Когда я вошла в гостиную, Грегориан и магистр Найвет поднялись мне навстречу. Только теперь мне пришло в голову, что я, должно быть, выгляжу нелепо и даже неприлично в большом банном халате и с влажными растрёпанными волосами. Следовало бы одеться в платье и позволить Нари высушить мне волосы, но я так торопилась, что совершенно не подумала обо всём этом.

– Ты не послушалась и не легла в постель! – укоризненно сказал мне Грег.

По его просиявшему лицу я поняла, что он рад меня видеть, пусть даже и в халате. Распаренные в купальне щёки вспыхнули от его внимательного взгляда. Вот что это? Я никогда не страдала излишней стеснительностью, а теперь стою и краснею, как робкая девчонка.

– А где брат Микель? – спросила я, оглядевшись по сторонам.

– Отправился спать. Заклинания отняли у него силы, а из-за ран он потерял много крови, – ответил Грег. – Мы с Найветом упросили его остаться в замке до полного выздоровления. Нужно решить, что делать, если по всей округе начнут подниматься те, кто умер от чумы.

Я невольно вспомнила о жене и детях графа и внутренне содрогнулась. Надеюсь, до этого всё же не дойдёт, все вместе мы придумаем, как избавиться от проклятия!

– Хотим мы того или нет, об инциденте придётся сообщить в Академию, – задумчиво произнёс некромант и уступил мне своё место в кресле возле камина.

Грег помог мне усесться поудобнее и предложил бокал разогретого вина со специями. В гостиной царил мягкий полумрак. Рыжие язычки пламени в очаге весело трепетали, поленья тихонько потрескивали, пахло ароматным дымом и домашним уютом. Мне совсем не хотелось вспоминать о том, что произошло прошлой ночью, но я должна была рассказать всё. Не зная, с чего начать, я взглянула на графа. Он вздохнул и заговорил первым.

– Катя, о нападении мертвецов нам в подробностях поведал Микель. О том, что он встретил тебя в трактире на дорожном перекрёстке, Брат Света тоже рассказал. Но как ты там оказалась? Призрачная убийца утверждала, что тебя увёз Генрих Розен…

Мою сонливость как рукой сняло.

– Сначала он убил Мэлли! – негодующе воскликнула я.

– Фамильяра нельзя убить, Катерина, – вставил магистр. – Значит, это он отозвал Мэлли. А потом?

– А потом он сказал, что знает, кто я такая. Запер меня в своём экипаже и стал утверждать, будто я шпионю на короля Корвуса! Он показал мне портреты. Точнее, рисунки, изображающие убитого Альмода и его сестру. Сказал, что я странно похожа на них, как будто я могу быть их… родственницей. Например, дочерью Альмода. Честное слово, большего бреда я в жизни не слышала! Его не убедило даже то, что я ношу на шее камень-переводчик и не понимаю ни слова на вашем местном языке. Старик просто не стал меня слушать!

– Откуда он взял эти портреты? – недоумевающе спросил Грег. – Он что, возит их с собой?

– Да, в саквояже под сиденьем кареты!

Мои собеседники переглянулись и одновременно задали следующий вопрос:

– Но зачем они ему?!

– Я понятия не имею. Хотя нет, кое-что припоминаю! Розен говорил, что после убийства истинного короля и исчезновения его сестры все их портреты во дворце таинственным образом пропали. Может быть, старик пытается сохранить их, таская в саквояже, чтобы никто не выкрал и не уничтожил их?

– В этом должен быть какой-то смысл, – сказал граф. – Возможно, старик действительно пытался разыскать бастардов Альмода. Говорят, король наплодил их в большом количестве во времена бурной юности. Только при чём здесь Катерина?

– И почему он ни слова не говорил о своих поисках на наших встречах? – продолжил магистр.

Я пожала плечами: обо всём, что происходило в этом мире до моего появления, я знала лишь из кратких рассказов Грегориана и разговоров на встрече Тайного совета.

– Розен решил, что я проникла в замок Грега, чтобы найти доказательства заговора!

– Тогда почему он не сказал об этом открыто? – нахмурился Грег. – Зачем было красть тебя?!

– Испугался, что ты бросишься меня защищать. Он думает, что мы любовники.

