Северная Пальмира, перекрёсток улиц Артиллерийской и Короленко

Возле тротуара сверкали мигалками полицейские машины, пугая ночной мрак. Пожарные уже растянули шланги и тушили пламя, вырывающееся из дверей башенки, где находился проход, ведущий в «Руины разбитой головы».

Зеваки толпились на почтительном расстоянии возле фонаря. А чуть в стороне от них стояло несколько машин скорой помощи. Возле них медики и маги оказывали помощь пострадавшим охранникам. Те с гневом косились на потрёпанных аристократов, гордо задирающих подбородки. Они нехотя цедили свои имена и давали первые показания дознавателям из тринадцатого отдела.

Приехал и сам полковник Артур Петрович Барсов. Он грузно выбрался из большого внедорожника, поправил помятый тёмно-синий китель и взглянул уставшими глазами с трёхъярусными чёрными мешками под ними на своего молодого помощника. Тот подскочил к нему, излучая энтузиазм даже кончиками своих жиденьких усиков, растущих на худощавом лице.

— Ну и что тут стряслось? — вздохнул Барсов, почесав щеку. — То же, что и везде? Маги устроили грызню за право войти в Лабиринт?

— Всё именно так! — звонко выдал парень. — Только здесь всё зашло гораздо дальше! Есть убитые и раненые!

— Хм… даже так… — дёрнул головой полковник. — Докладывай.

— Аристократы сцепились с охранниками. Была применена магия. И все как один участники рапортуют, что спровоцировал схватку человек, удивительно напоминающий Игнатия Николаевича Зверева. Я видел записи с камер, так что могу с уверенностью сказать — да, это именно господин Зверев.

— Он кого-то убил? — медленно проронил Артур Петрович, словно боялся услышать ответ.

— Нет, — сказал парень, сделав вид, что не услышал облегчённого выдоха своего начальника. — Однако он прорвался в Лабиринт без всякого на то позволения, повредив ногу сударю Рязанцеву. Вместе с ним в Лабиринт проник господин Ионов, а также некий неизвестный маг. Мне не удалось выяснить его личность, хотя его лицо попало в объективы видеокамер. Этот неизвестный мужчина зарубил мечом господина Рязанцева, а также двух аристократов в зале, где находится арка с проходом в Лабиринт.

— Мечом? — вскинул брови полковник. — Что за ретроград такой? Из какого он века? И как ему удалось зарубить трёх магов, чей уровень был выше девяностого?

— При нём были мощные артефакты, увеличивающие его силу и скорость. Он двигался невероятно быстро.

Барсов нахмурился, потирая подбородок двумя пальцами с обгрызенными ногтями.

— И где сейчас эти трое? Они уже вышли из Лабиринта? — спросил он, глянув на помощника.

— Никак нет. Временный проход исчез, так что господа Зверев, Ионов и неизвестный, скорее всего, никогда не выберутся из Лабиринта, — скорбно поджал губы парень, бросив на начальника печальный взор. Он знал, что полковник водил дружбу с Игнатием Николаевичем.

— Вот оно как… — пробормотал Артур Петрович, уставившись на свои ботинки.

Он провёл ладонью по лбу, дёрнув кадыком. Казалось, полковник не мог поверить в услышанное.

Барсов искоса посмотрел на помощника лихорадочно сверкающими глазами и горячо бросил:

— Ты уверен, что проход закрылся и никто из него не выходил⁈

— Абсолютно.

— Так-так-так… — быстро пробормотал полковник и сделал пару быстрых шагов к башенке, а потом остановился, несколько раз шумно вдохнул и взволнованно вернулся во внедорожник, вытащив мобильный телефон из кармана форменных брюк.

Он уставился на экран, словно больше не замечая помощника. А тот тактично кашлянул в кулак и спросил:

— Какие-то ещё приказы?

— Нет, нет. Всё, ступай, — махнул ему рукой полковник, не отрывая взгляда от номера телефона Владлены Велимировны.

Северная Пальмира, загородный дом Зверевых

Черныш оказался столь любезен, что после скотобойни переправил меня домой, да прямо в спальню, где горела лишь настольная лампа с красным абажуром. Она обосновалась на тумбочке возле огромной кровати, где читала книгу Владлена, прислонившись спиной к резному изголовью и вытянув ноги под тонким одеялом. Ночнушка скрывала грудь, а между бровями пролегла напряжённая складка.

