В комнате все молчали. А потом «костюм» заорал.

— Вы с ума сошли?! Какой босс? Это же Илья!

«Кучерявый» не смотрел в его сторону. Его пальцы дрожали, не попадая в клавиши, когда он пытался найти сбой в программе.

На экране отряд стоял напротив Ильи, а над ними горело злополучное системное сообщение.

— Там не… не должно быть… — он смотрел на бегущие строчки кода будто видел их в первый раз. — Не было там никакого босса. Там должен был быть просто выход.

— И где же он??? — «костюм» ткнул пальцем в монитор в центр поляны, где светилось кольцо. — Почему они выйти не могут?

— Мы сейчас разберёмся. Это просто временный сбой.

Двое помощников «кучерявого» тоже стучали по клавишам, иногда показывая что-то на экране.

— Вы понимаете, что это… люди? — «костюм» уже не кричал, но его хриплое сипение было пострашнее крика. — Это наши сотрудники. А Илья… он…

«Костюм» не договорил, глядя на экран в отчаянии.

«Кучерявый» смотрел на монитор, на цифры, на показатели. Они что-то обсудило тихо с помощниками, и он выдавил из себя, покашливая:

— ИскИн… кх… принял Илью за игрового монстра. Потому что тот… переродился в игре.

— Что значит переродился?

— У него гнев на запредельном уровне, система перестала видеть в нём участника.

— Так сделай что-нибудь! — чётко, почти по слогам проговорил «костюм», глядя прямо в глаза. — Ты разработчик или кто?!

— Я пытаюсь, — «кучерявый» снова вернулся к клавиатуре. — Пытаюсь пробиться. Обмануть ИскИн.

Он уже погрузился в код, пытаясь найти уязвимости в системе.

В комнате снова стало тихо. Все застыли, чтобы не мешать.

* * *

На поляне тоже все молчали. Даже гул вокруг Ильи стал тише.

Он стоял с закрытыми глазами, но Захар чувствовал, что он принимает решение.

— А где этот босс, — первым заговорил Гур. — Давайте победим его быстро и по домам.

Никто не отвечал, только Малой взглядом быстро указал на Илью.

— Это он? Он босс?! — Гур задержал дыхание, а потом шумно выдохнул. — Он же… один из нас. Он же нас… размажет.

Стас молчал, прокручивая в голове стратегии. Победить можно было только всем одновременно. Так хоть какое-то преимущество было. А по одному… Без шансов. Разве что Эль могла бы попробовать потягаться. Стас взглянул на неё — Эль стояла ровно, зрачки расширились, но больше никаких признаков страха заметно не было.

Като посмотрела на Захара:

— Он будет биться?

— Он не хочет, — ответил Захар. — Но пока сомневается.

— Слушайте меня, — тихо сказал Стас, посматривая в сторону Ильи, — нам надо его вымотать. Единственное безопасное место здесь — это портал, надо держаться ближе к нему. Эль, ты сможешь свой кокон вызывать?

— Наверное… — Эль никак не хотела верить в то, что происходило. — Да, смогу. Но он вас не защитит.

— Я знаю. Но Эль… На тебя вся надежда. Кокон нужен будет для тебя.

— Стас, нет, — вмешалась Като, — мы не будем рисковать Эль.

— Слушайте, — Стас пытался отвечать спокойно, хотя терпение уже терял, — сейчас не время для сантиментов. Мы отряд — у каждого своя задача. Это просто здравый расчёт.

— Като верно говорит, — подхватил Гур. — мы не будем прятаться за Эль.

— Но я… — начала Эль, но не договорила. Захар её перебил:

— Ведь можно не биться. Илье просто нужно стать таким, как прежде. Не будет босса — не будет финальной битвы.

Все посмотрели на него. Илья тоже открыл глаза.

Стас задумался, постукивая пальцами по щиту:

— А что, может сработать. Только как это провернуть?

И тут снова засветился экран:

«Схватка с боссом один на один.

Исполнитель: Просветлённый.

Любой, кто нарушит правило, заблокирует выход на 72 часа.

