Вода душила меня, проникала в нос, пробиралась в горло и лёгкие. А в голове лихорадочно метались мысли.

Но буквально через миг их смыла звериная жажда жизни — самое древнее чувство. Оно разгорелось в душе, охватывая каждый её клочок.

Жить! Жить! Я хочу жить!

Внезапно перед мысленным взором возникло видение самой Смерти, стоящей под дождём на кладбище, усыпанном холмами могил. Она обещала, что скоро я умру. Может быть, время пришло?..

Да хрен вам всем, хрен!

Тотчас гнев, этот мой старинный друг, который был со мной ещё с самого детства, воспылал в душе, будто подстегнув регенерацию. Или это просто совпадение?

В любом случае сердце стукнуло в моей груди — робко и слабо. Второй удар уже был более сильным. А затем оно заколотилось как мотор!

Руки снова стали подчиняться мне, и я сделал первый гребок, потом следующий, а затем ещё один. Во время третьего что-то больно вцепилось мне в ногу, скользнув мимо бедра, как липкая змея.

Я дёрнул стопой, извернулся, сделал ещё один гребок и схватился руками за каменный край пруда, подтянулся и чуть ли не пулей выскочил из воды.

Демоны стояли метрах в трёх от водоёма. Они сгрудились в толпу, в середине которой с поникшей головой обвисла Лара. Её уже успели избавить от доспехов. И теперь она стояла лишь в толстых поддоспешных штанах и рубахе с тёмными пятнами пота. Крупная грудь бурно вздымалась, а слипшиеся волосы скрывали лицо. Хрупкая, сломленная, объятая ужасом. Со связанными руками.

Никто из бойцов не смотрел на неё. Некоторые из них, к слову, успели снять шлемы, чтобы во всех подробностях увидеть, как кипит зелёная вода, окрашиваясь моей кровью.

И сейчас на этих не скрытых забралами смуглых, красивых лицах возникла гримаса неимоверного изумления. Челюсти упали на панцири, глаза выпучились, а над площадью пролетели шокированные шепотки.

Даже Груфус обомлел, скользя ошеломлённым взглядом по моему побитому, мокрому телу с вцепившемся в щиколотку угрём, вооружённым мелкими зубами. Он дико извивался, но не собирался отпускать свою добычу.

Я проигнорировал его и хрипло произнёс, дыша тяжело и с присвистом:

— Пришла пора умирать…

Выбросил вперёд руки и призвал «багровый луч», влив в него остатки второй души, уже порядком пожранной регенерацией, требовавшей энергии.

Тут же из моих ладоней ударил луч ошеломительно высокой температуры, подобный лазеру. Он скользнул по головам демонов. И те, что не были закрыты шлемами, сполна познали мою ярость.

«Багровый луч» превратил лица в обугленные дочерна головешки. Глаза изжарились, волосы вспыхнули, а истошные вопли не успели вырваться из глоток.

Три демона замертво упали на мраморные плиты площади. Их головы дымились. Запахло жжёной плотью и горелыми волосами.

Один труп валялся прямо у ног лорда Груфуса, успевшего скрыться от «багрового луча» за спиной воина в шлеме.

Лорд заорал вне себя от гнева:

— Убейте эту падаль!

Но прежде чем ошеломлённые демоны воспользовались артефактами, я вскинул руку и хрипло закричал, устремив взор вверх:

— В атаку, дети мои! Сыны Ада!

Над площадью носились крылатые ящеры, привлечённые запахом моей крови, пролившейся полминуты назад из раны на груди, оставленной клинком Лары. А сейчас они буквально обезумели от аромата жареной плоти.

Издавая яростные пронзительнее вопли, царапающие барабанные перепонки словно стекло, твари громадной стаей обрушились на демонов, пытаясь добраться до их тел.

Те с гневными криками принялись отбиваться, орудуя клинками и магией.

Всё, всё, как я и рассчитывал, убеждая Лару убить меня! Как я и говорил, мне хорошо известны эта локация и повадки местных тварей, благодаря коим воцарились неразбериха и хаос!

Мне даже удалось рассчитать момент атаки монстров, из-за чего показалось, что они напали по моему приказу!

