Я бросил на нее извиняющийся взгляд. Если бы подтвердилось, что у Рори и у меня одна кровь, я бы с удовольствием уехал в другую страну. Я бы убрался как можно дальше от нее и от чувства похоти, которое она во мне пробудила.

Она возбуждает только похоть? Нет, и это усугубило проблему.

Мой взгляд встретился с Блейкли.

— Я серьезно подумаю над этим, — пообещал я ей.

Она улыбнулась и подняла свой бокал, чокаясь с моим, как раз в тот момент, когда принесли нашу еду.

Когда мы закончили обед, я проводил Блейкли до выхода из клуба, где мы подождали, пока парковщик подгонит ее машину. Когда машина подъехала к бордюру, Блейкли обвила рукой мою талию, наклонилась ближе и приблизила свои губы к моим, высунув язык, чтобы облизать мою нижнюю губу, прежде чем отстраниться. Она наклонила голову и застенчиво улыбнулась мне.

— Я надеюсь, что все будет в порядке, — произнесла она. — И я действительно надеюсь, что ты хорошенько подумаешь — о... нас. Мы могли бы править миром вместе. — Она издала тихий, дразнящий смешок, а затем вытерла мои губы большим пальцем, прежде чем направиться к своей машине.

Я смотрел, как Блейкли садится в свой вишнево-красный кабриолет и трогается с места, испытывая искушение крикнуть ей вслед, чтобы она ехала потише, черт возьми, как какой-нибудь властный папаша.

Или старший брат.

Хотя она определенно не целовала меня как родного брата. Это было... приятно. И лишь немного странно. Но не... плохо.

Только не Рори.

Черт.

Я постоял там мгновение, чувствуя беспокойство и тяжесть из-за того, что ситуация вышла из-под моего контроля, прежде чем наконец развернуться и вернуться в клуб, чтобы кратчайшим путем добраться до расположенной позади парковки для членов клуба.

— О, привет, Гейдж.

Я потерпел неудачу.

— Миссис Беллами, — сказал я, беря Вирджинию Беллами за руку, наклоняясь и целуя ее в мягкую от пудры щеку, когда меня обдало ароматом ее духов. — Как приятно вас видеть.

— Я тоже рада тебя видеть, — сказала она, деликатно принюхиваясь, словно проверяя, нет ли алкоголя в моем дыхании. Ах да, сплетни распространялись со скоростью света. Вероятно, предположения о проблемах с алкоголем быстро переросли в предстоящее пребывание в тепленьком реабилитационном центре. Сплетни в городах, граничащих с озером Пелион, разносились быстрее ветра, даже если не соответствовали реальности, как в моем случае.

Я никогда не был поводом для сплетен ни в том, ни в другом городе. Часть меня возмущалась этим, а другая часть меня почти... наслаждалась возбуждением слухов о чем угодно, кроме того, насколько я идеален.

Ни одно из обвинений не было правдивым.

— Я слышала о твоей аварии, — сообщила она. — Я вижу, ты не сильно пострадал.

— Нет, просто повредил крыло машины. На мгновение опустил взгляд на свой телефон и… — пожал плечами, одарив ее своей лучшей застенчивой улыбкой.

— Хм. Да, текстовые сообщения и вождение — это эпидемия в наши дни. Будь осторожнее. Твои родители были бы вне себя, если бы тобой что-то случилось.

— Обязательно. Рад был вас видеть...

Вирджиния Беллами потянула меня за руку, когда я попытался повернуться, чтобы уйти.

— Я хотела кое-что сказать тебе, Гейдж, поскольку слышала, что тебя видели в компании той женщины, которая работает с Фейт Лоренц.

Эта женщина.

— Ее зовут Аврора, — произнес я, почувствовав внезапный приступ желания защитить, который явно отличался от беспокойства по поводу склонности Блейкли к превышению скорости.

Плечи миссис Беллами расправились, как будто она услышала защиту в моем тоне.

— Да, — сказала она. — Аврора. Я вспомнила кое-что с тех пор, как она появилась в моем доме. Она точная копия женщины, которая много лет назад приехала в Каллиопу откуда-то с побережья, разыгрывая всевозможные драмы в клубе «Метрополитен». Насколько я помню, она заставляла мужчин купаться нагишом в бассейне клуба. Ты можешь себе это представить? — она издала горловой звук возмущения.

Я подавил гримасу, которая грозила исказить мое лицо. Черт возьми. Она вспомнила мать Рори. И если она установит связь, кто-нибудь другой может легко обнаружить, что она не оценщик произведений искусства. Ее прикрытие будет раскрыто, и ей никогда не будут рады ни в одном доме Каллиопы.

Плюс, чем бы еще мать Рори ни занималась, пока жила в Каллиопе, она не сошлась характерами с женами членов-основателей клуба. Миссис Беллами могла быть заносчивой старой ханжой, но ее мнение имело значение в этом городе, если ты хотел преуспеть в обществе. И все же я не смог удержаться от ехидной реплики, сорвавшейся с моего языка.