Дальнейшая прокачка параметров закрыта».

— Вы серьёзно?! — Стас развёл руки в стороны. — Выбрали единственного, кто не сможет ничего сделать?

Като непроизвольно сделала шаг в сторону Захара, Эль охнула и сжала в кармане камушек.

— Они там с ума сошли? — прорычал Гур. — Куда он против Ильи? Это ж как с вилами против танка.

— Может, вместе попробуем? — Малой посмотрел на Гура.

— Малой, ты же сам понимаешь, — выдавил из себя Стас, — есть правила. Нарушим — только хуже сделаем. Один из них должен победить.

Он помолчал и добавил совсем тихо:

— Знать бы только, что система будет считать за победу…

— А если он… убьёт Захара? — дрожащим голосом спросила Эль.

— Тогда выйдем, — безжизненно ответил Стас. — Непонятно только, как выйдет он.

Эль всхлипнула, и Стас пришёл в себя:

— Давайте без паники. Это же рабочий тест. Там не допустят…

— Ага, в деревне уже не допустили, — Гур взялся за меч. — Правильно Малой говорит — вместе держаться надо.

Гул вокруг Ильи усилился, воздух задрожал. Захар почувствовал, как воздух стал давить сильнее.

— Илья не хочет биться. Он не желает зла. Он такой же, как и мы. Я это вижу. И Стас прав — если нарушим правила, застрянем здесь надолго.

— Но ты же не хочешь один против него идти? — крикнула Като.

Захар посмотрел на Илью, на его серую кожу, трещинки с мерцающим светом, его глаза. В них был страх.

— Я попробую успокоить его, — принял решение Захар, — а он поможет мне. Так, Илья?

Илья шевельнулся, и от него пошла чуть заметная волна. Захар нагнулся вперёд, пытаясь устоять на ногах — удержался с трудом.

— А вы ни при каких обстоятельства не лезьте, — крикнул он. — Помочь не сможете — только хуже сделаете. Идите к порталу. Я знаю, что делать.

— Ладно, — выдавил из себя Гур. — Ты только на рожон не лезь.

И потащил к порталу упирающихся Эль и Като. Стас хотел схватить за руку Малого, но тот выдернул руку и буркнул недовольно:

— Я сам.

На поле остались Захар с Ильёй. Они стояли друг напротив друга, понимая, что дальнейшая судьба отряда зависит от них.

Илья посмотрел на светящееся кольцо, на свои руки, трещины на коже. Глубоко вдохнул и закрыл глаза. Волна снова чуть не сбила Захара с ног.

— Нет, Илья, не надо. Держись. Мы справимся, — Захар понял, что Илья принял решения.

Тот открыл глаза. В них была только боль и стыд.

«Прости, — мысленно сказал он. — Но всё очевидно. Мне не стать прежним».

И чуть двинулся вперёд.

Воздух вокруг него дрогнул. Пошла небольшая волна, словно Илья сдерживал себя, не переходя грань. Захар качнулся, но устоял.

— Илья, — крикнул он. — Послушай, это не выход.

Илья махнул рукой и пошла вторая волна — гораздо сильнее первой.

Захара отбросило на пару метров, он покатился по земле, но тут же вскочил на ноги.

— Илья, слушай мой голос, — он ни на миг не усомнился в верности решения. Сражаться не хотел, да и не смог бы всё равно. Было только желание помочь тому, кто сидел внутри этого монстра. Или закончить всё иначе… Но это на крайний случай.

Третью волну Захар смог предугадать и увернуться. Она прошла выше, всего в нескольких сантиметрах, сломав несколько веток по пути.

— Ты же понимаешь, что я прав, — он пытался докричаться до Ильи. — Ты просто потерял контроль. Поэтому система видит в тебе босса. Если ты сможешь снова стать человеком…

Захар почувствовал, как Илья дрогнул. Внутри него шевельнулась надежда — крохотная, зыбкая. И тут же гнев накрыл Илью снова. Захар услышал его мысли:

«Я столько раз пытался. Бесполезно».

— Попробуй ещё раз, — тихо сказал Захар, — я помогу.