Однако стоило мне появиться в сумраке возле стола с компьютером, да ещё с мечом в руке, как магичка резко вскинула голову и судорожно выпалила, распахнув изумрудные глаза:

— Боже!

— Нет, не угадала, скорее Сатана, — усмехнулся я, чувствуя себя значительно увереннее, отправив в «клетку» три коровьи души.

— Игнатий, ты вернулся! — радостно выпалила она и вскочила с кровати.

Хотела метнуться ко мне, дабы повиснуть на шее, но устыдилась своего порыва и сразу же остановилась. Пару мгновений безотрывно смотрела на меня взволнованно мерцающими глазами, словно опасалась, что я исчезну. А потом она изогнула губы в насмешливой улыбке и сложила руки на груди, вернув свой обычный стервозный вид.

— Вот ничего тебя не берёт, Зверев. Хоть коли тебя, хоть руби, хоть трави… Как на этот раз тебя хотели убить? Судя по твоему виду, тебя пропустили через камнедробилку, а затем накормили мышьяком. Ты такой бледный, что едва не светишься в сумраке. И как ты тут оказался? Опять кот-монстр помог?

— Именно, — кивнул я, положил клинок на стол и огляделся в поисках Черныша.

Тот пропал. Полезный всё-таки он монстр, хоть и непредсказуемый. Возможно, прямо сейчас он отправился пить кровь ни в чём неповинных селян, а я с ним дружбу вожу. М-да…

— Чего ты нахмурился? — насторожилась Владлена, медленно двинувшись ко мне, как хищница, боящаяся спугнуть упитанного кабанчика. — Рассказывай, как прошло твоё приключение. И даже не думай отбрыкиваться! Ты мне обещал поведать всё!

Она топнула ножкой по мягкому ковру, лежащему на дубовом паркете. А головы волков и кабана, висящие на стене, согласно сверкнули стеклянными глазами. Даже чучело медведя в углу вроде бы кивнуло, мол, да, обещал кое-что рассказать Владлене, прям в этой комнате и обещал.

— Может, я хотя бы сперва приму душ? — проговорил я, бледно улыбнувшись.

После всех приключений хотелось как следует отмыться и забыться крепким сном без сновидений.

— Хренушки! — наставила на меня указательный палец красотка. — Ты и из душа можешь куда-нибудь перенестись или найти с кем подраться прямо возле ванны. Рассказывай здесь и сейчас!

Я тяжело вздохнул, показывая взглядом магичке, что она хуже репейника. А та лишь гордо вскинула голову, словно услышала дивный комплимент.

— Что ж, слушай эту печальную историю… — вздохнул я и уселся на пол, чтобы не пачкать мебель.

В спине мигом что-то злорадно прострелило, а под коленом заныли сухожилия. Но я даже бровью не повёл, а уставился на Владлену. Та устроилась в кресле, забравшись туда вместе с ногами.

— Начинай, — проронила она, довольно улыбнувшись.

— Сперва задобрю дракона. Вот… — вытащил я из карманов все шесть артефактов. — Два ты мне дала, три я изъял из карманов трупа блондинчика, а один мне достался от демона, вот этот алмазный паук. Правда, пока не знаю, для чего он нужен, так что не буду тебе его предлагать. А из остальных трёх, не принадлежащих тебе, можешь выбрать любой, но не советую показывать его на людях, а то ведь это улика.

— Потом выберу, — царственно отмахнулась она, будто я ей предложил взять одну из трёх конфеток, которым цена половина медного гроша в базарный день.

— Хорошо, — буркнул я и следом предупредил её: — Всё, что ты услышишь, такой страшный секрет, что ежели его выболтать… погибнет множество людей.

— Зверев, ты сейчас обидел меня своими словами.

— Да? Не хотел. Это оно само как-то так удачно вышло.

— Я, по-твоему, базарная девка? Не умею следить за тем, что говорю? Неужели ты до сих пор не понял, что мне можно доверять⁈ — взорвалась она, ударив раскрытой ладонью по подлокотнику.

— Понял, понял. Не порти мебель, — усмехнулся я, подмигнув ей. — Мне просто нравится бесить тебя.

