Еще не проснувшись, я почувствовал чье-то присутствие, ярко отсвечивающее из астрала. Открыв глаза, убедился: зверек не покинул меня, он пристроился на ветке рядом с лицом и смотрел, смешно моргая глазками. — Ну и что мне с тобой делать? — Стая, — в голову сразу пришел образ.

Как он меня понимает? Не может же он знать человеческую речь. Увы, ответа не последовало. Зверек продолжал потешно смотреть на меня, я не удержался и погладил его. Шерстка зеленая, на ощупь приятная, зверек даже начал издавать звуки, вроде мурлыканья.

— И как тебя зовут?

— Не понимание.

— Имя. Вот меня зовут Лаймон, — я указал ладонью себе в грудь.

— Не зовут. Нет названия.

— Надо тебя как-то назвать, — с уверенностью проговорил я. — Будешь Манго, сильно ты на мангуста похож, а сокращенно Манго. Как тебе? — Манго продолжал смотреть на меня, в его глазах читалось абсолютное непонимание. Если бы он мог говорить, то точно бы спросил, зачем мне это, имя. — Ладно, мне нужно помедитировать. Постарайся мне не мешать, хорошо?

Наконец-то у меня появился хоть какой-то собеседник. Разговоры даже с таким собеседником меня успокаивали, и я искренне хотел, чтобы он остался со мной.

Швы безумного хирурга на моем астральном теле за ночь не успели серьезно расползтись, но все же требовали моего внимания. Были и хорошие новости: умереть я в ближайшее время не должен. Ну и как же без плохих: без постоянных медитаций моя смерть высоко вероятна.

Выйдя из медитации, застал интересную картину: вокруг бегали гончие. Сильно не наглели, расстояние держали, а Манго смешно шипел на них. Только вот это их совсем не пугало. Ну, конечно, они выжили, за них можно не волноваться.

— Не боятся? — я машинально почесал моему новому другу шею, — Ничего, подрастешь, станешь большим и сильным, будут тебе на один зубок.

— Потом добыча. Сейчас хищники, — отозвался зверек. Все же как-то он меня понимал. Да и свои мысли достаточно достаточно внятно.

— Не бойся, они не посмеют приблизиться ко мне, — надеюсь, не ошибаюсь, подумал про себя.

Манго воинственно возвестил:

— Сильный! Манго тоже стать сильным.

Я продолжил свои скитания по Проклятому Лесу, разве что теперь с Манго за пазухой, ну и с преследующими нас гончими, но эти стервятники не в счет. Зверек оказался очень даже полезным: он мог определять опасные места с сильным преобладанием стихий, и мы успешно их обходили. По моим подсчетам прошло где-то две недели, но могу ошибаться, потому что день и ночь в проклятом лесу не всегда сменяли друг друга как положено. Как это происходит, понять было выше моих сил. Не может же лес влиять на положение солнца? Странно, как и всё в этом лесу.

К постоянным медитациям даже успел привыкнуть, а Манго меня во время них охранял. К сожалению, окончательно восстановить повреждения астрального тела не смог, даже не приблизился к решению, и, что еще печальнее, состояние астрального тела медленно, но верно ухудшалось. Кстати, о хорошем: про Манго. Он подрос примерно в два раза и жрал всё, до чего мог добраться: растения, мясо, ману. Непритязательный к пище, насколько это возможно, и с каждым разом просил всё больше и больше моей маны. По поводу еды: двух гончих нам всё же удалось поймать. Ну как нам — от Манго только моральная поддержка, но в дележке он участвовал активно, даже на сырое мясо был согласен. Теперь не оставалось даже костей. Что интересно, всего за пару дней Манго вырос так, что на плечах его носить стало затруднительно. Едва мне стоило отказаться нести потяжелевшую тушку, как он за пару часов уменьшился до прежних размеров.

* * *

Странно, уже дня три, как не слышно и не видно гончих.

— Что же мы будем с тобой есть, Манго?

Зверек укоризненно посмотрел на меня, жуя очередной куст.

— Ладно, что буду есть я?

Запасов осталось на пару дней. С Манго уже как два дня перестал делиться мясом, сразу как почувствовал, что стая нас оставила. В восторге он, конечно, не был, но вполне спокойно заедал свою обиду растительной пищей.

— Вкусно. Питательно.

Манго послал мне образы растений, которые, как ему кажется, наиболее вкусные.