Следующую волну Захар не ожидал.

Илья сделал полшага в его сторону, и Захара отбросило к джунглям.

— Он отводит тебя к краю, — крикнул Стас. — Он что-то задумал.

— Нет, просто боится повредить портал, — ответил Захар, поднимаясь с земли.

Они отступали к джунглям. Захар то уворачивался, от волн, то пытался докричаться до Ильи.

— Илья, — хрипел он, — ты человек. Ты не монстр. Ты наш командир. Вспомни, кто ты.

Одежда его свисала клочьями, из ссадин сочилась кровь. Он падал, поднимался, снова уворачивался.

Отряд наблюдал за ними от портала, пытаясь помочь Захару словами.

— Слева, — кричал Малой, — наклоняйся.

— Не дай ему загнать себя в угол! — ревел Гур.

— Вымотай его, — кричал Стас, — это твой единственный шанс. Загоняй, пока не свалится без сил. А потом… Придумаем что-нибудь.

Снова волна. Захар упал на колени, продолжая уговаривать Илью.

— Говорил я — хлебнём мы ещё горя с этой эмпатией, — буркнул Стас то ли себе, то ли отряду.

В руках Эль загорались шары и тут же гасли. Стоять и бездействовать было невыносимо.

— Ты не виноват, что система сломалась. — продолжал Захар. — Не виноват, что…

Он не договорил. Гнев Ильи нарастал, а с ним и сила волн.

Захар покатился по земле и замер у края поляны.

— Захаар, вставай! — закричала Като. — Вставай, пожалуйста.

Захар поднялся, опираясь на валун. С виска стекала струйка крови, капая на изодранную майку. Он стоял, пошатываясь, и смотрел в глаза Ильи.

— Ты можешь, — еле прошептал он. — Я знаю. Остановись.

Илья замер. Рука дрожала — то ли от гнева, то ли от попытки контролировать себя.

— Остановись, — повторил Захар.

Илья зарычал. Низко, тоскливо, безнадёжно. И поднял руку выше.

— Ты не Просветлённый, — вдруг крикнул Стас. Голос его сорвался. — Ты юродивый какой-то! Ты что, не видишь — он тебя убьёт сейчас!

Захар услышал его и улыбнулся в ответ. Еле-еле, краешком губ. Вытер рукой с лица кровь вперемешку с пылью и сказал:

— Не убьёт. Он наш командир. Я в него верю. Он сможет остановиться — ради нас, ради себя.

Илья замер на миг с поднятой рукой. И потом прошептал одними только губами:

— Уже ничего не изменить. Я монстр. Босс. Не командир.

И опустил руку.

Захара отшвырнула к краю поляны, на невидимую стену. Он сполз по ней медленно, безвольно и остался лежать на прижатой к земле траве. Глаза его смотрели в небо, не шевелясь. Во взгляде была только боль от того, что не смог помочь.

Малой дёрнулся к Захару, но Стас схватил его за руку.

— Вставай, — прошептал Малой. И громче крикнул: — Вставай же! Давай!

— Захар, поднимайся, — кричала следом Като.

Захар слышал их, но не мог пошевелиться. Сил хватило только на то, чтобы сжать зажигалку Малого.

Илья стоял неподвижно. Последний рывок отделял его от дома, от шанса снова стать собой. Если это было возможно после всего, что здесь случилось.

Он снова поднял руку для последнего удара.

— Вставай, мать твою, — сквозь зубы процедил Гур.

Като дёрнулась вперёд, оттолкнув Стаса, который пытался её удержать.

Малой стащил лук и уже натягивал тетиву. Гур вытащил меч из ножен.

— Стоять, — прохрипел Захар. — Скоро пойдём по домам.

Все замерли.

Илья поднимал руку всё выше и выше. Словно колебался. Словно хотел, чтобы его остановили. Захар слышал его сомнения, его попытки взять себя в руки.

И вдруг… всё прекратилось — он принял решение.

«Прости. Так надо», — и опустил руку.

Захар закрыл глаза и мысленно ответил:

«Понимаю. Прощаю».