Может, эта женщина была каким-то демоном, и наняв ее, я продал свою душу. Может, за моей бессмертной душой прямо сейчас идут адские псы.
Это звучало безумно. Но прошлой ночью идея, что бездомная женщина убьет Эми за менее чем цену шоколадки, тоже казалась нелепой. И я не имел понятия, как работает вся эта сверхъестественная хрень. Эдди бы знал. Он увлекался всеми этими Алистерами Кроули и Лавкрафтами. Он читал романы ужасов и комиксы про ангелов и дьяволов, зомби и демонов, захватывающих землю, и фанатично смотрел фильмы ужасов. Любимые RPG-игры Эдди строились вокруг библейской и языческой мифологии. Он даже играл в видеоигры с библейскими темами, такими как "Knights of Hell" и "Heroes In Purgatory". Я не знал, был ли он настоящим верующим, но он был поклонником мифологии, и это делало его самым близким к эксперту среди всех, кто у меня был.
Только когда я сунул руку в карман за телефоном и понял, что он уже в моей руке, я осознал, что уже в машине, выезжая на съезд на шоссе, не помня, как открывал дверь машины, заводил ее или выезжал с парковки. Я набрал номер Эдди.
- Йо, чувак. Я слышал про Эми. Какой-то детектив звонил мне утром и спрашивал, был ли ты со мной прошлой ночью, когда ее убили. Мне так жаль, чувак. Знаю, ты действительно любил ее и все такое. Я имею в виду, она бросила тебя, а потом это дерьмо происходит? Это лютый пиздец. Думаешь, это сделал тот парень, с которым она теперь встречается?
Во всех моих теориях про сверхъестественных бездомных женщин/демонических ассасинов, самый правдоподобный сценарий, что Эми просто связалась с неправильным парнем и он оказался серийным убийцей или чем-то в этом роде, даже не приходил мне в голову. Может, это все просто одно большое совпадение?
- Я... я не знаю, Эдди. Я имею в виду, я никогда не встречал этого парня. Но это должен быть он, да? Я имею в виду, кто еще мог бы сделать такое?
- Если только это не какой-то случайный убийца. Знаешь, неправильное место. Неправильное время. Может, это серийный убийца, который преследовал ее неделями и, теперь, когда ты не с ней каждую минуту каждого дня, подумал, что это идеальная возможность напасть.
Я почувствовал теперь знакомый мрак вины и раскаяния, который на мгновение ушел, когда Эдди предположил, что это новый бойфренд Эми убил ее, а не сделка, которую я заключил с Дьяволом, снова опустился с неизбежностью заката.
- Так ты говоришь, если бы я был с ней прошлой ночью вместо того, чтобы напиваться с вами, Эми была бы жива?
- Может быть, но это не твой выбор, верно? Она бросила тебя, помнишь?
- Да, помню.
- Слушай, это не твоя вина, чувак. Не бери это дерьмо на себя.
Я кивнул, зная, что Эдди не увидит жест через телефон. Но это было единственное признание, на которое у меня хватило сил.
- Эдди?
- Хм?
- Что ты знаешь про демонов? Я имею в виду, вроде одержимость демонами, сделки с Сатаной, этот тип вещей?
- Черт, о чем ты говоришь, чувак? Почему ты спрашиваешь меня про это дерьмо?
И я рассказал ему. Все.
- Так ты думаешь, Эми мертва, потому что ты дал какой-то бездомной тетке девяносто девять центов? Чувак, ты просто от горя сходишь с ума. Там даже не было никакой бездомной тетки прошлой ночью. Я имею в виду, только эта шлюха c дредами и ее друзья.
- Вы были заняты дракой с этими ребятами. Вы ее не видели. Она была прямо через дорогу от того места, где вы стояли.
- Там никого не было, чувак, - сказал Эдди с вздохом.
- Я видел ее, чувак! Я говорил с ней. Ей было под тридцать, выглядела так, будто прошла через ад, как будто недавно подралась. Но было кое-что еще. У нее был такой же отсутствующий, затравленный взгляд, как у моего брата, когда он вернулся из Афганистана. И она была вся избита, как будто ей только что надрали задницу, но что-то в том, как она держалась, говорило о том, что, с кем бы она ни дралась, другому парню досталось больше. Понимаешь, о чем я? У нее было все лицо в струпьях, синяк под глазом, отсутствующий зуб и глубокие морщины, как будто она слишком долго была на солнце. Я имею в виду, она выглядела ужасно, но в ней все равно было какое-то высокомерие. Как будто она была лучше меня, хотя это она там попрошайничала. И у нее была маленькая картонная табличка, на которой было написано просто "один доллар".
- Я тебе говорю, чувак. Ты прошел через дорогу и стоял там, выглядя так, будто собираешься блевануть. Я подошел и забрал тебя. Мне пришлось поддерживать тебя, чтобы ты мог пройти обратно через дорогу. Там никого с тобой не было. Ты не продавал свою душу, чтобы убить Эми, чувак. Это просто твое горе, шестнадцать или семнадцать банок пива, и шесть шотов "Джагермейстера".