— Питательно, говоришь?

По-видимому, и вправду стоит попробовать перейти на вегетарианскую диету, вынужденную. Только вот проблема в том, что я не знал, смогу ли пережить эту диету. Грэйна упоминала про зелень, но съедобную можно пересчитать по пальцам. Да и сложно списки вести: она постоянно разная. В проклятом лесу не так много постоянных представителей флоры. Я мог по памяти перечислить пару десятков, что очень мало. Остальные спонтанно появляются и быстро умирают, не оставляя от целого вида даже воспоминаний.

— Завязывай уже жрать, потолстеешь, ходить не сможешь, − нет, мне не завидно, но сколько можно жрать!

Зверек не удостоил меня даже вниманием, сделал вид, что не расслышал или не понял.

— Иди, маной поделюсь, и в путь.

А вот это он хорошо расслышал: бросил поедать куст прямо на половине и вприпрыжку побежал ко мне.

Передвигался всё так же воздушной ходьбой, а зверёк в это время сидел у меня на плечах. Судя по его восторженным крикам, высоты он не боялся. Почувствовал смену преобладания, на всякий случай спустился на землю. Вдруг воздух…

Передо мной предстал странный пейзаж: всё вокруг кристаллическое, — земля, растения, вода. Не привычный лед, а именно кристаллы. Такое даже Манго хлебать не рискнул. Он залез мне на плечи и панически транслировал мысли, что земля плохая. Наверное, я не рискнул идти дальше, если бы за спиной не почувствовал непонятную аномалию, которая чуть не убила меня недавно. На раздумье ушло не больше пары секунд. Резкий рывок — и я побежал по кристаллизованной земле. Она странно хрустела под моими ногами. Перешёл на воздушный бег, наплевав на предосторожность. Пробежка заняла минут тридцать. Почему-то двигаться становилось сложнее с каждой минутой. К счастью, прямо передо мной возвышалось Гигадрево.

Добрался, казалось, из последних сил. Лес наполнился привычными пейзажами, кажется, Гигадрево препятствует распространению кристаллизации. Завалился прямо на нижние ветки. Мой взгляд упал на ботинки: они кристаллизировались. Страх придал сил, быстро начал разуваться. Не успел — кристаллы стали появляться на коже. Пришлось её срезать ножом. Не знаю, рад я этому или нет, но боли не чувствовал. Скорее всего, нервные клетки отмерли. В астрале всё было так же плохо. Мало мне было прошлых повреждений, добавились ещё. Преобладание непонятное, но точно не стихии. Если бы была возможность, я бы постарался убраться отсюда подальше, но увы… Так что принялся за самолечение: водой из астрала обильно промыл раны и обмотал майкой, а из рукавов сделал жалкое подобие обуви — скорее, просто портянки. Три дня пришлось провести на месте. К моему счастью, ничего не происходило. Ноги, конечно, за это время не зажили, но теперь было не так больно наступать. Думаю, причина столь быстрого восстановления — мясо гончих. Жалко, что астральному телу эта диета никак не помогала, да и вообще, оно закончилось. Сегодня доел последний кусок.

Единственная хорошая новость — слабое преобладание маны, как будто я был на окраине Леса. Это внушало надежду на благополучный конец моей одиссеи. Даже начал фантазировать, что буду делать после возвращения.

— На самом деле варианты есть, — разъяснял я Манго, — Враины с радостью меня должны принять, ещё есть Вальтарра, мама — выходец из Вальтарра. И, как мне подсказывает моё образование, две сестры отца замужем за сыном главы клана, они как-то гостили у нас. Ну и глава клана — моя бабушка, я точно могу рассчитывать на их поддержку.

Не стоило забывать и про союзников. Конечно, на войне они подвели нас, скорее всего, оправдаются, что просто не успели. Но если порассуждать: мы официальные союзники с Вингомотами, но в то же время им союз невыгоден. Если война придёт к ним, и я их не поддержу, то мне простят — мой род в упадке, оспорить это сложно. Всеобщее осуждение и статус ненадёжных союзников они, скорее всего, уже получили. Второй раз отказ в помощи может быть расценен как предательство, а это уже совсем другие последствия. И ещё, скорее всего, Вингомоты захотят откусить кусочек от моих земель, но сделать никак этого не смогут — политика.

