ты можешь больше почувствовать, чем услышать.

Я склонила голову набок.

— Ну, Гейдж Бьюкенен, кто теперь романтик?

Он рассмеялся и оттолкнулся от стены.

— Я полон сюрпризов, Пирожное.

Я улыбнулась. Не стала спорить, хотя у меня было ощущение, что он был полон секретов больше, чем сюрпризов, и, возможно, тех, которые он скрывал даже от самого себя. Что за энергия исходит от тебя прямо сейчас, Гейдж?

— Нам лучше подняться наверх, если мы хотим застать этот закат.

Мы с Гейджем поднялись по винтовой лестнице и ступили на второй этаж. Все, что когда-то было здесь наверху, было снесено, и сейчас это было просто открытое пространство, разобранное до основания.

— Осторожно, — сказал Гейдж, перешагивая через отброшенную доску и начиная подниматься по второй лестнице, расположенной в задней части зала. Я последовала за ним, а затем прошла через дверь наверху, и мы вышли наружу, на мягкий летний ветерок. Я моргнула, оглядываясь по сторонам.

Это было великолепно.

Фейт обустроила очаровательную зону за своей галереей. Там было красиво и уютно, и она сказала мне, что часто устраивала там интимные вечеринки с коктейлями. Но то пространство было совсем не похоже на это.

Ох уж эти возможности.

И все же, как отец Гейджа мог этого не видеть? Какой позор разрушать что-то с такими возможностями

Каменные перила окружали всю территорию, черно-белая плитка была выложена ромбовидным узором у нас под ногами. Но сейчас не само это место, каким бы красивым оно ни было, привлекло мое внимание. Это был вид. Здание, которое когда-то служило крупным банком, было всего трехэтажным, но из-за массивных потолков внутри оно было выше окружающих его зданий и располагалось на центральной улице, прямо напротив берега. Выглянув наружу, я смогла ясно разглядеть озеро Пелион до самого городка, где причудливые коттеджи были разбросаны по воде. Озеро блестело в отблесках мандаринового заката, очертания деревьев и холмов придавали пейзажу такое совершенство, что он выглядел как картина.

— Боже мой, это потрясающе, — выдохнула я. Этот вид... это чистое волшебство.

— Красиво, не правда ли? — и я могла поклясться, что его голос слегка дрожал от... чего-то.

Я повернулась, рассматривая его, а затем огляделась по сторонам.

— Этот закат… это то, что ты хотел мне показать?

Он избегал моего взгляда, его глаза были прикованы к ослепительному небу.

— Конечно. Что же еще?

Он лгал. Это было то место, которое ему нравилось. Что ты представляешь? Во что, по-твоему, могло бы превратиться это старое здание? Какие истории, рассказанные шепотом, ты слышишь? Какую мечту ты пытаешься сдержать?

Он посмотрел на меня, та же самая энергия, которую я видела внизу, ясно читалась в его взгляде и распространялась повсюду вокруг него. У меня перехватило дыхание. Он был так красив, честно. Уверенный и мощный. Это делало его таким ярким и живым, что я не знала, как это объяснить.

Его пристальный взгляд скользнул по моим чертам, в его взгляде читалась страсть, смешанная с долей уязвимости, столь редкой на лице Гейджа Бьюкенена.

— То, как твои глаза выглядят при таком свете… — пробормотал он. — Они ослепительны. Ты ослепительна.

Выдох вырвался из моих легких, мое сердце билось так быстро, что я поднесла к нему руку, как будто могла замедлить его нажатием ладони.

— Моя мама сказала мне, что кто-то однажды описал ее глаза как канареечно-голубые, — сказала я с придыханием, снова глядя на горизонт. — Она не сказала, кто это был, но я всегда думала, что мой отец. А теперь я еще больше уверена. Именно так художник описал бы что-то, не так ли?

— Канареечно-голубой, — повторил он с ноткой удивления в голосе и чем-то, что звучало почти как облегчение. — Да. Оно идеально. Твои глаза, они канареечно-голубые, особенно при таком освещении.

Тогда я снова посмотрела на него. Я ничего не могла с собой поделать. Наши взгляды встретились, и все, что касалось Гейджа Бьюкенена в тот момент — исходящий от него жар, то, как он смотрел на меня, — вызвало у меня желание броситься в его объятия и прижаться губами к его губам. Упиваться той силой, которую он так старательно пытался сдержать, и по большей части ему это не удавалось.

Зазвонил его телефон, выдернув меня из транса.

Он тоже немного испугался, а затем вытащил телефон из кармана и взглянул на него. Его взгляд метнулся ко мне.

— Это из лаборатории.

Я сделала крошечный шаг назад, кровь в моих венах остыла по крайней мере на несколько градусов, эмоциональный туман рассеялся. Лаборатория. О Боже. Результаты нашего теста. Я сглотнула.

— Ты собираешься отвечать? — мой голос дрожал и звучал как будто из-под воды. О Боже. Вот оно. Приготовься к удару.

Гейдж втянул в себя воздух и ответил.

— Алло? — его голос звучал сухо, как будто он только что прошел десять миль под палящим солнцем пустыни. Он слушал с минуту, крепко зажмурившись. Я не могла отдышаться. — Точность на девяносто девять и девять десятых процента? — переспросил он тем же сдавленным голосом. — Это довольно точно.

Я поднесла руку к животу, удивляясь, как мой желудок умудрился завязаться в узел за последние тридцать секунд.

Гейдж снова слушал, неподвижный, как статуя.