— Я когда-нибудь подмешаю тебе яд в корвалол. Ты помрёшь в жутких корчах, а я буду стоять над тобой и смеяться, открывая своё любимое шампанское.

— Зря потратишь и яд, и шампанское. Вряд ли я помру. Ладно, хватит засыпать меня комплиментами. Пора слушать, как я снова победил всех и вся.

Велимировна действительно была достойна того, чтобы узнать как минимум часть правды. Она услышала версию, в которой я победил демона в локации «Руины разбитой головы» и забрал его душу, чтобы приготовить зелье, способное убить главу клана Каас.

— И что дальше⁈ — подалась ко мне магичка, едва не сверзившись с кресла. — Что будет после смерти главы клана? Придёт же другой.

— Так далеко я не заглядываю. Мне бы день прожить да ночь простоять.

— Зверев! Не зли меня! Я знаю, что у тебя для каждой ситуации есть тридцать три плана! Было бы больше, но для них в нашем алфавите не хватает букв.

— Ты меня слишком хорошо знаешь, — улыбнулся я, встал и подошёл к окну. За ним по садовой дорожке прохаживался охранник, дымя сигаретой. — Планы действительно есть, но их сейчас бессмысленно рассказывать. Всё может измениться. Лучше поведай, вернулся ли охранник, который отвёз меня в город?

— Не знаю, — буркнула она, откинувшись на спинку кресла.

Магичка пожевала губы, желая ещё что-то спросить, но в этот миг на прикроватной тумбочке зазвонил её мобильный телефон.

— Кто там ещё? — недовольно прошипела она, плавно встала и грандиозно подошла к телефону, инстинктивно покачивая соблазнительными бёдрами. — Полковник Барсов звонит.

— Вы с ним любовники? Что-то он зачастил тебе названивать.

Велимировна фыркнула и спросила, выгнув бровь:

— Ответить?

— Угу. Только громкую связь включи.

— Слушаю! — бросила она, ткнув пальцем в светящийся экран аппарата.

— Владлена Велимировна, у меня плохая новость, — раздался сдавленный голос Артура Петровича, на фоне которого раздавались приглушённые команды и вой сирен. — Игнатий вошёл в локацию «Руины разбитой головы»… и остался там. Проход, ведущий в Лабиринт, исчез. Боюсь, что Зверев погиб, либо погибнет в ближайшие минуты.

— Кхем! — кашлянула Владлена, словно костью подавилась, а потом вопросительно глянула на меня.

— Понимаю, вы были с ним близки, — горько выдал полковник. — У меня у самого сердце болит, хотя я думал, что оно уже стало таким же твердым, как гранит.

— Скажи ему, что я жив и вернулся домой, лежу сейчас в кровати, — прошептал я, почесав щеку, где красовались небольшие вздувшиеся шрамики от зубастого языка склиза.

— Артур Петрович, так Игнатий здесь… — начала магичка и сообщила полковнику ровно то, что я ей и сказал.

— Как в кровати⁈ — выпалил он так громко, что стёкла чуть не задрожали. — Не может этого быть! Как он там оказался⁈ Как выбрался из Лабиринта⁈ Владлена Велимировна, ежели вы шутите, то это очень жестокая шутка!

— Я сейчас передам ему телефон.

Красотка вручила мне мобильник, а сама с кривой улыбкой уселась на кровать.

— Полковник Барсов, рад вас слышать.

— Игнатий⁈ Игнатий! И вправду ты! — ошарашенно выдал Артур Петрович. — Как? Как⁈ Мне же помощник сообщил, что из прохода никто не выбирался! Постой… Или ты выбрался во время пожара, когда в здании уже никого не было, а видеокамеры отключились?

Я помедлил. Уж больно шикарный вариант подкинул полковник, словно сам хотел помочь мне придумать, как я выбрался из Лабиринта. Уже не наживка ли это? Скажу ему, что да, во время пожара и выскочил из прохода. А он мне в ответ — ай-я-яй, не было никакого пожара!

Затаив дыхание, прислушался к звукам, вылетающим из телефона. Кажется, и вправду завывают сирены пожарных машин, даже вроде как шипение огня под струёй воды присутствует и доносятся голоса зевак.

Вероятно, башенка действительно горит.

— А вы весьма догадливы, полковник Барсов, — произнёс я, на всякий случай всё же не став прямо говорить, что выбрался из прохода во время пожара.