Пребывая на удивление в приподнятом настроении, забрался на вершину Древа, чтобы осмотреться. Увы… Края Леса не видно, но кое‑что меня удивило: вместо бесконечного леса — достаточно большой клочок пустого пространства, аккурат посреди которого находилось небольшое каменное здание пирамидальной формы.

— Выглядит необычно, надо заглянуть, − все же хорошо, когда есть собеседник, даже такой, как Манго, тогда не нужно думать, а не с собственной ли шизофренией я разговариваю.

Перед вылазкой повторно проверил преобладание стихии. Ничего не поменялось, всё так же слабое преобладание чего-то непонятного. Мог только сказать, что это не привычные четыре стихии, что для меня было бы идеально, если, конечно же, не вредило мне.

Я стоял на границе: с одной стороны — лес и жизнь, пусть в большинстве и растительная; с другой — пустошь, неизвестность и что-то рукотворное. Не может такое возникнуть естественным путём, пирамиду явно кто-то построил. Ещё настораживал контраст: не было никакого переходного слоя. Вот есть растительность, и её много, вот её нет — совсем нет. Голая земля.

— Ну что, Манго, пойдем?

Я сделал первый шажок. И ничего не произошло. Зверек все так же легкомысленно бегал вокруг, его подобное нисколько не беспокоило. Ну не растет ничего, ну и что, поедим в другом месте. Так мне виделись его мысли. Даже если это не так, то делиться со мной он ими не спешил. Минут через пять окончательно расслабился, обошел пирамиду вокруг несколько раз. Совсем ничего, даже входа нет. Не придумав ничего лучше, ударил по пирамиде с помощью магии земли. Существенных повреждений нет. А нет, несущественных тоже нет. На пирамиде не появилось даже царапины.

— Помоги мне, и я помогу тебе, — с небольшой задержкой после удара в голове прозвучал чей-то голос, и это точно не Манго, слишком все складно, логично, и не упомянута еда.

— Кто ты?

— Пленник этого места.

— И за что тебя пленили?

— За то, что проиграл.

— Кому?

— Его имя тебе ничего не скажет, тебе это и взаправду так интересно?

— Ты сказал, что поможешь мне, как?

— Я восстановлю твое астральное тело, оно повреждено и нестабильно.

А вот тут я задумался. Наживка очень даже заманчивая, сколько подобных закидывал я сам в свое время.

— Почему я должен тебе верить? — почему-то у меня не возникло сомнений, что кому бы не принадлежал голос, он намного сильнее меня.

— Зачем мне тебя обманывать? Для меня твое полное восстановление — сущие пустяки и займет не более получаса, а для тебя это вся жизнь. И еще подарок от меня сверху — помогу тебе выбраться из этого места, — мне показалось или я и вправду услышал в голосе сарказм?

Как я ни пытался взвесить все за и против, ничего не получалось. С одной стороны, он может просто кинуть меня, с другой — я практически ничего не теряю. Какая разница, как помереть: одному в лесу или меня убьет непонятное, но наверняка сильное существо.

— Что ты хочешь от меня?

— Сломай тюрьму, тебе это должно быть по силам.

Я повторил пару ударов по пирамиде, но результата не добился.

— Не туда бьешь, молодой маг, нужно с другой стороны.

Молодой маг, звучит приятно. Я перешел на другую сторону.

— Да, эта.

Только собирался ударить повторно, как голос вновь остановил меня.

— Бей ниже, еще ниже, чуть левее.

В общем, таким способом мы определили нужное место. Я поставил на нем крестик с помощью обугленной деревяшки. Эффект от удара был гораздо меньше, чем рассчитывал, но все же он был: на камне появилась едва заметная трещина. Ну что, приступим?

Уже два часа долбил эту долбанную стену, и вот результат: углубился на пять сантиметров.

— На что ты постоянно отвлекаешься? — неожиданно голос напомнил о себе.

— Проверяю преобладание стихии, не хотелось бы помереть столь глупо.

— Можешь на этот счет не переживать, в этом месте мана стабильна.

Я достал измеритель, чтобы проверить слова неизвестного. Отметка стояла на нуле, такого мне ранее видеть не доводилось, даже вне леса этот показатель от двух до десяти. И что мне мешало сделать это раньше? А ладно, не будем заострять внимание, сделаем вид, что так и надо.

В целом мне потребовалось около шести часов, чтобы пробиться, появилась маленькая щелка. Устал так, как будто всё это время без остановки работал кувалдой. Да, дело это совсем не быстрое и сегодня точно не закончить. Опять же астральное тело требовало моего внимания.