Под мой дьявольский хохот некоторые ящеры спикировали на трупы, начав жрать головы, торчащие из лат. Когти скользили и скрежетали по кроваво-красному сплаву, не в силах вспороть его. Черепа хрустели в чудовищных пастях, набитых кривыми жёлтыми зубами. Яркая кровь полилась по белому мрамору площади…

Воздух мигом пропах характерным металлическим ароматом и мускусом, коим пахли ящеры, заполонившие всё вокруг. Их кожистые громко хлопающие крылья были повсюду, мелькали жёлтые зенки с вертикальными зрачками, а из пастей летела слюна.

Двое напали на меня, громко вереща.

Я швырнул в одного кинжал-артефакт, а в другого — гадского угря, оторванного от щиколотки. Ящер схватил его вытянутыми крокодильими челюстями и взлетел к облакам, как довольный пеликан. А вот второй грохнулся к моим ногам, превратившись в мумию.

Я торопливо выдернул из него «Вампира» и вытянул руку с «клеткой», пытаясь поймать души ящеров, убитых демонами, вставшими в круг. В центре него сверкал зенками лорд Груфус, крепко держащий за шею дочь.

Души потекли в «клетку», оказавшись первого либо второго ранга! Как раз то, что нужно!

Следом я обратился к своей способности читать души, применив её ровно так, как и в случае со склизом в «Руинах разбитой головы» — попытался создать ощущение того, что меня лучше не трогать, я ядовитый и опасный. Ежели вожак стаи действительно посчитает меня таким, то никто из ящеров не станет нападать на мою тушку.

Площадь четырёх храмов

Пальцы лорда Груфуса больно впились в шею дочери, запрокинувшей голову. Её глаза яростно блестели, а губы кривились в безумной улыбке.

В ней ничего не осталось от сломленной тряпки, покорившейся судьбе. Появление человеческого выродка напитало её такой энергий, что она едва не светилась, скользя мстительным взглядом по демонам, отражающим нападение ящеров, чьи разрезающие воздух силуэты аж закрывали облака.

Каждая смерть, каждый хрип демона, павшего от когтей и яда ящеров, звучали для неё как музыка. Она улыбалась всё шире и шире, обнажая безукоризненно белые зубы.

Её отец тоже оскалился, яростно выпалив:

— Кто этот урод⁈ Почему он не сдох⁈ Я же видел, как клинок насквозь прошил его тело! Он должен был сдохнуть!

Пальцы лорда ещё сильнее впились в её горло, а разъярённый взгляд скользнул по безумно хохочущему человеку, мечущемуся по площади. Ящеры шарахались от него как от чумного, а он швырял в демонов «багровый луч». А когда те пытались достать его магией, закрывался «воздушным щитом».

— Он… он убьёт тебя, отец, — ликующе прохрипела Лара, раздувая крылья носа. — Он чудовище из Бездны… Монстр, коих ты не… встречал. Бессмертный кошмар, который вырвет твою душу… и пожрёт её! Ах-х-ха!

Она захохотала, запрокинув голову.

— Тварь! — выпалил лорд, отпустил её и ударил ладонью по щеке.

Демонесса не удержалась на ногах и упала на колени, а из её рта скатилась струйка крови.

Она бросила на отца огненный взор и завопила:

— Убьёт! Тебе не жить! Ты сдохнешь! Он прикончит тебя!

Груфус выхватил клинок из ножен и скользнул взглядом над головами своих сражающихся бойцов. Человека нигде не было видно. Он пропал из виду.

У лорда неприятно засосало под ложечкой, а предательский вкрадчивый голосок в голове зашептал, что Лара не лжёт. Никакой это не человек, у людей нет такой магии. Никто из них не может повелевать монстрами и изрыгать «багровый луч». И люди прекрасно дохнут, когда пронзают их сердца. Уж Груфус знал это просто прекрасно.

Лорд облизал губы и впервые за долгие годы ощутил холодную иглу страха, вонзившуюся в душу.

Он вскинул клинок и приказал сильным, уверенным голосом, дабы не сеять панику:

— Отступаем к проходу, ведущему из Лабиринта! Живее, живее!

Рыцари, продолжая держать круг, попятились к узкой, всего три метра дорожке, пролегающей между углами соседних храмов.

Груфус готов был поклясться, что часть из бойцов изрядно нервничает, столкнувшись с существом, коего до сих пор никто из них не встречал. Хохочущий человечек пугал их гораздо больше, чем стая ящеров.