— Она заставила их купаться нагишом? Как ей это удалось?

— Одному Господу известно, как женщины такого типа используют свои чары.

Именно такой тип женщин. Боже мой.

— В любом случае, — сказал я. — Аврора из Нью-Йорка. Она никогда не бывала здесь раньше. — Последняя часть, по крайней мере, была правдой. — Это сходство, должно быть, случайное.

— Я так не думаю, — сказала она с решительным кивком. — Эти глаза ни с чем не спутаешь. Как и глаза Хейлов. Как только ты их увидишь, то никогда не забудешь. — Она прищурилась. — Она вернула работы, которые я ей одолжила, с хорошей рецензией на все четыре, — сказала она. — Но я не уверена, что не происходит чего-то предосудительного. Эдна сказала мне, что Аврора обучалась у профессора Хьюго Дикстокера, но я не нашла никого с таким именем в Нью-Йорке, а при поиске мне попадались довольно сомнительные сайты.

Я издал тихий звук, который в равной степени состоял из смеха и раздражения из-за этого напыщенной зануды, прежде чем прикрыл его кашлем.

— Кажется, Аврора упоминала, что училась не в Нью-Йорке. Она стажировалась за границей, но я не могу точно вспомнить где. Швеция... или Франция, или, может быть…Трансильвания.

Миссис Беллами нахмурилась, ее взгляд переместился в сторону.

— О.

Я слабо улыбнулся ей.

— В любом случае, я уверен, что у вас есть гораздо более важные проблемы, на которых нужно сосредоточиться, миссис Беллами. Я слышал, что гольф-тур Женской лиги прошел с огромным успехом и что осенью у вас намечается еще один.

Она немного приосанилась, как я и предполагал.

— О, это был невероятный успех. Я взяла это на себя у Дотти Кавендиш, вы знаете, поскольку ей нужно было время, чтобы уладить свой, — она огляделась по сторонам и затем, понизив голос, произнесла: — развод. В любом случае, последний турнир превзошел все предыдущие годы, и я не могу представить, что правление не передаст мероприятие мне на постоянной основе.

— А. Что ж, это... здорово. Было приятно повидаться с вами. — Я повернулся, прижимая руку поближе к телу, чтобы она не смогла снова схватить меня, и быстро пошел к двери.

— И ты тоже, Гейдж, — позвала она. — Не забывай быть осторожным с...

— Вирджиния, привет! — я услышал женский голос позади себя и поспешил к двери, в то время как миссис Беллами поздоровалась и начала беседовать с женщиной, которая позвала ее по имени.

Ну, по крайней мере, я узнал, что миссис Беллами с подозрением относилась к верительным грамотам Рори. Если она искала женщину, которую запомнила много лет назад, то она также копалась в прошлом Рори. А это означало, что нам нужно было работать быстрее.

Теперь, когда я вышел через парадную дверь, мне предстояло обогнуть весь клуб до места парковки. Я выругался себе под нос. Через десять минут у меня была встреча.

Дойдя до угла, я начал поворачивать, когда заметил женщину со стайкой собак, идущую по дорожке на другой стороне улицы. Я остановился, на моем лице появилась улыбка. Рори. Она тоже остановилась, уставившись на меня, ее рот слегка приоткрылся, а выражение лица я не мог прочесть. Она выглядела немного грустной, или обеспокоенной, или… Я не был уверен. Подойдя к краю тротуара, помахал ей рукой. Она поколебалась, но затем переложила связку поводков в другую руку и помахала в ответ.

В этот момент одна из собак внезапно дернулась в сторону, и мой взгляд метнулся к существу, которое привлекло внимание собаки. Кто-то дернул Рори за поводок, и она рванула вперед, пытаясь схватиться за поводки обеими руками. Все произошло в мгновение ока. Рори бежала, все три собаки теперь были взбешены и лаяли. Та, что шла впереди — маленькая сумасшедшая в свитере от Барберри — погналась за тремя енотами, которых я опознал как мать и двух ее отпрысков.

Визжащая, царапающаяся мама-енотиха выбежала на улицу с двумя крошечными енотами позади нее, Рори едва успела натянуть поводки достаточно сильно, чтобы собаки остановились, и приближающаяся машина, из окон которой доносилась музыка, повернула за угол и сбила убегающую маму-енотиху.

Завизжали тормоза.

Закричала Рори.

Собаки продолжали лаять.

И каким-то образом, даже не осознавая, как сдвинулся с места, я оказался на другой стороне улицы, забирая поводки у Рори, когда она упала на колени рядом с неподвижным енотом.

— Срань господня! — воскликнул подросток, выпрыгнувший из своей машины, поднося руки к голове и глядя вниз на — скорее всего — мертвого енота. — Я даже не видел ее. Она появилась из ниоткуда.