— Спасибо. Я ценю это. Верно, да. Вы тоже. — Он повесил трубку и встретился со мной взглядом. — Рори Кастил, — прошептал он. — Ты... не моя сестра. — Затем звук, который был наполовину стоном, наполовину выдохом, сорвался с его губ, мы оба двигались так быстро, что я не осознавала, что происходит, пока мое лицо не оказалось между его ладонями, а затем его рот не оказался на моем. О, спасибо тебе, спасибо, спасибо тебе.

— Тебе пришлось сделать паузу, не так ли? Просто, чтобы помучить меня? — спросила я между поцелуями.

Боже, какой он вкусный... И когда он успел поднять меня, и когда я обхватила его ногами? Я взобралась на него за три удара сердца, и теперь мы терзали рты друг друга, постанывая, толкаясь и практически падая, когда он шел рядом со мной, предположительно двигаясь куда-то, где было мягкое место для приземления в том вероятном случае, если мы упадем.

Черт возьми, мне не нужно было мягкое место для приземления. Мне нужна была только твердая поверхность, желательно без торчащих гвоздей. Эх, я могла обойтись без гвоздей. Мне просто нужен был голый Гейдж.

— Рори, Господи, черт, твою мать, — простонал он, когда мы столкнулись с дверью, ведущей вниз по лестнице, к счастью, она открывалась с трудом, и мы не рухнули на нижний этаж.

— Есть ли здесь... место, где мы могли бы...

— Черт, — простонал он, пока я извивалась на твердой выпуклости, заполняющей его брюки.

— Да, но… — Он издал звук, который был наполовину смехом, наполовину мучительным стоном. — Не здесь. Я отказываюсь вести тебя куда-либо, кроме постели.

— Мне не нужна кровать. Помнишь бильярдный стол? У нас получился фантастический секс на бильярдном столе. Мы можем снова сделать это на полу в банковском хранилище.

Он слегка отстранился, чтобы встретиться со мной взглядом.

— Нет, Рори. Ты заслуживаешь постель. И я отведу тебя к себе. Потому что я не хочу быстрого траха на полу. Я хочу иметь доступ к твоему телу много-много часов подряд.

Я тоже застонала, по моим конечностям пробежала дрожь. Боже, я была на грани оргазма только от того, что терлась об него. Но... много, много часов? В постели? Это звучало божественно. Я скользнула вниз по его телу.

— Хорошо. Забери меня к себе, мой не брат.

Он рассмеялся, а затем распахнул дверь, и мы оба слетели вниз по лестнице, смеясь и слегка запыхавшись. Я почти не помнила дорогу к его квартире, кроме того, что на каждом светофоре он наклонялся и целовал меня до тех пор, пока я не начинала извиваться.

Он припарковался почти по диагонали на парковочном месте у своего дома, а затем потянул меня за руку, когда мы побежали к его квартире, спотыкаясь, слившись губами.

— Кровать, покажи мне свою спальню, — проговорила я, оторвавшись, чтобы глотнуть воздуха.

— Я не знаю, смогу ли я туда добраться. Я так сильно хочу тебя, — простонал он. Я почувствовала, как он наклонился и расстегнул молнию, когда мы покачнулись в одну сторону, потом в другую, и я пососала его язык, запустив руки в его волосы.

— Я тоже хочу тебя. Так сильно. Боже, я хочу тебя во мне, надо мной, подо мной. На моем теле нет места, которым я не хотела бы почувствовать тебя. — У меня везде покалывало, кровь бурлила в венах, барабанный бой потребности между ног заставлял меня чувствовать боль и отчаянное желание быть наполненной.

— Господи, детка, из-за тебя меня размажет о стену в моей гостиной.

Ему удалось расстегнуть молнию, и теперь я протянула руку между нами и вытащила его тяжелый член из отверстия в штанах, поглаживая его, когда он отшатнулся назад, ударившись о стену, а затем наклонила свою голову, чтобы он мог поцеловать меня глубже. Он по-звериному зарычал, заполняя мою руку.

— Я нуждаюсь в тебе, — сказал он, и от этих двух высокопарных слов все мое тело обдало жаром, потому что возбужденный Гейдж Бьюкенен едва мог подбирать слова, и это я сделала с ним.

— Если мы доберемся до твоей постели, я возьму тебя в рот, — сказала я.

Он практически отлетел от стены, временно ослабив хватку, и я сползла вниз по его телу, но затем он поймал меня и приподнял, пока я смеялась и снова приникала к его рту.

Он извивался и уворачивался, и мгновение спустя я издала вопль, который вновь перешел в смех, когда мы упали на его низкую кровать, и я приземлилась на него сверху. Я скользнула вниз по его телу, а затем сняла рубашку и лифчик, прежде чем опуститься на колени на пол. Он попытался сесть, но, когда я взяла его эрекцию в руку, он снова откинулся назад, застонав и схватившись за волосы.

Я воспользовалась моментом, чтобы изучить его, проведя большим пальцем по капельке предэякулята на его кончике.

— Господи, Рори. Ты убиваешь меня, — простонал он.

— Тсс, — произнесла я. В прошлый раз, когда мы были вместе, у меня не было возможности разглядеть его, и я не собиралась упускать такую возможность, хотя тоже была в отчаянии. — Ты идеален, — сказала я прямо перед тем, как наклонится и взять его в рот, проводя языком по его соленой щели. Ему не нужно было становиться идеальным.

Он был им.

Только он.

Он снова выругался, и приглушенный звук желания заставил мои соски затвердеть, вожделея его прикосновений. Я втянула его в рот, сжав твердые мышцы ног. Такой сильный, и все же его бедра дрожали под моими ладонями. Боже, это было сексуально. Я наклонилась еще ниже, контролируя его своим ртом и одновременно надавливая руками.