— Как его убить, дрянь⁈ — выпалил лорд в лицо дочери, которую тащил за собой, впившись пальцами в плечо.

— Никак! — выплюнула она и снова захохотала.

Один из храмов на площади

Я наблюдал за отступающими демонами с каменной храмовой крыши, подпираемой колоннами. Как мне и думалось, лорд решил покинуть площадь. Логично. Что ему там ловить, кроме потерь?

Прямо на моих глазах четвёрка ящеров вцепилась в отставшего демона и подняла его к облакам, натужно работая крыльями. Тот что-то орал, выронив меч. А затем заорал ещё сильнее, когда отправился в свободное падение. Он ударился об плиты площади с такой силой, что расколол одну, и неподвижно застыл.

На него тотчас спикировал монстр, ухватился когтями за забрало и потянул шлем. Удерживающие его ремешки лопнули, и он слетел с головы, вызвав довольный клёкот чудовища, сразу же сомкнувшего челюсти на черепе. Тот лопнул, брызнула кровь и в разные стороны полетели серые комочки.

В это же время другие ящеры атаковали демонов, так же пытаясь либо поднять их в воздух, либо сорвать шлем.

— А они сообразительные ребята, — подивился я и заметил монстра, закружившегося метрах в пяти надо мной. — Кыш, пошёл, дебил тупой! Меня жрать нельзя.

Я усилил свою связь с вожаком, наблюдающим за битвой свысока. И тот предостерегающе прошипел, мол, этот гад на крыше несъедобный.

Его соплеменник тотчас разочарованно заклекотал и спикировал на демонов, отступающих в сторону приютившего меня храма.

К сожалению, ящеры не перебьют всех демонов, пусть их и огромная стая. Они к сему моменту убили лишь шестерых рыцарей, да ещё трое пали от моей руки.

Самих же монстров погибло столько, что их телами можно было покрыть всю площадь, где поблёскивали лужи светло-зелёной крови и яростно били крыльями извивающиеся раненые чудовища, издающие жалобные свистящие звуки.

Ящеры вот-вот отступят, умывшись своей же кровью. А демоны спокойно дойдут до выхода из Лабиринта, утащив у меня из-под носа Лару, один из главных винтиков моего очередного гениального плана.

И как мне её потом выручать? Отец же запрет её в самом глубоком подвале, да ещё наверняка выпытает у неё всё об одном чудесном Звереве, обитающем в известном мире. Месть лорда будет страшна! Мне нельзя выпустить его живым из этой локации!

Потому я и забрался на этот храм, смекнув, что здесь пролегает наиболее удобная для отступления дорога. Ею-то демоны и решили воспользоваться.

— Идиоты, — прошипел я, торопливо расширяя «Вампиром» трещины в крыше. Они густо испещряли её, красуясь и на колоннах. Но дело всё равно шло небыстро.

И хоть демоны двигались медленно, постоянно орудуя мечами и атакующими артефактами, они пройдут мимо храма быстрее, чем мне удастся обрушить его часть прямо на их головы.

— Зараза, — процедил я сквозь зубы, смахнув пот, заливающий глаза.

Кинжал снова с каменным хрустом вошёл в тонкую щель, а затем я ухватился за него обеими руками и принялся двигать в сторону так, будто резал пирог. Попутно косился на битву, идущую внизу.

Один из демонов выпустил из руки «шаровую молнию». Та с грозным треском угодила в ящера, превратившись в голубую вспышку. Её свет отразили доспехи рыцарей, забрызганных кровью монстров с головы до ног. А сам ящер упал под ноги демонам, дымясь, как забытая на углях летучая мышь.

Ближайший воин наступил бронированным ботинком на его голову. Череп отчётливо хрустнул, на миг перекрыв воинственные вопли ящеров, носящихся в воздухе, оглашаемом громким хлопаньем крыльев.

— Победа будет за нами! — заорал Груфус, дабы подбодрить воинов. — Трусливый человечек сбежал! Скоро вы вернётесь домой, мои верные рыцари, и там я вас награжу!

Демоны хрипло взревели, принявшись с утроенным энтузиазмом убивать ящеров. А те вроде как уже потеряли желание биться с ними.

