В субботу позволяю себе поваляться подольше. Помечтать. Этой ночью снилось что — то такое легкое, воздушное, светлое. А что? Не помню. Да и не важно, главное — настроение солнечное, в тон игривым лучикам, что просачиваются сквозь щелочки в шторах.

Потягиваясь, улыбаюсь новому дню. Хорошо так, тихо. Предвкушаю, как босая через пять минут побегу на кухню варить кофе, а потом буду долго его смаковать и ни о чем не думать.

Сегодня я буду от — ды — хать. Неделя выдалась бурная, карусель событий здорово ударила по нервам, поэтому надо ловить дзен и восстанавливать душевное равновесие.

Смыкаю веки, начиная медитацию прямо сейчас.

И вдруг, неизвестно откуда, рассекая мирное течение расплывающегося по венам спокойствия, появилось огромное желание, чтобы кофе мне принесли в постель. Мужчина, красивый как бог. Ожившая греческая статуя. Со взглядом, полным обожания и желания. И чтобы не маячили у него за спиной жена, любовница, подружки и какие — то надуманные неотложные дела. Только я — в жизни, в мыслях, в постели.

Картинка оказалась настолько реалистичной, что я распахнула глаза убедиться, что одна в комнате и вообще в квартире.

Одна.

Ну и фантазерка.

Однако ноздри от разыгравшейся фантазии как будто уловили слабый кофейный запах.

— Тьфу ты! — с досадой прячу лицо в подушку, словно кто — то может меня увидеть и прочитать постыдные мысли.

Почему в моем увлекательном, необычайно красочном и эротичном «кино» в спальню вошел Градов? В боксерах, обтягивающих великолепный зад и с характерным для мужского утра бугром спереди, с подносом в руках, на котором стоит чашка крепкого кофе, лежит на блюдце круассан, а в узком бокале торчит алая гербера. Но смотрю я не на поднос с моим завтраком, а на красивые длинные пальцы, которые могут довести до безумия, сильные, мускулистые руки, дутые бицепсы, крепкую шею и обаятельную белозубую улыбку, от которой, уверена, тают айсберги. А торс…

Мамочки!

Не надо мне кофе и круассан! Дайте эти порочные губы и все остальное, к ним прилагающееся!

Сердце в груди забило барабанную дробь. В животе заныло и задрожало, настолько явной и возбуждающей оказалась картинка. Если учесть, КАК я мучилась всю неделю после посещения кабинета Градова, вторая наша «встреча» с паршивцем оказалась еще более жестокой. Парадокс, но отвращения к этому беспредельщику я до сих пор не чувствую. Отторжения к нему тоже. И это после всего, что он со мной сделал!

После всех его безумных выходок, порочащих мою репутацию, я…

Я его хочу!

Какой кошмар!

Я наверное заболела. О боже! От накрывшего с головой эротического цунами сжимаю что есть мочи бедра. Невыносимо неудовлетворенно!

Я так надеялась, что все мои утренние «желания» остались в прошлом, вот зачем этот безумец приперся вчера ко мне в офис?

— Прочь! Гад!

В наказание самой себя за неправильные мысли рывком поднимаюсь с кровати и вместо того, чтобы первым делом идти варить ароматный кофе, тащу свою пылающую тушку в ванную. В конце концов можно самостоятельно сбросить напряжение, чтобы всякие там «развратные бракоделы» в мысли больше не пробирались.

Скидываю белье, захожу в душевую кабинку.

Взвизгиваю от обрушившегося сверху ледяного тропического ливня. Забыла переключить на лейку!

А так мне и надо. Нечего секси — развратником голову забивать.

Получила же удовлетворение, отказав ему в завтраке — обеде — ужине? Получила. Черт с ней, с рекламой, резервное место быстро нашла чем занять, а похотливый самец пусть другую жертву для развлечения себе ищет. Уверена, у него их полно.

Не — ет, заигрался ты, Пашенька, задурил мне голову дважды. Хватит!

Взбодренная и наказанная контрастным душем, закутавшись в длинный махровый халат, и в мягких тапках с заячьими ушками, топаю на кухню варить себе утренний бодрячок.

Насыпаю в турку молотый кофе, заливаю водой, включаю плиту. Наблюдаю, как кофейная гуща собирается в шапку, балдею от одуряющего запаха, что плывет по кухне, заполняет легкие, и мне становится окончательно тепло.

Откатываю воспоминания во вчерашний вечер.

Посиделки у Полежаевых были просто чудесные. Отдохнула у них и душой, и телом, отвлеклась, развеялась. Весь вечер любовалась семейной идиллией и честно — завидовала белой завистью. Это так круто — найти свою половинку, и Глеб с Катей поистине счастливчики. А их дети…

Они бесподобны!

Играя с Яной и Костиком, я осознала, что брак — не главное, а вот ребенок — он твой и всегда будет твоим и рядом с тобой. Любить будет безоговорочно, по — настоящему, искренне.

Катя несколько лет растила дочку одна и ничего, справилась, может, и мне уже не ждать, когда освободится мужчина, которого я люблю?

А люблю ли? Любила бы, не отдавалась бы другому мужчине. Незнакомому! Дважды! Стыдоба!

Больше не буду!

Через открытое окно с улицы звучит зажигательная музыка, и я начинаю пританцовывать возле плиты. Настроение отличное.

Ровно до момента, когда начинает звонить телефон.

На экране высвечиваются буквы «ММ».

Забыв о танцах, зависаю, растерянно глядя на светящийся экран. Не понимаю что надо с ним делать.

Вздрогнув, кофейная шапка поднялась выше и выплеснула часть напитка на плиту. Резко запахло жженым.

— Черт!

Не уследила.

Убираю турку с плиты, протираю поверхность, намеренно тяну время, чтобы собраться с мыслями и решить, что делать.

А телефон все звонит и звонит, и буквы «ММ» никак не хотят пропадать с дисплея.