С каждым шагом Ильи Захар чувствовал его всё сильнее.

Его эмоции давили, как воздух перед грозой — ощущением чего-то неотвратимого и неконтролируемого. В этой потоке негатива Захар чётко различал ужас — когда развязка близко, но от тебя ничего не зависит. Была там и боль — не физическая, а внутренняя, ноющая постоянно.

Но сильнее всего Захар ощущал гнев. Он был причиной всему остальному. Мощный, как шторм, от которого не спрятаться.

Отряд молча смотрел на то, что надвигалось на них из джунглей.

— Что это? — тихо спросила Эль, уже на автомате сводя ладони, между которыми заплясали искры.

«Как она изменилась, — мелькнуло в голове у Захара, — страха больше нет».

— Илья, — ответил он вслух. — Он уже рядом.

Илья ещё не вышел из джунглей, но поляна уже начала замирать. Трава, которая только что тянулась вверх, полегла, прижатая к земле незримым полем. Стебли полевых цветов либо склонялись следом, либо ломались, сопротивляясь этому напору. От одного только приближения Ильи.

— Офигеть, это он делает? — также тихо спросил Малой.

— Теперь понятно, как он реку с крокодилами прошёл, — прошептал Стас в ответ.

— Он это не контролирует, — Захар говорил громко. Увиденное не было для него шоком, хотя такой силы он тоже не ожидал. — Точнее, контролирует с трудом.

Пальмы на краю поляны тоже начали гнуться, трещать, лианы обрывались и падали на землю — Илья наконец вышел из джунглей.

Малой присвистнул, Като непроизвольно сделала шаг назад, Гур схватился за меч, а над Эль замерцало на секунду прозрачное поле, но тут же исчезло.

Стас смотрел на эту мощь с восхищением, которое постепенно сменялось тревогой. Он начал прикидывать, что будет с ними, если приблизиться к этому энергетическому полю.

Илья был огромен. Не в смысле большой, а в смысле — занимал собой всё пространство. Казалось, что часть поляны, где он стоял, заняла всё свободное место.

Кожа Ильи была пепельно-серой, покрытой мелкими трещинками, из которых сочился тусклый свет. Он мерцал, создавая вокруг Ильи светящийся ореол.

Небольшие камни катились по земле с его приближением, большие валуны пытались сопротивляться.

— Мать честная, ну и громадина, — выдохнул Гур.

Илья вышел на край поляны и застыл неподвижно. Захар понял, что, если эта махина двинется в их сторону, беды не миновать. Сила Ильи была не в мышцах — она была в напряжении. В его бурлящем гневе, который и создавал это убийственное поле вокруг.

Дышал Илья медленно, и при каждом вдохе и выдохе зелень вокруг то приподнималась немного, то снова опускалась, словно придавленная прессом. И каждый выдох сопровождался гулом — низким, тревожным.

Его глаза были закрыты. Захару стало не по себе — кто знает, что прячется за закрытыми веками. Он задышал чаще, но воздуха на вдохе всё равно не хватало.

— И как он пройдёт в кольцо? — вдруг осознала Като.

И тут Илья открыл глаза.

Они были обычными, человеческими. Нормальными до странности. Сероватыми, как и его кожа, и усталыми. В них не было ярости, гнева, страха — только боль. Огромная, будто навечно поселившаяся в его взгляде.

И Захар понял то, что уже чувствовал раньше — это не монстр. Илья такой же, как и он, только не сумевший остановиться вовремя. Рука непроизвольно сжала в кармане зажигалку Малого, хоть гнева и не было. Захар чувствовал в Илье человека глубоко внутри. Слышал его крик сквозь этот гул. Но гнев не пускал его наружу, заперев в этом теле монстра.

— Захар, — тихонько окликнул его Стас, — ты знаешь, чего он хочет? Ты его чувствуешь?

— Чувствую, — негромко ответил Захар, продолжая смотреть в глаза Ильи, — Он хочет домой.

В небе мигнуло табло:

«Илья. Роль: командир. Сила — 0. Эмпатия — 0. Мотивация — 0. Трусость — 0. Коварство — 0. Гнев — 215».

Стас крепче сжал топор.