— Дерьмо, — прошипел я, понимая, что демоны вот-вот ускользнут из моей ловушки.

Часть из них уже миновала то место, куда должна была обрушиться стена храма, оказавшегося потрясающе качественно сделанным. Даже трещины не могли заставить его разрушиться!

— Вашу мать, — процедил я и, стоя на коленях, со всей силы воткнул «Вампира» в крышу.

Резко вскочил на ноги, вытянул руки и использовал душу второго ранга, чтобы вызвать «багровый луч», понимая, что уже нет никакого смысла скрываться от демонов.

Магия вылетела из моих ладоней, ударив в крышу. Камень начал плавиться и оползать, как воск по свече.

А снизу закричал какой-то особо глазастый демон:

— Наверху! Человек наверху!

— Убейте его! — заревел лорд Груфус, не отпуская Лару, впившуюся в меня взглядом, полным страстной надежды.

— Давай же! — жарко прохрипел я, вцепившись взором в крышу, куда ударил «багровый луч», исчезнувший так же быстро, как и появился.

Всё-таки душа второго ранга — отвратительное топливо, слабое, ничтожное. Отчасти из-за этого крыша устояла, прочно войдя в топ-10 моих злейших врагов.

— Умри! — крикнул снизу какой-то демон, вскинув руку, объятую магическим туманом.

Его дурному примеру последовали другие маги-рыцари. И в мою сторону полетели ледяные стрелы, шары огня и трескучие молнии.

Я едва успел распластаться на крыше, прижавшись к ней как к родной матери. Вражеская магия улетела к облакам, а плита подо мной дрогнула и раздался каменный хруст.

Крыша, словно живая, вздрогнула и потащила меня вниз.

Храм начал с ужасающим грохотом рушиться! Причём весь, а не просто та его часть, которую я хотел отправить на головы демонов.

Рыцари завопили и бросились во все стороны, но уже было поздно. Обломки колонн и крыши начали падать на них.

Пронзительно закричала Лара, завопил лорд Груфус. Перепуганные ящеры разлетелись во все стороны, а я ударился обо что-то плечом, взвыв от боли. И сразу же крупный камень угодил в икроножную мышцу, покалечив её. Раздался хруст сломанной ноги, а из моего мучительно распахнувшегося рта вылетел крик боли. Он практически утонул среди стонов и криков демонов, оказавшихся заживо погребёнными под обломками храма, чьё обрушение подняло в воздух тучи и тучи пыли.

Всё заволокло серое шевелящееся одеяло, заставляющее кашлять и плеваться. Ничего не было видно.

— Лара! — преодолевая боль, громко закричал я, объятый страхом за демонессу. — Лара!

Мой крик промчался по кругу, но ответа не последовало.

Я сквозь завесу пыли захромал в ту сторону, где последний раз видел её.

Адреналин бушевал в венах, притупляя боль. Однако сломанная нога горела огнём. Благо, регенерация быстро приводила её в порядок. Правда, наступать на неё ещё было нельзя, потому я пробирался довольно медленно, кое-где перелезая через рухнувшие колонны.

Под одной из них хрипел демон. Она упала прямо на его панцирь, умудрившись смять его настолько, что металл точно сломал грудную клетку.

— По… помоги, — глухо прохрипел он из-под забрала голосом, полным мольбы и боли. — Помоги… кто бы ты ни был… чего ты хочешь? Золота? Моей службы?

— А ты бы мне помог? — жёстко усмехнулся я.

— Я… я… — лихорадочно замычал он, давясь кровью.

— Нет, ты бы не просто добил меня, а ещё бы и поиздевался, — скрежетнул я зубами и швырнул в него кинжал.

Его тонкое лезвие вошло в щель забрала, забрав душу и превратив тело в мумию. Рыцарь перестал хрипеть.

«Вампир же» снова оказался в моей потной руке, облепленной пылью, скрывающей руины храма, под которыми, возможно, где-то лежит и Лара. А ведь у неё не было доспехов. Каков шанс, что она выжила?

Вдоль спины промчался холодок, подобный наждачной бумаге, пролежавшей в ледяной комнате целую вечность.

— Лара! — снова завопил я, двинувшись дальше. — Лара! Отзовись, разорви тебя дракон!

Но ответом мне стали лишь пронзительные вопли монстров, кружащих где-то под облаками.