Он, вероятно, был прав, но мне нужно было увидеть это самому. Я повесил трубку, как раз когда подъезжал к первому съезду в центре. Тогда я увидел ее дикие красные глаза и избитое, покрытое шрамами лицо в зеркале заднего вида.
- Так кто следующий?
Я закричал и дернул руль, почти вылетев машиной на обочину съезда. Мой первый инстинкт был нажать на тормоза, что точно привело бы к тому, что моя маленькая "Хонда" получилa бы удар сзади на шестидесяти пяти милях в час. К счастью, мне удалось удержать машину ровно. Мое сердце теперь гремело в груди, и я чувствовал теплое влажное пятно, распространяющееся между ног.
- Что, блядь, ты делаешь в моей машине?!
Она выглядела точно так же, как прошлой ночью на Шестой улице, только теперь на ее лице и шее были царапины, глубокие борозды, сквозь которые виднелись красные жилы мышечной ткани. На губах и щеках у нее были красные пятна, как будто ее окунули лицом в вишневый пирог. Она выглядела как растрепанный клоун, раскрашенный кровью.
- Я здесь за следующей целью. Я разобралась с той шлюхой для тебя. Кто следующий?
Я закрыл глаза и покачал головой, но жуткое существо оставалось, ухмыляясь мне с заднего сиденья с тем же самодовольным выражением.
- Ты действительно у-убила ее? Я просто шутил! Я был пьян и зол. Не думал, что ты это сделаешь!
Она нахмурилась, затем хлопнула меня по затылку.
- Конечно, я убила эту мелкую пизду. Это то, за что ты мне заплатил, не так ли?
- Заплатил тебе? Нет! Нет! Нет, я просто шутил! Это была просто чертова шутка! Я имею в виду... это было всего девяносто девять центов! Я не имел в виду этого. Не хотел, чтобы ты... О, Боже... О, Боже!
Я потер затылок. Эта женщина была сумасшедшей, убийцей, и я был один с ней в моей машине. Я не мог представить много сценариев, где это закончится для меня хорошо. Я на мгновение подумал выпрыгнуть из машины.
- Да, ты хотел. Ты надеялся, что я это сделаю. Ты хотел, чтобы эта сучка умерла, и теперь она мертва. Так кто следующий?
- Никто! Это все! Это закончится прямо здесь!
Ее костлявые пальцы обхватили мое горло. Длинные ногти, черные от грибка, некоторые сломанные или неровно обгрызенные, впились в мою кожу, когда она сжала мою трахею. Боль была мгновенной, как будто я проглотил горящий уголь. Мои легкие боролись за кислород. Я задыхался и кашлял. Пятна плясали перед глазами и стекали слезами по щекам, пока я одной рукой пытался удерживать машину на дороге, а другой оттягивать ее искривленные когти от горла.
- Это то, что ты думаешь? Думаешь, это дерьмо кончилось? Ты и я, у нас теперь отношения.
Ее смех был громким хихиканьем, заполняющим машину, как будто шел через звуковую систему. Она отпустила меня, и я вдохнул воздух, который обжигал путь вниз. Я начал кашлять снова. Слезы хлынули теперь в жалком потоке самоуничижения. Я рыдал открыто, напуганный за свою жизнь.
- Но... у нас была сделка! Ты должна была убить Эми, и на этом все!
Бездомная женщина улыбнулась, самодовольная ухмылка разорвала ее окровавленный рот, как открытая рана.
- О, но разве ты только что не сказал, что не хотел, чтобы она умерла?
- Ладно! Я хотел, чтобы она умерла. Но это все. Ты сказала...
- Я сказала, что буду убивать для тебя, и буду, каждый день, всю оставшуюся твою жизнь. Моя цена была девяносто девять центов; цена, за которую ты торговался, и ты заплатил. Теперь я твой личный ассасин. Просто укажи мне цель, и я начну работать.
- Я не хочу, чтобы ты убивала кого-то еще! Я просто хочу, чтобы это закончилось!
Женщина снова наклонилась вперед и схватила меня за волосы, дернув голову назад и прошептав мне на ухо хриплым рыком, от которого по спине побежали мурашки:
- Это не закончится, пока мне некого будет убивать, и тебе лучше надеяться, что этот день не настанет... ради твоего же блага.
Слезы и сопли оставили след на моем лице. У меня больше не было стыда.
- Пожаааааааалуйста! Пожалуйста, просто уйди!
Я заплакала.
- Тогда дай мне следующее имя!
И я дал.
Она велела мне свернуть на Вторую улицу и высадить ее. Я пытался умолять ее в последний раз не делать этого, но она отвесила мне пощечину, от которой у меня разбилась губа, разбился нос и брызги крови, соплей и слез растеклись по приборной панели. Затем она направилась в парк Зилкер. Она остановилась и прошептала через плечо, шепот, который для моих ушей прозвучал как крик:
- Я вернусь завтра за следующим именем.
Нет-нет-нет-нет! Нет!!! Этого не может быть. Этого просто, блядь, не может быть!