— Гнев 215, — выдохнул он, — а у нас?

Он открыл меню. Посматривая то на Илью, то на экран, начал тыкать в кнопки в поисках параметров отряда. На табло загорелось:

«Параметры отряда:

Гур:

Сила — 26

Ловкость — 14

Выносливость — 15

Като (лучник):

Ловкость — 19

Симбиоз — 22

Выносливость — 14

Малой (разведчик):

Меткость — 14

Ловкость — 18

Выносливость — 11

Эль (маг):

Магия — 31

Ловкость — 11

Выносливость —9

Стас_Всех_Порву (танк):

Сила — 21

Выносливость — 20

Ловкость — 14

Илья (командир):

Сила — 0

Эмпатия — 0

Хитрость — 0

Осторожность — 0

Гнев — 215

Мотивация — 0

Просветлённый:

Сила — 0

Эмпатия — 36

Мудрость (ранее Хитрость) — 13

Осторожность — 9

Твёрдость духа (ранее Гнев) — 35

Мотивация — 10»

Он нахмурил брови:

— Като, у тебя же вроде меньше было.

— А я пока вас ждала, прокачалась. Делать нечего было, — шёпотом ответила Като.

Стас сжал кулак и одобрительно поднял большой палец вверх.

— И что имеем в итоге? — он задумался, подсчитывая очки. — Около трёхсот пятидесяти общим счётом против его гнева в двести пятнадцать. Ну, бонус кольчуги ещё пять процентов.

Он покачал головой:

— Хорошо, что мы в одном отряде…

И совсем тихо добавил:

— Хотя… Чисто на гневе? Без контроля? Вымотать до предела если что — и готово.

Захар чувствовал каждый нерв, каждую мысль любого из отряда. То ли эмпатия работала на пределе, то ли так работал его путь Просветлённого. Он начал видеть то, что скрыто.

Он слышал желание Ильи рвануть быстрее к порталу и понимал, как тяжело тому себя сдерживать.

— Он боится. — сказал Захар вслух. — Что заденет нас, если пойдёт дальше. Что не сдержит гнев — и нам конец.

— И он прав? — спросил Стас.

— Не знаю. Скорее всего. Но он держится.

— Так давайте быстрее в портал все, а он уже потихоньку дойдёт сам, — обрадовался Малой, — мы же все собрались.

Он рванул к выходу. Като хотела его остановить, но не успела.

Малой шагнул внутрь и стал, закрыв глаза.

Ничего. Портал застыл и выпускать не хотел.

— Да чтоб тебя… — Малой снова опустился на землю.

* * *

А в комнате без окон было не до ожидания.

«Кучерявый» вскочил с кресла так резко, что тот повалился на бок. Глаза его были выпучены, пальцы дрожали над клавиатурой. Все индикаторы на мониторах горели красным — и он не знал, за что хвататься.

— Это Илья? — тихо спросил кто-то из угла.

— Да, — «кучерявый» сглотнул. — Но я такого никогда не видел. Он… он не должен был так измениться.

На центральном экране Илья стоял посреди поляны. Уровень гнева зашкаливал за двести. Все остальные параметры были обнулены или не определялись вовсе.

— Как мы его вытаскивать будем? — голос «кучерявого» сорвался на фальцет. — Он же просто сгусток отрицательной энергии. Сплошной гнев.

— Как так вышло? — «костюм» подошёл к мониторам, с болью вгляделся в искажённое лицо Ильи, коснулся экрана на секунду.

— Не знаю, — «кучерявый» махнул рукой на экран. — Он вне зоны был всё время. Мы не видели, что с ним происходит.

— А должны были! Илья наш… — сорвался «костюм», но тут же взял себя в руки.

Замолчал на мгновенье. Потом спросил тихо:

— Это как-то повлияет на исход? На выход?

— Не должно, — «кучерявый» отвёл глаза. — Система сказала: всем собраться в точке выхода. Они собрались. Значит, должна выпустить.

В его голосе не было уверенности. Он сам в это не верил. И все в комнате это слышали.

— Должна? — переспросил «костюм».

— Должна, — повторил «кучерявый», — Но пока не пускает.