— Ох уж этот помощничек! — в сердцах бросил Артур Петрович и, судя по звукам, ударил раскрытой ладонью по баранке руля или чему-то подобному. — А чего же вы, Игнатий Николаевич, домой поехали? Сперва нужно было переговорить с полицией. Вы тут такое устроили… Все аристократы в один голос твердят, что вы спровоцировали драку! Есть убитые!

— Убитые⁈ — ахнул я. — Вы ничего не путаете? Не было никаких убитых, когда мне всё-таки удалось проскользнуть в Лабиринт.

— Есть! Есть! Ещё как есть! Нескольких аристократов зарубил мечом какой-то смуглый мужчина, двигавшийся с невообразимой скоростью.

— Демон, — едва слышно прошептала магичка и мрачно покосилась на клинок, лежащий на компьютерном столе.

Я кивнул Владлене, тоже поняв, что это был демон, да не абы какой, а Ирис.

— Артур Петрович, я к этим убийствам не имею никакого отношения. А что касается драки в башенке, отпираться не буду, немного перегнул палку, самую малость.

— Малость⁈ — выдохнул полковник. — Нет, Игнатий, при всём моём хорошем к тебе отношении, ты зашёл слишком далеко. Тебе придётся ответить за это! Тут уже ничего не заметёшь под ковёр. Слишком много свидетелей. А ежели за тебя заступится император, то дворянское сообщество этого не поймёт. Будет только хуже.

— Понимаю, потому готов за всё ответить. Мне нужно куда-то явиться?

— Да, через пару часов жду тебя в тринадцатом отделе.

— Сухари с собой брать и мыло? Учить правильные ответы на вопросы про пики точёные? — невесело пошутил я.

— Не до острот сейчас, Игнатий. Всё, до встречи.

Из динамика телефона донеслись короткие гудки.

— Ты и вправду поедешь в тринадцатый отдел? — мрачно спросила Владлена, хмуря брови.

— Ага. Сам не верю, что такое говорю, но за свои поступки нужно отвечать. Тем более в такой ситуации, когда скандала и огласки не избежать, — проговорил я, усевшись на подоконник.

— Над тобой могут устроить показательный процесс, дабы продемонстрировать, что даже любимчик императора не может избежать наказания. Государь мало имеет власти над правосудием. Его чинят аристократы. Они и в судах заседают, и в полиции все высшие чины принадлежат им. А ты сам знаешь, как к тебе относятся дворяне. Да они спят и видят, как ты сверзишься со ступени, на которую забрался.

— Ты права, — пробормотал я, задумчиво уставившись за окно. Сумерки посветлели, а на горизонте забрезжил ещё робкий розовый рассвет.

Меня действительно могут судить публично, максимально раздувая процесс. Наверняка князь Корчинский и граф Пугачёв постараются отомстить мне, влияя на судей и общественное мнение.

— Даже не знаю, как строго тебя накажут, — вздохнула Велимировна, встала с кровати и налила воды из графина.

— Ежели и вправду упекут в темницу, то ненадолго. Скоро будет атака демонов на империю. Без меня люди не обойдутся, а значит, выпустят под каким-нибудь благовидным предлогом, — смекнул я и взял протянутый магичкой бокал с водой.

— Да, наверное. Но тебя точно лишать энного количества очков рейтинга и наложат крупный штраф.

— Неприятно, но переживу. Главное, сохранить репутацию. А вот её во время процесса могут испортить так, что таксисты откажутся возить меня даже в экономе по тарифу люкс, — вымученно ухмыльнулся я и залпом осушил бокал. — Но я, конечно, буду бороться. Найму лучших юристов, да и сам придумаю какую-нибудь убедительную историю, рассказывающую, почему мне нужно было попасть в локацию «Руины разбитой головы».

— М-да, — тяжело вздохнула Владлена и мрачно улыбнулась. — Говорят, что добрыми делами выложена дорога в Ад. Вот убил ты гада-демона, приблизился на шаг к тому, чтобы спасти этот мир от вторжения клана Хаас, а какая награда? Судебный процесс и, возможно, всеобщая ненависть.

— Будет интересно, — неунывающе улыбнулся я и спросил у магички: — Ты знаешь номер телефона Воронова? У меня появилась кое-какая мысль.