Рыдания Рори усилились, когда она приложила пальцы к шее енота, очевидно, ища пульс.

— Малыши! — вскрикнула она, указывая на куст, где спрятались два крошечных существа.

О, Господи.

Я привязал все еще лающих буйных собак к ближайшему дереву.

— Тихо! — крикнул я, понизив голос. Все трое перестали лаять и легли, тяжело дыша от напряжения, вызванного тем, что они только что учинили большой погром и сделали сиротами двух детенышей-енотов.

Я присел на корточки рядом с Рори и оглядел неподвижное тело енота.

— Мне действительно, э-э, пора на работу, — обратился ко мне подросток.

Я совсем забыл, что он здесь.

— Езжай, — сказал я ему. — Это не твоя вина, и этому животному уже нельзя помочь.

Рыдания Рори усилились, и подросток съежился, попятился к своей машине, сел в нее и тронулся с места, громкие басы песни, которую он слушал, стихли вдали.

— Дети, — простонала она, слезы стекали по ее подбородку.

Малыши. Я подкрался к кусту, где они прятались, наклонился и легко поймал их, хотя они пытались убежать. Боже мой, они были маленькими.

Рори опустила голову, ее грудь вздымалась от рыданий. Мое сердце сжалось, и я почувствовал что-то похожее на панику. Сделай что-нибудь.

— Она... она... она, — всхлипывала Рори, едва переводя дыхание.

Адреналин затопил мой организм, необходимость исправить это для нее отозвалась барабанным боем отчаяния внутри меня.

Я внезапно понял, почему объявлялись войны и велись сражения, почему люди надевали доспехи, прихватывали оружие и отправлялись на вражескую территорию с единственной целью: исправить это. Я прижал к себе двух зверят, которые извивались у меня на руках и издавали пронзительные крики.

— Оставайся здесь. Может быть, их мать удастся спасти.

Голова Рори поднялась, на ее залитом слезами лице отразилась явная надежда. Эта искра надежды заставила меня перейти улицу и пройти вниз по кварталу, двое извивающихся енотов у меня на руках продолжали громко и пронзительно скулить.

Я ворвался через парадную дверь клуба, члены клуба визжали и шарахались в стороны, когда я бежал через вестибюль, а затем выскочил наружу, направляясь к теннисным кортам, где я ранее видел Истона Торреса, брата Хейвен. Одному из енотов удалось выскользнуть у меня из рук, вскарабкаться по груди и усесться на плечо.

— Что за...

— О, Боже мой!

— Гейдж, ты...

— Привет, мам! Я в порядке! Все в порядке! — успокоил я свою мать, которая стояла, разинув рот, в своем белом теннисном костюме.

Я завернул за угол, чуть не столкнувшись с миссис Беллами, которая, вскрикнув, отскочила в сторону.

— Извините, — прокричал я. — Срочно! Проходим! — Все, что я мог видеть перед своим мысленным взором, было опустошенное лицо Рори. Исправь это!

— Истон! — позвал я, когда увидел одного из парамедиков, работавших в Пожарной части Пелиона, который выходил с корта, наклонив голову и подолом рубашки вытирая пот со лба. Симпатичная брюнетка рядом с ним ахнула и схватила его за руку.

— Ты мне нужен!

Истон поднял глаза, на лице его отразился шок и некоторая доля ужаса, когда он осмотрел меня, моя грудь поднималась и опускалась от прерывистых вдохов, один енотик лежал у меня на груди, другой сумел пробраться с помощью когтей по моей щеке к макушке, где я крепко держал его другой рукой

— Что за...

— Мне срочно нужна медицинская помощь, — сказал я ему.

— Неотложная медицинская помощь?

— Да. Произошла автомобильная авария...

— Где?

— Чуть дальше по улице.

— Позвони мне! — крикнула брюнетка ему вслед, когда Истон побежал к входной двери. Я повернулся, чтобы последовать за ним, мимо смузи-бара, вокруг бассейна и через вестибюль.

— Покажи мне, где, — проговорил он, когда мы выскочили через парадную дверь обратно на солнечный свет.

Во всем этом хаосе детеныши енотов явно переутомились. Они перестали извиваться и царапаться, и я смог снять одного из них со своей головы и прижать их обоих к груди, пока мы направлялись туда, где на обочине дороги сидела Рори.

Когда мы мчались к ней, она обернулась, выражение ее лица все еще было обезумевшим, когда она отошла в сторону. Мы с Истоном оба резко остановились. Истон уставился на животное, явно ошарашенный.

— Истон — парамедик, — сказал я Рори, затаив дыхание.

— О, слава Богу, — сказала она с тихим всхлипом.

— Это енот. — Истон уставился на меня, как будто я сошел с ума.

— Да, — икнула Рори. — Ты можешь спасти ее?

— Это енот, — повторил он.

— Да, — повторил я, — мы понимаем, что это енот. Ее сбила машина, и она нужна этим малышам. Ты можешь что-нибудь сделать?