Лу проснулась невыспавшейся и страшно голодной и, взглянув на часы, кубарем скатилась с кровати. Если она потратит время хотя бы на душ, то уже опоздает на завтрак, до конца которого оставалось всего десять минут. Пока она одевалась, ее качало от слабости, а руки дрожали, как у алкоголика в завязке. Вчера она потратила слишком много сил, и сегодня организм был измотан до крайности. Желая проверить свое предположение, Лу попробовала поднять ботинок с пола, не касаясь его, но сила внутри лишь едва шевельнулась. Не потекла по венам, не сорвалась с кончиков пальцев, а еле-еле дала понять, что жива, но нужно время на восстановление.

Быстро плеснув в лицо холодной воды и завязав на затылке непослушные рыжие волосы, Лу выскочила из номера.

Когда дом Верховодина рухнул, они не стали задерживаться на месте. Во-первых, мороз крепчал, во-вторых, делать им там было совершенно нечего. Все видели, как Лу на мелкие кусочки разбила рубин, поэтому искать его было бессмысленно. Да и незачем: без крови наследницы он скоро превратится в обычный камень. Поэтому они быстро отыскали на развалинах свои куртки (благо те висели в прихожей и нашлись у самого порога), завели снегоходы и как можно быстрее уехали, не оглядываясь. Стефан и Лина на одном снегоходе впереди, Дэн, Лу и Крис — сзади. Крис пришлось посадить посередине, и Лу прижимала ее к спине Дэна собственным весом, чтобы она не упала. После всего, произошедшего в доме и лаборатории, Крис была слишком слаба и, казалось, плохо понимала происходящее. Лу подозревала, что в ближайшие месяцы подруга теперь точно не покинет пределов собственной квартиры.

Стоило признать, что на этот раз поиски проклятого артефакта не увенчались успехом, потому что проклятие было, а вот сам артефакт оказался нестабильной подделкой. Лу видела, как расстроен этим фактом Стефан, но сочувствовать ему не было ни сил, ни времени.

Добравшись до ближайшего городка, они нашли первую попавшуюся гостиницу и рухнули спать. И вот Лу, проспав всего несколько часов, подскочила, чтобы успеть позавтракать. Оставалось надеяться, что в четвертом часу утра слова администратора о завтраке ей не почудились.

Небольшой ресторан, где по утрам накрывали завтрак постояльцам, находился в самом дальнем углу первого этажа и был совершенно пуст. До конца завтрака оставалось всего ничего, да и едва ли в феврале здесь было много людей в принципе. Впрочем, пуст был не только зал, но и столы. Лу и не ожидала увидеть здесь гастрономические изыски, которые показывают в передачах о турецких All Inclusive, но все же надеялась на нечто большее, чем смятая упаковка йогурта, подсохший кусочек хлеба и заветрившийся сыр. Однако выбирать не приходилось. Положив все это на тарелку и налив себе большую чашку кофе, Лу огляделась, выбирая, куда бы примоститься, и вдруг увидела в самом углу одиноко сидящего за столом Стефана. Перед ним стояла чашка, поди, с неизменным чаем, а на тарелке лежал недоеденный бутерброд.

— Ты чего в одиночестве страдаешь?

Лу без спроса поставила тарелку на его стол и плюхнулась рядом. Стефан поднял на нее красные воспаленные глаза и заметил:

— Я никогда не страдаю в одиночестве.

— Ну, а я страдаю, поэтому тебе придется потерпеть мое общество. — Она содрала с баночки йогурта крышку и зачерпнула огромную порцию. — Остальные завтрак проигнорировали, что ли?

— Они уже поели и пошли дальше спать.

— А ты чего не пошел?

— Я выспался.

Стефан явно не был настроен на разговор, поэтому Лу отстала от него и отдала все внимание завтраку. Надолго ее не хватило, конечно, и, когда из еды остался лишь кофе, снова спросила:

— Что скажешь своему заказчику?