— Всё, на сегодня хватит, завтра продолжу.

Едва успел закончить фразу, как из щели, с таким трудом проделанной мной, начал быстро просачиваться странный туман. Я его видел скорее через астрал, обычным зрением заметить его было очень сложно. Что действительно неприятно, он направился прямо ко мне. От неожиданности я упал. Это было как тогда, в момент моего попадания в этот мир, в это тело. Кто-то хотел забрать его у меня, и этот кто-то был куда опытнее моего прошлого соперника, но в то же время был далеко не в лучшей форме. Его удары были точны и всегда приходились в максимально уязвимые точки. Я же был подобен обезьяне с автоматом, но по незнанию, схватившись за приклад, бил им плашмя. Пропасть в умении была бесконечно большая, но вопреки этому я побеждал, меня не могли выселить из тела. Приклад — он тоже, знаете ли, оружие. В какой-то момент туман вылетел из меня и направился к Манго, но и тут его ждало разочарование. Манго даже не заметил наглого посягательства, продолжая чесать ногой за ухом.

— Вы странная парочка, судьба умеет удивлять. Душа, что была подвержена божественному вмешательству, и недавно вышедший из хаоса зверь, что вас связывает? — голос продолжил со мной общение, как будто и не было никаких попыток завладеть моим телом. Двусмысленности случайны. Увидев, что я не реагирую на его вопрос, а тихо пячусь в сторону леса, он продолжил: — Предлагаю повторно обсудить наш договор.

— Ты только что пытался обмануть меня. Не просто обмануть — убить. Как я могу убедиться, что ты не врешь на этот раз?

— Я демон, мы не можем врать, — незамедлительно последовал ответ равнодушным тоном.

А до этого значит, не врал, а не договаривал? Хм, верю, случались и такие моменты в моей прошлой жизни. Даже и осуждать как бы не за что, сам такой. Но всё же…

— И ты можешь это подтвердить?

— Ты не сможешь увидеть божественную печать, а доказательства просто не поймешь. Ты умираешь, и выбора у тебя практически нет. Без меня покинуть это место тебе не под силу, помощи ждать больше не от кого.

— Допустим. А как ты объяснишь свои недавние действия?

— Я бы исцелил тебя, как физическое, так и астральное тело, а потом приложил максимум усилий, чтобы вывести тебя из этого места. Ты бы стал пассажиром, это безвредно. В конце концов, я бы оставил тело тебе.

К сожалению, про демонов я ничего не знал, и его заверения, что он не может врать, меня смущали.

— Как ты себе видишь наше сотрудничество? — наконец-то собравшись с мыслями, решил, что демон прав. Проблема моих увечий никуда не делась, и будет глупо отказываться от возможности исцелиться.

— Я готов вселиться в твое пространственное кольцо, так же исцелю тебя и помогу выбраться.

Мое кольцо рода — пространственное? Но сказал я другое:

— Ты обучишь меня, чтобы я мог исцелиться самостоятельно.

— Хочешь стать моим учеником? Нескромная просьба. Ты осознаешь, что ученик во всем должен слушаться своего учителя?

— Без подчинения, только учеба с уклоном в магию, необходимую для моего исцеления, — торговаться я всегда умел.

— А теперь эта просьба уже наглая. Слишком неравноценный обмен. Но ладно, ты и твой зверек заинтересовали меня. Расскажешь все о себе и о своем звере хаоса, и я обучу тебя, как исцелиться даже больше, я поделюсь с тобой знаниями с уклоном в магию, — последнее предложение демон почему-то проговорил с усмешкой.

— Мое обязательное условие: ты не должен вредить ни мне, ни тем, на кого я укажу, ни словом, ни действием, либо бездействием.

— Согласен только на тебя и твоего зверька, не более. Но не переживай, в мои интересы не входит вредить тебе.

— Согласен, — в астрале явно что-то произошло.

Заметив мой настороженный взгляд, демон проговорил:

— Надо же, ты почувствовал. Ты не так безнадежен, как я подумал изначально. Можешь не переживать, это Мифиарий принял контракт.

— Кто?