Граф снова пронзил меня горячим взглядом, а смутившийся некромант поспешил к камину, чтобы поворошить угли и подкинуть свежих поленьев. Мои щёки продолжали пылать, но теперь меня переполняла решимость – хотелось раскусить вредного старикашку и понять, что он скрывает от давних друзей. Я сделала глоточек пряного вина и взяла с блюда, стоящего на маленьком столе, дольку красного апельсина. Эти фрукты здесь были с тонкой кожицей и почти без косточек.

– Мы нашли Генриха спящим в его кладовой с артефактами, – снова заговорил мой граф. – Его охранял фамильяр, но, когда мы принялись будить старика при помощи заклинаний, Феликс не стал нам мешать. Чтобы добудиться Розена, пришлось выпустить разряд молнии.

– Надеюсь, его как следует тряхнуло, – злорадно улыбнулась я. – И что же он сказал?

– Что понятия не имеет, куда вы с Мэлли подевались!

– Подлый врун. И трус. Я только не понимаю, для чего нужно было убивать… то есть отзывать кошку?

– Мэлли видела, как ты садилась в экипаж Розена, – пояснил Найвет. – Она бы рассказала об этом Грегориану. Если же дезинтегрировать фамильяра боевым заклинанием, у него стирается память последних минут в этом мире.

– Он хотел спрятать меня в своей кладовой, а чтобы я не убежала, попытался напоить меня сонным зельем. Вот только флакон в его руке внезапно взорвался, а жидкость влилась ему в рот и в нос. Не знаю, как так вышло, но предполагаю, что это сделал мой дар. Я почувствовала всплеск силы внутри, вот здесь. – И я коснулась солнечного сплетения.

Грег вскочил с места и метнулся ко мне. Его рука, унизанная перстнями, замерла в сантиметре от моей, словно граф не решался без позволения дотрагиваться до меня. Я осторожно взяла его пальцы и приложила к груди. Мне показалось, что они сейчас прожгут ткань халата и рубашки.

– Определённо, дар, – выдохнув, резюмировал Грег.

– И что же мы будем делать? – спросила я.

– Сначала ты и Брат Света должны отдохнуть и оправиться от ран. Микель поможет нам создать обереги от восстания мертвецов, а потом мы отправимся в Лерис.

– И я тоже?

– Да, я опасаюсь оставлять тебя без присмотра.

– Что ж, хороший план, – сказал магистр Найвет. – В таком случае мы с Эриком Бонде ещё раз навестим старика Розена и попробуем разговорить его. Не хотелось бы, чтобы наш многолетний союз вдруг дал трещину.

Мы ещё немного посидели, разомлев от каминного тепла и согревающего напитка. Потом магистр пожелал нам спокойной ночи и удалился, а Грег отпустил спать прислугу. Я решилась заговорить, только убедившись, что поблизости никого нет.

– У меня есть одна просьба, ваше сиятельство, – тихо произнесла я.

– Всё что угодно, Катерина! Может, ты хочешь снова проверить, как работает твой дар?

– Да, конечно, – кивнула я, – но сейчас я совсем не об этом. Мы ведь будем в столице. Дело в том, что у Амми… у девушки, которую отправили, чтобы убить тебя, осталась десятилетняя сестра. Я думаю, что нужно найти её. Девочка живёт совсем одна, если, конечно, она ещё жива.

Грег задумчиво запустил ладонь в тёмные волосы, покачал головой. Я выбралась из кресла и скользнула к графу, присела на подлокотник. Хотелось говорить ещё тише.

– Понимаю, если ты откажешь. Но тогда я попробую сама, клянусь! У меня сердце разрывается при мысли о ней. Просто дай мне возможность поискать в столице эту девочку. Ты приютил в своём огромном замке меня, неужели здесь не найдётся места для ребёнка? Или хотя бы нескольких монет, чтобы спасти её от смерти…

– Мы поищем её, Катя, – поднял голову Грег. – Девочка не виновата, что её сестра была негодяйкой.

– Спасибо, – улыбнулась я. – И спокойной ночи.

– Я провожу тебя, в коридорах темно!

– Нет, прошу тебя, я найду дорогу в свои покои сама. До завтра.

– До завтра, Катя, – с сожалением прошептал граф и проводил меня долгим взглядом.