Стефан поднял на нее удивленный взгляд, будто вообще забыл, что Лу здесь.

— Правду, что тут еще скажешь?

— Значит, он не даст тебе новую подсказку?

— Я не знаю.

Наверное, он хотел, чтобы она отстала. Чтобы допила свой кофе и по примеру остальных отправилась спать дальше. Но Лу была не из тех, кто слишком чуток к чужим желаниям. А еще она была страшно голодна. Баночка йогурта и подсохший сыр не умерили ее голод, поэтому она формально спросила:

— Ты бутер доедать не будешь?

И, не дожидаясь его разрешения, схватила бутерброд с его тарелки.

— Я его уже начал, — удивленно заметил Стефан, глядя на то, как Лу откусывает сразу половину.

— И поверь мне, в любом другом случае я бы не стала его доедать, — с набитым ртом прошепелявила она, — но сейчас голод намного сильнее брезгливости, да и ты не слишком противный.

Стефан ничего не ответил, снова погрузившись в свои мысли. Лу доела бутерброд, запила его кофе, опять наклонилась ближе к Стефану и, глядя ему в глаза, спросила:

— Тебя ведь не отсутствие рубина сейчас больше всего угнетает, да?

По его лицу Лу видела, что попала в точку, и даже не удивилась холодному ответу:

— Не понимаю, о чем ты.

— Понимаешь. Ты ведь был там и слышал то же, что и я. Ты слышал слова Лины, а точнее Ольги, что мать всегда защитит своего ребенка, даже от его собственного отца. И в свете того, о чем мы говорили в пещере, не можешь перестать об этом думать.

Стефан не ответил, но Лу знала, что права.

— Ты думаешь, не стоит ли тебе оставить поиски сына. Может быть, твоя жена действительно спасала его от тебя же, и тебе сейчас стоит все прекратить, чтобы ей это удалось. Но знаешь, что я тебе скажу? Глупости это все. Если уж решил, то иди до конца.

— Зачем? — вдруг глухо спросил Стефан. — Что, если все так и было, и я все испорчу, если попытаюсь найти его?

— Затем, что ты не знаешь этого наверняка. Она с равным успехом могла как спасать его от тебя, так и прятать, надеясь, что однажды ты его найдешь. И если ты сейчас сдашься, то проиграешь. Не узнаешь, пока не разберешься.

— Странно слышать это от той, что всего пару месяцев назад устроила истерику, когда узнала о моих истинных мотивах искать все эти артефакты, — заметил Стефан.

— Все мы меняемся, — пожала плечами Лу.

Она протянула руку и накрыла его ладонь, перевязанную бинтом, своей, но прежде чем он успел бы удивиться, вложила то, что секундой раньше вытащила из кармана. Стефан разжал пальцы, с удивлением глядя на камень в своей руке.

— Где... где ты его взяла?

Лу пожала плечами и усмехнулась.

— Когда мы бежали из лаборатории по тоннелю, я споткнулась и упала. Наткнулась пальцами на какой-то камень и машинально схватила его, сунула в карман. Уже только потом увидела, что это. Думаю, он из штольни.

Стефан поднял камень к глазам, разглядывая со всех сторон. На вид это был обычный камешек, ничем не примечательный, но они оба знали: капля крови Крис — и он засияет темно-бордовыми искрами.

— Отдашь его заказчику? — спросила Лу.

— Не знаю. Он ведь хотел рубин, а это — обычный камень.

Лу улыбнулась, встала и хлопнула Стефана по плечу.

— Не потеряй. Третьего шанса не будет.

Она направилась к выходу из ресторана и была уже у двери, когда Стефан позвал:

— Лу!

Лу обернулась.

— Спасибо. И прости, что сомневался в тебе, думал, что ты украла рубин.

Лу несколько секунд смотрела на него, а потом заявила без тени ухмылки:

— Будешь должен.