Второй раз в жизни я не хочу разговаривать с Эдом.

Первый случился после неприятного разговора о нашем с Эдуардом будущем. За два года тайных встреч мне захотелось их сделать явными. А точнее — замуж. И прямо в лоб я озвучила свое желание любовнику. Но у Эда были другие планы, точнее, ничего менять в своей жизни он не собирался. Его устраивала жена и пара — тройка встреч в неделю со мной. Иногда совместные «командировки».

Мы поругались. Я скандалила, плакала, признавалась в любви и в том, что хочу семью и ребенка. Хлопнув дверью, Эдуард ушел, оставив меня один на один с опустошенностью и разочарованием.

Позвонил он на следующий день, но трубку я не взяла. Не хотела.

Следующие несколько дней мужчина, которого я любила, добивался моего расположения различными способами: мне доставляли охапки цветов, корзины сладостей домой и на работу. Через пять дней вечером Эд пришел ко мне домой сам. С бутылкой вина, букетом роз и бархатной коробочкой с обручальным кольцом.

— Поженимся, как только я разведусь.

И я оттаяла.

Если сразу после ссоры я была уверена, что чувства разбились вдребезги, то после услышанного «разведусь и поженимся» решила, что показалось. Так, легкие трещины, у кого их не бывает в отношениях?

Развод до сих пор «в процессе», кольцо лежит в шкатулке, ждет своего часа. А трещины, которые снова обозначились в наших отношениях, грозят вот — вот рассыпаться на миллионы осколков без права восстановления. На этот раз по моей вине.

Заморожено глядя на две буквы ММ, будто клеймом выжженые на экране, выключаю плиту. Остатки кофе из турки переливаю в кружку. Сажусь за стол, подношу к носу чашку, вдыхаю аромат.

Телефон гаснет и снова загорается.

Я не хочу отвечать Эду. Как ни крути, я ему изменила, причем дважды — физически, а мысленно — не сосчитать сколько.

ММ настойчиво не гаснет.

Вспоминаю реакцию Эда, когда я забивала его номер в записную книжку. Тогда была наша четвертая встреча, и я была влюблена без памяти в этого мужчину.

Выйдя из душа, забралась в кровать, прильнула под бочок мужчины и попросила продиктовать его свой номер.

— Зачем?

— Не переживай, любимый, сама звонить не буду. Но если позвонишь ты или напишешь смс, я буду счастлива.

Клятвенно пообещав, что никак не потревожу женатика и не дам повода его жене усомниться в верности ее супруга, вбила заветные цифры в контакты.

— Назову тебя Эдик, — перестроилась с цифр на буквы.

— Фу, — поморщился Эдик. Он терпеть не может, когда кто — то, и даже я, называют его «детским» именем.

— Эдичка, — вошла в раж.

— Издеваешься? — похолодел голос.

— Мой Эд? МЭ? Мэ — э–э… — протянула на манер коровы. Вытянула шею, чтобы лизнуть его языком по щеке, промахнулась — Эд недовольно дернул головой в сторону. Дразнить любимого казалось забавным, но я быстро сдалась. — Ладно, ладно, пусть будет «ММ» — «Мой мужчина». Как тебе?

— Пусть будет ММ, — Эд удовлетворенно улыбнулся и поцеловал меня в лоб, а потом поднялся с кровати, оделся и ушел к своей семье.

Заношу палец над телефоном и все — таки нажимаю зеленый кругляш.

— Алло, — нехотя отвечаю. Голос звучит тускло, словно спросонья.

— Кира, почему ты не брала трубку?

От сухого с нотами претензии голоса любовника в груди черным цветком расцветает раздражение.

— И тебе доброе утро, Эдуард. Выходной. Я отсыпаюсь.

— А вчера?

Черт, Эд звонил вчера, когда я отходила после визита Градова. Видела его звонок, но перезванивать не стала. Не смогла.

— Вчера я была занята. Что — то еще?

Терпеть не могу оправдываться, поэтому готова нажать отбой. Эд будто чувствует.

— Доброе утро, малышка! — интонация в трубке смягчилась, а мое раздражение никуда не делось. От дурацкого «малышка» заныли зубы. — Надеюсь, тебе снились сны с моим участием?

— Не помню.

Оставив в покое кружку с кофе, тру столешницу пальцем, стирая невидимое пятно.

— Как дела на работе?

Может быть я паранойю, но мне кажется, Эдуард хотел спросить совсем о другом. Как он мог узнать? Даже думать об этом не хочу.

— Хорошо…

Между нами виснет неловкая пауза. Не знаю что сказать и как, морально не готова с ним общаться.

— Что — то ты не договариваешь, Кира, — голос собеседника снова приобретает холодные ноты. — Скинь мне отчет по журналу, я посмотрю.

— Скину на почту к твоему приезду.

— Я уже в городе.

Скашиваю глаза на календарь на стене.

— Как в городе? У тебя же еще неделя командировки.

— Вырвался пораньше. Скидывай отчет, я посмотрю.

— Сегодня? До понедельника не подождет?

В отчет нужно внести небольшие коррективы в связи с конкурсом, а в целом он готов, просто планов заниматься работой в выходной не было.

— Не подождет. Часа тебе хватит?

— Вполне.

— Очень хорошо. Предлагаю пообедать вместе. Я заеду за тобой.

— Эд…

Едва не выпалила «не приезжай». Прикусила язык.

— Малышка, ты в порядке? — с неким беспокойством спросил Эд.

Было в порядке, пока ты не позвонил. И не просто позвонил, а собрался встретиться.

— Неделя выдалась тяжелой. Скоро верстка, еще не весь материал обработан. Я… я хотела сегодня поработать дома. Давай ограничимся отчетом?

Пауза со стороны Эда затянулась, я даже проверила не отключился ли он.

— Мгм. Я понял, Кира, — сухо заключил Эд. — Встретимся в полдень. У меня для тебя будет новость.

— Хорошо, — без энтузиазма соглашаюсь.

От Эда я несколько лет ждала только одной новости, но ее не было. Все другие не были настолько впечатляющими.

Но сейчас я ловлю себя на мысли, что если это то, о чем я думаю, то радости мне эта новость не принесет. Перегорела я.