Я несколько раз ударил по приборной панели, затем просто сидел в машине, рыдая, как младенец, но ни одна из этих слез не была для Эми или для моего - тупой задницы - босса, который будет мертв к утру. Прямо тогда и там я решил, что следующее имя, которое дам ей, будет ее собственное. Я не знал, как ее зовут. Я не потрудился спросить, но я просто скажу ей убить себя, и она должна будет либо подчиниться, либо нарушить какой-то контракт, который, как она верила, был у нее со мной. Тогда это закончится. Я буду свободен, и моя жизнь вернется к норме. По крайней мере, я надеялся, что это будет так просто. Должно быть. У меня не было другого плана.
Я развернул машину, не зная, куда направляюсь. Через несколько минут я въехал на парковку под мостом недалеко от Шестой улицы. Оттуда, где я припарковался, я мог видеть место, где впервые встретил бездомную женщину прошлой ночью. Там было три копа, фургон с надписью "Медицинский эксперт" на боку и четыре или пять других парней, один фотографировал, один упаковывал улики, а остальные просто ждали, толпясь возле них. Место было огорожено желтой полицейской лентой, и небольшая толпа начала собираться с другой стороны.
Два парня в синих комбинезонах с надписью "M.Э." на спине прислонились к темно-синему фургону коронера, держа в руках мобильники, постукивая ногами и неоднократно закатывая глаза, вздыхая и проверяя несуществующие часы. Очевидно, что бы ни делали копы, они делали это недостаточно быстро.
Кого убила эта сумасшедшая сука на этот раз? Не могла же она уже убить моего босса?
Но я был уверен, что то, что привело фургон коронера на это место, имело какое-то отношение к “моему личному убийце”. Мне стало плохо. Ноги дрожали, когда я вышел из своей маленькой "Хонды". На передке моих штанов было пятно от того, как бездомная женщина напугала меня до поросячьего визга. Как бы сильно я ни хотел забраться обратно в машину и уехать далеко, в другой город, в другое государство, я должен был перейти эту улицу, чтобы увидеть, что произошло, и я был уверен, что это будет что-то ужасное.
Я осторожно протолкался через толпу, которая удвоилась в размере за полторы минуты, которые мне понадобились, чтобы перейти улицу. Когда я дошел до ленты, я заметил того же детектива, который приходил ко мне домой меньше часа назад. Детектив Ву. Он тоже заметил меня.
- Ну, это совпадение, не так ли? Две смерти этим утром, и это второй раз, когда я тебя вижу. Она тоже была твоей бывшей девушкой?
- Кто? Кто это?
- Надеялся, что ты сможешь мне сказать, - сказал детектив, подходя к телу.
Был ветреный день, и простыня, покрывающая труп, отлетела в сторону, дав мне четкий обзор, прежде чем один из офицеров заправил ее обратно. Это была бездомная женщина. Кто-то оттащил ее с тротуара, за кусты, и разорвал на части. Ее табличка все еще лежала рядом, горло разорвано до кости, торс разодран до ануса и полностью выпотрошен. Ее внутренние органы были повсюду, украшая кусты, мульчу, цветы, траву, вокруг нее в беспорядке было разбросано сочащееся кровью мясо, словно ребенок, который спешил открыть подарок, разбросал оберточную бумагу во все стороны. Большая часть крови уже впиталась в почву и мульчу. Все было покрыто коричнево-красным. Я уставился на ее лицо. Мне показалось, что она улыбается мне. Так что про то, чтобы сказать ей убить себя, можно забыть. Она уже убрала эту карту со стола. Кем бы она ни была сейчас, кем бы ни была только что в моей машине, я с содроганием осознал - призраком, демоном, хуже того - это было за гранью смерти.
Детектив наблюдал за моим лицом, пытаясь меня разгадать. Он увидел выражение ужаса на моем лице, когда я узнал бездомную женщину. Его глаза сузились, брови нахмурились, и он приподнял одну бровь.
- Так, какие идеи, на кого я смотрю?
Я продолжал смотреть на труп, ища ошибку, ту одну ошибку, которая, будучи исправленной, поставила бы все на свои места, и не находя ничего. Я запустил бесконечный цикл убийств, который нельзя было разорвать.
- Мы можем сделать это здесь, или я могу надеть на тебя наручники, и мы сделаем это в участке, - сказал детектив.
Он просто делал свою работу. Если бы это не он доставал меня, это был бы какой-то другой коп. Это не имело значения. Это должен был быть кто-то еще. И теперь у меня было следующее имя.
Перевод: Zanahorras
Мы были похожи на шаркающих пугал, на живых мертвецов – лохмотья одежды и лоскуты плоти свисали с наших костей в болезненном, жутком разорении. Если это кошмарное существование вообще можно было назвать жизнью, то только для больных ублюдков и безумных наркоманов. Мы были мертвецами, но не живыми. Мы существовали, но не жили. Мы гнили заживо. Мы были почти трупами, неуклюже ковыляли от одного кайфа к другому на ноющих костях, свободно обтянутых мясом. Мы были созданиями ночного кошмара, проклятыми нашей зависимостью, сотворенными из нашей зависимости.