— Мифиарий. Хитрый и могущественный бог, проклятие рода демонов, бог контрактов и сделок. Изначально был мелким божком, покровительствовал только торговцам. Теперь же… Как‑то так получилось, что сумел обмануть почти всех, включая демонов, особенно демонов. И теперь мы не можем врать, а контракты — его детище. Представляешь, как они ограничивают нас? — Надо же, демонюка еще и жалуется! — Вот она, цена поражения.

— Просто интересно, как у него это вышло?

— Тогда была великая война между богами и демонами. По слухам, даже создатели принимали косвенное участие. В итоге мы проигрывали. Когда стало ясно, что поражение неизбежно, мы вынужденно подписали худший контракт в жизни каждого демона. Мифиарий же сумел получить полную монополию на наши контракты. Тогда никто и представить не мог, какое могущество они ему дадут.

* * *

Демон без труда вселился в кольцо. Я же направился к ближайшему гигантскому древу. Как мне кажется, ночевка на открытом участке местности — опасное мероприятие.

— Раз уж какое-то время мы будем путешествовать вместе, предлагаю представиться. Я Лаймон, а тебя как звать?

— Зови меня Давиан. Как твой учитель, позволю себе похвалить тебя за то, что не назвал своего истинного имени.

— А можно поподробнее?

— И чему тебя учили? Либо ты умнее своих прошлых учителей, либо неимоверно везучий. Истинное имя дает власть над тем, чье имя тебе удалось выяснить. К примеру, если бы я узнал твое имя, ты бы не смог противиться ни одному из моих приказов, даже если бы я приказал тебе убить себя. Но, к твоему счастью, контракт запрещает мне тебе вредить, и он же заставляет информировать тебя о подобном.

— А если, к примеру, я бы узнал твое истинное имя, что тогда?

— Скорее всего, ты бы умер. Ты еще слишком слаб и молод, чтобы работать с подобными материями. Есть две наиболее вероятные возможности. Первая: я бы сумел подстроить события твоей смерти. Да, не удивляйся, контракт могуществен, но не всесилен. Вторая: всегда найдется тот, кто знает, как использовать эту информацию, и он выведал бы у тебя мое истинное имя, а потом бы убил, чтобы не было конкуренции.

— Зачем же тогда оно нужно?

— Всё просто, мой непутевый ученик. Сила — чем ближе ты к своему истинному имени, тем ты сильнее. Не знаю как, но ты к своему близок, как так получилось, признаюсь, для меня загадка.

Сложно переоценить ту информацию, которую мне давал демон, но и заблуждаться не стоит: мы не равноценные союзники. Пока я ему нужен, он меня не трогал. А что будет, когда мы доберемся до цивилизации? Он с легкостью сможет выбрать себе тело, выбор будет на любой вкус и цвет. Но сейчас не время об этом думать, есть более насущные проблемы, и тут-то как раз он мне и понадобится.

— Два раза в день я провожу медитации, чтобы восстановить свое астральное тело. Тут мне нужна твоя помощь.

— Хорошо, начинай, а я буду наблюдать. Хочу увидеть, что ты можешь.

Устроившись поудобнее на дереве, я начал погружаться в медитацию. Перед самым погружением почувствовал, как мне на колени запрыгнул Манго. Ради охраны он даже прекратил свое любимое занятие — поедание всего и вся. Астральное тело неплохо так поизносилось. Не знаю, что тому причина: долгий взлом тюрьмы демона или сам демон, но на восстановление ушло примерно три часа. Когда я вышел из медитации, зверек миро посапывал у меня на коленях. Не самый надежный страж, — с улыбкой подумал я.

— Ты как слепой и хромой человек, что пытается пройти бесконечный лабиринт. Даже если бы ты умел ходить, то ходил бы исключительно на ощупь. Всё как я и боялся, ты ничего не умеешь. Начнем с основ, с алфавита. Но прежде хочу услышать историю, как ты встретил своего зверя хаоса.

Я рассказал демону, как встретил Манго. Рассказ получился достаточно коротким и уложился в пятнадцать минут. Еще пару часов ушло на уточнения. Он часто переспрашивал одно и то же, перефразируя вопросы. В основном его волновали две вещи: как зверек появился (моим ответам он так и не поверил), и как я выжил. Тут демон даже снизошел до пояснения:

— Ты либо искусный лжец, либо забрал удачу у всего этого мира.

Едва я закончил, как в где‑то в моей голове появился непонятный символ. Он светился, как фосфорная фигурка, испускающая свет во тьме.

— Это Яурд. С помощью него можно преобразовать ману в эфир, а из него уже состоит астральное тело. Один из самых часто используемых символов. В комбинации с другими символами с помощью него можно получить что угодно, разве что за исключением хаоса. Ты должен выучить его, понять его суть.

— Постой, я благодарен тебе за знания, честно, но людям нужно есть и спать, без этого никак. Так что, если у тебя нет предложений, как решить эти вопросы, то я займусь ими.

— Провизии у тебя достаточно. Сон, да, недостаток сна понижает концентрацию, а твоя воля слаба, чтобы игнорировать это.

Почему-то я сразу догадался, что провизия находится в кольце. Подозревал о подобном с тех пор, как демон мне рассказал, что оно пространственное.

— По поводу кольца, как мне им пользоваться?

— Удивительно, ты умеешь нырять в дикий астрал, а пользоваться упорядоченным пространством не обучен. Я все больше и больше сомневаюсь в компетенции твоих прошлых учителей.

В речах демона явно чувствовались нотки превосходства и желания признания его заслуг, моего признания. Неужели столь могущественная и древняя сущность подвержена простым слабостям? Я про себя улыбнулся: всю прошлую жизнь работал с подобным, и сейчас справлюсь.

— Сконцентрируй внимание на кольце, ты должен почувствовать его. Нет, не на физическом проявлении, а на его проекции. Там находится небольшой клочок пространства, он параллелен тому пространству, где находишься ты. Можешь ориентироваться на меня, я нахожусь внутри кольца, так будет проще. Хорошо, а теперь своей волей притягивай его к себе. Зачем ты пытаешься изогнуть свое пространство? Это не всем богам под силу. Работай только с тем, что завязано на кольцо. То пространство, где находишься ты, можешь считать неизменным на ближайшую пару тысяч лет, если проживешь столько.

На это ушло достаточно много времени, и меня сильно клонило в сон, что не осталось незамеченным демоном.

— Что же, на сегодня достаточно. Твоя эффективность уже упала на шестнадцать процентов. Твоему организму нужен отдых.

* * *

Почти три тысячи лет демон провел в заточении. Его не смогли убить окончательно и не осмелились выдворить в хаос, боясь непредсказуемых последствий. Тут демон, назвавший себя Давианом, был согласен со своими пленителями: последствия и вправду могли быть катастрофическими. Все это время он не сдавался, подтачивал свою темницу. Десятки лет уходило на то, чтобы сдвинуть маленькую крупицу, но он не останавливался, понимая, что это лишь вопрос времени, когда свобода станет явью.

Как часто это бывает, вмешался совсем уж невероятный случай. Демон сразу почувствовал чужое присутствие и благодаря тому, что уже неплохо так подточил свою тюрьму, смог без проблем докричаться до своего невольного посетителя. Удача второй раз повернулась к демону лицом: путник оказался магом. Хотя, будь иначе, дойти бы досюда он не смог.

Его новый знакомый на удивление быстро смог сломать тюрьму, конечно, следуя советам демона и по заранее подготовленной почве. Но это уже больше, чем можно было ожидать от столь молодого и необученного смертного. И это не самое удивительное: едва демон попытался завладеть телом мальчишки, как почувствовал в нем божественное вмешательство. Это значит, что этим телом пользоваться опасно — заметят, а внимание от богов ему сейчас опасно, слишком сильно ослаб. Скорее всего, поймают и опять заточат в эту же тюрьму, только на этот раз постараются придумать что-нибудь понадежнее.

Пришлось заключить сделку. Повезло, что человек оказался неопытным в общении с демонами. Слово было сказано до освобождения: исцелить и помочь вывести из Леса взамен на свободу. Если бы смертный обратил внимание на это, то сделка могла бы быть с куда большими уступками. А насчет ученичества: передавать свои знания — это всегда достойное дело.

Ещё и спутник паренька — маленький зверек. Вот тут удивлению демона не было предела. Зверь Хаоса, стабильный и привязанный к смертному. Что за бог смог сотворить подобное и зачем? Чего он добивался? Или нелепая случайность? Слишком много вопросов. Оставаться с ними — большой риск, но иначе нельзя. Подобное происходило слишком редко, чтобы отмахнуться от этого. Любопытство будет еще долго его удерживать рядом со странным человеком и еще более странным зверем. Когда ты живешь так долго, тебя сложно чем-то удивить, а это был именно такой случай.